Решение № 2-174/2025 2-174/2025~М-150/2025 М-150/2025 от 14 января 2026 г. по делу № 2-174/2025

Дело № 2-174/2025

УИД 19RS0013-01-2025-000319-62


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Сорск, Республики Хакасия 30 декабря 2025 года

Сорский районный суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Крыциной А.И.,

при секретаре судебного заседания Ждановой С.А.,

с участием заместителя прокурора Усть-Абаканского района Республики Хакасия Шурякова З.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО10 к Обществу с ограниченной ответственностью «Опытный НЕФТЕХИМ – Сервис» о компенсации морального вреда, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Опытный завод НЕФТЕХИМ – Сервис» (далее – ООО «Опытный завод НЕФТЕХИМ – Сервис») о компенсации морального вреда, мотивируя исковые требования тем, что 23 мая 2025 года на основании трудового договора № 114/05-25 он был принят на работу в ООО «Опытный завод НЕФТЕХИМ – Сервис» на должность оператора по химической обработке скважин 4 разряда, вахтовым методом. 04 июня 2025 года в 18 часов 30 минут он находился возле ангара РММ, чтобы передать запасное колесо на ремонт, после чего направился в сторону жилого городка. В это время проход между ангаром РММ и складом ГСМ был временно перекрыт сигнальным ограждением в связи с шиномонтажными работами. В связи с этим им был выбран более безопасный маршрут между припаркованными транспортными средствами. Проходя мимо припаркованного автомобиля «КАМАЗ» государственный регистрационный номер <***>, внутри которого был ФИО3 (оператор по химической обработке скважин), последний открыл дверь автомобиля, так как хотел выйти из него, не заметив истца и из-за порыва ветра не смог удержать дверь в результате чего удар пришелся истцу по голове в лобную часть. В результате удара он (ФИО2) получил телесные повреждения: закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение головного мозга, закрытый вдавленный перелом передней стенки лобных пазух, что подтверждается заключением ОГБУЗ «Усть-Кутская районная больница». В связи с полученными травмами был доставлен в районную больницу, где находился на стационарном лечении с 05 по 09 июня 2025 года, далее с 10 по 16 июня 2025 года проходил амбулаторное лечение, а затем по месту жительства в ГБУЗ «Сорская городская больница» с 17 июня по 14 июля 2025 года. Кроме вышеуказанных телесных повреждений у него ухудшилось зрение левого глаза. Из-за полученной травмы испытывает головные боли, плохо спит, голова начинает болеть от любых резких движений, физических нагрузок, в связи с чем регулярно принимает болеутоляющие средства. Работодатель не оказывал ему никакой материальной помощи. По факту несчастного случая была создана комиссия, проведено расследование, по результатам составлен акт, согласно которому в нарушение требований абз. 5 ч. 3 ст. 214, ч. 1 ст. 218 ТК РФ работодатель не обеспечил систематическое выявление опасностей и профессиональных рисков на рабочем месте, в части потенциальных опасных производственных факторов нахождения пострадавшего в слепой зоне автомобиля и высокой скорости движения воздуха, не идентифицированы, уровень риска не определен, корректирующие мероприятия не разработаны. В связи с полученными телесными повреждениями, длительным лечением и невозможностью трудиться он испытывал и продолжает испытывать нравственные и физические страдания. На основании изложенного просит взыскать с ООО «Опытный завод НЕФТЕХИМ – Сервис» компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, а также судебные расходы в размере 3 000 рублей.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, обратился в суд с заявление о рассмотрении иска в его отсутствие, требования поддерживает в полном объеме.

