Решение № 2-1794/2019 2-20/2020 2-20/2020(2-1794/2019;)~М-1971/2019 М-1971/2019 от 12 февраля 2020 г. по делу № 2-1794/2019

Дело № 2 - 20/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 февраля 2020 года г. Саратов

Фрунзенский районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Анненкова Т.С.,

при секретаре Чижове Н.В.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению публичного акционерного общества «Страховая акционерная компания «Энергогарант» в лице Саратовского филиала публичного акционерного общества «Страховая акционерная компания «Энергогарант» к ФИО3 о признании договора страхования недействительным,

установил:

ПАО «САК «Энергогарант» в лице Саратовского филиала ПАО «САК «Энергогарант» (далее по тексту истец) обратилось в суд с иском к ФИО3 (далее по тексту ответчик) в котором просит признать договор личного и имущественного страхования от 26 февраля 2018 года №, заключенный между истцом и ответчиком полностью недействительным, взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что 26 февраля 2018 года между ПАО «САК «Энергогарант» и ФИО3 был заключен договор личного и имущественного страхования №. Согласно указанному договору, застрахованным лицом является ФИО3, застрахованным имуществом является недвижимоле имуществом, расположенное по адресу: <адрес>. 06.09.2019 года в адрес страховщика поступило заявление ФИО3 в лице ее представителя по доверенности ФИО2 о наступлении страхового случая, а именно установление застрахованному лицу диагноза <данные изъяты>. ПАО «САК «Энергогарант» направило запросы для подтверждения диагноза, а также для получения сведений о том, по каким заболеваниям страхователь ранее обращалась и стояла ли она на учете в <данные изъяты>, откуда был получен ответ с предоставлением амбулаторной карты о том, что ФИО3 <данные изъяты> Из сведений, содержащихся в амбулаторной карте следует, что ФИО3 на момент заключения договора страхования имела заболевания, о которых при заключении договора умолчала. Согласно п. 7.1.1. договора страхования при заключении договора страхования и в период его действия страхователь обязан сообщить страховщику обо всех известных ему обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, а также и обо всех заключенных или заключаемых договорах страхования в отношении объектов, принимаемых на страхование, с другими страховыми организациями. Заполняя заявление на страхование, являющееся неотъемлемой частью договора страхования, ФИО3 в п. 10 и 22 указала, что не имеет и в прошлом не имела заболеваний <данные изъяты>, из чего следует, что она намеренно сообщила заведомо ложные сведения о состоянии своего здоровья, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, с целью заключения договора страхования и его оплаты по базовому тарифу, а в последствии получения страховой выплаты в полном объеме. Указывает на то, что предоставив заведомо ложные сведения для страховой компании, ФИО3 повысила риск вероятности страхового случая, после <данные изъяты> обратилась в страховую компанию за выплатой, чем нарушила условия договора страхования. Со ссылкой на положения ст. ст. 944, 179 ГК РФ просили договор страхования признать недействительным ввиду сообщения страхователем заведомо ложных сведений о состоянии здоровья.

Представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности №786/19 от 30.11.2019 года, в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить по основаниям, изложенным в иске.

Представителя ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности 64 АА 2761049 от 11.05.2019 года, в судебном заседании исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать.

Представитель третьего лица – ПАО «Банк Уралсиб» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил возражения на исковое заявление в котором обосновывая свою позицию просил в удовлетворении исковых требований ПАО «САК «Энергогарант» к ФИО3 отказать в полном объеме.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, причины неявки неизвестны, ходатайств об отложении от нее не поступило.

Руководствуясь положениями п.п. 3 и 5 ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц.

Заслушав пояснения представителей истца и ответчика, опросив свидетелей, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Судом установлено, что 26 февраля 2018 года между ПАО «Банк Уралсиб» и ФИО3 был заключен кредитный договор №, по которому ей был предоставлен кредит в сумме 1 344 000 рублей сроком на 144 месяца с уплатой процентов из расчета 13,75% годовых. Срок окончания обязательств по кредитному договору 27 февраля 2030 года.

26 февраля 2018 года между ПАО «САК «Энергогарант» и ФИО3 был заключен договор личного и имущественного страхования №.

Согласно п. 1 договора личного и имущественного страхования № от 26 февраля 2018 года предметом договора является страхование имущественных интересов страхователя (застрахованного лица, выгодоприобретателя), связанных с причинением вреда жизни или здоровью застрахованного лица в результате несчастного случая и/или болезни (заболевания); владение, пользование и распоряжение страхователем недвижимым имуществом, переданным в залог (ипотеку) выгодоприобретателю, назначенному в соответствии с п. 1.5 настоящего договора с утратой недвижимого имущества в связи с прекращением права собственности на него (страхование титула).

Согласно п. 1.2 указанного договора застрахованным лицом является ФИО3, п. 1.3 застрахованным имуществом – квартира по адресу: <адрес>.

