Апелляционное определение № 33-2816/2026 от 13 апреля 2026 г.

Судья: Маркова Н.В. № 33-2816/2026 (2-2835/2025)

Докладчик: Бабушкина Е.А. УИД 42RS0009-01-2025-004469-53


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 апреля 2026 года г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного в составе председательствующего судьи Казачкова В.В.

судей Котляр Е.Ю., Бабушкиной Е.А.,

при секретаре: Клюевой В.А.,

с участием прокурора: Мисько З.Е.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Бабушкиной Е.А. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО3 – ФИО14 на решение Центрального районного суда г. Кемерово Кемеровской области от 22 декабря 2025 года

по иску ФИО3 к ООО «Шахта «Листвяжная», АО Холдинговая компания «СДС-Уголь» о взыскании невыплаченного страхового возмещения, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО3 обратилась в суд с иском к ООО «Шахта Листвяжная», АО «Холдинговая компания СДС-Уголь», в котором с учетом уточнений (т.2 л.д.198) просила взыскать с АО ХК «СДС-Уголь» компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб., с ООО «Шахта Листвяжная» невыплаченное страховое возмещение в размере 436 799,82 руб.

Требования мотивированы тем, что 25.11.2021 около 08 час. 23 мин. на шахте <данные изъяты> в <адрес>, в результате взрыва произошел групповой несчастный случай, в результате которого погиб работник предприятия ООО «Шахта Листвяжная» - ФИО1.

Истица ФИО3 является супругой погибшего ФИО1

Согласно данных из открытых источников, в том числе данных сайта АО ХК «СДС-Уголь», владельцем ООО «Шахта Листвяжная» является данное юридическое лицо. В настоящий момент в отношении должностных лиц АО ХК «СДС-Уголь» в Центральном районном суде г. Кемерово слушается дело по обвинению ФИО17 по ч. 2 ст. 201 УК РФ, ФИО16 по ч. 2 ст. 201 УК РФ, ФИО15 по ч. 2 ст. 201 УК РФ. По смыслу ст. 1079 ГК РФ, ответчик - АО ХК «СДС-Уголь» также является лицом, ответственным за причиненный вред.

В уточнениях отмечается, что при наступлении страхового случая <данные изъяты> выплатило в пользу истца страховое возмещение 1 563 200,18 руб., в связи с тем, что был исчерпан лимит выплат, вместо положенных двух миллионов. Таким образом, ООО «Шахта Листвяжная» ухудшила положение выгодоприобретателя, застраховав свою ответственность на 100 млн. руб., по сравнению с условиями, определенными законом, которым определена сумма в размере 2 000 000 руб. Недостающая сумма выплаты по мнению истца подлежит взысканию с владельца опасного объекта - ООО «Шахта Листвяжная».

Решением Центрального районного суда г. Кемерово Кемеровской области от 22.12.2025 постановлено:

«Исковые требования ФИО3 к ООО «Шахта «Листвяжная», АО Холдинговая компания «СДС-Уголь» о взыскании невыплаченного страхового возмещения, компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Холдинговая компания СДС-Уголь» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в связи с потерей близкого человека в размере 150 000 руб.

Взыскать с АО Холдинговая компания «СДС-Уголь» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ООО «Шахта «Листвяжная» о взыскании невыплаченного страхового возмещения в размере 436 799,82 руб. – отказать».

В апелляционной жалобе представитель ФИО3 – ФИО14 просит решение суда изменить в части размера компенсации морального вреда, не соглашается с отказом во взыскании в счет возмещения причиненного вреда 436 799,82 руб., в связи с чем исковые требования просит удовлетворить в полном объеме.

Указывает, что, определяя размер компенсации морального вреда с ОАО «СДС-уголь», суд не учел позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15.11.2022, о недопустимости присуждения чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы.

Полагает, что определенная судом сумма компенсации морального вреда с ОАО «СДС-уголь» с учетом отсутствия доказательств выплаты данным юридическим лицом каких-либо денежных средств в счет компенсации морального вреда истцу, является незначительной суммой.

