Приговор № 1-23/2019 1-23/2020 от 9 июля 2020 г. по делу № 1-23/2019

Дело № Э 1-23/2019


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

п.Поныри Курской области 10 июля 2020 года

Поныровский районный суд Курской области в составе:

председательствующего судьи Шубиной Е.В.,

с участием государственного обвинителя помощника прокурора Поныровского района Курской области Конорева Д.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника Горяйнова А.А., представившего удостоверение № 1282, выданное Управлением Минюста по Курской области, и ордер № 117911 от 3 июня 2020 года

при ведении протокола судебного заседания секретарем Дудиной Н.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <...>, зарегистрированного по месту жительства по адресу: <...>, фактически проживающего по адресу: <...>, гражданина РФ, со среднеспециальным образованием, женатого, имеющего малолетнего ребёнка ФИО16 ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не работающего, военнообязанного, ранее не судимого,-

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного

п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ,

у с т а н о в и л :

подсудимый ФИО1 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в жилище, при следующих обстоятельствах.

15 декабря 2018 года примерно в 16 часов подсудимый ФИО1, руководствуясь возникшим преступным умыслом, направленным на тайное хищение чужого имущества, прибыл к жилому дому ФИО2, расположенному по адресу: <...>. Пройдя через незапертую калитку к жилому дому, подсудимый, убедившись в отсутствии посторонних лиц, с применением силы дернул руками входную дверь и вырвал из дверной коробки замочную петлю с навесным замком. Открыв входную дверь, подсудимый, осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде причинения материального вреда собственнику имущества потерпевшему ФИО2 и желая этого, то есть действуя с прямым умыслом, руководствуясь корыстным мотивом, незаконно проник в жилище потерпевшего, откуда тайно похитил принадлежащее потерпевшему бывшее в употреблении имущество: алюминиевую соковарку стоимостью согласно заключению товароведческой экспертизы №0650600220 от 12 марта 2020 года 740 руб. 67 коп., и алюминиевую кастрюлю емкостью 20 литров стоимостью согласно указанному заключению 500 руб. 13 коп., всего имущества на общую сумму 1240 руб. 80 коп., причинив потерпевшему материальный вред в указанной сумме.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ, признал частично и показал, что в декабре 2018 года, проходя мимо дома ФИО2, с которым ранее был знаком, решил зайти к нему в гости. Дверь, ведущая в коридор дома, была распахнута, а вторая дверь, ведущая непосредственно в дом, была не заперта. Он окликнул потерпевшего несколько раз, но никто не отозвался. Тогда он решил зайти в дом и украсть какое-нибудь имущество. Потерпевший не разрешал ему заходить в дом без его ведома. В доме ничего значительного он, ФИО3, не обнаружил и тогда, встав на стиральную машину, поднялся на чердак дома через отверстие в потолке. Там он обнаружил и тайно похитил алюминиевую соковарку и алюминиевую кастрюлю емкостью 20 литров, собираясь впоследствии их кому-нибудь продать, но потом передумал и оставил их себе, хранил в гараже. В начале марта 2020 года к нему приехали сотрудники полиции, которым он признался в совершенной краже. Петлю с замком с входной двери он не срывал, так как замка не было и дверь была открыта. Показания, данные на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, он подписал не читая.

Виновность подсудимого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ, помимо частичного признания, подтверждается следующими доказательствами.

Из показаний потерпевшего ФИО2, данных им на предварительном следствии, оглашенных в судебном заседании в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ по согласию сторон, следует, что у него в собственности имеется жилой дом, расположенный по адресу: <...>, в котором он не проживает с декабря 2018 года. С указанного времени он, ФИО2, проживает по адресу: <...>. В указанном жилом доме, находящемся в п.Поныри, в настоящее время никто не проживает. Дом приспособлен для жилья, но в нём беспорядок. На чердаке дома, вход в который осуществляется из прихожей дома, хранились принадлежащие ему бывшие в употреблении алюминиевая кастрюля емкостью 20 литров и алюминиевая соковарка, находившиеся в хорошем состоянии.

6 марта 2020 года ему, потерпевшему, от сотрудников полиции стало известно о том, что указанные кастрюлю и соковарку из его дома похитил его знакомый ФИО1, который проник в его дом, сбив навесной замок на двери. Он, ФИО2, не разрешал ФИО1 заходить в свой дом.

С заключением товароведческой экспертизы, установившей стоимостью похищенной кастрюли в размере 500,13 руб., соковарки – 740,67 руб., он согласен. Так как похищенное имущество находится у него, то претензий к подсудимому он не имеет (л.д.63-65).

