Решение № 2-337/2020 2-337/2020(2-4893/2019;)~М-2790/2019 2-4893/2019 М-2790/2019 от 26 ноября 2020 г. по делу № 2-337/2020

УИД 24RS0056-01-2019-003841-91

Дело № 2-337/2020

КОПИЯ


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 ноября 2020 г. г. Красноярск

мотивированное решение

составлено 7 декабря 2020 г.

Центральный районный суд города Красноярска в составе председательствующего судьи Бурлака Н.В.,

при ведении протокола секретарем Григорьевой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 и ФИО4 о возмещении убытков,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 предъявила в суд гражданский иск к ООО «ЮВС Восток», ФИО2 и ФИО3 о возмещении убытков. Определением суда от 12.07.2019 (т. 1, л.д. 138-140) к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО4, прекращено производство по делу в части требований к ООО «ЮВС Восток», которое впоследствии определением суда от 18.05.2020 (т. 1, л.д. 226) привлечено судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчиков. ФИО1 мотивирует требования тем, что в нарушение выданных ей заверений об обстоятельствах, у неё не была выкуплена доля в размере 50% в уставном капитале ООО «Негоциант» за согласованную сторонами сумму. На основании изложенного, просит взыскать с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в солидарном порядке упущенную выгоду в виде разницы между общей суммой договоров по продаже ФИО1 принадлежащих ей 50% долей в уставном капитале ООО «Негоциант», и их действительной стоимостью на тот момент, т.е. в размере 32 613 512,66 руб., а также судебные расходы.

Возражая против предъявленных требований, ФИО2 указал, что он не давал ФИО1 каких-либо заверений или гарантий относительно приобретения долей в ООО «Негоциант», после заключения ФИО3 договора купли-продажи части доли в уставном капитале ООО «Негоциант» все предшествующие договоренности признаются недействительными в силу прямого указания об этом в договоре, положения ст. 431.2 ГК РФ не подлежат применению к обстоятельствам, на которые ссылается истец, отсутствуют основания для взыскания убытков на основании ст. 434.1 ГК РФ, приобретение только доли ФИО4 не является результатом недобросовестного поведения ФИО2

Возражая против предъявленных требований, ФИО3 указал, что заключение сделки по купле-продажи доли ФИО1 не состоялось из-за недобросовестных действий самой ФИО1 и нарушения ответчиком ФИО4 условий договора купли-продажи.

Возражая против предъявленных требований, ФИО4 указал, что не является лицом, ответственным за предоставление ФИО4 недостоверных заверений об обстоятельствах. Отметил, что со своей стороны он предпринял все возможные меры для заключения сделки по продаже ФИО1 принадлежащей ей части доли в размере 50% в уставном капитале ООО «Негоциант».

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержала, ответчик ФИО4, представитель ответчика ФИО3 – ФИО5, представители ответчика ФИО2 – ФИО6 и ФИО7 исковые требования не признали в полном объеме.

Иные участвующие в деле лица, их представители в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения извещены в соответствии с требованиями ст. 113 ГПК РФ, дело рассмотрено в их отсутствие в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Заслушав объяснения участников процесса, исследовав доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку (абз. 1 п. 1 ст. 431.2 ГК РФ).

Предусмотренная статьей 431.2 ГК РФ ответственность наступает, если сторона, предоставившая недостоверные заверения, исходила из того, что другая сторона будет полагаться на них, или имела разумные основания исходить из такого предположения (абз. 3 п. 1 ст. 431.2 ГК РФ).

Последствия, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 431.2 ГК РФ, применяются к стороне, давшей недостоверные заверения при осуществлении предпринимательской деятельности, а равно и в связи с корпоративным договором либо договором об отчуждении акций или долей в уставном капитале хозяйственного общества, независимо от того, было ли ей известно о недостоверности таких заверений, если иное не предусмотрено соглашением сторон (абз. 1 п. 4 ст. 431.2 ГК РФ).

