Приговор № 1-53/2017 от 12 ноября 2017 г. по делу № 1-53/2017

Уголовное дело № 1-53/2017


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Турочак 13 ноября 2017 года

Турочакский районный суд Республики Алтай в составе председательствующего судьи – Беляева И.В.,

при секретаре – Вайзингер М.В.,

с участием государственных обвинителей – Гаевой Е.П., Тадышева А.А., Устюгова Р.В.,

потерпевшего – ФИО1,

подсудимой – ФИО11,

защитника-адвоката Литвинцева А.В.

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО11, <данные изъяты> сменившей фамилию ФИО12 на ФИО13, судимой:

10.02.2017 мировым судьёй судебного участка Чарышского района Алтайского края по ч. 1 ст. 167 УК РФ с назначением наказания в виде штрафа в размере 6000 рублей, зарегистрированной по адресу: <адрес>, фактически проживающей по адресу: <адрес>, находящейся на подписке о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Органами предварительного следствия ФИО11 обвиняется в совершении присвоения, то есть хищения чужого имущества, вверенного виновной, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, при следующих обстоятельствах.

ФИО11, являясь главным бухгалтером Автономного учреждения Республики Алтай «<данные изъяты>» (далее АУ РА «<данные изъяты>», Учреждение), назначенной на должность ДД.ММ.ГГГГ на основании Приказа № АУ РА «<данные изъяты>», в соответствии с заключенным с ней трудовым договором и должностной инструкцией, была обязана выполнять работу по ведению бухгалтерского учета имущества, обязательств и хозяйственных операций (учет основных средств, товарно-материальных ценностей, расчеты с поставщиками и заказчиками, за представленные услуги); участвовать в разработке и осуществлении мероприятий, направленных на соблюдение финансовой дисциплины и рациональное использование ресурсов; отражать на счетах бухгалтерского учета операции, связанные с движением основных средств и денежных средств; лично выполнять определенную трудовым договором трудовую функцию; бережно относится к имуществу Работодателя; незамедлительно сообщать Работодателю о возникновении ситуации, представляющей угрозу сохранности имущества Работодателя; нести материальную ответственность за прямой действующий ущерб; руководствоваться в своей деятельности законодательством Российской Федерации, Федеральным законом «О бухгалтерском учете», Уставом АУ РА «<данные изъяты>», положениями и инструкциями по организации бухгалтерского учета и составления отчетности; добросовестно исполнять свои трудовые обязанности; соблюдать иные локальные нормативные акты Работодателя; в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей, а также причинения Работодателю материального ущерба нести полную материальную и иную ответственность согласно действующему законодательству; принимать на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ей Работодателем имущества, то есть, ФИО11 являлась материально-ответственным должностным лицом и выполняла административно-хозяйственные функции в АУ РА «<данные изъяты>».

В один из дней в период с 26 июля 2013 года по 29 июля 2013 года в дневное время ФИО11, находясь в служебном кабинете АУ РА «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, из корыстных побуждений, с целью личного незаконного обогащения, имея умысел на хищение путем присвоения с использованием служебного положения вверенного ей и принадлежащего АУ РА «<данные изъяты>» имущества, используя свое служебное положение, получила от ФИО2 денежные средства в сумме 75000 рублей в качестве оплаты за приобретение пиловочника древесины породы «кедр» объемом 25 куб. м на общую сумму 75000 рублей для внесения в кассу АУ РА <данные изъяты> о чем выписала и передала ФИО2 квитанцию к приходному кассовому ордеру № от 29.07.2013 на сумму 75000 рублей, однако денежные средства в сумме 75000 рублей, полученные от ФИО2, ФИО11 в кассу Учреждения не внесла, а используя свое служебное положение, в том же месте, в вышеуказанный период времени похитила их путем присвоения и распорядилась ими по своему усмотрению, причинив АУ РА «<данные изъяты>» материальный ущерб на указанную сумму.

Таким образом, в период с 26 июля 2013 года по 29 июля 2013 года, в дневное время, в <адрес>, в помещении АУ РА «<данные изъяты>» по <адрес>, ФИО11 при вышеуказанных обстоятельствах с использованием своего служебного положения похитила путем присвоения вверенные ей денежные средства в сумме 75000 рублей, принадлежащие АУ РА «<данные изъяты>», распорядившись ими по своему усмотрению, чем причинила АУ РА «<данные изъяты>» материальный ущерб на указанную сумму.

Указанные действия подсудимой ФИО11, органами предварительного следствия квалифицированны по ч. 3 ст. 160 УК РФ, как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения.

Стороной обвинения в подтверждение виновности подсудимой ФИО11 представлены следующие доказательства.

Допрошенный в судебном заседании представитель потерпевшего ФИО1 пояснил, что должность директора АУ РА «<данные изъяты>» занимает с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 работала в должности главного бухгалтера предприятия. ФИО13 занималась приёмом денежных средств, отражением их по кассе, внесение денежных средств на счёт. Отдельной должности кассира на предприятии на тот момент не было.

В мае 2012 года возникли отношения с ФИО2, с которым был заключён договор по обустройству пилорамы и ее запуску. ФИО2 занимался работами по обустройству и запуску пилорамы, стоимость договора составила порядка 130 000 рублей. ФИО2 обратился по вопросу приобретения пиловочника по цене 3000 рублей за 1 м3, на общую сумму 75 000 рублей. Он пригласил ФИО13, чтобы она приняла денежные средства в сумме 75 000 рублей от ФИО2 и выдала ему кассовый чек на указанную сумму.

На тот момент пиловочник на предприятии был в наличии, однако ФИО2 не спешил его вывезти. В сентябре он сказал ФИО2, что пиловочник необходимо вывезти, так как его начал портить короед или они пустят его на свои нужды, а ему предоставят другой пиловочник, когда он будет в наличии. На что ФИО2 согласился, однако впоследствии надобность в пиловочнике у ФИО2 отпала, и он поставил вопрос о возвращении денежных средств.

В связи с тем, что денег не было, он сказал ФИО2, что денежные средства ему будут возвращены после появления внебюджетных средств. В ноябре 2016 года сообщил ФИО2 о том, что они готовы вернуть денежные средства за пиловочник. Когда он обратился по данному вопросу к главному бухгалтеру ФИО3, то она пояснила, что по данным бухгалтерского учёта у них нет задолженности перед ФИО2. Когда посмотрели первичные документы, то оказалось, что приход денежных средств от ФИО2 за пиловочник в июле не зафиксирован, хотя ранее в июле 2013 года он видел кассовый отчёт ФИО11 с информацией о поступлении 75 000 рублей и приходном ордере на 75 000 рублей. У ФИО2 имелась квитанция о внесении денежных средств за пиловочник, поэтому денежные средства ему были выплачены. На тот момент ФИО13 уже на предприятии не работала.

