Решение № 2-2335/2024 2-50/2025 2-50/2025(2-2335/2024;)~М-1440/2024 М-1440/2024 от 26 февраля 2025 г. по делу № 2-2335/2024

Дело № 2-50/2025

УИД 48RS0002-01-2024-002304-60


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

27 февраля 2025 года г. Липецк

Октябрьский районный суд г.Липецка в составе председательствующего судьи Курдюкова Р.В., при секретаре Плугаревой Т.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, индивидуальному предпринимателю ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов. В обоснование исковых требований ссылаясь на то, что 08.10.2023 года около 19 час. 50 мин. напротив <адрес> водитель автобуса MAN R07 RHC414 г.р.з. № ФИО2 допустил наезд на пешехода ФИО4, который от полученных травм скончался на месте. В возбуждении уголовного дела по ч.3 ст.264 УК РФ в отношении ФИО2 было отказано в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Умерший ФИО4 был единственным сыном ФИО1, проживал с родителями, был их единственной опорой и надеждой в жизни. Сын покупал продукты, возил по врачам и поликлиникам. После его смерти истец и супруга остались одни. Их состояние здоровья ухудшилось, появились новые заболевания. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

Определением суда к участию в данном деле в качестве соответчика привлечен ФИО3, в качестве третьего лица на стороне ответчика – ФИО5, на стороне истца – ФИО6

Представитель истца по доверенности ФИО7 в судебном заседании исковые требования поддержал, указал, что водитель автобуса MAN R07 RHC414 № ФИО2 располагал технической возможностью предотвратить наезд на ФИО4

ФИО5, его представитель, а также представитель ФИО3, ФИО2 по доверенности ФИО8 в судебном заседании исковые требования истца не признали, ссылались на отсутствие вины ФИО2 в наезде на ФИО4 Указали, что ФИО4 находился в состоянии тяжелой алкогольной интоксикации, смерть ФИО4 наступила в результате нарушения им ПДД РФ. Водитель ФИО2 не имел технической возможности предотвратить наезд на ФИО4

ФИО1, ФИО3, третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Старший помощник прокурора Октябрьского района г.Липецка Коршунова Н.А. в судебном заседании полагала требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению в размере 400 000 руб.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований истца по следующим основаниям.

В соответствии со ст.1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст.1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В соответствии со статьей 1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Статьей 151 ГК РФ регламентировано, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты> и т.д.).

Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ). Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (п.п.21,22 указанного выше постановления Пленума ВС РФ).

Статьей 1100 ГК РФ установлено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что 08.10.2023 года около 19 час. 50 мин. напротив <адрес> водитель автобуса MAN R07 RHC414 № ФИО2 допустил наезд на пешехода ФИО4, который от полученных травм скончался на месте.

Постановлением следователя по расследованию ДТП, поджогов, мошенничеств в сфере страхования СУ УМВД России по г.Липецку Свидетель №1 от 07.02.2024 г. в возбуждении уголовного дела по ч.3 ст.264 УК РФ в отношении ФИО2 было отказано в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В ходе проводимой проверки опрошенный ФИО2 показал, что 08.10.2023 г. примерно в 19 часов 50 минут управлял автобусом MAN № и двигался в районе <адрес>. В салоне автобуса находилось 22 пассажира, а также второй водитель, который находился на отдыхе. Автобус двигался со скоростью около 60 км/ч. Видеорегистратора в салоне нет. Во время движения пешехода на проезжей части не видел, как пешеход оказался на проезжей части не знает. Увидел он его неожиданно, между пешеходом и автобусом было расстояние около 1-2 метров. Он сразу нажал на педаль тормоза и повернул руль влево. На полосе его движения транспортных средств не было, во встречном двигался поток транспортных средств. Избежать наезда не удалось, удар произошел правой передней частью кузова автобуса, от удара было повреждено переднее ветровое стекло в правой части. Автобус проехал вперед по инерции до остановки. После вышел из автобуса и подошел к пешеходу. Пешеход был в сознании, у него прощупывался пульс. После он позвонил в скорую медицинскую помощь. Наезд произошел на правой полосе движения в направлении <адрес><адрес>).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы №1750/2-23 от 03.11.2023 г. смерть ФИО4 наступила в результате тупой сочетанной травмы тела, сопровождавшейся образованием: <данные изъяты>. Комплекс повреждений, в составе сочетанной травмы тела, состоит с наступлением смерти ФИО4 в прямой причинно-следственной связи и расценивается как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека. Смерть ФИО4 наступила 08 октября 2023 года в промежуток времени между 19:00 и 20:00 ч. В момент ДТП ФИО4 находился в состоянии алкогольного опьянения (3,3%о и 4,2%о, что у живых лиц соответствует состоянию тяжелой алкогольной интоксикации).

Согласно заключению автотехнической экспертизы ФГБУ Липецкая Лаборатория судебной экспертизы Минюста России №859/14-5-23 от 21.12.2023 г. в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автобуса MAN R07 RHC414 № для обеспечения безопасности дорожного движения должен был действовать в соответствии с требованиями п.10.1 ПДД РФ, а пешеход - в соответствии с требованиями п. 4.3 ПДД РФ.