В ходе судебного разбирательства установлено, что на основании договоров от 17.05.2016, от 26.05.2016 ФИО1 и ФИО4 стали собственниками 100% долей в уставном капитале ООО «Негоциант», по 50% у каждого (т. 1 л.д. 21-22).

Сферой деятельности ООО «Негоциант» являлась розничная торговля алкогольными напитками в специализированных магазинах, основным поставщиком реализуемой продукции выступала группа компаний «ЮВС» через входящее в неё ООО «ЮВС Восток» (т. 2, л.д. 45-48).

В 2017 году Лапыцкие приняли решение о продаже ООО «Негоциант», при этом экономический интерес состоял именно в единовременной продаже всех 100% долей в уставном капитале Общества.

Интерес в приобретении Общества выразил ФИО2, являвшийся в тот момент лицом, фактически владеющим и контролирующим деятельность группы компаний «ЮВС» (Определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.04.2019 по делу № А40-143196/2016-66-187, т. 2, л.д. 163-166, т. 2, л.д. 187, т. 2, л.д. 45).

13.03.2017 ООО «ЮВС» выдало ФИО2 доверенность сроком на шесть месяцев с правом представлять интересы Общества перед ФИО1 и ФИО4 или любыми ими уполномоченными представителями с целью заключения и исполнения Договора купли-продажи доли в размере 50% у каждого в уставном капитале ООО «Негоциант» (т. 4, л.д. 21).

26.05.2017 ООО «ЮВС», действуя в лице директора ФИО2, направило ФИО4 и ООО «Негоциант» письмо о намерениях (т. 4, л.д. 15-17), согласно которому подтвердило заинтересованность в осуществлении сделки по приобретению 100% в уставном капитале ООО «Негоциант». Сторонами предлагаемой сделки выступали продавцы: ФИО4 и ФИО1, и покупатель: ООО «ЮВС» или его аффилированное юридическое лицо. Предлагаемая цена покупки 100% доли составляла 90 млн. руб.

Несмотря на то, что доли Лапыцких в уставном капитале ООО «Негоциант» не являлись их совместно нажитым имуществом, и каждый из них должен был самостоятельно продать принадлежащие ему 50% долей в уставном капитале, обстоятельство о единовременном выкупе долей у обоих из них являлось для них существенным для заключения договора, поскольку намерения продолжать вести коммерческую деятельность с иными лицами ни ФИО1, ни ФИО4 не имели, что обозначалось ФИО4 в ходе переговоров с ФИО2 было подтверждено в ходе судебного разбирательства (т. 1, л.д. 29, т. 2, л.д. 24-27, т. 4, л.д. 24, т. 5, л.д. 3).

Таким образом, Лапыцким было выдано заверение о приобретении у них 100% долей в уставном капитале ООО «Негоциант» со стороны ООО «ЮВС» или его аффилированного юридического лица.

Как разъяснено в абз. 3 п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора", если заверение предоставлено стороной относительно обстоятельств, непосредственно не связанных с предметом договора, но имеющих значение для его заключения, исполнения или прекращения, то в случае недостоверности такого заверения применяется статья 431.2 ГК РФ, а также положения об ответственности за нарушение обязательств. Например, сторона договора может предоставить в качестве заверения информацию относительно своего финансового состояния или финансового состояния третьего лица, наличия соответствующих лицензий, структуры корпоративного контроля, заверить об отсутствии у сделки признаков, позволяющих отнести ее к крупным для хозяйственного общества, об отсутствии конфликта интересов у руководителя и т.п., если эти обстоятельства имеют значение для соответствующих договорных обязательств.

С учетом изложенного, суд отклоняет доводы представителя ответчика ФИО2 – ФИО6 о том, что заверение может быть выдано только в отношении обстоятельств, которые уже существуют на момент выдачи заверений, поскольку положения ст. 431.2 ГК РФ таких ограничений не содержат.

Кроме того, из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора" следует, что заверение может предоставляться не только в отношении каких-либо объективно-существующих обстоятельств (наличие лицензии, финансовое состояние), но и в отношении таких оценочных понятий как отсутствие конфликта интересов у руководителя.