Последний отчёт кассира ФИО13 составляла перед увольнением в конце июля 2013 года. Передавал ли ФИО2 денежные средства ФИО11, он не знает. После увольнения ФИО11 с сентября 2013 года бухгалтером работала ФИО4. Фиксация процедуры передачи бухгалтерских документов от ФИО13 к ФИО4 актом приёма-передачи не осуществлялась. ФИО4 приняла бухгалтерские документы у ФИО11, излишек и недостач денежных средств не было.

Договор на благоустройство пилорамы он передавал в бухгалтерию, однако его там нет, сумма договора составляла порядка 130 000 рублей. Фактически ФИО2 по договору о благоустройстве пилорамы выплачено порядка 85 000 рублей, что известно со слов последнего, бухгалтерских документов об этом не имеется.

На предприятии практиковались случаи когда, он получал деньги с должников, покупал запчасти, потом просил оформить приход или расход на него. После увольнения ФИО11 на предприятия бухгалтером пришла работать ФИО4, которая отработав несколько дней, уехала на заготовку кедрового ореха, это было её условием. Потом она вернулась и продолжила работать. В её отсутствие бухгалтерию никто не вёл, допускает, что мог фиксировать некоторые операции в отсутствие бухгалтера. Акт сверки взаимных расчётов между предприятием и ФИО2 составлялся на основании данных программы без анализа бухгалтерской документации.

Из оглашенных показаний представителя потерпевшего ФИО1, данных в ходе предварительного следствия усматривается, что во второй половине июля 2013 года к нему в кабинет АУ РА «<данные изъяты>» пришел ФИО2 с просьбой приобрести за наличный расчет пиловочник кедра на сумму 75000 рублей, стоимость которого составляла 3000 рублей за кубический метр. В этот же день ФИО2 в его присутствии передал главному бухгалтеру ФИО14 денежные средства в сумме 75000 рублей в качестве оплаты за пиловочник кедра объемом 25 кубических метра. Один раз в неделю главный бухгалтер ФИО14 предоставляла ему отчет кассира, который он лично проверял на предмет отражения всех операций по кассе. При проверке кассового отчета после оплаты денежных средств ФИО2 в сумме 75000 рублей, данный приход был отражен ФИО15 в отчете кассира. Однако в дальнейшем при разбирательстве по данному факту, данных документов в отчете кассира не оказалось (том 1 л.д. 49-51).

Показания относительно передачи ФИО2 денежных средств ФИО11 не подтвердил, пояснив, что не присутствовал при передаче денег, удостоверив факт наличия у ФИО2 денежных средств.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО2 показал, что он выполнял определённые работы по установке пилорамы на предприятии ФИО1. Также он сотрудничал с компанией, которой требовался лес породы кедр, поэтому обратился к ФИО1 с вопросом о продаже пиловочника, на что тот согласился. Оформили покупку 25 куб. м за 75 000 рублей, с вывозкой в удобное время. Он отдал денежные средства в указанной сумме бухгалтеру, ему выдали счет и приходно-кассовый ордер на 75 000 рублей. Это было 4 года назад. Где он передавал денежные средства, не помнит. Договор на пилораму у него отсутствует, цена договора составляла 100 000 рублей и 30 куб.м леса породы пихта кругляка. С ним произвели расчёт на сумму 85 000 рублей.

Осмотрев приобщённые в судебном заседании бухгалтерские и иные документы: приходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ на 75 000 рублей от ФИО2, расходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ на выдачу ФИО2 40 000 рублей, расходный кассовый ордер б/н от ДД.ММ.ГГГГ на выдачу ФИО2 3 000 рублей, расходный кассовый ордер б/н на 15 000 рублей о выдаче ФИО2 продуктов питания, к которому прикреплён товарный чек магазина «<данные изъяты>» на сумму 15 000 рублей от ДД.ММ.ГГГГ, расписку ФИО2 о получении от АУ РА «<данные изъяты>» 10 000 рублей ДД.ММ.ГГГГ, расходный кассовый ордер б/н от ДД.ММ.ГГГГ о выдаче ФИО2 13 000 рублей, к которому прикреплена расписка ФИО2 о получении от ФИО1 13 000 рублей ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 подтвердил факт передачи денежных средств предприятию, а также факты получения на основании этих документов денежных средств и продуктов питания.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО2, данных в ходе предварительного следствия усматривается, что в июле 2013 года он обратился к директору АУ PA «<данные изъяты>» ФИО1 с просьбой продать пиловочник кедровый на сумму 75000 рублей по цене 3000 рублей за куб.м, общим объемом 25 куб.м. В этот же день, он в присутствии ФИО1 передал главному бухгалтеру ФИО15 денежные средства в сумме 75000 рублей в качестве оплаты за пиловочник кедровый (т. 1 л.д. 67-68).

Оглашённые показания в части даты подтвердил, а в части передачи денег ФИО11 в присутствии ФИО1 не подтвердил, пояснив, что не помнит, где их передавал.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3 показала, что

она устроилась на работу в АУ РА «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ. Примерно в мае 2016 года обратился ФИО2 по вопросу о возвращении ему денежных средств. ФИО2 предоставил документы, она сделала копии приходно-кассового ордера, проверила поступление по базе. ФИО1 сказал, что деньги от ФИО2 поступали и их необходимо вернуть. В октябре 2016 года денежные средства в сумме 68 000 рублей были перечислены ФИО2, 7 000 рублей было удержано в счёт погашения имеющей задолженности по реализации. Данную информацию она смотрела по бухгалтерской программе, поскольку бухгалтерские документы были изъяты полицией. Технически в бухгалтерской программе можно создать и удалить приходный кассовый ордер, если на его основании созданы другие документы, то это невозможно, необходимо удалить все документы. В её присутствии следователем осматривался рабочий ноутбук, где проверялись операции, связанные с ФИО2. При просмотре программы 1С «Предприятие» они обнаружили, что приход денежных средств в размере 75 000 рублей не зафиксирован. На имя ФИО2 имелся счёт на оплату пиловочника на сумму 75 000 рублей.

В судебном заседании стороной обвинения также представлены следующие доказательства.

Согласно протоколу выемки от ДД.ММ.ГГГГ у свидетеля ФИО2 изъяты: счет № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 75000 рублей; квитанция к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 75000 рублей за пиловочник кедровый (т. 1 л.д. 79-81).

