Апелляционное определение № 33-1403/2026 33-23063/2025 от 20 апреля 2026 г.

78RS0003-01-2024-006134-86

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-1403/2026

Судья:Матусяк Т.П.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

21 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Васильевой М.Ю.,

судей

ФИО1, ФИО2,

при помощнике судьи

ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, гражданское дело № 2-1350/2025 по иску ФИО4 к ООО АльфаСтрахование-Жизнь о признании сделки недействительной, взыскании денежных средств, неустойки, процентов, компенсации морального вреда, штрафа, госпошлины,

Заслушав доклад судьи Васильевой М.Ю., выслушав объяснения истца ФИО4 и его представителей ФИО5, ФИО6,ФИО7, возражения на исковые требования представителя ответчика ФИО8, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО4 обратился в суд с иском к ООО «АльфаСтрахование-Жизнь», с учетом уточнений в порядке ст. 39 ГПК РФ, в котором просит признать сделку недействительной в силу ничтожности, а также в силу ее оспоримости, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика денежных средств, уплаченных по договору страхования в размере 15000000 рублей, произвести зачет встречных требований ответчика в связи с применением последствий недействительности сделки на сумму 13424777 рублей; взыскать с ответчика убытки в размере 5654424,50 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами с даты принятия решения по настоящему делу до фактического исполнения решения суда, неустойку в размере 15000000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, штраф 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, указывая, что в конце февраля 2022 года сотрудником ООО «Альфа Банк» истцу было предложено заключить договор страхования жизни сроком на 2 года на сумму 15000000 рублей с получением дополнительного дохода в размере 25% в год, с условиями истец согласился и в результате сторонами был заключен договор бессрочного страхования жизни на случай смерти. При заключении указанного договора истец полагал, что будут соблюдены договоренности, достигнутые в ходе переговоров, а именно в части срока действия договора – 2 года. После обращения истца за страховой выплатой ему было отказано на основании того, что уплаченные им денежные средства заморожены в иностранных активах под санкциями. По обращениям истца ответчиком были выплачены денежные средства в размере всего 13424777 рублей. Полагает, что данный договор страхования не отвечает требованиям действующего законодательства, а, кроме того, сотрудником банка и страховой компании он был введен в заблуждение относительно условий договора.

Решением Дзержинского районного суда г. Санкт-Петербурга от 22 мая 2025 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным решением ФИО4 подал апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить, исковые требования удовлетворить, ссылаясь на то, что судом первой инстанции неверно применены нормы материального и процессуального права, поскольку независимо от того, какие нормы права приводит истец в тексте искового заявления суд должен определить закон, подлежащий применению. В данном случае из содержания искового заявления следует, что истец заявлял о ничтожности сделки. Помимо этого, в момент совершения сделки истец не мог осознавать буквального содержания условий данного договора и заблуждался относительно природы подписываемого им договора инвестиционного страхования жизни, поскольку полагал, что заключает договор банковского вклада с гарантированной процентной ставкой. Кроме того, суд, установив, что заключение договора навязал и фактически осуществил дистанционное подписание электронным способом субагент ответчика в лице сотрудника АО «Альфа-Банк» <...>., отказал в привлечении в качестве третьего лица АО «Альфа-Банк» и приобщить документы, на основании которых действовал банк в отношениях со страховщиком. Также отказа в вызове для допроса в качестве свидетеля <...>. Просит решение суда отменить, принять новое решение – об удовлетворении требований иска.

В суде апелляционной инстанции дополнил доводы, указав, что районным судом не дана оценка воли истца на заключение договора страхования; не дана оценка Указаний ЦБ РФ к спорным правоотношениям; не дана оценка самому договору страхования и его соответствие действующему законодательству; не применений к правоотношениям положений Закона РФ «О защите прав потребителей» о надлежащем информировании потребителя.

Согласно пункту 4 части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае являются принятие судом решения о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

В соответствии с положениями части 5 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при наличии оснований, предусмотренных частью 4 настоящей статьи, суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. О переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции выносится определение с указанием действий, которые надлежит совершить лицам, участвующим в деле, и сроков их совершения.

Из материалов дела следует, что заключенный между ФИО4 и ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» 01.03.2022 года договор бессрочного страхования жизни на случай смерти по программе «Бесконечный феникс» № L0532/602/D042287/2 со стороны страховщика договор оформлен сотрудником АО «АЛЬФА-БАНК» в помещении банка.

Заявляя о недействительности сделки в силу ее ничтожности истец, в том числе, ссылался на то обстоятельство, что полагал, что заключает договор банковского вклада с гарантированной процентной ставкой, а не договор инвестиционного страхования жизни в офисе банка с сотрудником банка, которая ему поясняла, что ежегодный доход от вложения денежных средств будет более высоким, нежели если открыть обычный банковский вклад.