Как разъяснено в абз. 4 п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора", заверение может быть предоставлено третьим лицом, обладающим правомерным интересом в том, чтобы между сторонами был заключен, исполнен или прекращен договор, с которым связано заверение. Пока не доказано иное, наличие у предоставившего заверение третьего лица правомерного интереса в заключении, изменении или прекращении сторонами договора предполагается. В случае недостоверности такого заверения, вне зависимости от того, связано ли оно непосредственно с предметом договора, третье лицо отвечает перед стороной договора, которой предоставлено заверение, в соответствии со статьей 431.2 ГК РФ и положениями об ответственности за нарушение обязательств (глава 25 ГК РФ).

По настоящему делу таким третьим лицом, обладавшим правомерным интересом в том, чтобы между сторонами был заключен договор, с которым связано заверение, являлся ФИО2 как лицо, в тот момент фактически владевшее и контролировавшее деятельность группы компаний «ЮВС».

Из материалов дела и объяснений сторон следует, что первоначальное заверение ФИО2 о том, что 100% доля в уставном капитале ООО «Негоциант» будет приобретена ООО «ЮВС» или его аффилированным юридическим лицом, было изменено по взаимному согласию сторон на включение в сделку в качестве покупателя 75% долей ФИО3 с целью сохранения для ООО «Негоциант» системы налогообложения в виде единого налога на вмененный доход (т. 1, л.д. 30, 31, т. 5, л.д. 1-6).

27.06.2017 ФИО1 дала согласие на продажу ФИО4 его доли в уставном капитале ООО «Негоциант», а также отказалась от преимущественного права покупки (т. 1, л.д. 33-34).

27.06.2017 между ФИО3 (покупатель) и ФИО4 (продавец) был заключен договор купли-продажи 37,75% долей в уставном капитале ООО «Негоциант» (т. 1, л.д. 35-38), а также договор между ООО «ЮВС Восток» (покупатель) и ФИО4 (продавец) о продаже 12,25% долей.

Далее между сторонами продолжились обмен и оформление документов для закрытия сделки по продаже долей ФИО1 (т. 4, л.д. 177-188).

Решением внеочередного общего собрания участников ООО «ЮВС Восток» от 30.06.2017, в числе которых ООО «ЮВС Ритейл» (99% доли в уставном капитале), в лице генерального директора ФИО3, и он же ФИО3 (1% доли в уставном капитале) одобрена крупная сделка по покупке ООО «ЮВС Восток» у ФИО1 50% доли в уставном капитале ООО «Негоциант» (т. 1, л.д. 96-97).

30.06.2017 ООО «ЮВС Восток» выдало ФИО3 доверенность на представление интересов Общества по приобретению доли в уставном капитале ООО «Негоциант» (т. 2, л.д. 212).

Согласно переписке сторон, зафиксированной в протоколе осмотра доказательств от 28.08.2020 (т. 5, л.д. 3, 32), подписание сделки по купле-продаже доли ФИО1 и её нотариальное оформление было запланировано на 07.07.2017 в Москве.

Из объяснений истицы следует, что встретившись 07.07.2017 в Москве с ФИО2, последний сообщил ей и ФИО4, что не может закрыть сделку в связи с отсутствием денежных средств.

О возможности последующего появления денег и закрытия сделки в сентябре ФИО2 впоследствии сообщил в переписке от 25.08.2017 (т. 5, л.д. 5).

Доводы представителей ответчиков ФИО2 и ФИО3 о том, что подписание сделки 07.07.2017 не состоялась по причине не предоставления ФИО1 необходимых сведений по сделке, в том числе первичных документов, судом отклоняются, т.к. в последующей переписке сторон нет ни одного упоминая со стороны ФИО2 о данном обстоятельстве.