В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автобуса MAN R07 RHC414 регистрационный знак №, двигаясь со скоростью 60 км/ч, не располагал технической возможностью экстренным торможением остановиться на расстоянии конкретной видимости препятствия в условиях данного происшествия.

Согласно заключению судебной автотехнической экспертизы ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы Минюста России» №6898/7-2-24 от 14.01.2025 г. механизм рассматриваемого ДТП был следующим:

автобус «MAN R07 RHC414» осуществляет движение по <адрес> в правой полосе со скоростью 72,6...76 км/ч. Пешеход ФИО4 пересекает проезжую часть дороги вне пешеходного перехода, приближаясь к вышеуказанному автобусу слева;

в процессе движения, пешеход ФИО4 останавливается на разделительной полосе, разделяющей проезжие части дороги, после чего возобновляет движение в том же направлении и выходит на правую полосу движения, по которой в этот момент осуществляет движение автобус «MAN R07 RHC414»;

водитель автобуса «MAN R07 RHC414» применяет торможение, о чем свидетельствую загоревшие на автобусе стоп-сигналы;

в результате пересечения траекторий движения автобуса и пешехода в одно время и в одном месте, в пределах правой полосы движения проезжей части дороги, происходит наезд правой частью передней габаритной плоскости кузова автобуса «MAN R07 RHC414» на пешехода ФИО4 С момента возобновления движения пешехода ФИО9, до момента наезда на него, проходит время равное 5,04...5,2 с;

в процессе наезда автобус «MAN R07 RHC414» сначала отклоняется влево, после чего от места наезда продолжает движение прямо и вправо. В свою очередь, пешеход ФИО4 от места наезда отбрасывается вперед (относительно траектории движения автобуса);

после того, как автобус «MAN R07 RHC414» израсходовал все свои запасы кинетической энергии, он останавливается у правого края проезжей части дороги.

Проведенными исследованиями было установлено, что при условии того, что водитель автобуса ФИО2 обнаружил пешехода ФИО4, когда последний возобновил движение от разделительной полосы (т.е. в фактический момент возникновения опасности для движения у водителя), то при таких обстоятельствах водитель автобуса ФИО2, двигаясь со скоростью 60 км/ч, располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО4, применяя экстренное торможение, с остановкой автобуса до линии движения пешехода.

В случае же если водитель автобуса ФИО2 обнаружил пешехода ФИО4 на расстоянии 20,5 м (что было установлено следствием при проведении следственного эксперимента – протокол осмотра места происшествия от 14.11.2023 г.), то возможность предотвратить наезд на пешехода у водителя ФИО2 будет отсутствовать.

В зависимости от указанных выше вариантов разрешения ситуации (1 вариант): когда водитель ФИО2 был в состоянии обнаружить пешехода в момент возникновения опасности для движения (т.е. в момент возобновления движения пешехода) ФИО2 необходимо было действовать в соответствии с требованиями п.п.1.5, абз.1; 10.1; 10.2 ПДД РФ, т.е. осуществлять движение со скоростью, не превышающей максимально разрешенную скорость движения ТС в населенных пунктах (60 км/ч), а с момента обнаружения опасности для движения (с момента возобновления движения пешехода) применять торможение, вплоть до полной остановки автобуса, тем самым не создавать опасности для движения. Вариант 2 (водитель ФИО2 был в состоянии обнаружить пешехода позже момента возникновения опасности для движения (т.е. позже момента возобновления движения пешехода), а именно: на расстоянии 20 м, что было установлено следствием в ходе проведения следственного эксперимента): в этом случае водителю автобуса необходимо было действовать в соответствии с требованиями п.п.10.1; 10.2 ПДД РФ, т.е. осуществлять движение со скоростью, не превышающей максимально разрешенную скорость движения ТС в населенных пунктах (60 км/ч), а с момента обнаружения опасности для движения (в виде переходящего проезжую часть пешехода на расстоянии 20,5 м) применять торможение, вплоть до полной остановки автобуса, тем самым не создавать опасности для движения. В обоих вариантах пешеходу ФИО4 необходимо было действовать в соответствии с требованиями п.п.1.5 абз.1; 4.3 ПДД РФ, согласно которым: п.1.5 абз.1 «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда», п.4.3 «Пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, подземным или надземным пешеходным переходам, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин».

Указанное экспертное заключение подробно мотивировано, проведено экспертом, имеющим соответствующие полномочия на проведение экспертизы, заинтересованность эксперта в исходе дела не установлена, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем суд кладет его в основу решения.

Суд установил, что сомнений в достоверности заключения не имеется; выводы эксперта являются полными и обоснованными, в связи с чем экспертное заключение обладает признаками относимости и допустимости доказательства по делу.

Оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд принимает заключение судебной автотехнической экспертизы в той части, что водитель ФИО2 в данной дорожно-транспортной ситуации не имел возможности предотвратить наезд на ФИО4

Данный вывод основан в числе прочего на результатах осмотра следователем места происшествия 14.11.2023 г., где была воспроизведена обстановка дорожно-транспортного происшествия.

