Решение № 12-49/2020 от 7 октября 2020 г. по делу № 12-49/2020

Административное дело №

Мировой судья судебного участка №2

Баргузинского района РБ Лихачева С.Ч.


Р Е Ш Е Н И Е

с. Баргузин 07 октября 2020 года

Баргузинский районный суд Республики Бурятия в составе судьи Ивахиновой Э.В. единолично, при секретаре Болотовой Х.Ц., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 2 Баргузинского района Республики Бурятия от 04 августа 2020 года в отношении:

ФИО1, <данные изъяты>к административной ответственности не привлекался,

Изучив материалы дела об административном правонарушении и доводы жалобы, суд,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 2 Баргузинского района Республики Бурятия от 04 августа 2020 года ФИО1 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ и назначено наказание в виде административного штрафа в размере 500 рублей с конфискацией в доход государства орудий охоты Haenel Jaeger 10 калибра № №, уничтожить патроны в количестве 4 штук калибра №.

ФИО1 с постановлением от 04 августа 2020 года не согласился, обжаловал указанное постановление. Так, жалоба мотивирована тем, что отсутствовали признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ.Протокол об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ и акт осмотра (обследования) № от ДД.ММ.ГГГГ, послужившие основанием для возбуждения административного дела - не доказывают обстоятельства нарушения правил охоты. Применительно к рассматриваемой ситуации, ДД.ММ.ГГГГ. он, совместно с ФИО2, ФИО3, покинув п. Усть-Баргузин, двигался транзитом по дороге через охотничьи угодья, территориально расположенные в границах Прибайкальского района Республики Бурятия, в направлении в Баунтовский район. Цели и намерений охотиться в охотничьих угодьях Прибайкальского района у них не было. На контрольно-пропускном посту ЗАО БЛК (Голонда) прошли регистрацию ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 35 минут. В последующем направились в сторону ООО ЛПХ «Баунтовское». По пути неоднократно останавливались для приема пищи, отдыха, когда стемнело - заночевали в автомобиле, находясь на дороге в местности «Ямбуй», чтобы утром продолжить свой путь.

Около 9 часов 15 минут, находясь на дороге, к ним подъехал джип марки Нисан Сафари, гос.номер №, в котором как позже выяснилось находились сотрудники природоохраны.

В соответствии с подпунктом «г» п. 3.2 Правил охоты, он имел при себе: 1) разрешение на хранение и ношение оружия, 2) охотничий билет, 3) договор об оказании услуг по проведению охоты на территории охотничьих угодий ООО ЛПХ «Баунтовское»,4) проект договора о коллективной охоте.

Оружие находилось в автомобиле, в зачехленном виде, при этом магазин был отстегнут (что также подтверждается фототаблицей). Критично следует отнестись к показаниям инспектора ФИО4 о том, что магазин был пристегнут к охотничьему оружию, поскольку этот довод не подтверждается никакими убедительными доказательствами и не соответствует действительности. Так, в протоколе № об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ при описании события административного правонарушения отсутствуют сведения о пристегнутом либо отстегнутом магазине с патронами в количестве 4 штук. Представленная в материалы дела фототаблица не содержит фотоизображений оружия с пристегнутым магазином, напротив имеется фотоизображение отдельно лежащего магазина с патронами. Более того, в упомянутом протоколе об административном правонарушении отражены его письменные объяснения, в т.ч. о том, что карабин был в зачехленном виде с отстегнутым магазином.

Поскольку при отсутствии в составленных по делу процессуальных документах сведений, необходимых для правильной квалификации действий лица, описанное событие административного правонарушения является не более чем предположением должностного лица, что недостаточно для утвердительного вывода о пристегнутом магазине с патронами к карабину, его вину в совершении инкриминируемого деяния нельзя считать установленной и доказанной в предусмотренном КоАП РФ порядке.

По мнению инспектора, якобы имел место факт нарушения п. 53.1 Правил охоты. Однако, из п. 53.1 Правил охоты следует, что при осуществлении охоты запрещается находиться в охотничьих угодьях с расчехленным или заряженным или имеющим патроны в магазине охотничьим оружием. Диспозиция данной правовой нормы не позволяет определить положение магазина (т.е. не понятно, что имел в виду законодатель: о пристегнутом магазине или отстегнутом упоминает данный пункт Правил). Однако, если учесть, что охотничье огнестрельное оружие без пристегнутого магазина с патронами по своей конструкции не зарядит патрон и не произведет выстрел, то исходя из правового смысла запрета охоты, опасность от орудия охоты может исходить только в случае пристегнутого магазина с патронами. Отстегнутый магазин (в т.ч. с патронами) опасность не представляет, (будучи лишь принадлежностью к главной вещи (карабину)).