Напротив, логичны и последовательны доводы ФИО4 о том, что при подготовке сделки им и ФИО1 была раскрыта вся интересовавшая покупателя информация (т. 1, л.д. 100-109). Кроме того, способом защиты интересов покупателя было избрано внесение в договор условий об ответственности продавца за предоставление недостоверной информации по правилам ст. 431.2 и ст. 406.1 ГК РФ (п.п. 7-32 Договоров купли продажи от 27.06.2017). По этой причине сделка по продаже доли ФИО4 была успешно закрыта без предоставления первичной документации. Аналогичный правовой механизм был заложен в проект договоров с ФИО1 (т. 1, л.д. 39-50).

Доводы ответчика ФИО2 о том, что обстоятельства, изложенные в письме о намерениях от 26.05.2017 действовали всего в течение 30 дней (п. 5.1 письма), судом отклоняются, поскольку согласно данному пункту, 30-дневное ограничение действует до даты принятия продавцом обстоятельств, соответственно, при принятии продавцом этих обстоятельств, 30-дневное ограничение прекращает свое действие. Обстоятельства продавцами были приняты, т.к. стороны начали осуществлять действия по подготовке сделки.

Доводы ответчика ФИО2 о том, что после заключения 27.06.2017 ФИО3 договора купли-продажи доли с ФИО4 все предшествующие договоренности признаются недействительными в силу п. 53 данного договора (т. 1, л.д. 38) судом отклоняются, поскольку данные условия договора влияют только на правоотношения между ФИО3 и ФИО4, и не могут прекратить действие заверения об обстоятельствах, выданных ФИО1, поскольку она такого согласия не давала, в договоре от 27.06.2017 участия не принимала.

Солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства (п. 1 ст. 322 ГК РФ).

Обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное (п. 2 ст. 322 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 38 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018) (ред. от 26.12.2018), п. 2 ст. 322 ГК РФ содержит презумпцию толкования соответствующих соглашений между предпринимателями, в соответствии с которым, если условиями обязательства не предусмотрено иное, обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными.

Лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно (ст. 1080 ГК РФ).

Таким образом, ФИО3, действуя совместно с ФИО2, и дав согласие на участие в сделке, присоединился к выданному ФИО2 заверению о приобретении у Лапыцких 100% доли в уставном капитале ООО «Негоциант», поскольку он (ФИО3) должен был непосредственно выступить покупателем 75% долей.

Соответственно, обязательства ФИО2 и ФИО3 перед Лапыцкими приобрели солидарный характер, поскольку каждый из них должен был осуществить свою часть действий для реализации единого заверения по приобретению у Лапыцких 100% долей в уставном капитале ООО «Негоциант».

При этом доводы представителя ФИО3 – ФИО5 о том, что ФИО3 не намеревался приобретать 37,5% доли в уставном капитале ООО «Негоциант», принадлежащих ФИО1, судом отклоняются как несоответствующие установленным по делу обстоятельствам, поскольку какая-либо экономическая целесообразность покупки ФИО3 только лишь 37,5% долей в уставном капитале ООО «Негоциант», принадлежащих ФИО4, отсутствовала.

Напротив, является логичной и обоснованной позиция истицы о том, что ФИО3, действуя как физическое лицо, должен был приобрести не менее 75% долей в уставном капитале ООО «Негоциант», т.к. только в этом случае Общество сохраняло бы систему налогообложения в виде единого налога на вмененный доход.

В этой связи, суд приходит к выводу о солидарной ответственности ФИО2 и ФИО3 перед ФИО1 за нарушение заверения о том, что у неё будут выкуплены 50% её доли в уставном капитале ООО «Негоциант».