Представитель ответчика Общества с ограниченной ответственностью «Опытный завод НЕФТЕХИМ - Сервис» - ФИО4, действующая на основании доверенности в судебном заседании отсутствовала, о времени и месте его проведения была уведомлена надлежащим образом и в установленный законом срок, от неё поступило заявление, в котором просит, рассмотреть гражданское дело без её участия. В отзыве на исковое заявление указала, что истец с 23 мая 2025 года работал в ООО «ОЗНХ-Сервис» в должности оператора по химической обработке скважин 4 разряда. В результате несчастного случая, произошедшего 04 июня 2025 года, причинами которого послужила неосторожность, невнимательность и поспешность истца, последний получил телесные повреждения. Данный факт был признан несчастным случаем на производстве, было проведено расследование, по результатам которого составлен акт № 1 по форме Н-1 о несчастном случае на производстве и акт по форме № 5 о расследовании тяжёлого несчастного случая. Ссылаясь на ст.ст.151, 1064 ГК РФ, п. 26 Постановления Пленума ВС РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» истцу необходимо доказать наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и фактом причинения морального вреда, а также доказательства вины предприятия. Просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, относительно предмета спора ФИО3, в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Суд, в соответствии с ч. 3, 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Исследовав материалы дела, представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, выслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования, подлежащими удовлетворению с учётом разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В соответствии с абзацем 2 части 3 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда (абзацы второй части 1 статьи 216 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Положениями статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

По правилам пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 23 мая 2025 года между Обществом с ограниченной ответственностью «Опытный завод НЕФТЕХИМ – Сервис» и ФИО1 ФИО12 был заключен трудовой договор № 114/05-25, последний был принят на должность оператора химической обработки скважин 4 разряда вахтовым методом на период с 23 мая по 30 июня 2025 года.

В период выполнения трудовых обязанностей, а именно 04 июня 2025 года в 18 часов 30 минут с ФИО2 произошел несчастный случай на открытой территории ответчика около места высадки пассажиров около ангара ремонтно-механической мастерской ВЖП КП-53, которое представляет собой участок местности, расположенный в Иркутской области, Усть-Кутском районе, Верхнемарковском муниципальном образовании, вахтовом поселке Яракта, в результате которого он получил травму в виде ЗЧМТ, сотрясение головного мозга, закрытого вдавленного перелома передней стенки лобных пазух. Работодателем 04 июля 2025 года утвержден акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве.

Согласно представленному акту № 1 от 04 июля 2025 года и акту о расследовании тяжелого несчастного случая (Форма № 5) следует, что 04 июня 2025 года на территории около места высадки пассажиров около ангара ремонтно-механической мастерской ВЖП КП-53 находился автомобиль «КАМАЗ» с КМУ государственный номер <***> на приямке под небольшим углом влево по направлению к ангару РММ. Расстояние от корпуса автомобиля при полном открывании левой двери ТС – 1.05 м. Высота нижнего края двери от уровня земли – 1.82 м. Расстояние от ангара РММ до автомобиля «КАМАЗ» – 12 м. Расстояние между стоящими транспортными средствами «КАМАЗ» государственный номер <***> и «УРАЛ» государственный номер <***> – 2.2 м. Проход между ангаром РММ и припаркованным автомобилем «КАМАЗ» государственный номер <***> был перекрыт защитным ограждением в связи с проведением шиномонтажных работ и накачки колес в специальной клетке для безопасной накачки колёс. Несчастный случай произошёл в светлое время суток (18 часов 30 минут), в пасмурную погоду с сильными порывами ветра при естественном освещении. Температура воздуха +12 С.

Также из актов следует, что в 18 часов 20 минут ФИО2 прибыл на ВЖП КП 53 с ВТЛУ (Верхнетирский лицензионный участок) для дополнительного обучения с мастерами участка БДР (блок дозирования реагента) по разбору и ремонту насосного оборудования НД (насос дозированный) и НМШ (насос масляный шестеренчатый). Водитель транспортного средства «ГАЗ СОБОЛЬ» государственный номер <***> ФИО5 попросил ФИО2 отнести на ремонт запасное колесо в ангар РММ и уехал. После передачи колеса возле ангара РММ ФИО2 направился в сторону жилого городка. Проход между ангаром РММ и складом ГСМ был временно перекрыт сигнальным ограждением в связи с производством шиномонтажных работ. Поэтому ФИО2 выбрал более безопасный маршрут между припаркованными транспортными средствами около места высадки пассажиров. Автомобиль «КАМАЗ», припарковался в зоне высадки пассажиров для высадки оператора по химической обработке скважин ФИО3 Из объяснений ФИО2 следует, что в 18 часов 30 минут проходя мимо припаркованного автомобиля «КАМАЗ» государственный номер <***>, не заметил, что дверь транспортного средства открывается и получил удар в лобную часть головы дверью данного транспортного средства.