Не соглашается с отказом во взыскании в счет возмещения причиненного вреда 436 799,82 руб., отмечая, что правовой смысл обязательного страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта – гарантированное получение выгодоприобретателем суммы, определенной Законом, в данном случае это 2 000 000 руб. Утверждает, что разницу между произведенной страховой выплатой в размере 1 563 200,18 руб. и фактическим размером вреда – 2 000 000 руб. должен возместить владелец опасного объекта.

Относительно доводов апелляционной жалобы представителем ООО «Шахта «Листвяжная», поданы письменные возражения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО «Шахта «Листвяжная» ФИО7 относительно доводов апелляционной жалобы возражала по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Истец, представитель ответчика АО Холдинговая компания «СДС-Уголь», третьи лица о времени и месте судебного заседания, назначенного в суде апелляционной инстанции на 14.04.2026, извещены надлежаще, в судебное заседание не явились, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявили.

В соответствии с частью 3 статьи 167, части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц.

Заслушав представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего, что решение суда законно и обоснованно и не подлежит отмене, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ законность и обоснованность решения, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что ответчик ООО «Шахта «Листвяжная» ФИО2 № имеет юридический адрес в <адрес><адрес>, осуществляет деятельность по добыче угля подземным способом в эксплуатируемой шахте (относится к категории опасных производственных объектов 1 класса опасности (чрезвычайно высокой опасности), зарегистрирован в реестре опасных производственных объектов) (т.1 л.д.62-63, 162, 192). Шахта <данные изъяты> опасная по газу метану (т.2 л.д.119).

25.11.2021 на опасном производственном объекте - угольной шахте ООО «Шахта Листвяжная» произошел неконтролируемый взрыв, в результате которого погиб супруг истца - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., состоявший в трудовых отношениях с ООО «Шахта Листвяжная», в должности «горнорабочего очистного забоя». Данное обстоятельство подтверждается свидетельством о смерти от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.9).

Погибший ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ состоял в зарегистрированном браке с истцом ФИО3, что следует из свидетельства о заключении брака (т.1 л.д.8).

Согласно акту № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.167-196) в шахте 25.11.2021 произошел неконтролируемый взрыв. В результате несчастного случая наступила смерть ФИО1

Из пункта 10 данного Акта следует, что причинами несчастного случая являются: недостатки в создании и обеспечении функционирования системы производственного контроля на опасном производственном объекте.

Лицами, допустившим нарушение требований охраны труда, в пункте 11 Акта указаны директор ООО «Шахта Листвяжная» - ФИО8, первый заместитель директора ООО «Шахта Листвяжная» - ФИО9, ряд иных сотрудников ООО «Шахта Листвяжная», ряд сотрудников ФГУП «ВГСЧ».

Факт грубой неосторожности работника ФИО1 не установлен.

Истцом ФИО3 в материалы дела представлены письменные пояснения, из которых следует, что у нее с мужем была крепкая семья, близкие отношения, а также насколько серьезной была потеря супруга (т.2 л.д.210).

По решению Беловского городского суда Кемеровской области от 18.11.2024 (т.3 л.д.79-82) в пользу ФИО3 с ООО «Шахта Листвяжная» взыскана компенсация морального вреда в размере 30 000 руб.

Как установлено судом первой инстанции, приговором Центрального районного суда г. Кемерово от 25.03.2025 по уголовному делу № ФИО17 – генеральный директор АО ХК «СДС-Уголь»; ФИО15- технический директор АО ХК «СДС-Уголь»; ФИО16 - директор по перспективному развитию АО ХК «СДС-Уголь» признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 201 УК РФ (злоупотребление полномочиями, повлекшее тяжкие последствия), поскольку достоверно зная об установленных судом нарушениях в ООО «Шахта «Листвяжная» могли и должны были в силу возложенной на каждого из них юридической обязанности, действовать в соответствующей ситуации, связанной с ведением горных работ в шахте угольной, в том числе при превышении ПДК метана и надлежащей пылевзрывозащите в выработках шахты угольной, проявляя должную степень заботливости и осмотрительности, при добросовестном осуществлении каждым из них своих полномочий совершить действия, предпринять необходимые меры, которые бы исключили возможность наступления вредных последствий. Возникшее в шахте угольной ООО «Шахта «Листвяжная» горение, неконтролируемый взрыв сформировавшейся взрывоопасной концентрации метанопылевоздушной смеси, выброс опасных веществ, разрушение сооружений и технических устройств, применяемых в выработках выемочного участка лавы № и проходческого забоя вентиляционного штрека № (север), явилось потенциальным источником опасности для жизни и здоровья горнорабочих (т.1 л.д.11, 239-241, т.3 л.д.91).