В соответствии с протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ у директора АУ РА «<данные изъяты>» ФИО1 изъяты: журнал операций № с безналичными денежными средствами за 2015 год АУ РА «<данные изъяты>» на 297 листах; журнал операций № по счету «Касса» июль - декабрь 2015 года АУ РА «<данные изъяты>» на 378 листах; журнал операций № по счету «Касса» за 2 полугодие 2014 года АУ РА «<данные изъяты>» на 573 листах; журнал операций № по счету «Касса» за 1 полугодие 2014 года АУ РА «<данные изъяты>» на 593 листах; журнал операций № по счету «Касса» январь - июнь 2015 года АУ РА «<данные изъяты>» на 537 листах; журнал операций № с безналичными денежными средствами 2013 год АУ РА «<данные изъяты>» на 396 листах; журнал операций № по счету «Касса» за 2 полугодие 2013 года АУ РА «<данные изъяты>» на 569 листах; журнал операций № по счету «Касса» январь-апрель 2016 года АУ РА «<данные изъяты>» на 194 листах; журнал-ордер № за 2015 год АУ РА «<данные изъяты>» на 245 листах; отчет кассира за 2014 год АУ РА «<данные изъяты>» на 166 листах; отчет кассира за 2015 год АУ РА «<данные изъяты>» на 140 листах (т. 1 л.д. 83-85).

Из протокола осмотра документов от ДД.ММ.ГГГГ следует, что осмотрены документы, изъятые в ходе выемки у свидетеля ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, и в ходе выемки у директора АУ РА «<данные изъяты>» ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. Осмотром документов установлено, что в период с июля 2013 года по апрель 2016 года от ФИО15 денежные средства в сумме 75000 рублей в кассу АУ РА «<данные изъяты>» не поступали. ДД.ММ.ГГГГ от ФИО2 по приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ поступили в кассу АУ РА «<данные изъяты>» денежные средства в сумме 2000 рублей за проживание, иных поступлений денежных средств от ФИО2 в кассу предприятия за данный период не имелось (т. 1 л.д. 98-105).

Вышеуказанные осмотренные бухгалтерские документы признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 1 л.д. 106-107).

Вместе с тем, постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 106-107) не подписано следователем, что в соответствии со ст.ст. 75 и 81 УПК РФ исключает возможность признания и приобщения осмотренных документов в качестве вещественных доказательств. Согласно ст. 75 УПК РФ недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ.

При таких обстоятельствах суд исключает из числа доказательств постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 106-107).

Согласно протоколу выемки от ДД.ММ.ГГГГ у директора АУ РА «<данные изъяты>» ФИО1 изъяты: акт сверки взаиморасчетов с ФИО2 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, приказ АУ РА «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, приказ АУ РА «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, приказ АУ РА «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, приказ АУ РА «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между АУ РА «<данные изъяты>» и ФИО15 (т. 1 л.д. 110-112).

Из протокола осмотра документов от ДД.ММ.ГГГГ следует, что осмотрены документы, изъятые в ходе выемки у директора АУ РА «<данные изъяты>» ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. Осмотром установлено, что согласно акта сверки взаиморасчетов между АУ «<данные изъяты>» и ФИО2 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 заключен договор на строительство пилорамы и на ДД.ММ.ГГГГ ему выплачено АУ РА «<данные изъяты>» за строительство пилорамы 85000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ проведена бухгалтерская операция о том, что ФИО2 внес 75000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 выплачены денежные средства в сумме 68000 рублей.

Осмотрены: приказ АУ РА «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО15 принята в АУ РА «<данные изъяты>» в порядке перевода на должность бухгалтера; приказ АУ РА «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО15 переведена с должности бухгалтера на должность экономиста АУ РА «<данные изъяты>»; приказ АУ РА «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО15 с ДД.ММ.ГГГГ назначена на должность главного бухгалтера; приказ АУ РА «<данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО15 уволена по собственному желанию с должности главного бухгалтера АУ РА «<данные изъяты>»; трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между АУ РА «<данные изъяты>» и ФИО15

После осмотра вышеуказанные документы признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 1 л.д. 113-116, 117).

В соответствии с протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ у свидетеля ФИО3 изъят ноутбук марки «<данные изъяты>» серийный № (т. 1 л.д. 120-122).

Из протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ следует, что осмотрен ноутбук, изъятый в ходе выемки у свидетеля ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ. Осмотром установлено, что в программа «1C Предприятие» находятся следующие документы, а именно: счет № от ДД.ММ.ГГГГ на пиловочник кедр объемом 25 куб. м на сумму 75000 рублей, оформленный между продавцом - АУ РА «<данные изъяты>» и покупателем - ФИО2; расходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 281 000 рублей, отражающий выдачу заработной платы АУ РА «<данные изъяты>». Иных документов, оформленных на имя ФИО2 в программе нет.

После осмотра вышеуказанные документы признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 1 л.д. 123-127, 128).

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что данные квитанции к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ в кассовой книге АУ РА «<данные изъяты>» не отражены. Сумма денежных средств, поступивших в кассу АУ РА «<данные изъяты>» от ФИО2 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ согласно представленным документам АУ РА «<данные изъяты>» составляет 2 000,00 рублей, в том числе: 2 000,00 рублей - по приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ с основанием «проживание» (т. 1 л.д. 90-95).

Вместе с тем, судом установлено, что в постановлении о назначении бухгалтерской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ отсутствует подпись следователя (т. 1 л.д. 86), что позволяет сделать вывод о том, что бухгалтерская экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ должностным лицом не назначена, следовательно, в соответствии со ст. 75 УПК РФ является недопустимым доказательством.

Согласно ст. 75 УПК РФ недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ.

При таких обстоятельствах суд исключает из числа доказательств, названное заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно протоколу осмотра местности, иного помещения от ДД.ММ.ГГГГ осмотрено здание АУ РА «<данные изъяты>», расположенное по адресу: <адрес>, где расположены служебные кабинеты, в том числе главного бухгалтера АУ РА «<данные изъяты>» (т. 1 л.д. 131-136).

Из рапорта оперуполномоченного УЭБ и ПК МО МВД России «Турочакский» ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в период с июля 2013 года по сентябрь 2013 года главный бухгалтер АУ РА «<данные изъяты>» ФИО15, используя свое служебное положение, совершила хищение денежных средств предприятия путем присвоения в сумме 75000 рублей (т. 1 л.д. 7).