В соответствии с разделом 6.1 акта вводный инструктаж проведен 25 мая 2025 года, первичный инструктаж по профессии или ввиду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай 25 мая 2025 года, стажировка 26 мая 2025 года – 28 мая 2025 года, обучение по охране труда по профессии или ввиду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай с 18 апреля 2025 года по 05 мая 2025 года, проверка знаний требований охраны труда по профессии или ввиду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай протокол от 12 мая 2025 года № 175-2от, протокол от 12 мая 2025 года № 176-2от, протокол от 12 мая 2025 года № 177-2лт, протокол от 12 мая 2025 года №177/1от.

Комиссией также было установлено, что оператор по химической обработке скважин ФИО2 в момент несчастного случая состоял в трудовых отношениях с ООО «Опытный завод Нефтехим-Сервис» находился при исполнении трудовых обязанностей, действовал в рамках интереса работодателя, являлся застрахованным лицом от несчастных случаев, в связи с чем комиссия квалифицировала как несчастный случай, связанный с производством подлежащим оформлению актов формы Н1, учету и регистрации в ООО «Опытный завод Нефтехим-Сервис».

В качестве причины несчастного случая в акте о несчастном случае на производстве указано: прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев – неосторожность, невнимательность, поспешность.

Также комиссией было установлено, что в нарушение требований абз. 5 ч. 3 ст. 214, ч. 1 ст. 218 ТК РФ работодатель не обеспечил систематическое выявление опасностей и профессиональных рисков на рабочем месте, в части потенциальных опасных производственных факторов нахождения пострадавшего в слепой зоне автомобиля и высокой скорости движения воздуха, не идентифицированы, уровень риска не определен, корректирующие мероприятия не разработаны.

В результате несчастного случая на производстве на основании Заключения ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ» о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени тяжести № 1123/25 от 06 июня 2025 года ФИО6 был поставлен диагноз: производственная травма ЗЧМТ, сотрясение головного мозга, закрытый вдавленный перелом передней стенки лобных пазух. Код диагноза по МКБ-10: S02.8.0, S06.0.0.Согласно схеме определения степени тяжести повреждений здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории тяжёлых.

Акт о несчастном случае на производстве сторонами не обжаловался, обстоятельства несчастного случая, установленные в ходе проведения расследования несчастного случая на производстве сторонами не оспаривались.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие получения производственной травмы суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе.

С учетом установленных судом обстоятельств, оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу, что вред здоровью истцу причинен в период исполнения им трудовых обязанностей; ФИО2 действовал в рамках интереса работодателя, несчастный случай, повлекший причинение вреда здоровью работника, связан с производством, причиной произошедшего несчастного случая явилось необеспечение работодателем безопасных условий труда, работадатель не обеспечил выявление опасностей и профессиональных рисков на рабочем месте в части потенциальных опасных производственных факторов нахождение пострадавшего в слепой зоне автомобиля, не обеспечил безопасный путь последнему, а также неосторожность, невнимательность и поспешность.

В силу ч. 4 ст. 230 ТК РФ в акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

В соответствии с п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Доводы стороны ответчика об ответственности за произошедшее ФИО6 судом не принимаются, поскольку в силу требований ст. 212 ТК РФ ответственность за соблюдение требований охраны труда на производстве возложена на работодателя. При этом, в действиях работника ФИО6 комиссией при расследовании несчастного случая грубой неосторожности при производстве работ не установлено, ответчик на данные обстоятельства не ссылался, а указание в акте на неосторожность, невнимательность и поспешность, не свидетельствуют, по мнению суда, о грубой неосторожности ФИО2 при выполнении работ и, соответственно, об освобождении работодателя от ответственности в виде компенсации морального вреда работнику.