При этом, АО «АЛЬФА-БАНК» действовал от имени и в интересах ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» по агентскому договору, в связи с чем настоящим спором затрагиваются права и законные интересы АО «АЛЬФА-БАНК».

В связи с изложенным, судебная коллегия находит решение суда подлежащим отмене в связи с нарушением норм процессуального права, в соответствии с п. 4 ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Протокольным определением от 20.01.2026 судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьего лица привлечено АО «АЛЬФА-БАНК».

В соответствии с ч. 1 ст. 327 ГПК РФ суд апелляционной инстанции извещает лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения жалобы, представления в апелляционном порядке.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции явился истец, его представители, поддержали требования иска с учетом уточнений.

Представитель ответчика ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

Третье лицо АО «АЛЬФА-БАНК» участие своего представителя не обеспечил, о времени и месте рассмотрения дела извещено в соответствии с положениями статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о причинах своей неявки судебную коллегию не известили, в связи с чем, судебная коллегия полагает возможным на основании пункта 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть жалобу в отсутствие не явившегося третьего лица, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Ничтожная сделка не порождает правовых последствий с момента ее совершения (Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с п.п. 1-3 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные, сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Согласно ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Договор личного страхования является публичным договором (ст. 426 ГК РФ).

Согласно ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Согласно п. 1 ст. 927 Гражданского кодекса Российской Федерации страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

В соответствии с ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

На основании п.п. 1 и 2 ст. 940 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования должен быть заключен в письменной форме. Договор страхования может быть заключен путем составления одного документа либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком.

Согласно п. 2 ст. 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: о застрахованном лице; о характере события, на случай наступления, которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.

Согласно ст. 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком. Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховом полисе) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

В соответствии со ст. 958 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования прекращается до наступления срока, на который он был заключен, если после его вступления в силу возможность наступления страхового случая отпала и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай.

Отношения между лицами, осуществляющими виды деятельности в сфере страхового дела, или с их участием, отношения по осуществлению надзора за деятельностью субъектов страхового дела, а также иные отношения, связанные с организацией страхового дела, регулируются Законом Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации».

Указанные отношения также регулируются федеральными законами и нормативными актами Центрального банка Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Судебной коллегией установлено, что 01.03.2022 года между ФИО4 и ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» был заключен договор бессрочного страхования жизни на случай смерти по программе «Бесконечный феникс» № L0532/602/D042287/2 (т. 1 л.д. 97-120).

Объектом страхования согласно указанного договора являются имущественные интересы, связанные со смертью застрахованного и наступлением иных событий в жизни застрахованного, предусмотренных договором (т. 1 л.д. 97).

Страховыми рисками, страховыми случаями, согласно п. 4 договора являются: 1. Смерть застрахованного; 2. Смерть застрахованного в результате внешнего события; 3. Смерть застрахованного в результате кораблекрушения, авиакатастрофы, крушения поезда (т. 1 л.д. 97).

Пункт 15 договора содержит условия о дополнительном инвестиционном доходе.

Договор заключен в соответствии с Условиями бессрочного страхования жизни на случай смерти.

В соответствии с п. 8 данного договора датой начала страхования по договору является 1 марта 2022 года, срок страхования по риску «Смерть застрахованного в результате внешнего события»: с 01.03.2022 по 31.05.2022 г., в каждом последующем квартале действия договора страхования данный риск автоматически пролонгируется за счет участия страхователя в инвестиционном доходе страховщика; срок страхования по риску «Смерть застрахованного в результате кораблекрушения, авиакатастрофы, крушения поезда»: с 01.03.2022 по 31.05.2022 г., в каждом последующем квартале действия договора страхования данный риск автоматически пролонгируется за счет участия страхователя в инвестиционном доходе страховщика; датой окончания страхования по риску Смерть застрахованного в результате кораблекрушения, авиакатастрофы, крушения поезда» (с учетом ежеквартальной пролонгации): дата смерти Застрахованного (т. 1 л.д. 122-134).

Согласно п. 5 страховые суммы составили: по риску «Смерть застрахованного» - 15000 рублей; по риску «Смерть застрахованного в результате внешнего события» - 3750000 рублей за период с 01.03.2022 по 31.05.2022 г., за каждый последующий квартал действия Договора страхования сумма определяется страховщиком как 25% от средней стоимости индивидуального (инвестиционного) страхового счета на конец календарного дня за предыдущий квартал действия договора страхования (с округлением промежуточных величин до двух знаков после запятой); по риску «Смерть застрахованного в результате кораблекрушения, авиакатастрофы, крушения поезда» - 3750000 рублей за период с 01.03.2022 по 31.05.2022 г., за каждый последующий квартал действия Договора страхования сумма определяется страховщиком как 25% от средней стоимости индивидуального (инвестиционного) страхового счета на конец календарного дня за предыдущий квартал действия договора страхования (с округлением промежуточных величин до двух знаков после запятой) (т. 1 л.д. 122 и оборот).