Таким образом, состояние магазина (пристегнут он был, или нет) имеет существенное значение для квалификации нарушения по п. 53.1 Правил охоты.

Материалы административного дела не позволяют установить факт, что магазин с патронами был пристегнут к карабину.

При таких обстоятельствах, неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в его пользу (ч. 4 ст. 1.5 КоАП РФ).

Мировой судья при вынесении постановления от 04.08.2020 установила факт нарушения с его стороны п. 3 пп. 3.2 Правил охоты, утв. Приказом Министерства природных ресурсов и экологии РФ от 16.11.2010 № 512. При этом в описательно- мотивировочной части обжалуемого постановления нет выводов суда о нарушении им п. 53.1 Правил охоты, следовательно, это позволяет считать, что его вина в этой части не установлена и не находит своего подтверждения в суде.

Таким образом, по мнению государственного инспектора в области охраны окружающей среды ФИО4 и мирового судьи, им были нарушены правила охоты по подпункту «г» п. 3.2 Правил охоты, с чем он согласиться также не может.

Он не нарушал правила охоты: не осуществлял поиск, выслеживание, преследование, добычу, переработку, транспортировку охотничьих ресурсов. На его одежде, на руках, на теле не было следов крови, грязи и иных пятен, которые бы свидетельствовали об участии в засаде либо добычи объектов охоты.

Он, осуществлял транспортирование карабина на автомобиле транзитом через охотничьи угодья Прибайкальского района в сторону Баунтовского района, что неправомерно было приравнено к охоте. Никаких вредных последствий для охотничьих угодий и охотничьих ресурсов транспортировка оружия не повлекла, существенной угрозы охраняемым общественным отношениям не было.

Право на транспортирование оружия является неотъемлемым правом законного владельца оружия и предусмотрено абз. 3 п. 77 Правил оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории РФ, утв. Постановлением Правительства РФ от 21.07.1998 № 814. Данный вывод подтверждается судебной практикой ( решение Шегарского районного суда Томской области от 26.09.2016 № 12-34/2016).

Кроме того, письмом Министерства природных ресурсов и экологии РФ от 29.08.201 2 № 15-50/3423-ОГ «О доступе в охотничьи угодья» определено, что транспортировка охотничьего огнестрельного оружия в зачехленном и разряженном виде через охотничьи угодья не противоречит требованиям ФЗ от 24.07.2009 № 209-ФЗ «Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и постановления Правительства РФ от 21.07.1998 № 814 «О мерах по регулированию оборота и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации».

Таким образом, в его деяниях отсутствует событие административного правонарушения (подп. «г» п. 3.2, п. 53.1 Правил охоты, утв. Приказом Министерства природных ресурсов и экологии РФ от 16.11.2010 № 512), следовательно, отсутствуют признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах, производство по делу в отношении него должно было быть прекращено на основании п.2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

Протокол об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ и акт осмотра (обследования) № от ДД.ММ.ГГГГ, послужившие основанием для возбуждения административного дела - не доказывают обстоятельства нарушения правил охоты.

В нарушении ст. 28.2 КоАП РФ, в протоколе об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ не отражены многие существенные обстоятельства, имеющие значение для настоящего дела: не отражено место обнаружения «виновных лиц» (нет сведений о том, что они стояли на дороге), не отражено место нахождения оружия (нет сведений о том, что карабин находился в зачехленном виде, без пристегнутого/отстегнутого магазина - в автомобиле), не указано, что при составлении протокола были использованы спец.средства фотофиксации (в то время как в материалы административного дела в последующем представлена фототаблица), не произведен осмотр (досмотр) автомобиля (на предмет обнаружения охотничьих ресурсов), нет сведений о том, что сотрудники природоохраны самовольно переносили оружие в свой автомобиль для проведения фотофиксации, не описано подробно событие административного правонарушения.

Эти обстоятельства не устранены в последующем и при составлении акта обследования № от ДД.ММ.ГГГГ.