В силу п. 1.3.1 договора страхования недвижимое имущество, расположенное по адресу: <адрес> должно быть приобретено страхователем за счет кредитных средств, предоставленных страхователю (застрахованному лицу) по кредитному договору № от 26 февраля 2018 года.

Пунктом 1.4 договора страхования предусмотрено, что настоящий договор заключен в соответствии с Комбинированными правилами ипотечного страхования, утверждёнными Приказом ОАО САК «Энергогарант» №447 от 20 октября 2014 года, которые являются неотъемлемой частью настоящего договора.

Выгодоприобретателем по договору страхования, согласно которому застрахованы жизнь и здоровье заемщика и риски утраты (повреждения) предмета залога (ипотеки), является ПАО «Банк Уралсиб» (п.1.5 договора страхования).

Согласно п. 7.1.1. договора страхования при заключении договора страхования и в период его действия страхователь обязан сообщить страховщику обо всех известных ему обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, а также и обо всех заключенных или заключаемых договорах страхования в отношении объектов, принимаемых на страхование, с другими страховыми организациями. Существенными признаются обстоятельства, оговоренные в заявлении на страхование, которое является приложением к договору страхования (приложение №), а также приложениях к нему.

Заполняя анкету-заявление по комплексному ипотечному страхованию, ФИО3 на вопрос: «имеются ли у Вас или имелись когда – либо в прошлом диагностированные заболевания, нарушения здоровья», а именно: в п. 10 <данные изъяты> а также в п. 22 <данные изъяты>, указала : «нет».

Пунктом 7.5.1 договора страхования установлено право страховщика проверять достоверность информации, сообщаемой страхователем любыми доступными ему способами, не противоречащими законодательству РФ, в том числе проводить осмотр застрахованного имущества, назначать соответствующие экспертизы, запрашивать дополнительные сведения.

В соответствии с п. 7.5.2 договора страхования страховщику предоставлено право потребовать при заключении договора страхования, а также в любое время действия договора медицинского освидетельствования застрахованного лица.

Кроме того из материалов дела следует, что ФИО3 в анкете - заявлении от 26 февраля 2018 года дала согласие на обработку ее персональных данных в соответствии с Федеральным законом от 27 июля 2008 года №152-ФЗ «О персональных данных», дала согласие на то, что страховщик имеет право произвести индивидуальную оценку риска (рисков), принимаемого на страхование, с применением необходимых поправочных коэффициентов к базовой тарифной ставке, а также дала согласие на то, что любое медицинское учреждение и врачи, у которых имеются данные о состоянии ее здоровья, имеют право предоставить страховщику необходимую дополнительную полную информацию.

Согласно предоставленной ПАО «Банк Уралсиб» справки по состоянию на 28 ноября 2019 года остаток задолженности по кредитному договору № от 26 февраля 2018 года, в обеспечение которого был заключен договор страхования, составляет 1 337 460 рублей 78 копеек.

11 октября 2018 года ФИО3 поставлена на диспансерный учет у <данные изъяты>

04 сентября 2019 года ФИО3 <данные изъяты>.

06 сентября 2019 года ФИО3 через представителя по доверенности ФИО2 обратилась в ПАО «САК «Энергогарант» с заявлением о наступлении страхового случая.

Согласно п. 2 ст. 6 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела» страховщики осуществляют оценку страхового риска, получают страховые премии (страховые взносы), формируют страховые резервы, инвестируют активы, определяют размер убытков или ущерба, производят страховые выплаты, осуществляют иные связанные с исполнением обязательств по договору страхования действия.

Страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам (ст. 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела»).

Согласно п. 2 ст. 4 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела» объектами страхования от несчастных случаев и болезней могут быть имущественные интересы, связанные с причинением вреда здоровью граждан, а также с их смертью в результате несчастного случая или болезни (страхование от несчастных случаев и болезней).

В соответствии со ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Согласно ст. 943 ГК РФ, условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне, либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

В ст. 942 ГК РФ указывается на то, что к существенным условиям договора страхования относятся условия о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).

При заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства неизвестны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (п. 1 ст. 944 ГК РФ).

Пунктом 3 ст. 944 ГК РФ определено, что, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в п. 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 ГК РФ.

Как следует из п. 2 ст. 179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане.

Исходя из вышеуказанных норм права и разъяснений Верховного Суда РФ следует, что при заявлении требования о признании сделки недействительной, потерпевший должен доказать причинную связь между обстоятельствами, относительно которых он был обманут, и его решением о заключении сделки, а также об умысле лица на обман потерпевшего.

Под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной, как совершенной под влиянием обмана входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки. Обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике (истце), обратившемся в суд с иском о признании сделки недействительной.