Договор страхования, заключенный между сторонами, фактически является инвестиционным договором, содержит отсылки на такие понятия, как: страховая сумма, страховая выплата, страховой взнос, страховая премия, выкупная сумма.

05.04.2023 г. между истцом и ответчиком было заключено Дополнительное соглашение № ЧВ-1 к Договору страхования № L0532/602/ D042287/2 (т. 1 л.д. 149-151).

02.04.2024 г. истцом было направлено заявление об отзыве своей электронной подписи по дополнительному соглашению № ЧВ-6 к Договору страхования № L0532/602/ D042287/2 от 04.03.2024 г., поскольку это соглашение приводит к ущемлению и нарушению его прав и значительным убыткам (т. 1 л.д. 157).

17.04.2024 г. между истцом и ответчиком было заключено Дополнительное соглашение № ЧВ-6 к Договору страхования № L0532/602/ D042287/2 (т. 1 л.д. 152-154).

Кроме того, истец обращался с заявлениями на включение в договор страхования дополнительной программы № 1 - 05.04.2023 г. и 17.04.2024 г. (т. 1 л.д. 155-156 оборот).

До заключения Договора страхования истец ознакомлен и согласен со всеми его существенными условиями, получил на руки Договор страхования (Полис) № L0532/602/ D042287/2, включая Приложение № 1 к Договору «Выкупная сумма» и расписку об ознакомлении с информацией об условиях договора страхования, Условия бессрочного страхования жизни на случай смерти, утвержденные приказом № 19 от 10.02.2022 года, являющиеся неотъемлемой частью договора страхования, что подтверждено содержанием договора и подписью ФИО4 в нем (т. 1 л.д. 76-134).

17 апреля 2024 г. истец направил претензию ответчику с заявлением об отказе от договора страхования и возврате страховой премии с выплатой инвестиционного дохода за 2 года (т. 1 л.д. 57-61).

Было произведено 5 страховых выплат: 3639733 рублей 65 коп. 06.04.2023 и 18.04.2024 в размере 3288864 рублей 99 коп., 1528776 рублей 71 коп. – 17.10.2025, 1 989069 рублей 72 коп. -23.10.2025, 3108333 рублей 43 коп. -30.12.2025 (л.д. 63,64 Том 1, 76-77 Том 4).

В обоснование требований о признании сделки недействительной в силу ничтожности истец указывает на несоответствие условий договора страхования требованиям действующего законодательства, в частности, положениям ст. 954 Гражданского кодекса РФ – в части размера страховой премии, которая в 10 раз больше размера страховой выплаты; Указаниям Банка России № 5055 от 11.01.2019 в отношении оформления договора в части его существенных условий, которые должны быть изложены в таблице; условия договора о размере страховых выплат нарушают права наследников страхователя в случае наступления риска «смерть». Несмотря на то, что заключенный договор содержит инвестиционную часть, отсутствует необходимая отчетность, периодичность выплат и обязательство по выплатам. Кроме того, истец относит заключенный договор к публичному, который не соответствует требованиям п. 2 ст. 426 Гражданского кодекса РФ, а, кроме того, его условия ухудшают положение потребителя.

Признаками недействительной сделки по основанию введения в заблуждение относительно условий страхования, связанных с выплатой инвестиционного дохода, не являющегося гарантированным, является время, в течение которого был подписан договор страхования, в течение которого не представлялось возможным получить полную и достоверную информацию об условиях договора, равным 1 минуте, с учетом того, что истец не являлся профессиональным участником на рынке финансовых услуг, не имел статуса квалифицированного инвестора, который был ему присвоен много позже.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

Согласно ст. 32.9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» осуществляются следующие виды страхования: 1) страхование жизни на случай смерти, дожития до определенного возраста или срока, либо наступления иного события; 2) пенсионное страхование, 3) страхование жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика и другие.

Подпунктом 3 п. 1 ст. 32.9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» закреплено, что в Российской Федерации осуществляется такой вид страхования как страхование жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика.

Предметом такого личного страхования выступают условия существования страхователя (застрахованного лица), а объектом - интерес страхователя (застрахованного лица), заключающийся в обеспечении своего материального положения или положения другого лица (выгодоприобретателя) на определенном уровне. При данном страховании сущностью страхования является не возмещение убытков, а предоставление материального обеспечения лицу, определенному в качестве выгодоприобретателя.