По ходатайству государственного обвинителя исследована копия должностной инструкции бухгалтера АУ РА «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ; копия платёжного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ АУ РА «<данные изъяты>», которым ФИО2 переведены денежные средства в размере 68 000 рублей в качестве возврата излишне уплаченной суммы за лесопродукцию; копия приказа о приёме ФИО15 в порядке перевода бухгалтером в АУ РА «<данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ; копия приказа об увольнении ФИО15 по собственному желанию с должности главного бухгалтера АУ РА «<данные изъяты>»; копия трудового договора ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ; копия счёта № от ДД.ММ.ГГГГ, выписанного ФИО2 главным бухгалтером АУ РА «<данные изъяты>» ФИО15 для оплаты 25 куб. м. пиловочника кедра стоимостью 3000 рублей за 1 куб. м., общей стоимостью 75 000 рублей; копия квитанции к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ, выписанной главным бухгалтером АУ РА «<данные изъяты>» ФИО15 о принятии от ФИО2 75 000 рублей (т. 1 л.д. 17-18, 20-24, 25-28, 32, 37, 38).

Доказательства, приведенные стороной обвинения, отражают обстоятельства взаимодействия ФИО2 с АУ РА «<данные изъяты>» по монтажу пилорамы, приобретению кедрового пиловочника, а также свидетельствуют о нарушениях бухгалтерской дисциплины на предприятии, однако сами по себе не могут служить основанием для однозначного вывода о виновности ФИО11

Стороной защиты в подтверждение невиновности подсудимой ФИО11 представлены следующие доказательства.

Подсудимая ФИО11, как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании свою вину в совершении присвоения чужого имущества не признала.

В судебном заседании ФИО11 показала, что главным бухгалтером АУ РА «<данные изъяты>» она работала с апреля по сентябрь 2013 года. В связи с отдаленностью предприятия от <адрес>, наличные денежные средства она сдавала в банк 1-2 раза в месяц. Полученные денежные средства приходовала в кассе, затем проводила выручку предприятия через банк, приходовала её в кассе предприятия и только после этого проводила расходные кассовые операции. Для учёта денежных средств она вела предварительную кассу, где ежедневно отражала все приходные и расходные кассовые операции на листе бумаги. Это было связано с отсутствием возможности ежедневно проводить по банку выручку предприятия и, следовательно, фиксировать в кассе расходные операции.

ДД.ММ.ГГГГ в бухгалтерию пришел директор ФИО1 и попросил её выписать приходный кассовый ордер о поступлении от ФИО2 75 000 рублей. В бухгалтерию ФИО2 не обращался, с ним взаимодействовал директор ФИО1 Фактически наличные денежные средства директор ей не передавал, предоставив подтверждающие расход 75 000 рублей кассовые документы: расходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ на выдачу ФИО2 40 000 рублей, а также несколько расходных кассовых ордеров и расписок, которые подтверждали получение ФИО2 от предприятия денежных средств на сумму, превышающую 75 000 рублей. Имея на руках подтверждающие расход документы, используя бухгалтерскую программу, она заполнила приходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ на 75 000 рублей от ФИО2, при этом бухгалтерская программа присвоила названному кассовому документу номер «№».

В ходе следствия она узнала, что кассовые документы за ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют. Последние подшитые кассовые документы датировались ДД.ММ.ГГГГ и были заполнены от её имени, но не её рукой. Она обнаружила приходный кассовый ордер, который имел номер «№», однако датировался он ДД.ММ.ГГГГ и имел сумму 281 000 рублей. В программе не может одновременно быть два документа под одним номером. Приходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, как и соответствующий дате отчёт кассира был заполнен от её имени, но не её рукой.

При её увольнении она передала все бухгалтерские документы ФИО4, которая проверив кассовые документы, приняла их, претензий не было, при этом акт приёма-передачи бухгалтерских документов не составлялся.

В журнале операций по кассе № за 2 полугоде 2013 года на листах 202-205, 208-209, 224-225, 230-231, 247-248, 259-284, 286-290 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ подписи от её имени выполнены не ей, а другим лицом.

Она составляла приходный кассовый ордер, указав приход от ФИО2 в сумме 75 000 рублей, затем составила кассовый отчёт с отражением названного прихода, который предоставила на проверку директору ФИО1. При увольнении все документы она передала ФИО4 В ходе следствия она обнаружила, что кассовые документы в кассовой книге за 2013 год поддельные, заполнены не её рукой, а другим лицом от её имени. Считает, что кассовый отчёт о приходе от ФИО2 денежных средств не отражён, так как кассовая документация того периода переделана, а подписи от её имени подложные.

Свидетель ФИО5 в судебном заседании показала, что с ДД.ММ.ГГГГ она работала в АУ РА «<данные изъяты>», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она работала в должности главного бухгалтера, с ДД.ММ.ГГГГ попала под сокращение штата. До марта 2015 года работала в АУ РА «<данные изъяты>» мастером леса, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала инспектором отдела кадров и охране труда.

В 2013 году она узнала, что для предприятия ФИО2 строится пилорама. Работая в должности главного бухгалтера в июле 2015 года, она узнала, что предприятие должно ФИО2 75 000 рублей за пиловочник. Когда она стала проверять документы, программу, то нигде ФИО2 не фигурировал, о чем она сказала ФИО1. Спустя 2 недели ФИО2 привез квитанцию о внесении на предприятие 75 000 рублей. Она стала искать бухгалтерские документы по ФИО2, но не могла их найти. Тогда экономист ФИО8 посоветовали ей посмотреть в коробке, где лежали испорченные расходники. В данной коробке она нашла приходник и пачку расходников с расписками, квитанцией на 75 000 рублей от имени ФИО2, сообщив об этом ФИО1. ФИО1 пояснил, что они должны ФИО2 75 000 рублей. Также она обнаружила расходник на сумму 40 000 рублей, который был выписан тем же днем, что и приходник на 75 000 рублей. Ранее она работала главным бухгалтером и знает, что ФИО1 мог сделать так, что деньги через бухгалтерию не проходили. ФИО2 сказал, что они за пилораму ему должны 150 000 рублей. Она стала разбираться, и тогда ФИО1 перестал к ней обращаться. Данные документы она обнаружила в коробке, которая стояла в бухгалтерии в августе 2015 года. Об обнаружении документов она сообщила ФИО1, однако реакции с его стороны не последовало. После сокращения она забрала найденные документы с собой. В настоящее время она по просьбе ФИО11 передала найденные документы защитнику.