Изложенные показания потерпевшего полностью согласуются с показаниями свидетеля обвинения ФИО4, оглашенными в суде в аналогичном порядке, предусмотренном ч.1 ст.281 УПК РФ, из которых следует, что подсудимый является её мужем, от брака имеется малолетний ребёнок ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 6 марта 2020 года, когда они с супругом находились у себя дома, то к ним приехали сотрудники полиции. Она, ФИО4, видела, как муж из гаража вынес алюминиевые кастрюли и выдал их сотрудникам полиции.. Ей он впоследствии признался, что соковарку и кастрюлю похитил в середине декабря 2018 года из дома, находящегося на ул.Октябрьская п.Поныри, и хотел их использовать для собственных нужд (л.д.94-95).

Фактические обстоятельства совершения ФИО1 преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ, содержащиеся в приведенных показаниях, также объективно подтверждаются данными, изложенными:

в протоколе осмотра места происшествия – домовладения ФИО2 – от 6 марта 2020 года с фотоиллюстрациями, согласно которому жилой дом расположен на ул.Октябрьская, 31 п.Поныри, представляет собой одноэтажное строение двухквартирное. Вход в часть дома, принадлежащую ФИО2, осуществляется через дверь, на дверном полотне в средней части слева имеется металлическая петля. На дверной коробке обнаружены следы от гвоздей, где ранее крепилась металлическая петля с замком. На земле у двери обнаружена металлическая петля с надетым на неё навесным замком, которые вместе с ключом, который выдал ФИО2, изъяты с места происшествия. По внутренней стороне дверной коробки в доме обнаружены 2 следа пальцев рук, которые изъяты с места происшествия. Внутри дома в прихожей вдоль стены стоял газовый котел и газовая плита, используя которые, как пояснил участвующий в осмотре ФИО1, он проник на чердак дома. Вход на чердак представляет собой отверстие в потолке, на чердаке, как пояснил ФИО1, находились похищенные им алюминиевая кастрюля и соковарка (л.д.7-12);

в протоколе осмотра места происшествия – территории домовладения, принадлежащего ФИО6, где проживает ФИО1, по адресу: <...>, - от 6 марта 2020 года, в котором указано, что на расстоянии 10 м от дома ФИО6, где проживает ФИО1, находится гараж, рядом с воротами гаража на земле стоит алюминиевая кастрюля объемом 20л и соковарка, данные предмета изъяты в ходе осмотра (л.д.13-17);

в заключении дактилоскопической экспертизы №29 от 27 марта 2020 года, в которым установлено, что след пальца руки, перекопированный на дактопленку и изъятый с места происшествия при осмотре дома потерпевшего ФИО2 6 марта 2020 года, оставлен указательным пальцем левой руки ФИО1, (л.д.73-83);

в заключении трасологической экспертизы №28 от 21 марта 2020 года, из которого следует, что замок, изъятый с места происшествия при осмотре дома ФИО2 6 марта 2020 года, имеет повреждение: запираемый конец дужки слегка отогнут в сторону, замок для запирания пригоден (л.д.45-50);

в протоколе осмотра предметов от 16 марта 2020 года, согласно которому осмотрены: навесной цилиндровый замок, смонтированный в литом корпусе, изготовленном из металла серого цвета, замок имеет дужку, изготовленную из прутка металла серого цвета, которая на момент осмотра не заперта, на одной из сторон замка имеется бирка с надписью «TRI-CIRCLE”, ключ состоит из головки и стержня общей длиной 53,5мм, стержень ключа изготовлен из металла серебристого цвета длиной 22,43 мм, головка ключа имеет округлую форму, на одной из сторон ключа имеется надпись «TRI-CIRCLE», металлическая петля полуовальной формы, изготовленная из металла серого цвета длиной 70,5мм, шириной 30мм, толщиной 3,2мм, в передней части петли имеется сквозное отверстие диаметром 16мм для навешивания замка, в задней части имеются два сквозных отверстия для крепежа (л.д.30-32);

в заключении товароведческой экспертизы № 0650600220 от 12 марта 2020 года о том, что фактическая стоимость бывшей в эксплуатации алюминиевой соковарки составляет 740,67 руб., алюминиевой кастрюли емкостью 20 литров 500,13 руб., общая стоимость указанных предметов составила 1240,80 руб. (л.д.25-27);

в явке с повинной от 6 марта 2020 года, в которой ФИО1 сообщил о том, что приблизительно в середине декабря 2018 года он совершил хищение соковарки и кастрюли объемом приблизительно 40 литров из чердака домовладения, принадлежащего ФИО2, расположенного по адресу: <...>, с целью дальнейшего использования данного имущества. Вину признает полностью, в содеянном раскаивается (л.д.20).

Из оглашенных в судебном заседании в порядке п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ показаний подсудимого ФИО1, данных им на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, следует, что в 2015 году он познакомился с потерпевшим ФИО2 и поддерживал с ним приятельские отношения, в 2017 году помогал потерпевшему вывезти с территории его домовладения металлолом на пункт приема.