Воспроизведение обстановки ДТП произведено следствием в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства с привлечением понятых, статистов, оснований сомневаться в достоверности его результатов у суда не имеется.

Судом также установлено, что на момент ДТП собственником автобуса MAN R07 RHC414 № являлся ФИО5, который передал данное транспортное средство в аренду по договору аренды от 01.05.2023 г. ИП ФИО3

Гражданская ответственность владельца транспортного средства застрахована ФИО3 по полису ОСАГО (срок страхования с 05.07.2023 г. по 04.07.2024 г., без ограничения лиц, допущенных к управлению транспортным средством).

ФИО2 на момент ДТП состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО3, что подтверждается трудовым договором от 01.10.2021 г.

Таким образом, суд считает надлежащим ответчиком по данному делу ИП ФИО3, с которого подлежит взысканию компенсация морального вреда в пользу истца, в удовлетворении исковых требований к ФИО2 суд отказывает.

С учетом положений ст.1101 Гражданского кодекса РФ при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает физические и нравственные страдания истца, его возраст, состояние здоровья, доводы истца о том, что ФИО4 являлся единственным помощником, положения статьи 1083 ГК РФ о том, что при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен, исходит из разумности и справедливости, полагает заявленные требования о взыскании компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению и определяет компенсацию в размере 380 000 рублей.

По мнению суда, данный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой - учесть грубую неосторожность ФИО4

На основании ч.1 ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

При этом необходимо иметь в виду, что обязанность суда взыскивать в разумных пределах расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных на достижение справедливого баланса между интересами стороны, которая понесла расходы для защиты своего нарушенного права, и интересами проигравшей стороны, направленным против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (п. 10).

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланс процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в то исле расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный характер).

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, разумных пределах (п. 12).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13).

Из приведенных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что критериями отнесения расходов лица, в пользу которого состоялось решение суда, к судебным издержкам является наличие связи между этими расходами и делом, рассматриваемым судом с участием этого лица, а также наличие необходимости несения этих расходов для реализации права на судебную защиту. Размер таких понесенных и доказанных расходов может быть подвергну корректировке (уменьшению) судом в случае его явной неразумности (чрезмерности), определяемой судом с учетом конкретных обстоятельств дела.

Обязанность доказать факт несения судебных расходов, а также их необходимость и связь с рассматриваемым делом возложена на лицо, заявляющее о возмещении таких расходов.

Другая сторона вправе представить доказательства, опровергающие доводы заявителя, а также представить обоснование чрезмерности и неразумности таких расходов либо злоупотребления правом со стороны лица, требующего возмещения судебных издержек.

Как следует из материалов дела, интересы истца в ходе рассмотрения дела представляли по доверенности ФИО7, ФИО10

Предмет заключенного между истцом и ФИО7, ФИО10 договор поручения от 07.02.2024 г. включает в себя: консультирование, составление и подача искового заявления, участие в судебном разбирательстве в судебных заседаниях.

Стороны определили стоимость услуг в размере: 1000 руб. – консультирование, 5000 руб. – составление и подачу искового заявления, 10000 руб. – за день участия в суде.

Актами выполненных работ (оказанных услуг) от 10.09.2024 г. подтверждается: оказание услуг по консультированию, составление искового заявления, представление интересов в суде 16.07.2024 г., 31.07.2024 г., 21.08.2024 г., 10.09.2024 г., всего на сумму 46 000 руб.

Актом выполненных работ (оказанных услуг) от 27.02.2025 г. подтверждается: представление интересов в суде 01.10.2024 г., 03.10.2024 г., 10.10.2024 г., 27.02.2025 г., всего на сумму 40 000 руб.

Согласно Положению «О минимальных ставках вознаграждения за оказание квалифицированной юридической помощи адвокатами Негосударственной некоммерческой организации «Адвокатская палата Липецкой области», утвержденного решением Совета АПЛО от 26.11.2021 г., стоимость услуг для физических лиц по составлению документов правового характера от 3 000 руб. за документ, за представительство интересов в суде первой инстанции от 15 000 руб. за день занятости адвоката.

Принимая во внимание объем выполненной представителями истца работы, участие в судебных заседаниях, суд с учетом принципа разумности полагает необходимым определить размер расходов за оказание помощи представителем в сумме 86 000 руб.

Суд считает, что документально подтвержденными, обоснованными и разумными понесенные истцом судебные расходы в указанной сумме.

Понесенные расходы соответствуют гонорарной практике в Липецкой области, доказательств того, что при сравнимых условиях подлежат оплате услуги в меньшей сумме ответчиком не представлено.

Также с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы за оплату судебной экспертизы в размере 20 600 руб.; расходы по оплате госпошлины в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН №) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 380 000 руб., судебные расходы в размере 106 900 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд через Октябрьский районный суд г.Липецка в течение одного месяца с момента изготовления в окончательной форме.

Председательствующий Р.В.Курдюков

Мотивированное решение изготовлено 13 марта 2025 года