В коробке вместе с приходниками и расходниками она нашла лист, где были правки ФИО4 и фигурировали 75 000 рублей. ФИО13 уволилась ДД.ММ.ГГГГ, передала документы ФИО4, которая проработала 3 дня и решила не работать. После этого в течение 3-х недель все деньги и документы находились у ФИО1. Затем ФИО4 вернулась на работу, и документы вернулись к ней.

За период её работы в бухгалтерии часто были случаи, когда она оформляла кассовые бухгалтерские документы по указанию директора, но денег при этом не видела. Директор тратил деньги, а она позже по его просьбе оформляла соответствующие кассовые документы.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании показала, что вышла из декретного отпуска в начале августа 2015 года, в АУ РА «<данные изъяты>» работала в должности экономиста. В тот период ФИО13 уже не работала, главным бухгалтером работала ФИО4

Ей известны случаи, когда директор ФИО1 что-то покупал, а документы оформлялись позже. Он давал указания сделать приходный кассовый ордер или расходный кассовый ордер на определенного человека.

В 2015 году ФИО5 обнаружила коробку с кипой документов. В ней были приходные и расходные кассовые ордера, документы с подписями людей, которые получали или вносили в кассу деньги. Коробка находилась под столом, на котором стоял принтер.Она знает, что ФИО5 обнаружила в помещении бухгалтерии непроведённые бухгалтерские документы и лист бумаги, где был зафиксирован приход от ФИО2 и расходники. ФИО5 доставала документы из коробки и озвучила их, приходники и расходники были скреплены степлером. Найденные бухгалтерские документы содержали как фамилию ФИО2, так и других лиц. Подтвердила, что на предприятии существовала практика предварительной фиксации бухгалтерских операций, которые проводились позже. Это было связано с тем, что когда в кассу поступали деньги, то им было нерентабельно вести данную сумму в банк, копили приходники, потом одной суммой вносили на счет предприятия в банке.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании показала, что в сентябре 2013 года она устроилась главным бухгалтером в АУ РА «<данные изъяты>». Одновременно с выходом она приняла дела у ФИО11, а именно кассу, акт приёма-передачи не составлялся. В числе кассовых документов, переданных ФИО11 были приходные ордера, расходные ордера, чеки и расписки. Она просмотрела принятые документы, сверила с имеющимися кассовыми документами, разницы между приходом и расходом не было, расходные ордера были подтверждены соответствующими документами. Приходные ордера не были подшиты к кассе.

Когда она пришла работать, то на предприятии была практика, при которой бухгалтер не фиксировал приход денежные средства до их сдачи в банк. Это было неудобно в связи с отдалённостью банка, поэтому бухгалтер накапливал определенную сумму и сдавал её в банк по возможности. Пока деньги не сданы в банк, то приходные кассовые ордера не подшивались в папку «касса». Получаемые по приходным ордерам деньги ФИО11 раздавала по расходным ордерам без сдачи в банк и фиксации в кассе, подтверждая расход соответствующими документами.

Во время передачи документов, ФИО11 передала ей бумагу, которую они называли предварительная касса, где содержались сведения более чем о пятидесяти приходных и расходных операциях. К этой бумаге прилагались приходные и расходные ордера, расписки, чеки и другие документы. ФИО11 попросила её провести приход через банк, затем составить соответствующие кассовые отчёты и документы, приобщить их к бухгалтерской отчётности за 2013 год. Приход и расход по предварительной и обычной кассе сходились. Она тогда не имела опыта работы, да и не желала выполнять чужую работу, поэтому отложила в сторону переданные ей кассовые документы вместе с листом бумаги, где были записаны все операции. Среди переданных документов она видела приходный кассовый ордер на сумму 75 000 рублей от ФИО2, расходный кассовый ордер о выдаче ФИО2 40 000 рублей, а также расписки о получении ФИО2 денежных средств.

В сентябре 2013 года она отработала один день и ушла на заготовку ореха, вернулась ДД.ММ.ГГГГ. В период её отсутствия бухгалтерию вёл директор ФИО1

Позднее к ней стали обращаться работники предприятия и приносить чеки, отчитываясь за деньги, выданные им ФИО13 в подотчёт. Тогда ей пришлось обратиться к предварительной кассе, которую вела ФИО13 и переданным документам. Используя переданные ФИО13 некоторые документы, она от имени Кашиной (на тот период ФИО12) составляла бухгалтерские документы (приходные и расходные ордера, отчёты кассира). Если бы она этого не делала, то получается, что предприятие было бы должно работникам деньги. Поэтому часть операций она провела от имени ФИО13, расписавшись за неё.

Предъявленные для обозрения документы: приходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ от ФИО2 на сумму 75 000 рублей, расходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ на выдачу ФИО2 40 000 рублей, расходный кассовый ордер б/н от ДД.ММ.ГГГГ на выдачу ФИО2 3 000 рублей, расходный кассовый ордер б/н на 15 000 рублей о выдаче ФИО2 продуктов питания, к которому прикреплён товарный чек магазина «<данные изъяты>» на сумму 15 000 рублей от ДД.ММ.ГГГГ, расписка ФИО2 о получении от АУ РА «<данные изъяты>» 10 000 рублей ДД.ММ.ГГГГ, расходный кассовый ордер б/н от ДД.ММ.ГГГГ о выдаче ФИО2 13 000 рублей, к которому прикреплена расписка ФИО2 о получении от ФИО1 13 000 рублей ДД.ММ.ГГГГ, расходный кассовый ордер б/н от ДД.ММ.ГГГГ о выдаче ФИО2 12 000 рублей за установку пилорамы, она видела, подтверждает, что ФИО11 передавал ей эти документы в момент увольнения. Кроме названных документов ФИО11 передавала ей и другие приходные и расходные ордера, которые лежали в папке. В переданных кассовых документах имелись подписи, суммы прихода и расхода соответствовали.

Переданный ФИО11 приходный кассовый ордер от ФИО2 на сумму 75 000 рублей, как и другие документы в отчет за 2013 год не вошли, к бухгалтерским документам она их не подшивала, оставив неучтёнными.

Обозрев журнал операций № по счету «касса» за второе полугодие 2013 года свидетель ФИО4 показала, что в бухгалтерских документах на листах 202-205, 208, 224-225, 230-231, 247-248, 259-290, составленных в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, подписи выполняла она от имени Кашиной (на тот момент ФИО12) О.В.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО9 подтвердил факт получения в 2013 году денежных средств в размере 12 000 рублей в бухгалтерии АУ РА «<данные изъяты>» по приходному ордеру от ДД.ММ.ГГГГ за установку пилорамы.