Мировой судья в нарушение ст. 29.1 КоАП РФ, п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2005 № 5 не произвела процессуальных действий в целях выполнения предусмотренных ст. 24.1 КоАП РФ задач для всестороннего, полного, объективного и своевременного выяснения обстоятельств дела.

При подготовке к рассмотрению дела судья не произвела действия, перечисленные в ст. 29.1 КоАП РФ, которые обязана была произвести (п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса РФ об административных правонарушениях»), что не позволило всесторонне и объективно рассмотреть дело.

В обжалуемом постановлении не дана оценка его аргументам о том, что они транзитом по дороге следовали в Баунтовский район через охотничьи угодья Прибайкальского района, при этом правила транспортирования охотничьего оружия нарушены не были. Кроме того, суд не привел мотивированных выводов относительно доводов инспектора ФИО5 о том, что магазин с 4 патронами якобы был пристегнут к его карабину.

Вывод суда о том, что он производил транспортировку и держал оружие в заряженном виде, подготовленном к охоте, не подтверждается материалами дела. Бремя доказывания обстоятельств и оснований для привлечения к административной ответственности лежит на административном органе. Из протокола об административном правонарушении не следует, что магазин с патронами был пристегнут к его карабину, следовательно, был готов к охоте. Напротив, его письменными объяснениями в протоколе об административном правонарушении, а также представленной фототаблицей - эти доводы опровергаются. Все неустранимые сомнения должны были быть истолкованы в его пользу (ч. 4 ст. 1.5 КоАП РФ). Описанное мировой судьей событие административного правонарушение (о том, что он держал оружие в заряженном виде) является не более чем предположением, что недостаточно для установления и доказывания вины в предусмотренном КоАП РФ порядке.

Вывод суда о нарушении им п. 3 пп. 3.2 Правил охоты не соответствует: во-первых, сведениям, отраженным в протоколе об административном правонарушении (где инспектор ссылается на подпункт «г» п. 3.2 Правил охоты); во-вторых, буквальному изложению цифровых и буквенных обозначений Правил охоты (п. 3 пп. 3.2 - примененного судом в Правилах охоты нет).

При таких обстоятельствах, очевиден вывод, что суд в нарушение ст. 26.11 КоАП РФ всесторонне, полно и объективно не исследовал все обстоятельства дела в их совокупности.

В соответствии с требованиями п.4 4.1 ст. 29.10 КоАП РФ в постановлении по делу об административном правонарушении должны быть указаны обстоятельства, установленные при рассмотрении дела. В обжалуемом постановлении эти обстоятельства не раскрыты.

Административное наказание, избранное мировым судьей не учитывает цели наказания (ст. 3.1 КоАП РФ) и является не соразмерным.

Санкции ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ предусматривают административный штраф от 500 руб. до 4 000 руб. с конфискацией орудий охоты или без таковой или лишение права осуществлять охоту на срок до двух лет.

Он, ранее не привлекался к административной ответственности за нарушение правил охоты. Мировой судья без достаточных к тому оснований наказала его как административным штрафом в размере 500 руб., так еще и с конфискацией в доход государства орудий охоты Haenel Jaeger 10 калибра и уничтожением патронов в количестве 4 штук калибра 7,62. Его карабин непосредственным орудием охоты в спорной ситуации не являлся, находился в автомобиле, в зачехленном виде, в разряженном состоянии (без пристегнутого магазина), что уже исключало возможность считать его подготовленным к охоте.

Таким образом, если гипотетически предположить, что правила охоты были нарушены, то избранная судом мера административного наказания (с применением конфискации оружия и уничтожением патронов) явно не соразмерна тяжести деяния и обстоятельствам совершения.

Обжалуемое постановление нарушает принцип равенства всех перед законом и принцип справедливости.

Обжалуемым постановлением мирового судьи от 04.08.2020 якобы установлена и доказана его вина в нарушении Правил охоты (некого п. 3 пп. 3.2). Такой же вывод отражен в постановлении мирового судьи судебного участка № 2 Баргузинского района Республики Бурятия по делу № от 04.08.2020 в отношении ФИО3, однако, при тех же сходных обстоятельств дела (при нахождении на коллективной охоте) ему назначено административное наказание лишь в виде административного штрафа в размере 500 руб. без конфискаций орудий охоты.

Таким образом, судом нарушен принцип равенства перед законом и принцип справедливости, поскольку судебные акты не могут являться правосудными.

Просит суд, отменить Постановление мирового судьи судебного участка № 2 Баргузинского района Республики Бурятия от 04.08.2020 № и прекратить производство по делу.

