Апелляционное постановление № 22-3195/2020 от 27 декабря 2020 г. по делу № 1-118/2020

Судья: Беликов О.В.

Дело № 22-3195


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

28 декабря 2020 года

г. Саратов

Саратовский областной суд в составе председательствующего судьи судебной коллегии по уголовным делам ФИО1,

при секретаре Аношкине А.В.,

с участием прокурора Грачева А.Е.,

защитника – адвоката Баженовой С.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам ФИО2 и его защитника – адвоката Щетининой А.В. на постановление Красноармейского городского суда Саратовской области от 23 октября 2020 года, которым уголовное дело в отношении ФИО2, <дата> года рождения обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 159.3 УК РФ возвращено Красноармейскому межрайонному прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав мнение защитника - адвоката Баженовой С.В., поддержавшей доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Грачева А.Е., полагавшего постановление суда законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

установил:

Постановлением Красноармейского городского суда Саратовской области от 23 октября 2020 года уголовное дело в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 159.3 УК РФ возвращено Красноармейскому межрайонному прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционной жалобе адвокат Щетинина А.В., действующая в интересах обвиняемого ФИО2 выражает несогласие с постановлением, считает его незаконным и подлежащим отмене. Анализируя положения ст. 237 УПК РФ, п. 17 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", указывает, что ФИО2 умолчал о незаконном владении им платежной картой потерпевшей, что соответствует разъяснениям, данным в указанном постановлении. Выражает несогласие с ссылками суда на практику ВС РФ высказанную в его определении, так как на момент совершения преступления и предъявления обвинения органами следствия дана верная квалификация его действиям, а позиция ВС РФ изложенная в его определении была сформирована уже после направления дела в суд. Полагает, что уголовный закон ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет. Просит постановление отменить.

В апелляционной жалобе обвиняемый ФИО2 выражает несогласие с постановлением, считает его незаконным и подлежащим отмене. Утверждает, что оснований для возвращения дела прокурору не имелось. Просит постановление отменить.

В возражениях на апелляционные жалобы обвиняемого ФИО2 и его защитника – адвоката Щетининой А.В. государственный обвинитель Глухов Д.Д. выражает несогласие с приведенными в них доводами, полагает, что они подлежат отклонению.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

Согласно п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ судья возвращает уголовное дело прокурору, если фактические обстоятельства дела, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния.

Органами предварительного следствия ФИО2 обвиняется в совершении ряда краж и в мошенничестве с использованием электронных средств платежа, совершенном с причинением значительного ущерба гражданину, то есть в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 159.3 УК РФ.

Как видно из обжалуемого постановления, суд первой инстанции привёл в качестве оснований возвращения дела прокурору наличие оснований для квалификации органами следствия действий обвиняемого как более тяжкого преступления, то есть не по ч. 2 ст. 159.3, а по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

В обоснование своего решения суд сослался на изменения, внесенные Федеральным законом от 23 апреля 2018 года N 111-ФЗ в ст. 159.3 УК РФ, которым из диспозиции статьи исключено указание на то, что под мошенничеством понимается хищение чужого имущества с использованием поддельной или принадлежащей другому лицу кредитной, расчетной или иной платежной карты путем обмана уполномоченного работника кредитной, торговой или иной организации, и введена уголовная ответственность по п. "г" ч. 3 ст. 158 УК РФ за кражу с банковского счета.

Кроме того, 29 сентября 2020 года Верховный Суд РФ в своем определении №12-УДП20-5-К6 выразил четкую позицию по данному вопросу в части квалификации указанных действий, тем самым создав и обеспечив единообразное понимание и толкование правовой нормы всеми правоприменителями.

Указанная позиция Верховного Суда РФ верно учтена судом первой инстанции и нашла свое отражение в обжалуемом постановлении.

Суд верно установил в судебном заседании и указал в постановлении, что ФИО2, похитив банковскую карту потерпевшей, оплачивал ею товары бесконтактным способом. Работники торговых организаций не принимали участия в осуществлении операций по списанию денежных средств с банковского счета в результате оплаты товара. Соответственно ФИО2 ложные сведения о принадлежности карты сотрудникам торговых организаций не сообщал, и в заблуждение их не вводил, что является необходимым условием для квалификации действий по ст. 159.3 УК РФ.

При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о наличии предусмотренных п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ оснований для возвращения уголовного дела прокурору.

Выводы суда о том, что квалификация действий обвиняемого ФИО2, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, а установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства указывают на наличие оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, являются правильными и сделаны судом на основании изученных в судебном заседании доказательств.

С учетом требований ст.252 УПК РФ суд сделал правильный вывод о невозможности устранения допущенных органом следствия нарушений в ходе судебного разбирательства и обоснованно возвратил уголовное дело прокурору для устранения препятствий рассмотрения уголовного дела судом.

Довод жалобы о том, что суд не в праве был возвращать уголовное дело прокурору на основании п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ, поскольку описанные в обвинительном заключении и постановлении признаки состава преступления по эпизоду хищения с помощью банковской карты Потерпевший №3 принадлежащих ей денежных средств находящихся на банковском счете, оплачивал ею товары в магазине бесконтактным способом верно квалифицированы органом следствия является ошибочным, основанным на неверном толковании закона.

Ссылка в жалобе на разъяснения, содержащиеся в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", является необоснованной, так как эти разъяснения были даны применительно к ранее действовавшей редакции ст. 159 УК РФ, до внесения Федеральным законом от 23 апреля 2018 года N 111-ФЗ в ст. 159.3 УК РФ изменений.

Понимание адвокатом Щетининой А.В. и обвиняемым ФИО2 определения Верховного Суда РФ как уголовного закона, который может, или не может иметь обратную силу, является неверным, поскольку данные определения формируют судебную практику применения норм, поддерживают единообразие в толковании и применении норм права судами и являются одним из элементов конституционного механизма охраны единства и непротиворечивости российской правовой системы и законом они не являются.

Выявленные судом первой инстанции нарушения исключают возможность рассмотрения уголовного дела по существу.

Решая вопрос о мере пресечения, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для её изменения с учетом личности обвиняемого и совершенных деяний.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Красноармейского городского суда Саратовской области от 23 октября 2020 года о возвращении уголовного дела в отношении ФИО2 ФИО13 Красноармейскому межрайонному прокурору Саратовской области на основании п.6 ч.1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Меру пресечения ФИО2 оставить без изменения в виде заключения под стражей, продлив ее на 2 (два) месяца, то есть до 28 февраля 2021 года включительно.

Председательствующий