Доводы представителей ответчиков ФИО2 и ФИО3 о том, что положения ст. 431.2 ГК РФ могут применяться только к заключенному договору, в то время как договор с ФИО1 заключен не был, судом отклоняются, поскольку, во-первых, согласно абз. 2 п. 1 ст. 431.2 ГК РФ признание договора незаключенным или недействительным само по себе не препятствует наступлению последствий, предусмотренных абз. 1 п. 1 ст. 431.2 ГК РФ, а во-вторых, с учетом единого заверения о намерении выкупить у Лапыцких 100% принадлежащих им долей в Обществе, и состоявшуюся сделку с ФИО4 по покупке у него 50% долей, и несостоявшуюся сделку с ФИО1 по покупке у неё 50% долей, следует рассматривать как элементы единой взаимосвязанной сделки по приобретению 100% долей в уставном капитале ООО «Негоциант» (единство экономической цели, единый субъектный состав, короткий период времени), несмотря на то, что юридически данная сделка была разделена на несколько самостоятельных.

Таким образом, ФИО1 вправе требовать с ФИО2 и ФИО3 возмещения ей убытков, причиненных недостоверными заверениями об обстоятельствах.

Относительно требований ФИО1 к ФИО4, суд соглашается с доводами последнего о том, что им были предприняты все зависящие от него меры для осуществления сделки по продаже ФИО1 принадлежащей ей доли в уставном капитале ООО «Негоциант».

Недобросовестности в действиях ФИО4 судом в ходе судебного разбирательства не установлено, в связи с чем в удовлетворении исковых требований в части требований к ФИО4 следует отказать.

Оценивая размер убытков, подлежащих взысканию в пользу ФИО1, суд исходит из следующего.

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1 ст. 15 ГК РФ).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

По смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ").

Обосновывая размер заявленных исковых требований, ФИО1 представила заключение ООО «Агентство деловых услуг» № 037-к от 19.10.2020, согласно которому стоимость доли в уставном капитале ООО «Негоциант» в размере 50%, принадлежащей ФИО1, которая соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорционально размеру её доли, по состоянию на 31.12.2016, с учетом округления, определена на уровне 8 638 500 руб. (т. 5).

В соответствии с проектом договора купли-продажи долей между ФИО1 и ФИО3, проектом договора купли-продажи долей между ФИО1 и ООО «ЮВС Восток», общая сумма указанных договором составила 41 252 012,66 руб. (т. 4, л.д. 177-188).

Таким образом, размер упущенной выгоды ФИО1 равен разнице между общей суммой договоров по продаже ФИО1 принадлежащих ей 50% долей в уставном капитале ООО «Негоциант», и их действительной стоимостью на тот момент, т.е. 32 613 512,66 руб. (41 252 012,66 руб. - 8 638 500 руб.).

Доводы представителя ФИО2 – ФИО6 о том, что в случае удовлетворения иска у ФИО1 возникнет неосновательное обогащение, поскольку она по-прежнему будет являться собственником 50% долей в уставном капитале ООО «Негоциант», судом отклоняются, поскольку из вышеприведенных положений закона следует, что лицо отвечает перед стороной договора, которой предоставлено заверение, в соответствии со статьей 431.2 ГК РФ и положениями об ответственности за нарушение обязательств (глава 25 ГК РФ).

Так, в соответствии с п. 1 ст. 393.1 ГК РФ, в случае, если неисполнение или ненадлежащее исполнение должником договора повлекло его досрочное прекращение и кредитор заключил взамен его аналогичный договор, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям договора, заключенного взамен прекращенного договора.

Согласно п. 2 ст. 393.2 ГК РФ, если кредитор не заключил аналогичный договор взамен прекращенного договора, но в отношении предусмотренного прекращенным договором исполнения имеется текущая цена на сопоставимые товары, работы или услуги, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой.

Таким образом, законом прямо предусмотрен такой способ защиты нарушенного права кредитора как взыскание с должника разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой на сопоставимый товар, если кредитор не заключил аналогичный договор взамен прекращенного договора.

Кроме того, определением Арбитражного суда Красноярского края ООО «Негоциант» признано банкротом, соответственно принадлежащая ФИО1 доля в уставном капитале общества утратила реальную стоимость. В этой связи ФИО1, как действующий участник ООО «Негоциант», несет субсидиарную ответственность по долгам Общества, что исключает возможность её неосновательного обогащения в случае удовлетворения иска.