В судебном заседании ФИО1, его представитель ФИО6 по доверенности жалобу поддержали по указанным в ней доводам, просят постановление отменить и прекратить производство по делу об административном правонарушении на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ ввиду отсутствия состава административного правонарушения.

Выслушав стороны, исследовав представленные материалы, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях нарушение правил охоты, за исключением случаев, предусмотренных частями 1.2, 1.3 настоящей статьи, влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от пятисот до четырех тысяч рублей с конфискацией орудий охоты или без таковой или лишение права осуществлять охоту на срок до двух лет; на должностных лиц - от двадцати тысяч до тридцати пяти тысяч рублей с конфискацией орудий охоты или без таковой.

Частью 1 статьи 57 Федерального закона от 24 июля 2009 г. N 209-ФЗ "Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон об охоте) установлено, что лица, виновные в нарушении законодательства в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. При этом, частью 2 данной статьи конкретизировано, что в целях указанной статьи к охоте приравнивается нахождение в охотничьих угодьях физических лиц с орудиями охоты и (или) продукцией охоты, собаками охотничьих пород, ловчими птицами.

Статья 57 Закона об охоте приравнивает к охоте и подразумевает наступление ответственности за нахождение в охотничьих угодьях физических лиц с орудиями охоты и (или) продукцией охоты, собаками охотничьих пород, ловчими птицами в том случае, если это сопряжено с нарушением законодательства в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов.

Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 16 ноября 2010 г. N 512 утверждены Правила охоты.

Подпунктом "г" пункта 3.2 данных Правил установлено, что при осуществлении охоты в закрепленных охотничьих угодьях охотник обязан иметь при себе разрешение на добычу охотничьих ресурсов, выданное в установленном порядке, и путевку, в случаях, предусмотренных Федеральным законом от 24 июля 2009 г. N 209-ФЗ "Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

Согласно материалам дела, установлено, ДД.ММ.ГГГГ. в 09 час. 15 мин. ФИО1 находился в охотничьих угодьях ОПО «Тайга» около 90 км на Северо-запад в местности Ямбуй координаты №53° 120 143°,Е109°50, 790" с охотничьим огнестрельным оружием С2-550 калибра №, не имея разрешения на право добычи охотничьих ресурсов в охотничьих угодьях ОПО «Тайга» в Прибайкальском районе Республики Бурятия.

Факт совершения ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ, подтверждается, совокупностью доказательств, допустимость и достоверность которых сомнений не вызывают, а именно: протокол об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ по ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ; фототаблица; разрешение на добычу пушных животных, охотничий билет, акт планового (рейдового) осмотра, обследования от ДД.ММ.ГГГГ. №, картосхема.

При таких обстоятельствах, рассматривая дело по существу, мировым судьей все фактические обстоятельства были установлены полно и всесторонне, они полностью подтверждаются представленными доказательствами, исследованными в ходе судебного заседания и получившими правильную оценку в постановлении.

Несогласие ФИО1 с вынесенным постановлением по делу об административном правонарушении не ставит под сомнение его законность и обоснованность.

Вывод мирового судьи о наличии события правонарушения и виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ, является законным и обоснованным.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ, как нарушение правил охоты.

Довод о том, что протокол об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ и акт осмотра (обследовании) № от ДД.ММ.ГГГГ, послужившие основанием дли возбуждении административного дела - не доказывают обстоятельства нарушения правил охоты, не обоснован, поскольку являются допустимыми доказательствами.

Довод о том, что протокол составлен в нарушении ст.28.2 КоАП РФ, также не обоснован, поскольку сведения, которые должны содержаться в протоколе об административном правонарушении, предусмотрены частью 2 статьи 28.2 КоАП РФ, в протоколе об административном правонарушении имеются.

Согласно п. 53.1 приказа Минприроды России от 16 ноября 2010 года N 512 "Об утверждении Правил охоты", при осуществлении охоты запрещается нахождение в охотничьих угодьях в (на) механических транспортных средствах, летательных аппаратах, а также плавательных средствах с включенным мотором, в том числе не прекративших движение по инерции после выключения мотора, с расчехленным или заряженным или имеющим патроны (снаряды) в магазине охотничьим огнестрельным (пневматическим) оружием, за исключением случаев, указанных в п. 59 Правил, а также отлова охотничьих животных в целях осуществления научно-исследовательской деятельности, образовательной деятельности.