13.01.2021 между ООО «Шахта «Листвяжная» и <данные изъяты> заключен договор №/ОС об организации осуществления обязательного страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте (т.1 л.д.205-209).

Супруге погибшего – истцу ФИО3 от <данные изъяты> произведена выплата в размере 1 563 200,18 руб. (т.1 л.д.172-175, 184-185).

По доводам в письменных возражениях <данные изъяты> (т.1 л.д.170), с учетом количества погибших и потерпевших, которым причинен вред здоровью, сумма требований родственников и пострадавших превысила страховую сумму 100 млн. руб. и составила 127 942 666,66 руб. В этом случае согласно п.10.1 ст.8 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» предусмотрено, что при недостаточности страховой суммы для удовлетворения требований потерпевших первой очереди (куда входят требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевших – физических лиц) страховые выплаты производятся пропорционально отношению страховой суммы к сумме требований таких потерпевших. Лимит ответственности страховщика исчерпан. Согласно составленному Реестру, коэффициент пропорции определен в размере 0,7816. С применением коэффициента пропорции 0,7816 размер безусловно причитающейся страховой выплаты в части возмещения вреда, причиненного жизни каждого потерпевшего, составил 1 563 200,18 руб.

Также, согласно материалам дела, ООО «Шахта «Листвяжная» семье погибшего ФИО1 осуществлены следующие меры поддержки: организация и оплата расходов на погребение, расходов на поминальные обеды в размере фактически произведенных затрат; единовременная выплата семье погибшего работника трехкратного среднемесячного заработка ФИО1 в размере 359 716,95 руб.; выплата единовременного пособия в размере средней годовой заработной платы ФИО1 каждому члену семьи (вдове ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в размере 1 116 189,12 руб., сыну ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в размере 1 116 189,12 руб.); выплата семье погибшего работника единовременного пособия в размере 2 000 000 руб. в счет возмещения морального вреда; приобретение квартиры площадью <данные изъяты><адрес> стоимостью 3 000 000 руб. вдове погибшего ФИО3; ежегодное предоставление путевок один раз в год в летний сезон внуку погибшего в детский лагерь; ежегодное предоставление пайкового угля при условии проживания в доме с печным отоплением; оплата установки мемориального комплекса (один комплекс на семь захоронений) в размере фактически произведенных затрат, но не более 100 000 руб. за одного погибшего работника; обеспечение оплаты семье погибшего работника на благоустройство места захоронения в размере фактически произведенных затрат, но не более 200 000 руб.; ремонт жилого дома; погашение кредитов погибшего и членов его семьи, оформленных до 25.11.2021; оказание помощи в трудоустройстве в ООО «Шахта «Листвяжная» снохи ФИО10; ежегодная выплата вдове ФИО3 единовременной материальной помощи ко Дню шахтера в размере 10 000 руб.; оплата услуг адвоката по рассмотрению вопроса об условно-досрочном освобождении ФИО11; обеспечение оплаты обучения первого образования в ВУЗе или СУЗе внуку погибшего работника ФИО1 по очной форме обучения (т.1 л.д.12-13,210-211).

Помимо мер поддержки со стороны ООО «Шахта «Листвяжная», ФИО3 оказаны меры поддержки из бюджетов разных уровней, <данные изъяты>

Общая сумма мер социальной поддержки составила более 23 млн.руб. (со стороны ООО «Шахта «Листвяжная» более 18 млн.руб.) (т.1 л.д.166).