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании приобщены и исследованы бухгалтерские документы: приходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ от ФИО2 на сумму 75 000 рублей, расходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ на выдачу ФИО2 40 000 рублей, расходный кассовый ордер б/н от ДД.ММ.ГГГГ на выдачу ФИО2 3 000 рублей, расходный кассовый ордер б/н на 15 000 рублей о выдаче ФИО2 продуктов питания, к которому прикреплён товарный чек магазина «<данные изъяты>» на сумму 15 000 рублей от ДД.ММ.ГГГГ, расписка ФИО2 о получении от АУ РА «<данные изъяты>» 10 000 рублей ДД.ММ.ГГГГ, расходный кассовый ордер б/н от ДД.ММ.ГГГГ о выдаче ФИО2 13 000 рублей, к которому прикреплена расписка ФИО2 о получении от ФИО1 13 000 рублей ДД.ММ.ГГГГ, расходный кассовый ордер б/н от ДД.ММ.ГГГГ о выдаче ФИО2 12 000 рублей за установку пилорамы (т. 2 л.д. 6-12).

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, подписи и рукописный текст от имени ФИО15 в бухгалтерских документах (приходный кассовый ордер, расходный кассовый ордер, отчёт кассира), содержащихся в журнале операций № по счёту «Касса» за 2-ое полугодие 2013 года на листах 202-205, 208-209, 224-225, 230-231, 247-248, 259-284, 286-290 в строках «Главный бухгалтер», «Получил кассир», «Выдал кассир», «Кассир», выполнены не ФИО16, а ФИО4, с подражанием её подписи. Подписи от имени ФИО15 в счёте № от ДД.ММ.ГГГГ, квитанции к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ, приходном кассовом ордере № от ДД.ММ.ГГГГ выполнены ФИО16 (т. 2 л.д. 56-72).

Из заключения судебной бухгалтерской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что информация о квитанции к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ в кассовой книге АУ РА «<данные изъяты>» не отражена. Сумма денежных средств, полученная ФИО2 из кассы АУ РА «<данные изъяты>» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ согласно представленным документам АУ РА «<данные изъяты>» составляет 83 000 рублей, в том числе: 13 000 рублей по расходному кассовому ордеру б/н от ДД.ММ.ГГГГ; 3000 рублей по расходному кассовому ордеру б/н от ДД.ММ.ГГГГ; 15 000 рублей по расходному кассовому ордеру б/н от ДД.ММ.ГГГГ с основанием «за продукты питания»; 40 000 рублей по расходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ; 12 000 рублей по расходному кассовому ордеру б/н от ДД.ММ.ГГГГ.

Приходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ на 75 000 рублей от ФИО2, расходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ на выдачу ФИО2 40 000 рублей, расходный кассовый ордер б/н от ДД.ММ.ГГГГ на выдачу ФИО2 3000 рублей, расходный кассовый ордер б/н на 15 000 рублей о выдаче ФИО2 продуктов питания от ДД.ММ.ГГГГ, расписка о получении от АУ РА «<данные изъяты>» ФИО2 10 000 рублей ДД.ММ.ГГГГ, расходный кассовый ордер б/н от ДД.ММ.ГГГГ на выдачу ФИО2 13 000 рублей, к которому прикреплена расписка ФИО2 о получении от ФИО1 13 000 рублей ДД.ММ.ГГГГ, расходный кассовый ордер б/н от ДД.ММ.ГГГГ на выдачу ФИО2 12 000 рублей, не отражены в бухгалтерской документации (отчётности) АУ РА «<данные изъяты>» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 77-87).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО10 показал, что согласно кассовым документам, исследованным в ходе производства бухгалтерской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что в 2013 году АУ РА «<данные изъяты>» ФИО2 выдано больше денежных средств, чем получено от него. В соответствии с имеющимися документами предприятие в 2013 году выдало ФИО2 83 000 рублей, а получило от него 75 000 рублей.

Процедура прихода (оприходования) в кассу денежных средств состоит в фиксации сведений в приходном кассовом ордере с последующим отражением в отчёте кассира, который подшивается к кассовой документации.

При неполноте бухгалтерских документов, вызванной отсутствием первичных кассовых документов (приходные и расходные ордера), невозможно установить реальный остаток денежных средств в кассе и объективно определить недостачу либо избыток денежных средств.

Заполнение кассовых документов (расходные и приходные ордера, кассовые отчёты) одним лицом от имени другого в бухгалтерском учёте является недопустимым.

Анализируя и оценивая представленные сторонами доказательства, суд приходит к нижеследующим выводам.

ФИО11 обвиняется в том, что ФИО2 передал ей 75 000 рублей за приобретение пиловочника кедрового, которые она похитила путём присвоения, не отразив информацию о приходе денежных средств в бухгалтерских документах за 2013 год, причинив имущественный ущерб АУ РА «<данные изъяты>».

Допрошенные в ходе предварительного следствия и судебного заседания представитель потерпевшего ФИО1 и свидетель ФИО2 дали непоследовательные и противоречивые показания относительно момента и места передачи ФИО11 денежных средств в размере 75 000 рублей. В ходе предварительного следствия они утверждали, что ФИО11 получала денежные средства в кабинете директора. В судебном заседании ФИО1 показал, что в его кабинете денежные средства ФИО11 не передавались, он не знает, где ФИО2 мог передать денежные средства. ФИО2 в суде показал, что передавал денежные средства, однако не помнит, где и как это происходило.

Утвердительно сообщая о передаче ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 денежных средств в размере 75 000 рублей, ФИО2 также подтвердил обстоятельства получения в тот же день (ДД.ММ.ГГГГ) денежных средств в размере 40 000 рублей по расходному ордеру за строительство пилорамы. Однако где, от кого и при каких обстоятельствах им получены денежные средства в размере 40 000 рублей ФИО2 пояснить не смог, сославшись на давность произошедших событий. Не отрицая факт получения денежных средств и продуктов питания, на основании исследованных в судебном заседании расходных кассовых ордеров и расписок в общей сумме 41 000 рублей, ФИО2 также не смог вспомнить обстоятельств их получения.

При таких обстоятельствах показания ФИО1 и ФИО2 не позволяют сделать однозначный и безусловный вывод о том, что денежные средства в размере 75 000 рублей были действительно переданы и получены именно ФИО11

Показания представителя потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО2 в части утверждения о получении ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ денежных средств, суд оценивает как недостоверные, поскольку они непоследовательны, противоречивы и не согласуются с исследованными в суде доказательствами.