В соответствии с подпунктами а,б, и г п. 3.2 Правил охоты, при осуществлении охоты охотник обязан иметь при себе охотничий билет; в случае осуществления охоты с охотничьим огнестрельным и (или) пневматическим оружием разрешение на хранение и ношение охотничьего оружия, в соответствии с Федеральным законом от 13 декабря 1996 года N 150-ФЗ "Об оружии"; в случае осуществления охоты в закрепленных охотничьих угодьях разрешение на добычу охотничьих ресурсов, выданное в установленном порядке, и путевку, в случаях, предусмотренных Федеральным законом от 24 июля 2009 г. N 209-ФЗ "Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

Доводы о том, что оружие было в зачехленном виде, состояние магазина (пристегнут он был, или нет) имеет существенное значение для квалификации нарушения по п. 53.1 Правил охоты, не могут быть приняты во внимание, поскольку в силу приведенных выше норм к охоте приравнивается нахождение в охотничьих угодьях физических лиц с орудиями охоты. При этом названные нормы не разграничивают, в каком виде должно находиться оружие, и не предусматривают необходимость его нахождения только в собранном, расчехленном и заряженном виде.

Ссылка на то, что он, осуществлял транспортирование карабина на автомобиле транзитом через охотничьи угодья Прибайкальского района в сторону Баунтовского района, что неправомерно было приравнено к охоте, не состоятельна, поскольку опровергается вышеуказанными материалами дела. При этом из справки председателя правления ОПО «Тайга» следует, что от реки Олан, впадающую в реку Турка, до верховья ( истока) реки Турка дороги нет, то есть в весеннее, летнее, осеннее время года в верховье реки Турка и далее до реки Кыджимит проехать на автомобиле нет возможности, только на вездеходе.

Доводы о том, что в его деяниях отсутствует событие административного правонарушения, признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ, подлежат отклонению, в силу неправильного толкования вышеназванных нормативных актов, поскольку по их смыслу нахождение физического лица в охотничьих угодьях с орудием охоты приравнивается к охоте. При этом невыполнение лицом обязанности иметь во время охоты разрешение на добычу охотничьих ресурсов является нарушением правил охоты и образует состав административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 8.37 КоАП РФ.

Доводы о том, что мировой судья при вынесении постановления от 04.08.2020 установила факт нарушения с его стороны п. 3 пп. 3.2 Правил охоты, утв. Приказом Министерства природных ресурсов и экологии РФ от 16.11.2010 № 512. При этом в описательно- мотивировочной части обжалуемого постановления нет выводов суда о нарушении им п. 53.1 Правил охоты, не обоснованы, поскольку мировой судья указав п.3 пп.3.2 Правил охоты, допустила техническую ошибку, не указав п. «г». Не указание на п. 53.1 Правил охоты, не является выводом того, что в действиях ФИО2 не имеется состав правонарушения, предусмотренный ч.1 ст.8.37 КоАП РФ. При этом в постановлении имеется ссылка на Правила охоты.

Довод о том, что право на транспортирование оружия является неотъемлемым правом законного владельца оружия и предусмотрено абз. 3 п. 77 Правил оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории РФ, не может быть принят во внимание, поскольку Федеральный закон от 13 декабря 1996 г. N 150-ФЗ "Об оружии" не регулирует отношения в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов.

При таких обстоятельствах суд, оценив в совокупности собранные по делу доказательства, не находит оснований для отмены обжалуемого постановления.

Вместе с тем, имеются основания для изменения постановления ввиду следующего.

Учитывая характер совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий, не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений, то, что ФИО1 к административной ответственности привлекается впервые, после никаких правонарушений и последствий не было, суд считает возможным исключить из постановления мирового судьи указание на конфискацию орудия охоты в доход государства Haenel Jaeger 10 калибра №, патроны в количестве 4 штук калибра 7,62x51308W, поскольку будет способствовать обеспечению реализации задач административной ответственности, а также предупреждению совершения новых правонарушений.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Постановление мирового судьи судебного участка № 2 Баргузинского района Республики Бурятия от 04 августа 2020 года по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 8.37 КоАП РФ изменить.

Исключить из постановления мирового судьи указание на конфискацию орудия охоты в доход государства Haenel Jaeger 10 калибра № патроны в количестве 4 штук калибра №

Жалобу ФИО1 оставить без удовлетворения.

Судья Э.В. Ивахинова