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 150, 151, 1064, 1079, 1099, 1101 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», и исходил из того, что истица потеряла близкого человека, с которым находились в постоянном тесном общении и имела постоянные родственные связи. Судом учитывались степень физических и нравственных страданий истицы, фактические обстоятельства, при которых ФИО3 был причинен моральный вред в связи с гибелью близкого человека, значимость и невосполнимость утраты супруга, страдания и переживания истицы, вызванные такой потерей; тяжесть наступивших для нее последствий. Указано, что размер компенсации морального вреда определяется судом с учетом совокупности всех обстоятельств, которые нашли свое документальное подтверждение в материалах дела, из которых следует, что ответчик - ООО «Шахта Листвяжная» за счет собственных средств, своими действиями и поведением компенсировала истице моральный вред в общей сумме 16 818 864,67 руб. (т.1 л.д.166).

Основываясь на представленных в материалы дела доказательствах, учитывая, что АО ХК «СДС-Уголь», обладая в соответствии с Уставом Общества полномочиями по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия не только для АО ХК «СДС-Уголь», но и для подконтрольных предприятий этой холдинговой компании (корпорации), в том числе для ООО «Шахта «Листвяжная», имел фактическую возможность определять действия этого подконтрольного юридического лица, суд первой инстанции пришел к выводу, что на АО ХК «СДС-Уголь» как на основное общество и единственного участника ООО «Шахта «Листвяжная», как дочернего общества, подлежит возложению мера гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции учтено, что в связи с гибелью ФИО1 его супруга испытывает физические и нравственные страдания. Утрата для ФИО3 члена семьи, близкого и любимого человека, привела к необратимому разрыву семейных связей, навсегда изменила жизнь истицы, находящейся после этой утраты в тяжелом психологическом состоянии. Судом также принято во внимание, что гибель произошла при исполнении им трудовых обязанностей в шахте, в результате группового несчастного случая при чрезвычайных ситуациях техногенного характера в результате аварии. Учтен тот факт, что работодателем - ООО «Шахта Листвяжная» оказана поддержка и существенная материальная помощь членам семьи погибшего.

С учетом изложенного, определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с АО ХК «СДС-Уголь», учитывая, что в досудебном порядке какая-либо компенсация данным ответчиком в связи с гибелью ФИО1 членам его семьи не производилась, суд первой инстанции полагал возможным определить размер компенсации морального вреда пользу супруги ФИО3 в сумме 150 000 руб.

Разрешая требования о взыскании в пользу ФИО2 с ООО «Шахта «Листвяжная» в счет возмещения вреда 436 799,82 руб., суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в его удовлетворении, в связи с тем, что <данные изъяты> супруге погибшего ФИО1 осуществлена выплата в размере 1 563 200,18 руб. (страховой компанией был исчерпан лимит выплат по договору страхования), а основания полагать, что условия договора страхования №/ОС от ДД.ММ.ГГГГ ухудшали положение выгодоприобретателей, в том числе ФИО3, по сравнению с условиями, определенными законом, отсутствуют.

Также суд взыскал с ответчика АО «Холдинговая компания СДС-Уголь» государственную пошлину в размере 3 000 руб. в доход местного бюджета.

Проверяя законность решения суда первой инстанции по доводам апеллянта в части размера взысканной компенсации морального вреда, судебная коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда не допущено нарушений установленных в нормативных правовых актах требований, выводы суда основаны на правильно установленных фактических обстоятельствах спора, оснований для изменения размера компенсации по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Трудовым кодексом РФ установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса РФ).

Частью 1 статьи 214 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (часть 2 статьи 214 Трудового кодекса РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом РФ, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и девятый части 1 статьи 216 Трудового кодекса РФ).

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется по нормам Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Несчастным случаем на производстве в силу абзаца десятого статьи 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Из материалов дела следует, что в связи с произошедшим несчастным случае на производстве в установленном порядке был составлен акт по форме Н-1 (т.2 л.д.167-196), который не обжаловался, недействительным не признавался.

В Трудовом кодексе РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ) (пункт 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований увеличения взысканной суммы компенсации морального вреда, исходя из вышеприведенных положений трудового и гражданского законодательства, разъяснений по их применению, учитывая все заслуживающие внимание обстоятельства, в том числе обстоятельства несчастного случая, индивидуальные особенности истца, а также требования разумности и справедливости.

Вопреки доводам апеллянта, судом первой инстанции учтены все заслуживающие внимание фактические обстоятельства, в том числе отсутствие выплат непосредственно от ОАО «СДС-уголь».