Статьей 3 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» предусмотрено, что Правила страхования (за исключением правил страхования, принимаемых в рамках международных систем страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, к которым присоединилась Российская Федерация) должны содержать исчерпывающий перечень сведений и документов, необходимых для заключения договоров страхования, оценки страховых рисков, определения размера убытков или ущерба, и, кроме того, сроки и порядок принятия решения об осуществлении страховой выплаты, а для договоров страхования жизни также порядок расчета выкупной суммы и начисления инвестиционного дохода, если договор предусматривает участие страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика.

Банк России вправе определять в своих нормативных актах минимальные (стандартные) требования к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования.

По требованиям страхователей, застрахованных лиц, выгодоприобретателей, а также лиц, имеющих намерение заключить договор страхования, страховщики обязаны разъяснять положения, содержащиеся в правилах страхования и договорах страхования, предоставлять информацию о размере вознаграждения, выплачиваемого страховому агенту, страховому брокеру по обязательному страхованию, расчеты изменения в течение срока действия договора страхования страховой суммы, расчеты страховой выплаты или выкупной суммы (если такие условия предусмотрены договором страхования жизни ), информацию о способах начисления и об изменении размера инвестиционного дохода по договорам страхования жизни, заключаемым с условием участия страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика.

На основании п. 1 и п. 2 ст. 6 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховщики вправе инвестировать собственные средства (капитал) и средства страховых резервов, осуществлять сделки с имуществом в целях обеспечения своей деятельности. Страховщики осуществляют оценку страхового риска, получают страховые премии (страховые взносы), формируют страховые резервы, инвестируют активы, определяют размер убытков или ущерба, производят страховые выплаты, осуществляют иные связанные с исполнением обязательств по договору страхования действия.

Согласно п.1 ст. 10 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховая сумма - денежная сумма, которая определена в порядке, установленном федеральным законом и (или) договором страхования при его заключении, и исходя из которой устанавливаются размер страховой премии (страховых взносов) и размер страховой выплаты при наступлении страхового случая.

В соответствии с п. 6 ст. 10 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» при осуществлении страхования жизни страховщик в дополнение к страховой сумме может выплачивать часть инвестиционного дохода страхователю или иному лицу, в пользу которого заключен договор страхования жизни.

Пунктами 1 и 2 ст.25, п. 2 ст. 26 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определено, что гарантиями обеспечения финансовой устойчивости и платежеспособности страховщика являются экономически обоснованные страховые тарифы; сформированные страховые резервы; средства страховых резервов, достаточные для исполнения обязательств по страхованию, сострахованию, перестрахованию, взаимному страхованию; собственные средства (капитал); перестрахование. Страховые организации должны инвестировать собственные средства (капитал) на условиях диверсификации, ликвидности, возвратности и доходности.

По смыслу указанного Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», размещение средств страховых резервов является обязанностью страховщика.

Размер инвестиционного дохода, подлежащего распределению между договорами страхования жизни, предусматривающими участие страхователей или иных лиц, в пользу которых заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика, определяется страховщиком. Порядок расчета указанного дохода и методика его распределения между договорами страхования жизни устанавливаются объединением страховщиков. Страхователь или иное лицо, в пользу которого заключен договор страхования жизни, вправе обратиться к страховщику за разъяснением порядка расчета причитающегося ему инвестиционного дохода.

Из объяснений истца и содержания заключенного договора следует, что цель ФИО4 при заключении рассматриваемого договора страхования состояла в возможности получения дополнительного дохода, начисленного на сумму уплаченной страховой премии. В то же время получение страхователем дополнительного инвестиционного дохода договором страхования или законом не гарантирован, его размер от страховой суммы по договору страхования не зависит. Наступление страхового случая по риску «Дожитие застрахованного до окончания срока страхования» связано с истечением срока действия договора страхования. Соответственно, наступление данного страхового случая не связано с причинением вреда жизни, здоровью и (или) имуществу страхователя (застрахованного), несением им убытков.

Целью страхования является защита интересов застрахованных лиц при наступлении страховых случаев. Установление в договоре страхования жизни, предусматривающем участие страхователя в инвестиционном доходе страховщика, страхового риска, связанного с дожитием страхователя до окончания срока страхования, условии, в соответствии с которыми страховая сумма по такому риску значительно меньше уплаченной страхователем страховой премии, противоречит существу обязательства и целям страхования.