Показания представителя потерпевшего ФИО1 в части причинения ФИО11 предприятию ущерба в размере 75 000 рублей, суд расценивает как заблуждение, основанное на предположениях, поскольку данные выводы сформированы на неполных данных бухгалтерского учёта АУ РА «<данные изъяты>» за 2013 год. Имеющаяся неполнота бухгалтерских документов подтверждена показаниями свидетелей ФИО4, ФИО5, ФИО6, заключением бухгалтерской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, показаниями эксперта ФИО10, приобщёнными в судебном заседании бухгалтерскими и иными документами.

Вместе с тем, показания представителя потерпевшего ФИО1 в части того, что ФИО11 составляла кассовый отчёт о поступлении на предприятие от ФИО2 75 000 рублей, который представила ему на проверку, последовательны, непротиворечивы, согласуются с совокупностью исследованных в суде доказательств, поэтому признаются судом правдивыми.

Подсудимая ФИО11 в суде показала, что в июле 2013 года составляла кассовый отчёт, где отражала информацию о поступлении на предприятие денежных средств в сумме 75 000 рублей от ФИО2 за пиловочник кедровый. К кассовому отчёту она прикладывала соответствующий приходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, после чего передавала его на проверку директору.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании полностью подтвердила показания ФИО11, сообщив, что видела в переданных ей документах приходный кассовый ордер на сумму 75 000 рублей от ФИО2. Сообщила, что, не желая выполнять чужую работу, отложила в сторону переданные ей кассовые документы, не подшив их к кассе за 2013 год.

Таким образом, факт составления ФИО11 кассовой отчётности о внесении ФИО2 денежных средств в размере 75 000 рублей объективно подтверждён и сомнений не вызывает.

Исследованные в ходе почерковедческой экспертизы бухгалтерские документы АУ РА «<данные изъяты>», на которых установлены подложные подписи от имени ФИО14, выполненные ФИО4, относятся к периоду работы подсудимой, когда по версии обвинения ФИО11 было совершено невнесение и хищение денежных средств в размере 75 000 рублей (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ).

Исследованные в судебном заседании квитанция к приходному кассовому ордеру и приходный кассовый ордер от ДД.ММ.ГГГГ о принятии главным бухгалтером АУ РА «<данные изъяты>» ФИО15 от ФИО2 75 000 рублей имеют номер «№» (т. 1 л.д. 38, т. 2 л.д. 6). В соответствии с выводами почерковедческой экспертизы подписи в данном документе выполнены ФИО14, что согласуется с показаниями подсудимой (т. 2 л.д. 56-72).

Вместе с тем, в судебном заседании осмотрен журнал операций № по счёту «Касса» за 2-ое полугодие 2013 года, где на листе 231 имеется приходный кассовый ордер на сумму 281 000 рублей с аналогичным номером «№», при этом датированный ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с выводами почерковедческой экспертизы подписи в данном документе выполнены не ФИО16, а ФИО4, с подражанием её подписи (т. 2 л.д. 56-72).

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО3, ФИО4, ФИО6 и ФИО5, работавшие в разные периоды бухгалтерами в АУ РА «<данные изъяты>», а также представитель потерпевшего ФИО1, эксперт ФИО10 показали, что номер приходного кассового ордера не может повторяться в двух бухгалтерских документах одного периода, поскольку кассовые документы нумеруются по порядку с начала календарного года.

Вышеприведённые доказательства подтверждают показания ФИО11 и одновременно вызывают обоснованные сомнения относительно правильности и полноты ведения бухгалтерской отчётности (в электронном виде и на бумажном носителе) после увольнения ФИО11

Доводы ФИО11 о невиновности, об отсутствии у неё корыстного мотива и умысла на хищение денежных средств, представленными стороной государственного обвинения доказательствами не опровергнуты. Стороной обвинения суду не представлено ни одного достоверного доказательства того, что подсудимая имела намерение похитить денежные средства, и совершила хищение, причинив предприятию ущерб.

В ходе судебного заседания ФИО11 давала последовательные, непротиворечивые показания в части объяснения сложившейся на предприятии практики ведения предварительной кассы, эпизодического документального оформления движения денежных средств по кассе, без фактического получения денежных средств, объясняя свои действия невозможностью ежедневного пользования услугами банка, а также даваемыми ей указаниями директора. В этой части ее показания подтверждаются показаниями свидетелей ФИО5, ФИО6 и ФИО4

Установленные обстоятельства тесного взаимодействия ФИО2 с директором предприятия, получение денежных средств непосредственно от директора, указывают на то, что в финансовых вопросах ФИО2 взаимодействовал напрямую с директором ФИО1, что также подтверждает позицию ФИО11 о выдаче приходного кассового ордера на 75 000 рублей без фактического наличия денежных средств, взамен полученных от директора подтверждающих расходных документов на имя ФИО2

Данные подсудимой ФИО11 в судебном заседании показания суд находит достоверными, поскольку они подтверждаются собранными по делу доказательствами, в том числе показаниями представителя потерпевшего ФИО1, в части составления кассового отчёта о приходе 75 000 рублей и предоставления на проверку, показаниями свидетелей ФИО5, ФИО6, ФИО4, заключением почерковедческой судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, заключением бухгалтерской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, показаниями эксперта ФИО10, бухгалтерскими и иными документами, исследованными в судебном заседании.

Из показаний свидетеля ФИО4, данных ею в ходе судебного заседания, следует, что переданную ей ФИО11 предварительную кассу, где содержались сведения более чем о пятидесяти приходных и расходных операциях, подтверждённых первичными кассовыми документами, она, не желая выполнять чужую работу, не включила в бухгалтерскую отчётность, не подшив к бухгалтерским документам за 2013 год. Подтвердила, что среди переданных документов она видела приходный кассовый ордер на сумму 75 000 рублей от ФИО2, расходный кассовый ордер о выдаче ФИО2 40 000 рублей, а также другие расходные ордера и расписки, свидетельствующие о получении ФИО2 и иными лицами денежных средств. Суммы по приходным и расходным документам, полученным от ФИО11, соответствовали остатку в кассе. Все денежные средства были потрачены на нужды организации, что подтверждалось расходными кассовыми документами. Призналась, что переделывала от имени ФИО16 некоторые кассовые документы, датированные июлем-сентябрём 2013 года, ставя подпись от имени ФИО12, объясняя это тем, что последняя провела не все операции и уволилась.

Показания свидетеля ФИО4 согласуются с показаниями подсудимой ФИО11, свидетелей ФИО5, ФИО6, выводами почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, заключением бухгалтерской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, показаниями эксперта ФИО10, первичными кассовыми документами на имя ФИО2, сведениями из журнала операций № по счёту «Касса» за 2-ое полугодие 2013 года.