В дальнейшем связь с ФИО2 оборвалась. Он, ФИО3, знал, что потерпевший не проживает в доме в <...>. 15 декабря 2018 года примерно в 16 часов он пришел к дому ФИО2 с целью совершения кражи. Не обнаружив ничего ценного во дворе, решил проникнуть в дом и оттуда похитить имущество. На входной двери в дом висел навесной замок на металлических петлях. Он, ФИО3, руками

дернул за ручку двери и замок вместе с одной петлей выскочил из дверной коробки, упав рядом с дверью, после чего он вошел в дом. Внутри дома был беспорядок. Не обнаружив ничего ценного, он поднялся на чердак, где обнаружил алюминиевую соковарку и алюминиевую кастрюлю емкостью 20 литров, и похитил их, решив впоследствии кому-нибудь продать, но потом, передумал и оставил себе, храня похищенные предметы в гараже (л.д.53-56, 103-104).

Анализируя исследованные доказательства, которые оцениваются судом как относимые, допустимые, достоверные, а в их совокупности – достаточные для разрешения дела, поскольку получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и другими имеющимися в деле доказательствами, в том числе протоколами осмотра предметов, суд считает, что вина ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления полностью доказана совокупностью вышеизложенных доказательств.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную с незаконным проникновением в жилище, так как он, руководствуясь возникшим преступным умыслом на тайное хищение чужого имущества с незаконным проникновением в жилище потерпевшего ФИО2, зная об отсутствии потерпевшего в жилище, сорвав петлю с навесным замком с входной двери и открыв её, незаконно проник в жилой дом, откуда тайно похитил принадлежащие потерпевшему бывшие в употреблении алюминиевую соковарку стоимостью 740,67 руб., и алюминиевую кастрюлю емкостью 20 литров стоимостью 500,13 руб., всего имущества на общую сумму 1240, 80 руб., и

с похищенным с места преступления скрылся, распорядившись им по своему усмотрению, причинив потерпевшему материальный вред в сумме 1204,80 руб.

Доводы подсудимого ФИО1 о том, что он не знал об отсутствии в доме потерпевшего и не сбивал замок на двери его дома, а зашел через открытую дверь, являются несостоятельными, поскольку опровергаются вышеприведенными показания подсудимого, данными на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, о том, что он знал о том, что потерпевший в жилом доме не проживает, подойдя к дому потерпевшего, увидел на двери петлю с навесным замком, после чего дернул замок руками и вырвал петлю с замком из дверной коробки, а затем, открыв дверь, зашел в дом (л.д., 53,104), данными из протокола осмотра места происшествия – дома потерпевшего от 6 марта 2020 года, о том, что на дверной коробке входной двери обнаружены следы от гвоздей, которыми крепилась металлическая петля с замком, а петля с замком обнаружена на земле возле двери, а также показаниями допрошенного в судебном заседании по ходатайству стороны обвинения в качестве свидетеля обвинения следователя СГ ОтдМВД России по Поныровскому району ФИО7 о том, что ею осуществлялось производство по уголовному делу по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ. При допросе ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого с участием защитника его показания в протоколе допроса были изложены в том виде, как их сообщил ФИО1, ею протоколы допросов предъявлялись для прочтения подсудимому, никаких замечаний ни от него, ни от защитника по поводу допроса не поступило. Она не просила подсудимого изменить показания в части срывания замка с входной двери, так как это не влияло на квалификацию его действий. Ей также ничего не известно об оказании со стороны сотрудниками полиции давления на подсудимого, о таких фактах он ей не сообщал.

Эти показания подсудимого, вопреки его доводам, данным в судебном заседании, суд оценивает достоверными доказательствами, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, даны им в присутствии защитника, при этом ФИО1 были разъяснены положения ст.51 Конституции РФ о праве не свидетельствовать против самого себя, а также положения ст.ст.46,47 УПК РФ о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от этих показаний. Причиной изменения показаний подсудимый в судебном заседании указал то, что на предварительном следствии он давал неправдивые показания, оговаривая себя в части сбивания замка с двери дома потерпевшего, так как на него оказывали давление сотрудники полиции, а следователь ФИО7 уговаривала его дать показания в суде о том, что сбивал замок с двери потерпевшего.

Однако данные утверждения являются голословными, так как никакими объективными данными не подтверждены. В судебном заседании подсудимый не назвал, кто конкретно оказывал на него давление, и подтвердил, что по данному вопросу не обращался в соответствующие органы с жалобой либо заявлением.

Вышеприведенные показания свидетеля обвинения ФИО7 суд также оценивает достоверными доказательствами, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, соответствуют установленным по делу обстоятельствам. Оснований для оговора указанным свидетелем подсудимого в судебном заседании не установлено.

При таких обстоятельствах приведенные доводы подсудимого ФИО1 суд оценивает как способ защиты от предъявленного обвинения.