Согласно заключению <данные изъяты>

Опрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО6 пояснила, что она работает ведущим специалистом Саратовского филиала ПАО «САК «Энергогарант». С июля 2008 года основное направление ее деятельности – оформление договоров страхования ипотечного вида. Это процедура начинается с запроса банка о предварительном расчете стоимости страховки. Затем клиент приходит к ним на заключение договора страхования. Сначала клиент лично заполняет заявление-анкету, в которой отвечает на ряд вопросов. После заполнения данного заявления оформляется договор страхования, затем подписывается клиентом, который проходит на оплату данного договора. Если в заявлении клиент указывает какие-либо отклонения состояния здоровья, то в данном случае происходит пересогласование стоимости страховки на основе того или иного заболевания. Если в анкете клиент не указывает никаких заболеваний, то сумма стоимости страховки остается та, которая была озвучена в предварительном расчете. Договор страхования между ПАО «САК «Энергогарант» и ФИО3 26 февраля 2018 года оформлялся ею. Все прошло спокойно и стандартно. Она общалась с ФИО3 Та заполнила анкету, подписала договор. При заключении договора ничего странного в поведении ФИО3 свидетель не заметила.

Опрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля <данные изъяты> пояснил, что он работает <данные изъяты>

Из материалов дела следует, что ответчик <данные изъяты>, то есть после заключения договора страхования.

С учетом действующей в гражданском законодательстве презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений (п.5 ст. 10 ГК РФ), лицо считается добросовестным до тех пор, пока не доказано иное.

Таким образом, истцом не приведено каких-либо убедительных и достаточных доказательств, свидетельствующих о наличии прямого умысла ответчика на обман, то есть на сообщение страховщику заведомо ложных сведений, направленных на введение в заблуждение страховщика.

Обязательным условием для признания сделки недействительной с применением ч.2 ст. 179 ГК РФ и ч.3 ст.944 ГК РФ, является наличие умысла на обман, которое должно доказываться истцом. Недоказанность наличия умысла является основанием для отказа в признании договора страхования недействительным.

В данном случае умысел на обман должен был подразумевать собой осознание ответчиком того, что она обманывает потерпевшего (ПАО «САК «Энергогарант») и желание обмануть в определенных для нее целях.

Суд приходит к выводу, что сообщение страхователем недостоверных сведений о состоянии здоровья не может являться основанием для признания договора страхования недействительным при отсутствии (недоказанности) умысла страхователя на обман страховщика.

При этом страховщик сам не использовал предоставленные ему законодательством и договором права и не получил необходимой информации.

Доказательства тому, что решение о заключении договора страхования принято истцом вследствие предоставления страхователем сведений об отсутствии у него заболеваний, перечисленных в анкете, а также тому, что при наличии у страхователя данных заболеваний в заключении договора страхования было бы отказано, либо договор страхования был бы заключен на иных (невыгодных для страхователя) условиях, о чем страхователь знал, предоставлены не были.

Следовательно, для истца указанные обстоятельства - об отсутствии у ФИО3 заболеваний - не имели существенного значения, в противном случае, истец, являясь профессиональным субъектом страхового дела, мог получить объективные сведения о здоровье ФИО3 Для этого у истца были все возможности, в частности права, предусмотренные ч.2 ст.945 ГК РФ, в соответствии с которыми при заключении договора страхования страховщик вправе проверить достоверность предоставленных сведений, провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Таким образом, ПАО «САК «Энергогарант» в данном случае проявлен лишь коммерческий интерес в получении страховой премии, допуская при этом возможность недостоверности информации о здоровье ФИО3 и не предприняв необходимых действий по ее проверке.

Вопрос о проверке достоверности вышеуказанной информации поставлен истцом только после обращения ФИО3 06 сентября 2019 года за выплатой страхового возмещения и только в целях освобождения его от исполнения обязательства по страховой выплате.

Между тем, бремя истребования и сбора информации о риске лежит на страховщике, который несет риски последствий заключения договора без соответствующей проверки сведений.

Разрешая спор по существу и отказывая в удовлетворении исковых требований страховой компании, суд исходит из недоказанности умысла страхователя при заключении договора страхования. <данные изъяты>

Страховая компания не представила доказательств того, что в случае сообщения ФИО3 о своих обращениях в медицинские учреждения и перенесенных ранее заболеваниях, с последней не был бы заключен договор страхования.

Таким образом, суд приходит к выводу, что требования о признании договора личного и имущественного страхования от 26 февраля 2018 года №, заключенного между ПАО «САК «Энергогарант» и ФИО3, полностью недействительным не подлежат удовлетворению.

В связи с отказом в удовлетворении основного требования иска, в соответствии с положения ст. 98 ГПК РФ требования истца о взыскании судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 6000 рублей не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований публичного акционерного общества «Страховая акционерная компания «Энергогарант» в лице Саратовского филиала публичного акционерного общества «Страховая акционерная компания «Энергогарант» к ФИО3 о признании договора страхования недействительным отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения через Фрунзенский районный суд г. Саратова.

Срок составления мотивированного решения – 20 февраля 2020 года.

Судья Т.С. Анненкова