Оценивая представленные доказательства стороны защиты, суд признает их относимыми, допустимы и достоверными, так как они не содержат противоречий, согласуются с иными доказательствами по делу, дополняя их.

В соответствии с п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. N 51 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", присвоение состоит в безвозмездном, совершенном с корыстной целью, противоправном обращении лицом вверенного ему имущества в свою пользу против воли собственника.

Анализ и оценка вышеприведённых доказательств позволяет сделать вывод о том, что субъективная сторона (умысел, корыстная цель) вменённого ФИО11 преступления не доказана. Напротив, исполняя должностные обязанности бухгалтера, ФИО11 действовала открыто. Оформляя кассовые документы о приходе от ФИО2 денежных средств, ФИО11 отразила информацию о поступлении денежных средств в отчёте кассира, представила отчёт кассира на проверку директору, передала кассовые документы при увольнении для учёта бухгалтеру ФИО4

Вместе с тем, обвинением не доказаны обстоятельства реального получения ФИО11 от ФИО2 денежных средств. Имеющиеся в материалах дела приходный кассовый ордер № от ДД.ММ.ГГГГ о поступлении от ФИО2 75 000 рублей и квитанция, при наличии неучтённого расходного кассового ордера от ДД.ММ.ГГГГ о выдаче ФИО2 40 000 рублей, наряду с другими неучтёнными кассовыми и иными документами о выдаче ФИО2 41 000 рублей, а также последовательными показаниями ФИО11, противоречивыми показаниями ФИО2 и ФИО1, вины подсудимой не доказывают, вызывая обоснованные и неустранимые сомнения относительно фактического поступления в кассу предприятия денежных средств.

По смыслу уголовного закона необходимым признаком хищения является причинная связь между обращением чужого имущества в пользу виновного и причиненным этими действиями ущербом собственнику.

Установленные судом обстоятельства ненадлежащего (неполного) ведения в АУ РА «<данные изъяты>» первичной кассовой документации в период с июля по сентябрь 2013 года исключают возможность осуществить надлежащий бухгалтерский учёт как поступивших в кассу, так и израсходованных из кассы учреждения денежных средств. Вывод о причинении предприятию ущерба, сделанный стороной обвинения на основании недостоверных бухгалтерских документов, является необоснованным.

Кроме того, действия главного бухгалтера ФИО4 по составлению кассовой документации предприятия за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с выполнением подложных подписей от имени ФИО16, наряду с неполным отражением сведений о кассовых операциях, также вызывают неустранимые сомнения относительно полноты и достоверности отражённых данных (в электронном виде и на бумажном носителе).

Таким образом, в судебном заседании устранить названные сомнения, как и установить факт хищения денежных средств с причинением ущерба предприятию, на основании недостоверных бухгалтерских документов АУ РА «<данные изъяты>», не представилось возможным.

Предусмотренный статьей 14 УПК РФ принцип презумпции невиновности содержит требования, согласно которым все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, толкуются в его пользу. Таким образом, по смыслу закона, в пользу подсудимой толкуются неустранимые сомнения в её виновности в целом, в том числе сомнения, касающиеся умысла, способа и характера участия в совершении преступления, а также причинённого предприятию ущерба.

Согласно требованиям части 2 статьи 14 УПК РФ бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежит на стороне обвинения.

В соответствии с частью 4 статьи 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а постанавливается лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

В судебном заседании стороной обвинения не представлено бесспорных, надлежащих, не оставляющих сомнение, достаточных доказательств, свидетельствующих о виновности подсудимой ФИО11 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ.

Положенные в основу приговора показания свидетелей ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО6, подсудимой ФИО11, эксперта ФИО10, представителя потерпевшего ФИО1 в части того, что он видел и проверял кассовый отчёт ФИО11, заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, письменные доказательства, а также бухгалтерские и иные документы АУ РА «<данные изъяты>», с учетом их оценки, приведенной судом, получены с соблюдением положений уголовно-процессуального закона, согласуются между собой, поэтому суд признает их допустимыми, достоверными и в своей совокупности достаточными для вывода о недоказанности вины ФИО11

Учитывая положения уголовно-процессуального закона, согласно которым все сомнения в виновности обвиняемого толкуются в его пользу, а также отсутствие доказательств совершения ФИО11 действий, предусмотренных ч. 3 ст. 160 УК РФ, суд приходит к выводу о том, что ФИО11 следует оправдать по предъявленному ей обвинению в совершении присвоения, то есть хищения чужого имущества, вверенного виновному, с указанными в обвинении признаками использования служебного положения, по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 УПК РФ в связи с отсутствием в её деянии состава преступления.

В соответствии со статьей 133, частью 1 статьи 134 УПК РФ за ФИО11 следует признать право на реабилитацию.

В этой связи на основании части 2 статьи 306 УПК РФ заявленный гражданский иск АУ РА «<данные изъяты>» о взыскании с ФИО11 денежных средств в счет возмещения вреда, причиненного преступлением, на сумму 75 000 рублей суд оставляет без рассмотрения.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

Сумма, выплаченная адвокату Ступичеву А.М. в качестве вознаграждения его услуг по защите ФИО11 в ходе предварительного следствия в размере 4 427, 50 рублей, а также сумма, выплаченная адвокату Литвинцеву А.В. в качестве вознаграждения его услуг по защите ФИО11 в ходе судебного разбирательства в размере 8 470 рублей, в соответствии со ст. 131 УПК РФ являются процессуальными издержками, которые на основании ч. 5 ст. 132 УПК РФ подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 305, 306 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Оправдать ФИО11 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ на основании п.3 ч.2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в её деянии состава преступления.

Признать за ФИО11 на основании статьи 134 УПК РФ право на реабилитацию, разъяснив право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием в соответствии со ст.ст.135, 136 УПК РФ.

Гражданский иск АУ РА «<данные изъяты>» о взыскании с ФИО11 денежных средств в счет возмещения вреда, причиненного преступлением, на сумму 75 000 рублей оставить без рассмотрения.

Меру пресечения ФИО11 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке, установленном Главой 45.1 УПК РФ, в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Алтай, посредством подачи жалобы (представления) в Турочакский районный суд Республики Алтай. Срок обжалования составляет десять суток со дня провозглашения приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденные (оправданные) вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем необходимо указать в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы (представления), принесенные другими участниками уголовного процесса, либо в отдельном заявлении.

Председательствующий И.В. Беляев