Судебная коллегия, разрешая заявленные исковые требования, оценив предмет иска, его основания, доводы, а также доводы возражений на исковые требования, приходит к выводу о том, что условие договора страхования о размере страховой премии, значительно превышающем страховую сумму, подлежащую выплате по окончании срока действия договора страхования, противоречит существу законодательного регулирования, в связи с чем договор страхования в указанной части является недействительным в силу ничтожности.

Согласно п. 1 ст. 16 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» недопустимыми условиями договора, ущемляющими права потребителя, являются условия, которые нарушают правила, установленные международными договорами Российской Федерации, настоящим Законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей. Недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, ничтожны.

К недопустимым условиям договора, ущемляющим права потребителя, относятся, в том числе условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными (подп. 4 п. 2 ст. 16 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей»).

Пункт 76 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ» разъяснено, что ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров, а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей.

Установление страховой суммы по договору страхования в размере, значительно меньшем уплаченной страхователем страховой премии, противоречит существу страхования и не обеспечивает защиту имущественных интересов страхователя.

Более того, при таком допущении нарушается принцип эквивалентности в страховании: страхование предполагает наличие корреляции и разумного баланса между уплаченной страховой премией и страховой суммой (ч. 1 ст. 10 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации»).

Такие условия договора приводят к тому, что страховщик не выполняет свою основную функцию в рамках договора страхования - функцию страховой защиты. Кроме того, при таких условиях страховщик фактически не принимает на себя страховой риск - что противоречит положениям ч. 1 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации».

В свою очередь, для страхователя такой договор несет риски потери уплаченных денежных средств даже при наступлении страхового случая, поскольку страховая сумма незначительна, а дополнительный инвестиционный доход не является гарантированной выплатой: он может зависеть не только от изменения цены на выбранный страхователем (из предложенных страховщиком) актив, но и действий контрагентов страховщика, осуществляющего инвестирование.

Ответчик, возражая по заявленным требованиям, в том числе ссылался на то, что договор страхования предусматривает участие страхователя в дополнительном инвестиционном доходе, который подлежит выплате в дополнение к гарантированной страховой сумме, а риски неполучения страхователем дополнительного инвестиционного дохода не противоречат страховому законодательству.

Однако, судебная коллегия отмечает, что в рамках рассмотрения заявленного спора условия договора страхования сформулированы таким образом, что страхователь не просто несет риск неполучения дополнительного инвестиционного дохода, а именно на страхователя возложены все риски отрицательного результата инвестиционной деятельности, осуществляемой страховщиком, так как потребитель самостоятельного участия в инвестиционной деятельности страховщика не принимает: не выбирает контрагента, приобретаемый финансовый инструмент, способы приобретения инвестиционных активов и т.п., а потому не может принимать на себя риски, связанные с инвестированием, которые несет страховщик, тогда какООО «АльфаСтрахование – Жизнь» не заинтересовано в реализации активов даже в случае негативной динамики инвестирования, поскольку страховщик в убытках от инвестиционной деятельности не участвует - они возложены на страхователя, что нельзя признать допустимым в силу того, что страхователь (потребитель) является профессиональным инвестором, коим не является страхователь в данном случае.

Согласно абз. 2 п. 74 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ» договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Из указанных разъяснений Верховного Суда РФ следует, что условия договора являются ничтожными и в том случае, когда отсутствует явно выраженный запрет на установление соглашением сторон таких условий договора, однако установление такого условия в договоре противоречит целям законодательного регулирования соответствующего обязательства.

Таким образом, квалификация условия договора как недействительного (ничтожного) возможна в случае, если спорное условие входит в противоречие с существом законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, приводя к грубому нарушению баланса интересов сторон договора.

Реализуя приведенные выше положения Закона об организации страхового дела (п. 3), Банк России разработал Указание от 11 января 2019 года 5055-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика».

В соответствии с подпунктами 3 - 6, 8 - 10 пункта 1 данного Указания, при осуществлении добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика (далее - добровольное страхование) страховая организация должна предоставить лицу, имеющему намерение заключить договор добровольного страхования (далее - получатель страховых услуг), следующую информацию о:

- сумме денежных средств (в рублях на день предоставления информации) за весь срок действия договора добровольного страхования, подлежащих передаче получателем страховых услуг (страховая премия и (или) страховые взносы), в процентах от такой суммы, направляемых на: обеспечение исполнения обязательств страховой организации по выплате выгодоприобретателю страховой суммы и инвестиционного дохода в порядке и на условиях, предусмотренных договором добровольного страхования (далее - доход выгодоприобретателя по договору добровольного страхования); выплату агентского вознаграждения, комиссионного вознаграждения, а также на платежи, связанные с заключением и исполнением договора добровольного страхования (подпункт 3);

