Апелляционное определение № 2-1918/2025 33-167/2026 от 25 февраля 2026 г.

Председательствующий – ФИО8 Дело №

номер дела в суде первой инстанции 2-1918/2025

УИД 02RS0№-57

номер строки в статистическом отчете 2.039


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 февраля 2026 года г. ФИО1

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи – ФИО21,

судей – ФИО20, ФИО25.,

при секретаре – ФИО9,

с участием прокурора - ФИО12,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФКУ «Военный комиссариат Республики Алтай», апелляционному представлению заместителя прокурора г.ФИО1 ФИО7 на решение ФИО1 городского суда Республики Алтай от <дата>, которым

исковое заявление ФИО2 к ФКУ «Военный комиссариат Республики Алтай» о признании фактическим воспитателем и признании права на получение выплат удовлетворено.

ФИО2, <дата> года рождения (паспорт гражданина Российской Федерации серии № №) признан фактическим воспитателем ФИО4, <дата> года рождения, в течение не менее пяти лет до его совершеннолетия, рядового, погибшего <дата> при исполнении обязанностей военной службы в ходе проведения Российской Федерацией специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики.

За ФИО2, <дата> года рождения (паспорт гражданина Российской Федерации № №) признано право на получение выплат, предусмотренных действующим законодательством, в связи с гибелью рядового ФИО4, <дата> года рождения, при исполнении обязанностей военной службы в ходе проведения Российской Федерацией специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики.

Заслушав доклад судьи ФИО20, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФКУ «Военный комиссариат Республики Алтай» о признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего ФИО4 в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия, признании права на получение выплат, предусмотренных федеральным законодательством, в связи со смертью военнослужащего в период прохождения военной службы и связанной с исполнением обязанностей военной службы, признании права на получение выплат. Исковые требования мотивированы тем, что <дата> погиб военнослужащий ФИО4, приемным родителем которого является ФИО2, осуществляющий его воспитание и содержание до достижения им совершеннолетия с 2011 года. В 2019 году ФИО3 сменил фамилию и отчество на ФИО4. Мать ФИО4, ФИО10 при жизни содержанием и воспитанием ФИО4 не занималась, <дата> была лишена родительских прав в отношении ребенка, в 2009 году умерла, отец ФИО4 неизвестен.

Определением суда от <дата> к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство труда, социального развития и занятости населения Республики Алтай.

Суд вынес вышеуказанное решение, с которым не согласилось ФКУ «Военный комиссариат Республики Алтай», в апелляционной жалобе просит отменить решение суда, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылаются на то, что законодательством РФ предусмотрено, что дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, находятся на полном государственном обеспечении. Приемная семья – форма устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на основании договора о передаче ребенка (детей) на воспитание в семью между органами опеки и попечительства и приемными родителями. Приемные родители в отличие от фактических воспитателей (родственников ребенка и лиц, не состоящих с ним в родстве, воспитывающих и содержащих ребенка на безвозмездной основе за счет собственных средств) не относятся к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания. Воспитанники находятся на полном государственном обеспечении, ежемесячно за время пребывания в приемной семье из бюджета выделяются денежные средства на их питание, одежду, обувь и мягкий инвентарь, проживание, а также им бесплатно оказывается медицинская помощь, организуется их отдых и оздоровление, в связи с чем в случае смерти воспитанника-военнослужащего у приемных родителей отсутствуют материальные потери в виде будущей возможности получать от него содержание. Для признания фактическим воспитателем истцу необходимо было доказать не только факт воспитания им несовершеннолетнего, но и факт его содержания за счет собственных средств. Однако такие доказательства истцом суду не представлены.

В апелляционном представлении заместитель прокурора г.ФИО1 Н.Н. просит решение суда отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В обоснование приводит доводы о том, что суд не принял во внимание действующие нормы семейного законодательства и не установил фактически значимые для выяснения обстоятельства, а именно возмездность осуществления опеки над несовершеннолетним. Опекуны (попечители) законодательно не отнесены к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания. Основанием возникновения указанной обязанности воспитанников в отношении фактических воспитателей является юридический факт – воспитание и содержание ребенка лицом без оформления опеки (попечительства) или не в связи с заключением органами опеки и попечительства с опекуном или попечителем договора об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях, однако данные обстоятельства при рассмотрении гражданского дела судом не учтены.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ФИО2 – ФИО19 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу, апелляционное представление прокурора – без удовлетворения.

В письменных пояснениях АО «СОГАЗ» на возражения на апелляционную жалобу, поданные представителем ФИО2 – ФИО19, поступившим в суд апелляционной инстанции, АО «СОГАЗ» выражает несогласие с правовой позицией, изложенной представителем ФИО2 – ФИО19

Информация о движении настоящего гражданского дела размещена на официальном сайте Верховного Суда Республики Алтай (http://vs.ralt.sudrf.ru/).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФКУ «Военный комиссариат Республики Алтай» - ФИО11 доводы апелляционной жалобы поддержала по изложенным в ней основаниям, прокурор ФИО12 поддержала доводы апелляционного представления в полном объеме, представитель ФИО2 – ФИО19 возражал относительно доводов апелляционной жалобы и апелляционного представления прокурора.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте проведения судебного заседания, в судебное заседание не явились.

Судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 ГПК РФ, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте проведения судебного заседания.

Изучив материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, апелляционном представлении, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 родился <дата> в <адрес>. Родителем ФИО3 являлась мать ФИО10 (в графе отец прочерк).

Вступившим в законную силу решением Киселевского городского суда <адрес> от <дата> ФИО10 лишена родительских прав в отношении несовершеннолетних детей ФИО13, <дата> г.р., ФИО3, <дата> г.р., ФИО3, <дата> г.р.

<дата> ФИО10 умерла.

На основании договора о создании приемной семьи и передаче ребенка (детей) на воспитание в данную семью от <дата> №, договора № о приемной семье от <дата>, приемный родитель ФИО2 принял на воспитание в приемную семью детей ФИО13, <дата> года рождения, ФИО3, <дата> года рождения.

Свидетельством о перемени имени подтверждается, что ФИО3 сменил фамилию и отчество на ФИО4

Согласно выписке из похозяйственной книги от <дата>, выданной сельской администрацией Турочакского сельского поселения <адрес>, постоянное место жительства умершего ФИО22 (ФИО23) В.Н.(Д). с 2011 года по 2016 год было по адресу: <адрес>, с 2017 года по 2022 год было по адресу: <адрес>.

Согласно выписке из похозяйственной книги от <дата>, выданной сельской администрацией Турочакского сельского поселения <адрес>, опекуны ФИО2, ФИО14, сестра ФИО22 (ФИО15(Д). проживали совместно с ФИО22 (ФИО23) В.Н.(Д). с 2011 года по 2016 год было по адресу: <адрес>, с 2017 года по 2022 год было по адресу: <адрес>.

ФИО4 обучался в МОУ «Турочакская СОШ им. ФИО16» с 1 класса, что следует из характеристики, выданной МОУ «Турочакская СОШ им. ФИО16».

Согласно характеристике на ФИО2 от <дата>, ФИО2 зарегистрирован в <адрес>, женат, не работает, пенсионер МВД, ведет активную общественную работу, сельской администрацией характеризуется положительно.

ФИО2 награжден почетной грамотой врио главы муниципального образования «<адрес>» за высокий профессионализм, значительный вклад в популяризацию физической культуры и спорта, за плодотворный труд, ответственность и творческий подход к нравственному и военно-патриотическому воспитанию детей и подростков в <адрес> и <адрес>.

<дата> ФИО4, проходя срочную военную службу, через командира 61 гвардейской зенитно-ракетной бригады заключил с Министерством обороны Российской Федерации контракт о прохождении военной службы в Вооруженных Силах Российской Федерации сроком на 1 год 11 месяцев, являлся военнослужащим войсковой части 41885.

Согласно справке Военного комиссариата Турочакского и <адрес>ов Республики Алтай № от <дата> рядовой ФИО4 погиб <дата> при проведении специальной военной операции Вооруженных Сил Российской Федерации на территории Луганской Народной Республики, Донецкой Народной Республики и Украины. Смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы.

Разрешая спор и принимая решение об удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Федерального закона от <дата> № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», постановлений Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-П, от <дата> №-П, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №, пришел к выводу о доказанности факта воспитания и содержания истцом ФИО2 - ФИО4 на протяжении более 5 лет до достижения им совершеннолетия (до 2022 года), что явилось основанием для признания истца фактическим воспитателем и признании за ним права на получение выплат в связи со смертью военнослужащего.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции ввиду следующего.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья (абзац второй пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-П).

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»), обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-П, от <дата> №-П, от <дата> №-П, от <дата> №-П, от <дата> №-П, от <дата> №-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство также принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произведен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности (абзац четвертый пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-П).

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от <дата> № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от <дата> № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации») и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от <дата> № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от <дата> № «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей».

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-П, от <дата> №-П).

Пунктом 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от <дата> № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», вступившим в силу с <дата>, к членам семьи военнослужащего, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).

Категории членов семей, имеющих право на получение выплат в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от <дата> № «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от <дата> № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от <дата> № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», к числу которых отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия.

Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от <дата> №-П выражена позиция, согласно которой любая дифференциация, приводящая к различиям в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, в том числе ее статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в силу которых такие различия допустимы, если они объективно оправданы, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им; из конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности вытекает обращенный к законодателю запрет вводить различия в правовом положении лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> №-П указано, что федеральный законодатель не освобождается от обязанности соблюдать конституционные принципы равенства и справедливости, поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые, помимо прочего, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, требуют для субъектов права при равных условиях равного положения, означают запрет вводить не имеющие объективного и разумного оправдания различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (постановления от <дата> №-П, от <дата> №-П, от <дата> №-П, от <дата> №-П, от <дата> №-П и др.).

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, в том числе военнослужащим, принимавшим участие в специальной военной операции, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы.

Таким образом, исходя из содержания вышеприведенных норм и позиций Конституционного Суда РФ следует, что лица, фактически воспитывавшие и содержавшие военнослужащего (погибшего при выполнении обязанностей военной службы), имеют право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 статьи 3 Федерального закона от <дата> № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой же статьи при условии, если такие лица воспитывали и содержали будущего военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

Согласно абзацу 3 статьи 1 Федерального закона от <дата> № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (далее – Федеральный закон от <дата> № 159-ФЗ) дети, оставшиеся без попечения родителей, - это лица в возрасте до 18 лет, которые остались без попечения единственного родителя или обоих родителей в связи с лишением их родительских прав, ограничением их в родительских правах, признанием родителей безвестно отсутствующими, недееспособными (ограниченно дееспособными), объявлением их умершими, установлением судом факта утраты лицом попечения родителей, отбыванием родителями наказания в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, нахождением в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, уклонением родителей от воспитания своих детей или от защиты их прав и интересов, отказом родителей взять своих детей из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, а также в случае, если единственный родитель или оба родителя неизвестны, в иных случаях признания детей оставшимися без попечения родителей в установленном законом порядке.

Полное государственное обеспечение детей - сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, - предоставление им за время пребывания в соответствующем государственном или муниципальном учреждении, в семье опекуна, попечителя, приемных родителей бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды и обуви, бесплатного общежития и бесплатного медицинского обслуживания или возмещение их полной стоимости; обучающиеся в учреждениях среднего и высшего профессионального образования из числа детей - сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в возрасте восемнадцати лет и старше, но не более чем до двадцати трех лет имеют право на полное государственное обеспечение и дополнительные социальные гарантии до окончания профессионального обучения в очных образовательных учреждениях (абзац 8 статьи 1 Федерального закона от <дата> № 159-ФЗ).

Статьей 5 Федерального закона от <дата> № 159-ФЗ предусмотрено, что расходы на реализацию мер по обеспечению дополнительных гарантий по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, производятся за счет средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации, за счет государственных внебюджетных фондов и других не запрещенных законом источников. Порядок возмещения расходов на выплату ежемесячных пособий опекунам на питание, одежду, обувь, мягкий инвентарь на одно физическое лицо, осуществления денежных выплат на детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, при трудоустройстве и поступлении в образовательные учреждения в соответствии с нормами обеспечения воспитанников детских домов утверждается Правительством Российской Федерации и органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от <дата> № «О неотложных мерах по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» установлены нормы питания, обеспечения одеждой, обувью, мягким инвентарем и необходимым оборудованием детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, согласно приложениям №, 2, 3; суммы расходов на культурно-массовую работу, приобретение хозяйственного инвентаря, предметов личной гигиены, игр, игрушек, книг на каждого воспитанника из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в размере не менее 4 процентов расчетной стоимости содержания воспитанника в этих учреждениях (подпункты «а», «б» пункта 2). Эти нормы в соответствии с пунктом 3 названного постановления Правительства Российской Федерации распространены на детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, переданных под опеку (попечительство) в семьи граждан. Министерству образования Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации, Министерством социальной защиты населения Российской Федерации, Министерством финансов Российской Федерации было поручено разработать в месячный срок положение о порядке выплаты средств на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря для детей, находящихся под опекой (попечительством) (пункт 3).

Во исполнение пункта 3 названного постановления Правительства Российской Федерации приказом Министерства образования Российской Федерации от <дата> № утверждено Положение о порядке выплаты денежных средств на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря для детей, находящихся под опекой (попечительством) (начало действия приказа <дата>).

Согласно пунктам 1, 5 указанного положения органы опеки и попечительства выплачивают опекунам (попечителям) денежные средства на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря исходя из установленных натуральных норм по фактическим ценам данного региона. Назначение денежных средств на детей, находящихся под опекой (попечительством), осуществляется на основании постановления (распоряжения) органа опеки и попечительства.

Из приведенных норм права в их системной взаимосвязи следует, что подопечные, опекуны (попечители) имеют право на предусмотренные для них законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации меры социальной поддержки, направленные на материальное обеспечение и содержание детей, оставшихся без попечения родителей, в том числе в виде выплат опекунам (попечителям) денежных средств на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря, ежемесячных денежных выплат (пособия) на содержание подопечных детей, установленные законами субъекта Российской Федерации, и др. Для указанной категории детей законом предусмотрено полное государственное обеспечение (предоставление детям, оставшимся без попечения родителей, на время пребывания в семье опекуна, попечителя бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды и обуви, бесплатного общежития и бесплатного медицинского обслуживания или возмещение их полной стоимости).

В соответствии с пунктом 1 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации нетрудоспособные нуждающиеся лица, осуществлявшие фактическое воспитание и содержание несовершеннолетних детей, имеют право требовать в судебном порядке предоставления содержания от своих трудоспособных воспитанников, достигших совершеннолетия, если они не могут получить содержание от своих совершеннолетних трудоспособных детей или от супругов (бывших супругов).

Обязанности, предусмотренные пунктом 1 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации, не возлагаются на лиц, находившихся под опекой (попечительством), или на лиц, находившихся на воспитании в приемных семьях (пункт 3 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации).

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» разъяснено, что под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (статья 96 Семейного кодекса Российской Федерации), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.

В определенных жизненных ситуациях как родственниками несовершеннолетнего ребенка, так и лицами, не состоящими с ребенком в родстве, не назначенными в установленном законом порядке его опекунами (попечителями), могло осуществляться фактическое воспитание и содержание этого ребенка. В отличие от опекунов (попечителей), имеющих право на получение мер государственной поддержки в виде выплат на содержание детей, находящихся под опекой (попечительством), а в случаях осуществления опеки или попечительства на возмездных условиях - право на получение соответствующего вознаграждения, фактические воспитатели выполняют в отношении ребенка родительские обязанности не в силу закона или на основании судебного решения, содержат воспитанников за счет собственных средств, между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части его содержания и воспитания.

Таким образом, опекуны (попечители) законом не отнесены к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания. Основанием возникновения указанной обязанности воспитанников в отношении фактических воспитателей является юридический факт - воспитание и содержание ребенка лицом без оформления опеки (попечительства) или не в связи с заключением органами опеки и попечительства с опекуном или попечителем договора об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях.

В определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №-КГ25-4-К6 указано, что при рассмотрении требований о признании лицом, являющимся фактическим воспитателем ребенка (будущего военнослужащего, участника специальной военной операции), юридически значимым по делу обстоятельством является установление факта того, что опекун не только воспитывал, но и содержал ребенка в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия исключительно за счет своих собственных денежных средств, то есть не получал от государства (субъекта Российской Федерации) предусмотренных законодательством и выплачиваемых органами опеки и попечительства денежных средств на содержание такого ребенка, а также ежемесячного денежного вознаграждения за опекунство (в случае заключения с опекуном (попечителем) договора об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях).

По смыслу приведенных норм и разъяснений в отличие от опекунов (попечителей, приемных родителей), получающих денежные средства в виде пособий на содержание своих подопечных, фактические воспитатели содержат воспитанников за счет собственных средств. Также между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части содержания и воспитания последнего. Однако у фактического воспитателя отсутствуют соответствующие родительские обязанности в отношении ребенка в силу закона или судебного решения.

Как следует из материалов дела, договоры о передаче ФИО4 на воспитание в приемную семью, заключенные с ФИО2, носили возмездный характер. Ежемесячное вознаграждение приемному родителю ФИО2 составляло 6082 рубля. Кроме того, органом опеки и попечительства выплачивались денежные средства на содержание ребенка.

Так, согласно ответа КУ РА «УСПН <адрес>» от <дата> № И-10-13/95 с 2012 года по 2017 год ежемесячная выплата на содержание ребенка ФИО4 составляла 6082 рубля, с 2018 года по 2020 год – 6325 рублей, в 2021 году – 7590 рублей. Всего на содержание ребенка выплачено: 2012 г. – 24 730 рублей, 2013 г. – 72984 рубля, 2014 г. – 72984 рубля, 2015 г. – 72984 рубля, 2016 г. – 72984 рубля, 2017 г. – 72984 рубля, 2018 г. – 75900 рублей, 2019 г. – 75900, 2020 г. – 75900, 2021 г. – 68310 рублей.

На основании приказа КУ РА «УСПН <адрес>» от <дата> № выплата на содержание ФИО4 была прекращена в связи с поступлением ФИО4 в учебное заведение на полное государственное обеспечение. Иных мер социальной поддержки ФИО2, являющемуся приемным родителем ФИО4 (выплат на питание, одежду, обувь) не оказывалось, выплат, не связанных с договором о приемной семье в отношении ФИО4, ФИО2 за период с <дата> по <дата> не получал. Выплаты на содержание подопечного ФИО4 КУ РА «УСПН <адрес>» производились своевременно, и в полном объеме. Случаев ненадлежащего исполнения ФИО2 обязанностей приемного родителя в отношении ФИО4 не имелось. Освобождение либо отстранение ФИО4 за весь период исполнения обязанностей приемного родителя в отношении ФИО2 не производилось. Приемная семья ФИО2 всегда находилась на хорошем счету, замечания со стороны специалистов отделения опеки и попечительства отсутствовали.

КУ РА «УСПН <адрес>» предоставлено личное дело на ФИО4, где содержатся ежегодные отчеты ФИО2 об использовании имущества подопечного и об управлении имуществом подопечного. К отчетам приложены товарные чеки, квитанции и другие платежные документы, подтверждающие целевое использование денежных средств.

Как следует из справки ОСФР по <адрес> от <дата> №, ФИО4 являлся получателем страховой пенсии по случаю потери кормильца с <дата> по <дата>, ежемесячной денежной выплаты ветеранам с <дата> по <дата>.

Согласно справке ОСФР по <адрес> от <дата> № ФИО2 за период с <дата> по <дата> являлся получателем страховой пенсии по старости и ежемесячной денежной выплаты гражданам, подвергшимся воздействию радиации в ОСФР по РА.

Из справки УФНС России по <адрес> от <дата> № следует, что с 2017 года по 2022 год ФИО2 являлся получателем доходов от КУ РА «УСПН <адрес>», Министерства труда, социального развития и занятости населения Республики Алтай, Фонда социального страхования РФ по РА, МУКДТиД МО <адрес> РА, МОУ ДО «Турочакская ДЮСШ».

Таким образом, оценивая имеющиеся в деле доказательства в их взаимосвязи и совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу о том, что ФИО2 не представлено доказательств в подтверждение факта содержания ФИО4 за счет собственных денежных средств в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

То обстоятельство, что ФИО2 осуществлялось воспитание ФИО4 до его совершеннолетия не может являться безусловным и единственным основанием для признания его фактическим воспитателем, поскольку исходя норм действующего законодательства фактическим воспитателем признается лицо, которое воспитывало и содержало ребенка за счет собственных денежных средств в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

При таком положении, суд первой инстанции пришел к неверному выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований о признании ФИО2 фактическим воспитателем ФИО4 в юридически значимый период.

Поскольку, оснований считать истца фактическим воспитателем погибшего ФИО4 не имеется, отсутствуют и основания для признания за истцом права на получения пособий в связи с гибелью военнослужащего.

В связи с неправильным применением судом первой инстанции норм материального права, в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении иска.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение ФИО1 городского суда Республики Алтай от <дата> отменить.

Принять по делу новое решение, которым в удовлетворении искового заявления ФИО2 к ФКУ «Военный комиссариат Республики Алтай» о признании фактическим воспитателем и признании права на получение выплат отказать.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в порядке, предусмотренном главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд первой инстанции.

Объявление в судебном заседании суда апелляционной инстанции только резолютивной части апелляционного определения и отложение составления мотивированного апелляционного определения в пределах десятидневного срока для соответствующей категории дел не изменяют дату его вступления в законную силу.

Председательствующий судья ФИО21

ФИО17 ФИО20

ФИО26

Мотивированное апелляционное определение изготовлено <дата>.