С учетом обстоятельств произошедшего несчастного случая, в том числе характера предполагаемых работ и прохождением ФИО2 между автомобилями (выбрав для себя более безопасный путь) он не мог убедиться в отсутствии опасностей от действий водителя автомобиля, в связи с чем суд не усматривает в действиях ФИО2 грубой неосторожности.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о нарушениях в области охраны труда со стороны работодателя ООО «Опытный завод НЕФТЕХИМ – Сервис», а потому именно ответчик обязан отвечать по требованиям истца о компенсации морального вреда.

Согласно выписному эпикризу истории болезни истца ФИО2, последний находился на лечении в стационаре ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ» с 05 июня по 09 июня 2025 года. Основное заболевание S02.8 перелом других лицевых костей и костей черепа, производственная травма, сотрясение головного мозга, закрытый вдавленный перелом передней стенки лобных пазух, проведено обследование, осмотры врачей специалистов. Состояние при поступлении: средней степени тяжести. Открыт больничный лист.

С 10 июня по 30 июня 2025 года ФИО2 находился на амбулаторном лечении в ГБУЗ РХ «Сорская ГБ» с жалобами на головную боль, головокружение.

Заключением врачебной комиссии ГБУЗ РХ «Сорская ГБ» № 110 от 30 июня 2025 года ФИО2 установлен диагноз перелом стенки лобных пазух, производственная травма.

На основании представленных медицинских документов, в том числе медицинских заключений, выписных эпикризов, истории болезни, осмотров врачей, выписки из амбулаторной карты истца, судом установлено, что истец обращался за медицинской помощью, получал медикаментозное лечение в связи с полученной травмой, проходил амбулаторное и стационарное лечение.

Указанные обстоятельства также подтверждены в ходе рассмотрения дела, из которых следует, что ФИО2 мучают головные боли, от чего он плохо спит, принимает болеутоляющие препараты. В связи с полученными телесными повреждениями длительное время не мог трудиться, от чего испытывал нравственные и физические страдания.

Из заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы ГКУЗ РХ «Республиканское клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы» (экспертиза по материалам дела) № 70 от 28 ноября 2025 года следует, что по представленным медицинским документам у ФИО2 при обращении за медицинской помощью в ОГБУЗ «Усть-Курская РБ» имелись повреждения: закрытые, оскольчатые, вдавленные переломы передних стенок обеих лобных пазух, гематома, ссадина в лобной области. Переломы передних стенок лобных пазух получены от ударного воздействия тупым, твёрдым предметом с ограниченной в одной плоскости поверхностью воздействия, сроком до 3-х недель до момента проведения СКТ исследования (06.06.2025), о чём свидетельствует отсутствие на СКТ признаков консолидации (сращения костей). Гематома и ссадина в лобной области от ударно-скользящего воздействия тупым твёрдым предметом, о сроке давности образования гематомы и ссадины в лобной области высказаться не представляется возможным, в виду отсутствия описания в медицинских документах морфологических признаков повреждений, однако нельзя исключить, что все вышеуказанные повреждения могли быть получены в срок, указанный в определении - 05 июня 2025 года. Не исключается, что имеющиеся у ФИО2 переломы передней стенки обеих лобных пазух, гематома и ссадина в лобной области могли быть получены в результате удара дверью автомобиля 04 июня 2025 года при обстоятельствах указанных в иске. Закрытый перелом передних стенок лобных пазух, гематома, ссадина в лобной области согласно п. 5.2 и п. 14 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденный Приказом МЗ РФ от 08.04.2025 года № 172н повлекли в совокупности вред здоровью средней степени тяжести по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью более 21 день. Вдавленный оскольчатый перелом передних стенок лобных пазух подтверждается результатами проведенного МСКТ исследования головного мозга от 06 июня 2025 года носит травматический характер, не является особенностью анатомического строения черепа, о чём свидетельствует наличие эмфиземы (скопление воздуха в мягких тканях и подкожно-жировой клетчатке лобной области, где в норме газа быть, не должно и является симптомом подтверждающего наличие перелома костей лобной пазухи). Миопия – это самостоятельное заболевание не травматического происхождения, при котором человек хорошо видит объекты, находящиеся вблизи, но на расстоянии они кажутся ему размытыми. Как правило, болезнь развивается из-за удлинения глазного яблока. В этом случае луч света, отражающийся от предметов, фокусируется не на сетчатке, а перед ней. Имеющиеся у ФИО2 повреждения: закрытый вдавленный оскольчатый перелом передней стенки лобных пазух, гематома и ссадина в лобной области согласно «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате травм отравлений и других последствий воздействия внешних причин», приложения к «Порядку определения степени тяжести причиненного здоровья человека», утверждённому Приказом МЗ РФ № 172 н от 08.04.2025 не влекут за собой стойкой утраты общей трудоспособности.