- том, что размер денежных средств, предусмотренных абзацами вторым и третьим подпункта 3 настоящего пункта Указания, должен составлять сто процентов суммы денежных средств, предусмотренной абзацем первым подпункта 3 настоящего пункта (подпункт 4);

- порядке расчета дохода выгодоприобретателя по договору добровольного страхования (подпункт 5);

- наличии гарантированного дохода выгодоприобретателя по договору добровольного страхования и его размере, а при отсутствии гарантированного дохода выгодоприобретателя по договору добровольного страхования - информация о том, что гарантированный доход выгодоприобретателя по договору добровольного страхования равен нулю процентов (подпункт 6);

- том, что доходность по активам, указанным в подпункте 7 настоящего пункта, и (или) по договорам добровольного страхования в прошлом не гарантирует доход выгодоприобретателя по договору добровольного страхования (пункт 8);

- порядке расчета выкупной суммы с указанием размера выкупной суммы, подлежащей возврату получателю страховых услуг в зависимости от срока действия договора добровольного страхования и периода, в котором он прекращен, а также информацию об обязанности страховой организации в случаях, когда она является налоговым агентом, удержать налог при расчете страховой выплаты (выкупной суммы) и о размере такого удержания (пункт 9);

- том, что договор добровольного страхования не является договором банковского вклада в кредитной организации и переданные по такому договору денежные средства не подлежат страхованию в соответствии с Федеральным законом от 23 декабря 2003 года № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» (пункт 10).

Согласно пункту 1 Указания Банка России от 11 января 2019 года № 5055-У, страховая организация должна обеспечить предоставление получателю страховых услуг информации, предусмотренной пунктом 1 настоящего Указания, четким, хорошо читаемым шрифтом максимального размера из используемых на странице размеров шрифта.

Информация, предусмотренная подпунктом 6 пункта 1 настоящего Указания, размещается в квадратных рамках в правом верхнем углу первой страницы таблицы и наносится цифрами и прописными буквами черного цвета на белом фоне.

Анализируя тест договора страхования жизни на случай смерти в совокупности с Приложением № 1 (расписка об ознакомлении с информацией об условиях договора страхования), содержание страхового сертификата судебная коллегия отмечает, что условия в полной мере не отвечают требованиям, содержащимся в Указании банка России от 11.01.2019 № 5055-У. При этом такие несоответствия делают неочевидными для потребителя существенные условия договора страхования с дополнительным инвестиционным доходом, как то: наличие гарантированного дохода выгодоприобретателя по договору добровольного страхования и его размере, а при отсутствии гарантированного дохода выгодоприобретателя по договору добровольного страхования - информация о том, что гарантированный доход выгодоприобретателя по договору добровольного страхования равен нулю процентов; то, что договор добровольного страхования не является договором банковского вклада в кредитной организации и переданные по такому договору денежные средства не подлежат страхованию.

Кроме того, судебная коллегия считает необходимым учесть, что 05.10.2021 Банк России установил минимальные (стандартные) требования к условиям и порядку осуществления добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, к объему и содержанию предоставляемой информации о договоре добровольного страхования жизни с условием периодических страховых выплат (ренты, аннуитетов) и (или) с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, а также о форме, способах и порядке предоставления указанной информации» в Указании № 5968-У (далее – Указания), которые, хотя бы и вступили в силу спустя месяц после заключения оспариваемого договора, однако включают в себя требования к условиям договора в части определения размера страховой премии и страховой выплаты, соответствующие Закону Российской Федерации от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации».

Так, положения пунктов 4.2, 4.3 в совокупном толковании с п. 5 Указаний, указывают на то, что по договорам страхования с размером уплаченной премии менее 1 500 000 руб. 00 коп. страховая сумма по риску «Смерть» и «Дожитие» определяется как произведение страховой премии по договору и коэффициента, установленного Приложением к данному Указанию. Коэффициенты в любом случае составляют не менее 1,0, то есть страховая сумма по указанным рискам не может составлять менее размера страховой премии (страховая премия х 1 = страховая премия).

Вместе с тем, в большинстве своем указанные коэффициенты установлены в размере, многократно превышающем 1,0, что означает обязанность страховщика при заключении договора страхования устанавливать страховую сумму в размере, многократно превышающем страховую премию (Приложение 3 к Указаний).

При таких обстоятельствах п. 5 Указаний в совокупном толковании с иными положениями и исходя из цели установления требований к соответствующему виду страхования означает, что по договорам страхования с уплаченной страховой премией 1 500 000 руб. 00 коп. и более минимальные требования в виде обязательного применения повышающих коэффициентов страховой суммы не применяются.