При этом, из установленных судом обстоятельств также следует, что к банкротству ООО «Негоциант» привели действия самих ответчиков ФИО2 и ФИО3, которые став напрямую или через аффилированные им юридические лица участниками ООО «Негоциант» (после покупки доли ФИО1), стали предъявлять требования к ООО «Негоциант» от имени других аффилированных им юридических лиц ((Определение Арбитражного суда Красноярского края от 11.06.2019 по делу № А33-20047/2018 (т. 2, л.д. 130-149), Постановление Третьего Арбитражного апелляционного суда от 28.08.2019 (т. 1, л.д. 171-172), Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 22.11.2019 (т. 2, л.д. 150-158), претензия от 12.10.2017 (т. 4, л.д. 220)).

Кроме того, вступившим в законную силу решением Центрального районного суда г. Красноярска от 13.02.2019 по гражданскому делу № 2-812/2019 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 о взыскании имущественных потерь по причине несообщения ФИО4 сведений о наличии у ООО «Негоциант» задолженности перед ООО «ЮВС Восток». В ходе судебного разбирательства судом было установлено, что ФИО3 как лицо, фактически контролирующее деятельность ООО «ЮВС Восток», знал о договорных правоотношениях между ООО «ЮВС Восток» и ООО сдел«Негоциант», в том числе в части наличия у ООО «ЮВС Восток» права на предъявление претензии об уплате пени, и сам инициировал в Арбитражном суде Красноярского края процесс взыскания задолженности с уже принадлежащего ему в части ООО «Негоциант» в пользу принадлежащего ему же ООО «ЮВС Восток», т.е. злоупотребил правом с целью извлечь преимущество из своего недобросовестного поведения (т. 2, л.д. 188-190).

Доводы ответчиков о том, что процесс банкротства ООО «Негоциант» начался с подачи ООО «Гранд» заявления в Арбитражный суд о выдаче исполнительного листа для принудительного исполнения решения третейского суда, судом отклоняются, т.к. сумма требований ООО «Гранд» по данному листу составила 1,815 млн. руб., в то время как ООО «ЮВС Восток» взыскало с ООО «Негоциант» 35,489 млн. руб., из которых 15,356 млн. руб. сумма пени.

Доводы представителей ответчиков ФИО2 и ФИО3 о невозможности применения при расчете размера убытков стоимость доли в уставном капитале ООО «Негоциант» по состоянию на 31.12.2016, судом отклоняются, поскольку как разъяснено в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ", упущенная выгода представляет собой неполученный доход, в связи с чем при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

На основании изложенного, поскольку ответчиками сведений об иной стоимости доли ФИО1 или на иную дату не приведено, ходатайства о назначении по делу оценочной судебной экспертизы заявлено не было, суд принимает расчет, представленный ФИО1

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч. 1 ст. 88 ГПК РФ).

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ).

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы (ч. 1 ст. 98 ГПК РФ).

Государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований (ч. 1 ст. 103 ГПК РФ).

Из материалов дела следует, что ФИО1 понесла судебные расходы на оплату услуг нотариуса в размере 39 300 руб. (т. 1, л.д. 112), а также расходы на подготовку заключения ООО «Агентство деловых услуг» от 19.10.2020 в размере 5 000 руб. (т. 5, л.д. 163-165), а всего 44 300 руб., которые подлежат взысканию в её пользу с ответчиков ФИО2 и ФИО3

Также с ответчиков ФИО2 и ФИО3 подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 60 000 руб., отсрочка уплаты которой была предоставлена истице определением суда от 27.05.2019.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО3 в пользу ФИО1 убытки в размере 32 613 512,66 руб., судебные расходы в размере 44 300 руб., а всего 32 657 812,66 руб.

В удовлетворении исковых требований к ФИО4 отказать.

Взыскать с ФИО2 и ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 60 000 руб., по 30 000 руб. с каждого из ответчиков.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Центральный районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, но не позднее 11 января 2021 г.

Подписано председательствующим.

Копия верна.

Судья Н.В. Бурлак