Оснований полагать, при установленных обстоятельствах, что взысканию подлежит сумма в большем размере, не усматривается, в связи с чем коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они подробно и обстоятельно мотивированы, должным образом отражены в обжалуемом судебном акте, постановлены в соответствии с правильно установленными фактическими обстоятельствами дела, верной оценкой собранных по делу доказательств, основаны на правильном применении норм права, регулирующих возникшие отношения, и на имеющихся в деле доказательствах, которым суды дали оценку в соответствии с требованиям ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Размер денежной компенсации морального вреда, с которым не согласен апеллянт, определен судом в соответствии с установленными фактическими обстоятельствами, степенью нравственных и физических страданий истца, требованиям разумности и справедливости, при этом судом правильно учтено, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Суд правильно исходил из характера нравственных страданий истца, невосполнимости понесенной утраты, тесной родственной связи с погибшим, учтены конкретные обстоятельства дела, в том числе и оказанные истцу меры социальной поддержки.

Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом степени вины причинителя вреда и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

В связи с чем иная, чем у суда, оценка степени физических, нравственных страданий и переживаний истца, критериев разумности и справедливости, не указывает на то, что выводы суда первой инстанции являются ошибочными.

Вместе с тем, судебная коллегия приходит к выводу об ошибочности вывода суда первой инстанции, не усмотревшего оснований для взыскания в пользу истца в счет возмещения вреда суммы в размере 436 799,82 руб., в связи со следующим.

Исходя из искового заявления и предмета заявленных истцом требований, ФИО3 просила взыскать с ООО «Шахта Листвяжная» сумму страхового возмещения в размере разницы между определенной частью второй статьи 6 и подпунктом первым части второй статьи 8 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» суммой страхового возмещения и фактически произведенными страховой компанией выплатами, полагая, что сумма страхового возмещения, предусмотренная положениями части второй статьи 6 и подпунктом первым части второй статьи 8 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» являются гарантированными выплатами, которые в случае недостаточности страховой суммы у страховой компании подлежат возмещению страхователем (ООО «Шахта «Листвяжная»).

Следовательно, значимым и подлежащим установлению в рамках рассмотрения настоящего дела является установление обстоятельства, связанного с наличием у истца права на получение страхового возмещения, предусмотренного положениями Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте».

Отношения, связанные с обязательным страхованием гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте, регулируются Федеральным законом от 27.07.2010 № 225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» (к спорным отношениям применим в редакции, действовавшей на момент аварии – 25.11.2021, далее также - Федеральный закон от 27.07.2010 № 225-ФЗ).

Согласно пункту первому статьи 2 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ потерпевшие - физические лица, включая работников страхователя, жизни, здоровью и (или) имуществу которых, в том числе в связи с нарушением условий их жизнедеятельности, причинен вред в результате аварии на опасном объекте, юридические лица, имуществу которых причинен вред в результате аварии на опасном объекте. Положения настоящего Федерального закона, применяемые к потерпевшему - физическому лицу, применяются также к лицам, имеющим право на получение страховой выплаты или компенсационной выплаты в случае смерти потерпевшего. К таким лицам относятся лица, имеющие право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда в результате смерти потерпевшего (кормильца), при отсутствии таких лиц - супруг, родители, дети умершего, лица, у которых потерпевший находился на иждивении, а в отношении возмещения необходимых расходов на погребение - лица, фактически понесшие такие расходы.

Аварией на опасном объекте признается повреждение или разрушение сооружений, технических устройств, применяемых на опасном объекте, взрыв, утечка, выброс опасных веществ, обрушение горных пород (масс), отказ или повреждение технических устройств, отклонение от режима технологического процесса, сброс воды из водохранилища, жидких отходов промышленных и сельскохозяйственных организаций, которые возникли при эксплуатации опасного объекта и повлекли причинение вреда потерпевшим (п. п. 2 статьи 2 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ).

Под владельцем опасного объекта понимается юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, владеющие опасным объектом на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании и осуществляющие эксплуатацию опасного объекта (п. п. 4 статьи 2 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ).

Страхователь - владелец опасного объекта или лицо, указанное в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, заключившие договор обязательного страхования гражданской ответственности за причинение вреда потерпевшим в результате аварии на опасном объекте (далее - договор обязательного страхования) (п. 6 статьи 2).

Страховщик - страховая организация, имеющая лицензию на осуществление обязательного страхования, выданную в соответствии с законодательством Российской Федерации (п. 7).

Страховая сумма - денежная сумма, в пределах которой страховщик обязуется произвести страховые выплаты потерпевшим при наступлении каждого страхового случая независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования (п. 8 статьи 2).

Согласно положениям статьи 3 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» объектом обязательного страхования являются имущественные интересы владельца опасного объекта, связанные с его обязанностью возместить вред, причиненный потерпевшим. Страховым случаем является наступление гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда потерпевшим в период действия договора обязательного страхования, которое влечет за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату потерпевшим.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 2 части 1 статьи 6 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ (в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 29.12.2022 № 628-ФЗ) страховая сумма по договору обязательного страхования составляет для опасных объектов, в отношении которых законодательством о промышленной безопасности опасных производственных объектов или законодательством о безопасности гидротехнических сооружений не предусматривается обязательная разработка декларации промышленной безопасности или декларации безопасности гидротехнического сооружения составляет:

а) 100 миллионов рублей - для шахт угольной промышленности, если максимально возможное количество потерпевших, жизни или здоровью которых может быть причинен вред в результате аварии на такой шахте, составляет более 50 человек.

В соответствии с подпунктом 1 части второй статьи 6 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ размер страховой выплаты по договору обязательного страхования составляет два миллиона рублей - в части возмещения вреда, причиненного жизни каждого потерпевшего.

Согласно части первой статьи 8 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ при наступлении страхового случая потерпевший вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении причиненного вреда.

В силу пункта первого части второй статьи 8 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ в случае причинения вреда жизни или здоровью потерпевшего размер страховой выплаты составляет два миллиона рублей - в случае смерти каждого потерпевшего лицам, имеющим право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда в результате смерти потерпевшего (кормильца), а при отсутствии таких лиц - супругу, родителям, детям умершего, лицам, у которых потерпевший находился на иждивении.

При этом согласно части третьей статьи 8 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ если размер вреда, причиненного потерпевшему превышает предельный размер страховой выплаты, установленный частью второй статьи 6 настоящего Федерального закона, разницу между страховой выплатой и фактическим размером вреда возмещает владелец опасного объекта.

Порядок определения размера страховой выплаты и ее осуществления, перечень необходимых документов, в том числе, содержащих персональные данные потерпевших, урегулирован главой 3 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте, утвержденных Положением Центрального Банка Российской Федерации от 28.12.2016 № 574-П (далее - Правила страхования), согласно пунктам 3.1, 3.2 которых страховая выплата в части возмещения вреда, причиненного жизни потерпевшего, осуществляется в размере, установленном пунктом 1 части второй статьи 8 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте».

Право на получение страховой выплаты в случае смерти потерпевшего имеют лица, которые в соответствии с гражданским законодательством имеют право на возмещение вреда в результате смерти потерпевшего (кормильца).

При отсутствии лиц, указанных в абзаце первом настоящего пункта, право на получение страховой выплаты в случае смерти потерпевшего имеют супруг, родители, дети умершего, лица, у которых потерпевший находился на иждивении.

Согласно пункту 3.3 Правил страхования страховая выплата лицам, указанным в пункте 3.2 настоящего Положения, осуществляется в равных долях исходя из общей суммы страховой выплаты в части возмещения вреда, причиненного жизни потерпевшего. Размер долей определяется страховщиком, исходя из количества предъявленных ему требований вместе с документами, подтверждающими причинение вреда и его размер, лицами, указанными в пункте 3.2 настоящего Положения, на момент составления страховщиком страхового акта по предъявленным требованиям.

Для получения страховой выплаты лица, указанные в абзаце втором пункта 3.2 настоящего Положения, или их законные представители представляют страховщику: свидетельство о смерти; свидетельство о заключении брака - при обращении за страховой выплатой в отношении супруга потерпевшего; свидетельство о рождении ребенка (детей) - при обращении за страховой выплатой в отношении родителей или детей потерпевшего (пункт 3.6).