То есть, положения п. 5 Указаний в совокупности с положениями п. 4 не могут быть истолкованы таким образом, что по договорам страхования с уплаченной страховой премией 1 500 000 руб. 00 коп. и более не предусмотрена защита капитала, то есть возможно устанавливать страховую суммы в размере меньшем, чем страховая премия. Указанные положения Банка России лишь означают, что дополнительные гарантии в виде повышенных коэффициентов при установлении страховой суммы по договорам страхования со страховой премией 1 500 000 руб. 00 коп. и более не применяются, что не отменяет требования об установлении страховой суммы в размере не меньшем, чем размер страховой премии.

Установление страховщиком по условиям договора страховой суммы в размере 15 000 руб. 00 коп. свидетельствует о злоупотреблении правом, а страховщику в этом случае следовало привести условия заключенного с ФИО4 договора в соответствие с Указаниями Банка России путем внесения изменений в условия относительно размера страховой премии.

На основании ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 434.1 ГК РФ, при вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно. Недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагаются предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны.

Экономически слабая сторона договора не имеет возможности активно и беспрепятственно участвовать в согласовании условий договора на стадии его заключения.

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание, что истец, заключая электронный договор бессрочного страхования жизни на случай смерти фактически был лишен возможности предоставить возражения о включении существенных условий (в части размера страховой премии и размера страховой выплаты) в договор в момент его заключения.

Таким образом, с учетом того, что условия заключенного договора страхования жизни не соответствуют требованиям действующего законодательства, сделка по его заключения является ничтожной и подлежит признанию недействительной в силу ничтожности.

Кроме того, истец в своих объяснениях ссылался на то, что при заключении сделки был введен в заблуждение относительно спорного договора и его ничтожности. Однако, самостоятельных требований о признании сделки по заключению договора страхования недействительной как оспоримой по основанию введения его в заблуждение при заключении сделки истец не заявлял.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности, который, по мнению ответчика, составляет 1 год.

Разрешая заявление о пропуске истцом срока исковой давности судебная коллегия не находит оснований с ним согласиться.

Требования истца о признании сделки недействительной в силу ничтожности и о применении последствий недействительности такой сделки основаны на положениях ч. 3 ст. 166 ГК РФ. Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (1. 2 ст. 181 ГК РФ).

Исполнение оспариваемой сделки началось в день ее заключения путем внесения страховой премии страхователем – 1 марта 2022 года, с настоящими исковыми требованиями истец обратился в суд 19 сентября 2024, в пределах трехлетнего срока. При этом несмотря на то, что просительная часть искового заявления, поданного 19.09.2024 не содержала сформулированного требования о применении последствий недействительности ничтожной сделки, фактически исковое заявление уже содержало указание на ничтожность сделки с указанием оснований, а требования о взыскании остатка денежных средств в виде уплаченной страховой премии являлось требованием о применении последствий недействительности ничтожной сделки (возврат полученного по ней).

Таким образом, срок исковой давности для предъявления исковых требований о признании сделки недействительной в силу ничтожности истцом не пропущен.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает обоснованным заявление ответчика о пропуске срока исковой давности для обращения с исковыми требования о признании сделки недействительной в силу ее оспоримости, для которой срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Так, исковые требования по данному основанию были предъявлены истцом лишь 11.04.2026 (ранее в своих объяснениях истец приводил доводы относительно заблуждения об условиях заключенного договора, однако, соответствующих требований не заявлял, подтвердив в судебном заседании 24.02.2026 о том, что сделка является недействительной в силу ничтожности.

О нарушении своего права, пояснил истец, он узнал в феврале 2025 года, в связи с чем установленный приведенной нормой годичный срок исковой давности истек, что является самостоятельным основанием для отказа в признании сделки недействительной в силу ее оспоримости.

В силу п. 2 ст. 167 ГК при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Следовательно, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию денежные средства, не выплаченные по договору страхования.

По договору истцу выплачено: 3639733 рублей 65 коп. - 06.04.2023; 3288864 рублей 99 коп. - 18.04.2024; 1528776 рублей 71 коп. – 17.10.2025; 1 989069 рублей 72 коп. - 23.10.2025, 3108333 рублей 43 коп. - 30.12.2025 (л.д. 63,64 Том 1, 76-77 Том 4), всего 13424777 рублей, в связи с чем остаток невозвращенной суммы страховой премии, уплаченной страхователем (15000000 рублей) составляет 1575223 рублей (15000000 – 13424777).

Поскольку требование ФИО4 о возврате уплаченной за услугу денежной суммы обусловлено не обстоятельствами, предусмотренными п. 1 ст. 28 и п. п. 1 и 4 ст. 29 Закона о защите прав потребителей, и фактический отказ от исполнения договора имел место не вследствие нарушения ответчиком сроков оказания услуги, и не вследствие обнаружения истцом недостатков оказанной услуги, а в силу ничтожности условий договора, суд апелляционной инстанции полагает не основанными на законе требования истца о применении такой меры финансовой ответственности как взыскание неустойки (пени) исходя из положений Закона о защите прав потребителей.

Принимая во внимание, что истцом фактически заявлены требования о применении финансовой санкции за несвоевременный возврат ответчиком денежных средств и в силу положений ст. 196 ГПК РФ именно суд определяет каковы фактические правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению, судебная коллегия полагает, что имеются основания для применения в данном споре положений ст. 395 ГК РФ и взыскания с ответчика в пользу истца процентов за пользование чужими денежными средствами.

Пунктом 1 ст. 395 ГК РФ предусмотрено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Поскольку недействительный договор не влечет правовых последствий, кроме тех, которые связаны с недействительностью, удержание ответчиком уплаченных по договору денежных средств являлось неправомерным, соответственно, на данную сумму (с учетом периодических платежей) подлежат взысканию проценты по ст. 395 ГК РФ за период с 1 марта 2022 г. по 21 апреля 2026 г. (дата принятия настоящего решения) в размере 5654 424 руб. 50 коп. при этом судебная коллегия отмечает, что истцом ошибочно квалифицированы в качестве убытков фактические проценты, рассчитанные с применением ключевой ставки Банка России за период с даты заключения ничтожного договора, имеет место незаконное пользование ответчиком денежными средствами истца. Вместе с тем расчет процентов за указанный период является верным, учтены выплаты всего в сумме 13424777 рублей, расчет произведен исходя из остатка невозвращенных денежных средств.

Кроме того, проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 Гражданского процессуального кодекса РФ подлежат начислению в период, следующий за днем принятия настоящего решения, т.е. с 22.04.2026 по день фактического исполнения из расчета невыплаченной суммы, составившей 1575223 рублей.

Учитывая, что с истцом был заключен договор на условиях, ущемляющих его права как потребителя, нарушено право истца как потребителя, следовательно, применимы положения ст. 15 Закона о защите прав потребителей о взыскании компенсации морального вреда. С учетом обстоятельств дела, требований разумности судебная коллегия определяет ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

На основании п. 6 ст. 13 Закона защите прав потребителей с ответчика подлежит взысканию штраф в размере 3619823,75 рублей (1575223 + 5654424/50%).

В ходе рассмотрения заявленного истцом спора, ответчик заявлял о применении в данном споре положений ст. 333 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 333 ГК РФ суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Неустойка по своей природе носит компенсационный характер, является способом обеспечения исполнения обязательства должником и не должна служить средством обогащения кредитора, но при этом направлена на восстановление его прав, нарушенных вследствие ненадлежащего исполнения второй стороной своих обязательств, а потому должна соответствовать последствиям такого нарушения.

Критериями установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства.

По своей правовой природе штраф, предусмотренный положениями п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей, является определенной законом неустойкой, которую в соответствии со ст. 330 ГК РФ должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения, указанный штраф следует рассматривать как предусмотренный законом способ обеспечения исполнения обязательств (ст. 329 ГК РФ) в гражданско-правовом смысле этого понятия (ст. 307 ГК РФ), к которому применимы положения ст. 333 ГК РФ.

Судебная коллегия не усматривает оснований к снижению по заявлению стороны ответчика размера штрафа по правилам ст. 333 ГК РФ ввиду отсутствия к этому исключительных обстоятельств. Обоснований исключительности данного случая и несоразмерности штрафа стороной ответчика не приведено.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы истца на оплату государственной пошлины при обращении с иском в суд – 60000 рублей, и за подачу апелляционной жалобы – 3000 рублей, а всего – 63000 рублей.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Дзержинского районного суда г. Санкт-Петербурга от 22 мая 2025 г. отменить, принять по делу новое решение.

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично. Признать электронный договор страхования жизни на случай смерти № L0532/602/D042287/2 по программе «Феникс» недействительной сделкой, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» (ИНН <***>) в пользу ФИО4 (паспорт №...) денежные средства в размере 1575223 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01.03.2022 по 21.04.2026 в размере 5654424 рублей 50 коп., а также с последующим начислением начиная с 22.04.2026 по день фактического исполнения решения суда в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации из расчета неисполненного обязательства в размере 1575223 рублей; компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей; штраф в размере 3619823,75 рублей и судебные расходы в размере 63000 рублей.

В остальной части требований иска отказать.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 21 апреля 2026 г.