Указанное заключение экспертов суд расценивает допустимым и достоверным доказательством, поскольку оснований не доверять выводам экспертов, содержащихся в экспертном заключении, у суда не имеется, так как заключение выполнено независимыми экспертами, не заинтересованными в исходе дела, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности, о чём дали соответствующую подписку. Кроме того, суд считает, что данное заключение содержит подробное описание произведённых исследований, полученные в результате выводы и научно обоснованные исчерпывающие ответы на поставленные вопросы, противоречий и неясностей не содержит, квалификация и стаж работы экспертов соответствует характеру произведённых ими работ.

Доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО2 была получена травма при иных обстоятельствах, в ином месте, а также о том, что полученная ФИО2 травма не повлекла какого-либо вреда его здоровью, суду ответчиком не представлены.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Как разъяснено в абзацах 2 и 4 пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Размер компенсации определяется характером и глубиной причиненных потерпевшему нравственных и физических страданий, степенью вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В связи с полученной травмой ФИО2 несомненно, причинены физические и нравственные страдания.

При определении размера денежной компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, степень, характер физических и нравственных страданий истца ФИО2 в связи с полученной травмой, тяжесть причиненного ему, вреда здоровью (вред средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью более 21 дня), тип повреждения – закрытый перелом передних стенок лобных пазух, гематома, в результате которого истец испытывал сильную физическую боль, последующее стационарное и амбулаторное лечение, изменение привычного для него образа жизни, требования разумности и справедливости, отсутствие у ФИО2 грубых нарушений требований охраны и дисциплины труда, а также то, что в силу положений абзаца четвертого и абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Условия труда - это совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника (часть 2 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

С учетом установленных обстоятельств, требований разумности и справедливости, тяжести причиненного ФИО2, вреда здоровью (вред средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью более 21 дня), характера травмы, характер и степень причиненных истцу страданий, вызванных получением травмы, продолжительность, вид и объем лечения, изменение привычного для него образа жизни, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей, в остальной части иска отказать.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

ФИО2 заявлено о взыскании с ООО «Опытный НЕФТЕХИМ – Сервис» в его пользу судебных расходов по оплате юридических услуг по составлению искового заявления в размере 3 000 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.

В материалы дела представлена квитанция № 001647 об оплате услуг адвокату Тюменцевой Я.Ю. денежных средств в сумме 3 000 рублей за составление искового заявления.

При определении суммы оплаты юридических услуг с учётом степени сложности дела, объёма оказанных услуг, принципа разумности, закреплённого ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, суд считает правильным взыскать указанную сумму с ответчика в пользу истца.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ с ответчика ООО «Опытный НЕФТЕХИМ – Сервис» также подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты, которой освобожден истец, в размере 20 000 рублей за рассмотрение нематериального требования о компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО13 к Обществу с ограниченной ответственностью «Опытный НЕФТЕХИМ – Сервис» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Опытный НЕФТЕХИМ – Сервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>), в пользу ФИО1 ФИО14 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей, судебные расходы в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

В удовлетворении остальных требований отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Опытный НЕФТЕХИМ – Сервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 20 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Хакасия в течение месяца со дня составления мотивированного решения через Сорский районный суд Республики Хакасия.

Председательствующий А.И. Крыцина

Мотивированное решение (с учетом выходных и праздничных дней) составлено 15 января 2026 года.

Председательствующий А.И. Крыцина