Если размер вреда, причиненного потерпевшему, превышает предельный размер страховой выплаты, установленный Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте», разницу между страховой выплатой и фактическим размером вреда возмещает владелец опасного объекта. (п. 3.58 Правил).

В случае, если страховые выплаты должны быть осуществлены нескольким потерпевшим и сумма их требований, предъявленных страховщику на день первой страховой выплаты по этому страховому случаю, превышает размер страховой суммы:

в первую очередь удовлетворяются требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевших - физических лиц;

во вторую очередь удовлетворяются требования о возмещении вреда, причиненного имуществу потерпевших - физических лиц, в том числе в связи с нарушением условий жизнедеятельности;

в третью очередь удовлетворяются требования о возмещении вреда, причиненного имуществу потерпевших - юридических лиц. (п. 3.59 Правил).

Таким образом, с учетом изложенных выше положений Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ, Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте, утвержденных Положением Центрального Банка Российской Федерации от 28.12.2016 № 574-П, право на получение страховой выплаты в случае смерти потерпевшего имеют лица, которые в соответствии с гражданским законодательством имеют право на возмещение вреда в результате смерти потерпевшего (кормильца). А при отсутствии таких лиц, право на получение страховой выплаты в случае смерти потерпевшего имеют супруг, родители, дети умершего, лица, у которых потрепавший находился на иждивении.

Круг лиц, которые в соответствии с гражданским законодательством имеют право на возмещение вреда в результате смерти потерпевшего (кормильца) определен статьей 1088 Гражданского кодекса РФ, согласно которой в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют:

- нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания;

- ребенок умершего, родившийся после его смерти;

- один из родителей, супруг либо другой член семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими четырнадцати лет либо хотя и достигшими указанного возраста, но по заключению медицинских органов нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе;

- лица, состоявшие на иждивении умершего и ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет после его смерти.

Один из родителей, супруг либо другой член семьи, не работающий и занятый уходом за детьми, внуками, братьями и сестрами умершего и ставший нетрудоспособным в период осуществления ухода, сохраняет право на возмещение вреда после окончания ухода за этими лицами.

Как следует из материалов дела, истец не относится к числу лиц, поименованных в статье 1088 Гражданского кодекса РФ, имеющих право на возмещение вреда в случае смерти потерпевшего (кормильца). Также установлено, что отсутствуют лица, перечисленные в статье 1088 Гражданского кодекса Российской Федерации и имеющие право на получение выплат в случае смерти потерпевшего (кормильца).

Так, из сведений, представленных <данные изъяты> следует, что единственным выгодоприобретателем после смерти ФИО1 является его супруга – истец ФИО3

В ответ на запрос от ООО «Шахта «Листвяжная» судебной коллегии предоставлены сведения о том, что после смерти работника ФИО1 круг лиц, имеющих право на возмещение вреда в результате смерти потерпевшего (кормильца), не устанавливался. Представлены документы от страховой компании, из которых следует, что получателем страхового возмещения в связи с гибелью ФИО1 являлась ФИО3 (1 563 200,18 руб.).

Представитель истца ФИО14 в ответ на запрос судебной коллегии сообщил, что получателем пенсии либо иной социальной выплаты ФИО3 не является, на иждивении у погибшего ФИО1 никаких лиц не находится.

По запросу судебной коллегией получены сведения, что в Беловском городском суде Кемеровской области, Беловском районном суде Кемеровской области, согласно сведениям в базе ГАС Правосудие, отсутствуют судебные постановления по заявлениям об установлении факта нахождения на иждивении у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Из информации, предоставленной из ФГИС «ЕГР ЗАГС» (т.1 л.д.244-245), следует, что в отношении погибшего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., имеются сведения о сыне - ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ г.р., который на момент смерти ФИО1 - ДД.ММ.ГГГГ был совершеннолетним.

На момент смерти, ФИО1, состоял в зарегистрированном браке, супруга погибшего - ФИО3 <данные изъяты> И.Н., ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Также имеются сведения о родителях: мать - ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ г.р., отец-ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ г.р., информация о том, что они живы отсутствует. Кроме того, помощник представителя истца ФИО14 в телефонограмме от 13.04.2026 пояснил, что родители погибшего ФИО1 умерли.

Из сведений, полученных от Федеральной налоговой службы, следует, что в 2021 г. доход ФИО1 составил 974 494,80 руб. Сумма дохода его супруги ФИО3 составила за 2021 г. 632 384,57 руб. Факт нахождения супруги на иждивении погибшего супруга не устанавливался.

Кроме того, статьей 17.1 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», в редакции действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 29.12.2022 № 628-ФЗ, предусмотрено, что в случае причинения вреда жизни или здоровью граждан в результате аварии или инцидента на опасном производственном объекте эксплуатирующая организация или иной владелец опасного производственного объекта, ответственные за причиненный вред, обязаны обеспечить выплату компенсации в счет возмещения причиненного вреда:

- гражданам, имеющим право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда, понесенного в случае смерти потерпевшего (кормильца), - в сумме два миллиона рублей;

- гражданам, имеющим право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда, причиненного здоровью, - в сумме, определяемой исходя из характера и степени повреждения здоровья по нормативам, устанавливаемым Правительством Российской Федерации. Размер компенсации в этом случае не может превышать два миллиона рублей.

Выплата компенсации в счет возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью граждан в результате аварии или инцидента на опасном производственном объекте, не освобождает ответственное за причиненный вред лицо от его возмещения в соответствии с требованиями гражданского законодательства в части, превышающей сумму произведенной компенсации.

Таким образом, статья 17.1 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» предусматривает обязательную компенсацию гражданам, имеющим право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда, понесенного в случае смерти потерпевшего (кормильца) в фиксированном размере 2 000 000 рублей, которые подлежат выплате независимо от того, покрыта указанная сумма компенсации (возмещения) страховой выплатой или нет.

В случае недостаточности суммы страхового возмещения, выплачиваемого лицу, имеющему право на получение компенсационной выплаты в случае смерти потерпевшего, применению подлежат положения статьи 1072 Гражданского кодекса РФ, согласно которой юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935) в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Указанное положение статьи 1072 Гражданского кодекса РФ согласуется с положениями части третьей статьи 8 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте», согласно которой если размер вреда, причиненного потерпевшему, превышает предельный размер страховой выплаты, установленный частью второй статьи 6 настоящего Федерального закона, разницу между страховой выплатой и фактическим размером вреда возмещает владелец опасного объекта.

Таким образом, поскольку из материалов дела следует, что в отсутствие лиц, имеющих право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда в результате смерти потерпевшего (кормильца), которые в первоочередном порядке имеют право на получение компенсационной выплаты в счет возмещения вреда, понесенного в случае смерти кормильца, перечень которых содержится в статье 1088 Гражданского кодекса РФ, супруга погибшего – истец ФИО3 имеет право на получение компенсационной выплаты в сумме, представляющей собой разницу между фиксированным размером страховой выплаты, определенной подпунктом первым пункта второго статьи 8 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» (2 000 000 рублей), и фактически выплаченной страховой выплатой, которая подлежит возмещению на основании положений статьи 1072 Гражданского кодекса РФ страхователем - ООО «Шахта «Листвяжная».

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит отмене в части отказа во взыскании с ООО «Шахта «Листвяжная» возмещения в размере 436 799,82 руб., с принятием в указанной части нового решения – о взыскании с ООО «Шахта «Листвяжная» в пользу ФИО3 в счет возмещения причиненного вреда 436 799,82 руб.

В соответствии с положениями ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ в доход местного бюджета с ООО «Шахта «Листвяжная», в связи с удовлетворением требований о взыскании компенсации вреда, подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 руб.

Руководствуясь частью 1 статьи 327.1, статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Центрального районного суда г. Кемерово Кемеровской области от 22 декабря 2025 года отменить в части отказа во взыскании с ООО «Шахта «Листвяжная» возмещения в размере 436 799,82 руб., в указанной части принять новое решение.

Взыскать с ООО «Шахта «Листвяжная» <данные изъяты> в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт <данные изъяты>, в счет возмещения причиненного вреда 436 799,82 руб.

В остальной обжалованной части оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Шахта «Листвяжная» <данные изъяты> в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Председательствующий: В.В. Казачков

Судьи: Е.Ю. Котляр

Е.А. Бабушкина

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24.04.2026.