Заключением первичной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № 661 от 9 апреля 2020 года установлено, что ФИО1 как в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, так и в настоящее время каким-либо хроническим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдал и не страдает, а поэтому ко времени производства по уголовному делу он может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, ФИО1 признаков какого-либо временного психического расстройства не обнаруживал, поскольку его действия не определялись болезненно искаженным восприятием действительности, а носили целенаправленный, упорядоченный характер, он правильно ориентировался в окружающей обстановке, в ходе следствия давал подробные, последовательные показания, а потому в тот период он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Как не страдающий каким-либо психическим расстройством, ФИО1 в применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается, может участвовать в следственных действиях и в судебном заседании. Диагноз «лёгкая умственная отсталость с поведенческими нарушениями», с которым ФИО1 состоит на учете у врача-психиатра, не нашел своего подтверждения при прохождении подэкспертным предыдущих стационарной и амбулаторной судебно-психиатрических экспертиз, также не подтверждается и при настоящем обследовании, так как у него не выявлено снижение интеллектуальных функций, соответствующих диагностическим критериям для данного психического расстройства (л.д.87-90).

Заключение амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы получено в соответствии с требованиями ст. 204 УПК РФ, является достаточно подробным, выводы экспертов надлежаще мотивированы, их компетенция у суда сомнений не вызывает. Подсудимый в судебном заседании с указанным заключением согласился.

Следовательно, ФИО1 является вменяемым и подлежит уголовной ответственности и наказанию.

При назначении вида и размера наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказание на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учитывает подсудимому частичное признание вины, явку с повинной, активное способствование расследованию преступления, выразившееся в добровольной выдаче похищенного, наличие малолетнего ребёнка.

Отягчающих наказание обстоятельств в суде не установлено.

В качестве данных, характеризующих личность, суд учитывает, что подсудимый по фактическому месту жительства характеризуется удовлетворительно (л.д.126),

не состоит на учете у врача нарколога, состоит на учете у врача-психиатра по поводу легкой степени умственной отсталости с поведенческими нарушениями (л.д.127-128), один раз привлекался к административной ответственности по ст.5.35 КоАП РФ (л.д.129).

На основании изложенного, с учетом всех обстоятельств дела, конкретных обстоятельств совершения преступления, относящегося в соответствии с положениями ст.15 УК РФ к категории тяжких, с учетом данных о личности подсудимого, ранее привлекавшегося к административной ответственности, суд считает, что ФИО1 следует назначить наказание в виде лишения свободы.

При определении срока лишения свободы суд учитывает положения ч.1 ст.62 УК РФ о том, что при наличии смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» или «к» ч.1 ст.61 УК РФ и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ, поскольку в отношении ФИО1 установлены смягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ – явка с повинной, активное способствование расследованию преступления.

Принимая во внимание совокупность смягчающих наказание обстоятельств, а также стоимость похищенного, суд считает возможным применить при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы ст.73 УК РФ, предусматривающую условное осуждение и не назначать дополнительное наказание в виде штрафа и ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч.3 ст.158 УК РФ в альтернативном порядке.

В связи с этим не имеется оснований для применения положений ч.2 ст.53.1 УК РФ и замене назначенного наказании на принудительные работы.

Оснований для применения ст.64 УК РФ суд не усматривает, так как исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением подсудимого во время и после совершения преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, по делу не установлено.

Учитывая фактические обстоятельства содеянного и степень его общественной опасности, суд также не находит оснований и для применении положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую.

Избранная ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу отмене либо изменению не подлежит в связи с отсутствием оснований для этого.

В порядке ст.91 УПК РФ ФИО1 не задерживался.

Вещественные доказательства по делу: навесной замок, ключ, петля, соковарка и алюминиевая кастрюля емкостью 20 литров, принадлежащие потерпевшему ФИО2 и переданные ему на хранение, в соответствии с пп.4,6 ч.3 ст.81 УПК РФ по вступлении приговора в законную силу подлежат оставлению у потерпевшего, являющегося их владельцем.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Руководствуясь ст.307,308,309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ, и назначить ему наказание по данной статье в виде 6 (шести) месяцев лишения свободы.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание считать условным с испытательным сроком 6 (шесть) месяцев.

В соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ на период испытательного срока возложить на ФИО1 исполнение следующих обязанностей: 1) не менять места жительства ли пребывания без уведомления уголовно-исполнительной инспекции; 2) являться один раз в месяц на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию в установленный день.

Избранную ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Вещественные доказательства: навесной замок, петлю, ключ, соковарку и алюминиевую кастрюлю по вступлении приговора в законную силу оставить потерпевшему ФИО2.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Курского областного суда через Поныровский райсуд в течение 10 суток со дня его провозглашения.

Судья: