Приговор № 1-129/2026 1-888/2025 от 4 марта 2026 г. по делу № 1-129/2026

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

05 марта 2026 года <адрес обезличен>

Свердловский районный суд <адрес обезличен> в составе:

председательствующего Кожуховой И.В.,

при секретаре Чупровой С.В.,

с участием государственного обвинителя Артеменко Э.А.,

подсудимого ФИО1, защитника Старостина И.А.,

потерпевшего ШИА его представителя - адвоката Завалина А.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 1-129/2026 в отношении:

ФИО1, .... не судимого,

мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО1 совершил умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах:

Подсудимый ФИО1 <Дата обезличена> около 23 часов 30 минут, находясь около <адрес обезличен><адрес обезличен><адрес обезличен>, где увидев ФИО2 (ФИО1) М.А. и ранее незнакомого ШИА, на фоне внезапно возникших личных неприязненных отношений к ШИА, у него возник умысел на причинение последнему средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия – гвоздодёра.

Реализуя возникший преступный умысел, ФИО1, в указанное время, действуя умышленно, взял из багажного отделения своего автомобиля, припаркованного по вышеуказанному адресу, неустановленный гвоздодёр, после чего подбежал к ШИА, который находился на участке местности, расположенном около подъезда <Номер обезличен><адрес обезличен><адрес обезличен><адрес обезличен>, и удерживая в правой руке гвоздодёр, используя его в качестве оружия, нанес им один удар в область левой руки ШИА, чем причинил ШИА телесное повреждение в виде открытого внутрисуставного перелома левого локтевого отростка со смещением отломка, осложнившийся посттравматической невропатией локтевого нерва с развитием выраженного пареза сгибателей кисти, стойким болевым синдромом, чувствительными нарушениями по типу гиперстезии, оценивающееся как причинившее средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья свыше трех недель.

Подсудимый ФИО1, признавая вину в совершении инкриминируемого преступления от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ.

В судебном заседании по ходатайству стороны обвинения, в соответствии с п.3 ч.1 ст. 276 УПК РФ, оглашены показания, данные ФИО1 при производстве предварительного расследования, в качестве подозреваемого, обвиняемого.

Показания даны ФИО1 с соблюдением требований п. 2 ч. 4 ст.46, п.3 ч.4 ст.47 УПК РФ, а также п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, в присутствии защитника, поэтому суд признает их допустимыми доказательствами.

Так, из показаний данных ФИО1 (т.1 л.д.155-159, т.2 л.д.6-8) следует, что в ночь с 13 на <Дата обезличена> он, находясь на о.Ольхон поругался со своей супругой ШМА, после чего приехав домой, последней не было дома. В вечернее время <Дата обезличена> ШМА сказала ему, что хочет с ним развестись, после чего не ночевала дома по <Дата обезличена>, он сильно переживал и был на эмоциях. Вечером <Дата обезличена> примерно в 23-00 когда ШМА в очередной раз стала уезжать из дома, он решил проследить куда она уезжает, в связи с чем сел в свою машину и проследовал за ней в <адрес обезличен><адрес обезличен>, однако во дворах потерял ее машину из вида. Так как на тот момент он не спал продолжительное время, был вымотан психически, физически и морально, не понимал как сохранить семью, был в отчаянии, начал ездить по дворам и искать машину ШМА Обнаружив машину возле <адрес обезличен> мкр. Юбилейный <адрес обезличен>, он решил разбить стекла у машины ШМА, для этого он достал из багажника своей машины гвоздодёр и направился в сторону ее автомобиля, но в этот момент увидел последнюю, которая шла с ранее ему не знакомым с ШИА, которые его не видели. Он понял, что именно из-за этого мужчины ШМА решила разводиться с ним. После чего, он почувствовал неконтролируемую ярость, злость, он быстро выскочил из-за дерева и ударил ШИА гвоздодёром, который находился у него в правой руке, сверху вниз, он попал ему по руке, какой именно пояснить не может. Он не имел намерений нанести удар по голове, не хотел его покалечить или убить. После чего он побежал куда-то в сторону, остановился, мужчина что-то кричал. Немного посидев в машине он решил к ним вернуться, чтобы прояснить ситуацию, он им что-то говорил, но в ответ они молчали. Увидев, что ШИА держит телефон и идет вызов в службу 112, он выхватил у него телефон и убежал в свою машину, чтобы ШИА не смог вызвать сотрудников полиции. После чего, он уехал домой. Телефон ШИА он положил дома и сказал об этом ШМА Куда он дел гвоздодёр не помнит, возможно он его выбросил.

После оглашения показаний ФИО1, данных им на стадии предварительного расследования, подсудимый в судебном заседании их полностью подтвердил, пояснил, что показания на предварительном следствии давал добровольно, в присутствии защитника. Вину в инкриминируемом преступлении полностью признает, в содеянном раскаивается, принес потерпевшему свои извинения, а также перевел потерпевшему денежную сумму в размере 100 000 рублей с целью заглаживания морального вреда, причиненного преступлением. Кроме того дополнил, что в ходе допроса в качестве подозреваемого ошибочно указал дату совершения преступления – <Дата обезличена>, тогда как события произошли <Дата обезличена>, с предъявленным обвинением согласен.

Виновность подсудимого ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния, полностью подтверждается представленными суду и исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами.

Потерпевший ШИА суду показал, что <Дата обезличена> около 23 часов 30 минут он находился около <адрес обезличен> мкр. Юбилейный <адрес обезличен>, где разговаривал со своей коллегой ШМА В какой – то момент он увидел, что из автомобиля вышел ранее ему не знакомый на тот момент ФИО1 и побежал в его сторону, последний держал в руках гвоздодёр, и которым замахнулся на него, после чего он выставил левую руку, чтобы защитить голову от удара и ФИО1 нанес ему удар по левой руке в область локтевого сустава, от чего он почувствовал сильную боль. Затем ФИО1 выронил из рук гвоздодёр, который он (ШИА) поднял с асфальта, в этот момент ФИО1 убежал. Он подошел к подъезду <Номер обезличен> вышеуказанного дома, положил гвоздодёр на скамейку и вызвал со своего сотового телефона полицию и скорую медицинскую помощь. ШМА пояснила, что указанный мужчина является ее супругом ФИО1 Через некоторое время снова подбежал ФИО1 и забрал со скамейки гвоздодёр и его (ШИА) телефон, по которому он вызывал сотрудников полиции. Кричал в его адрес оскорбления. Он просил ФИО1 вернуть ему сотовый телефон и вызвать ему скорую медицинскую помощь, однако ФИО1 проигнорировал его слова, после чего скрылся. По прибытии сотрудников полиции он дал письменные объяснения, после чего был госпитализирован в ОГБУЗ ИГКБ <Номер обезличен> в травматологическое отделение, где проходил стационарное лечение, в дальнейшем он продолжил лечение в Госпитале Ветеранов, далее лечился амбулаторно. Он до настоящего времени находится на амбулаторном лечении. Ему предстоит две операции. После полученной травмы он испытывает моральные страдания, ему установлена 2 группа инвалидности, он не может вести привычный образ жизни, потерял основной доход, не может трудоустроиться, так как находится на длительном лечении, испытывает постоянные боли. В счет возмещения морального вреда получил 100 000 рублей от ФИО1, последний только в ходе судебного следствия принес ему свои извинения.

Свидетель ШМА суду показала, что <Дата обезличена> около 23 часов 00 минут она приехала к ШИА по адресу: <адрес обезличен><адрес обезличен><адрес обезличен>, для подписания документов по работе. Находясь около указанного дома, между ними начался диалог, в этот момент она увидела своего бывшего мужа ФИО1, который бежал в направлении её и ШИА, при этом у него в руке был гвоздодёр. После чего она увидела как ФИО1 нанес один удар гвоздодёром по левой руке ШИА, после чего бросил гвоздодёр и убежал. Далее ШИА поднял гвоздодёр и положил его на скамейку. После чего, начал вызывать скорую помощь со своего сотового телефона, в этот момент к ним подошел ФИО1, который увидел, что ШИА пытается вызвать скорую помощь, выхватил у ШИА из рук телефон и схватил гвоздодёр со скамейки, после чего сел в свою автомашину и уехал. Гвоздодёр которым ФИО1 наносил удар ШИА и сотовый телефон, который ФИО1 забрал у ШИА в своем доме она не видела. Бывшего супруга ФИО1 характеризует отрицательно, как вспыльчивого, агрессивного, употреблял алкоголь, на почве чего у них возникали конфликты.

Свидетель ДВБ суду показал, что летом 2024 года, ему позвонил его знакомый ШИА, попросил отвезти его в больницу. Со слов ШИА ему стало известно, что когда он около своего дома в <адрес обезличен><адрес обезличен> разговаривал со своей знакомой по работе, в это время к нему подбежал неизвестный мужчина и ударил его по руке гвоздодёром, в результате чего он получил травму левой руки. Ему известно, что из-за полученной травмы ШИА длительное время проходил лечение, у него в руке стоят металлические спицы, в связи с чем, он не может вести свой привычный, активный образ жизни, заниматься спортом, управлять автомобилем, получил инвалидность, проживает на доход от пенсии по инвалидности.

Свидетель ИЛИ суду показала, что подсудимый ФИО1 является ей сыном, которого она характеризует с положительной стороны, как доброго, отзывчивого, ответственного, который никогда не совершал никаких правонарушений, всем помогает, любит своих детей, спиртное не употребляет. Кроме того, после совершения преступления ФИО1 позвонил ей и сообщил, что сломал руку мужчине, которого увидел с его бывшей женой. ФИО1 сожалеет о случившемся, раскаивается в содеянном.

Объективно вина подсудимого ФИО1 подтверждается следующими доказательствами:

Протоколом осмотра места происшествия от <Дата обезличена> и фототаблицей к нему, согласно которому с участием потерпевшего ШИА осмотрен участок местности, расположенный около <адрес обезличен> мкр.Юбилейный <адрес обезличен>, в ходе осмотра установлено место совершения преступления (т.1 л.д.13-14).

Протоколом осмотра от <Дата обезличена>, фототаблицей к нему, согласно которому осмотрена медицинская карта <Номер обезличен> стационарного больного из ОГБУЗ «ИГКБ <Номер обезличен>» на имя ШИА, согласно которой, установлено, что ШИА поступил в медицинское учреждение <Дата обезличена> в отделение травматологии, заключительный клинический диагноз: оскольчатый внутрисуставной перелом левого локтевого отростка со смещением отломков. Сопутствующие заболевания нейропатия локтевого нерва слева. Слабость сгибателей 5 пальца левой кисти (т.1 л.д.49-52).

Протоколом осмотра от <Дата обезличена>, фототаблицей к нему, согласно которому осмотрены медицинские документы, а именно: медицинские карты на ШИА, в ходе осмотра установлены их индивидуальные признаки, а также установлено, что ШИА проходил, в том числе, амбулаторное лечение в связи с полученным телесным повреждением, кроме того осмотрена копия акта медико-социальной экспертизы № АСМЭ-424-000390024 от <Дата обезличена>, согласно которой ШИА установлена инвалидность 2 группы сроком на 1 год (т.1 л.д.164-166).

Заключением эксперта <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, согласно которому, при производстве судебно–медицинской экспертизы, установлено, что у ШИА имелось повреждение в виде открытого импрессионного оскольчатого внутрисуставного перелома левого локтевого отростка со смещением отломков, с раной и ушибом мягких тканей в области левого локтевого сустава, которое причинено действием твердого тупого предмета, могло образоваться <Дата обезличена>, а именно в результате нанесения удара гвоздодёром в область левого локтевого сустава и оценивается как причинившее средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья сроком более 3-х недель (т.1 л.д.33-34).

Заключением эксперта <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, согласно которому при производстве дополнительной судебно-медицинской экспертизы установлено, что согласно анализу медицинских документов и данным осмотра в ГБУЗ ИОБСМЭ у ШИА имелось повреждение в виде открытого импрессионного оскольчатого внутрисуставного перелома левого локтевого отростка со смещением отломков, с раной и ушибом мягких тканей в области левого локтевого сустава с развитием посттравматической нейропатии левого локтевого нерва с выраженным парезом сгибателей левой кисти, стойким болевым синдромом, которое причинено действием твердого тупого предмета, могло образоваться <Дата обезличена>, а именно в результате нанесения удара гвоздодёром в область левого локтевого сустава (т. 1 л.д. 103-106).

Заключением эксперта <Номер обезличен>-с от <Дата обезличена>, согласно которому при производстве комиссионной судебно-медицинской экспертизы установлено, что согласно представленным материалам дела и медицинским документам при обращении за медицинской помощью <Дата обезличена> у ШИА имелся открытый внутрисуставной перелом левого локтевого отростка со смещением отломка (что подтверждается записями в медицинской карте <Номер обезличен> и записями представленных рентгенограмм), осложнившийся посттравматической невропатией локтевого нерва с развитием выраженного пареза сгибателей кисти, стойким болевым; синдромом, чувствительными нарушениями по типу гиперстезии (подтверждается записями последующих стационарных и амбулаторных осмотров, записями в акте медико-социальной экспертизы № АМСЭ-424-000390024 от <Дата обезличена>) Данные повреждения образовались незадолго до обращения за медицинской помощью в результате прямого воздействия тупым твердым предметом и могли быть получены в срок и при обстоятельствах, указанных в материалах дела (<Дата обезличена> около 23 часов 30 минут). Данное повреждение оценивается как причинившее средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья свыше трех недель, более 21 дня, (как согласно п. 7.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от <Дата обезличена><Номер обезличен>н, а также п. 4-6 «Правил определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека» утвержденных Постановлением Правительства РФ от <Дата обезличена><Номер обезличен> -действовавшего на момент происшествия событий; так и согласно п. 5.2.1. приказа об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека <Номер обезличен>н утвержденного М3 РФ от <Дата обезличена> - действующего в настоящее время на момент проведения данной экспертизы). Признаков тяжкого вреда у ШИА, связанных с полученной травмой и её последствиями в рамках производства экспертизы не имеется (согласно осмотра травматологом <Дата обезличена> - выявлено умеренное ограничение сгибания в лучезапястном суставе и снижение силы в левой кисти, 4,5 пальца левой кисти, что в соответствии п. 89-а Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате травм. Прилагаемой к Порядку определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом М3 РФ от <Дата обезличена><Номер обезличен>н составляет 10 % утраты общей трудоспособности) (т.1 л.д. 209-217).

Кроме того, эксперт ЗАЛ суду показал, что в составе экспертной комиссии им проводилась судебно–медицинская экспертиза в отношении ШИА Согласно заключению экспертизы от <Дата обезличена> у ШИА, имелся открытый внутрисуставной перелом левого локтевого отростка со смещением отломка, осложнившийся посттравматической невропатией левого невропатией локтевого нерва с развитием выраженного пореза сгибательной кисти, стойким болевым синдромом, чувствительными нарушениями по типу гипертензии. Данное повреждение оценено как причинившее средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья свыше трех недель. В связи с введением с <Дата обезличена> нового Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, степень тяжести вреда здоровью, причиненного ШИА не изменилась. Признаков, позволяющих определить полученное телесное повреждение ШИА, как тяжкий вред здоровью, экспертной комиссией не установлено. Кроме того, получение инвалидности не влияет на определение степени тяжести вреда здоровью.

Оценивая показания эксперта ЗАЛ, суд находит их достоверными, соответствующими материалам уголовного дела, оснований не доверять показаниям эксперта у суда не имеется.

Кроме того, оценив вышеуказанные заключения экспертов в совокупности с другими объективными доказательствами, суд приходит к выводу о том, что они получены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, выполнены квалифицированными и компетентными экспертами, имеющими стаж работы по специальности, заключения экспертиз оформлены надлежащим образом, содержат полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, в том числе о разъяснении экспертам прав и обязанностей, предусмотренных ст. 57 УПК РФ, предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ и Федеральному закону "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ" от <Дата обезличена>, выводы экспертиз являются научно обоснованными и соответствуют материалам дела, поэтому у суда нет никаких оснований не доверять данным заключениям. Оснований для сомнений в объективности экспертиз и компетентности экспертов по материалам дела суд не усматривает, так как выводы экспертиз подтверждены результатами исследований, которые проведены на основе соответствующих методик. Представленные на исследование материалы дела были достаточны для ответов на поставленные перед экспертами вопросы.

Суд, оценивая каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, находит их относимыми к данному делу, допустимыми, поскольку получены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения настоящего дела и установления виновности подсудимого ФИО1 в содеянном.

Проверяя и оценивая показания подсудимого ФИО1, данные им в ходе досудебного производства, оглашенные в судебном заседании в связи отказом от дачи показаний по ст.51 Конституции РФ, и которые подсудимый подтвердил в судебном заседании в присутствии защитника, а также дополнил свои показания, где он признает себя виновным в совершении инкриминируемого преступления и подробно рассказывает об обстоятельствах его совершения, которые суд признает достоверными, правдивыми, соответствующими действительности, так как они полностью согласуются с показаниями потерпевшего ШИА, свидетелей ШМА, ДВБ, ИЛИ, не доверять которым у суда нет никаких оснований, поскольку они последовательные и стабильные, непротиворечивые, и согласуются с объективными доказательствами, исследованными в судебном заседании, в том числе, заключениями судебно-медицинских экспертиз, согласно которым у ШИА обнаружено повреждение, причинившее средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья свыше трех недель, а также с другими исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, в том числе протоколом осмотра места происшествия, протоколами осмотра медицинских документов. На основании изложенного суд исключает как оговор подсудимого со стороны потерпевшего, свидетелей, так и самооговор ФИО1 самого себя.

Суд не принимает во внимание доводы представителя потерпевшего, высказанные в судебных прениях, о том, что ФИО1 заранее имея умысел на совершение преступления, целенаправленно взял металлический гвоздодёр и нанес удар потерпевшему, который должен был прийтись в голову, поскольку таких обстоятельств в судебном заседании не установлено, оснований для квалификации действий ФИО1 как более тяжкого преступления не имеется.

В судебном заседании достоверно установлено, что подсудимый ФИО1 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к ШИА, в состоянии эмоционального возбуждения, умышленно причинил ШИА средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья сроком более 3-х недель, используя при этом гвоздодёр, как предмет в качестве оружия.

Характер примененного предмета, используемого в качестве оружия – гвоздодёра, локализация повреждения, и достаточная сила удара свидетельствуют о том, что ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, что, используя гвоздодёр и нанося им удар, совершает деяние, запрещенное уголовным законом и сознательно допускал эти последствия, однако относился к ним безразлично.

Мотивом совершенного подсудимым ФИО1 преступления, установленным в судебном заседании, явилась внезапно возникшая личная неприязнь к потерпевшему, на почве ревности его супруги ШМА к ШИА

Об умысле подсудимого ФИО1 на совершение умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, вызвавшего длительное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, свидетельствует локализация повреждений у потерпевшего и характер действий ФИО1, выразившихся в нанесении потерпевшему одного удара гвоздодёром в область левой руки с такой силой, что повлекло причинение повреждений, оценивающихся, как причинившие средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья свыше 3-х недель.

Суд считает, что подсудимый действовал виновно, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность причинения средней тяжести вреда здоровью потерпевшему и прямо желал его наступления, то есть действовал с прямым умыслом.

Судом достоверно установлено, что при совершении преступления ФИО1 для осуществления своих преступных намерений использовал в отношении потерпевшего ШИА гвоздодёр, как предмет в качестве оружия, которым причинил телесное повреждение, поэтому квалифицирующий признак совершения преступления - с применением предмета, используемого в качестве оружия, вменен в вину подсудимому верно.

Таким образом, суд, проверив и оценив каждое доказательство в совокупности, считает вину подсудимого ФИО1 в совершенном преступлении установленной и доказанной, а действия его квалифицирует по п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ (в редакции Федерального закона от <Дата обезличена> N 227-ФЗ), как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

В ходе предварительного и судебного следствия исследовалось психическое состояние подсудимого. Согласно заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов от <Дата обезличена><Номер обезличен> (т.1 л.д.224-229, амбулаторная экспертиза), ФИО1 ранее каким-либо хроническим или временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянии психики не страдал, в настоящее время не страдает и в период исследуемой юридически значимой ситуации вышеперечисленных психических расстройств не обнаруживал. В момент совершения преступления он мог сознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, может и в настоящее время, в принудительном лечении не нуждается. Кроме того, в момент правонарушения он не находился в состоянии физиологического аффекта и ни в каком ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на сознание и поведение.

Учитывая заключение экспертов, все данные о личности подсудимого ФИО1, а также его поведение в ходе совершения преступления и после, а также в судебном заседании, которое у сторон и суда не вызвало сомнений в его психической полноценности, суд, учитывая все вышеизложенные обстоятельства, признает подсудимого ФИО1 вменяемым, подлежащим уголовной ответственности и наказанию за содеянное.

В соответствии с ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

При этом в силу ч. 2 ст. 43 УК РФ, наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

При назначении наказания подсудимому ФИО1 суд, в соответствии со ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного умышленного преступления, которое в соответствии с ч.3 ст. 15 УК РФ, относится к категории преступлений средней тяжести, направлено против личности и здоровья, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств в соответствии с ч.1 ст.61 УК РФ суд признает – наличие двух малолетних детей у виновного, а также суд в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ, учитывает полное признание вины, раскаяние в содеянном, частичное добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления в размере 100 000 рублей, принесение извинений потерпевшему в ходе судебного следствия.

Оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства - активного способствования раскрытию и расследованию преступления, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, не имеется.

По смыслу закона, активное способствование раскрытию и расследованию преступления состоит в активных действиях виновного, направленных на сотрудничество с органами следствия, и может выражаться в том, что он представляет указанным органам информацию об обстоятельствах совершения преступления, дает правдивые и полные показания, способствующие расследованию, представляет органам следствия информацию, до того им неизвестную. При этом данные действия должны быть совершены добровольно, а не под давлением имеющихся улик, направлены на сотрудничество с правоохранительными органами.

Вместе с тем, обстоятельств, свидетельствующих об активном способствовании ФИО1 раскрытию и расследованию преступления, из материалов дела не усматривается и не установлено судом в ходе судебного следствия. Показания, данные ФИО1 в ходе предварительного следствия не свидетельствуют о его активном способствовании раскрытию и расследованию преступления, последний не сообщал органам следствия какую-либо информацию, до того им не известную.

Обстоятельств, отягчающих наказание, в соответствии со ст.63 УК РФ, суд не усматривает.

Принимая во внимание данные о личности подсудимого ФИО1 который не судим и ранее не привлекался к уголовной ответственности, участковым уполномоченным по месту жительства характеризуется удовлетворительно, со стороны матери характеризуется положительно, трудится, учитывая тяжесть совершенного преступления, относящегося к категории средней тяжести, а также совокупность смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих, суд, учитывая требования закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, в данном конкретном случае считает возможным исправление и предупреждение совершения ФИО1 новых преступлений без его изоляции от общества и считает справедливым назначить ему наказание, не связанное с реальным отбыванием, назначив за совершенное преступление наказание в виде лишения свободы, но не на максимальный срок, с применением ст. 73 УК РФ, то есть условно.

Поскольку ФИО1 совершил преступление до внесения Федеральным законом от <Дата обезличена> N 218-Ф изменений в ст.112 ч.2 УК РФ, предусматривающим в новой редакции дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового, суд не применяет данные положения закона, поскольку новый уголовный закон не улучшает положение подсудимого, при этом согласно ст.9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния.

Оснований для назначения наказания подсудимому с учетом правил ст.62 ч. 1 УК РФ судом не установлено.

Суд также учитывает влияние назначаемого наказания на исправление осужденного ФИО1 и условия жизни его семьи, при которых он разведен, имеет двух малолетних детей, постоянное место жительства, трудоспособен, то есть социально адаптирован, имеет все условия для исправления.

При установленных вышеизложенных обстоятельствах, учитывая личность подсудимого ФИО1 причины совершения преступления, обстоятельства его совершения, у суда нет оснований для назначения ему наказания с применением положений ст. 64 УК РФ.

Суд, приходя к выводу о возможности исправления подсудимого без реального отбывания наказания, с назначением условного осуждения, считает правильным установить ФИО1 испытательный срок, в течение которого подсудимый должен своим поведением доказать свое исправление и в соответствии с ч.5 ст. 73 УК РФ, с возложением на осужденного обязанностей, которые будут способствовать его исправлению.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, способа его совершения, мотива, характера и размера наступивших последствий, степени общественной опасности преступления, личности подсудимого, несмотря на отсутствие отягчающих наказание обстоятельства, суд приходит к выводу, что оснований для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняется подсудимый ФИО1 на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст.15 УК РФ, не имеется.

Кроме того, по уголовному делу потерпевшим, гражданским истцом ШИА к гражданскому ответчику, подсудимому ФИО1 предъявлен гражданский иск о взыскании с ответчика причиненного ему морального вреда в размере 4 000 000 рублей.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 исковые требования ШИА признал частично.

Обсуждая вопрос в части гражданского иска, заявленного ШИА о взыскании с гражданского ответчика ФИО1 в его пользу компенсации морального вреда в размере 4 000 000 рублей, суд приходит к следующим выводам.

Права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Разрешая по уголовному делу иск о компенсации потерпевшему причиненного ему преступлением морального вреда, суд руководствуется положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер причиненных потерпевшему физических и (или) нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степень вины подсудимого, его материальное положение и другие конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску. Во всех случаях при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

По смыслу положений пункта 1 статьи 151 ГК РФ гражданский иск о компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий) может быть предъявлен по уголовному делу, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права (например, права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную тайну, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.).

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <Дата обезличена> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п.14, 17, 18, 19 указанного Постановления, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

При рассмотрении дела установлено, что подсудимым ФИО1 совершено умышленное преступление средней тяжести, в совершении которого его виновность установлена и доказана, ШИА действиями гражданского ответчика причинены нравственные и физические страдания, посягающие на принадлежащие ему как гражданину от рождения нематериальные блага, а также нарушающие его личные неимущественные права.

Жизнь и здоровье человека – высшие неотчуждаемые блага, без которых утрачивают свое значение многие другие блага и ценности. Провозглашая право на охрану здоровья и медицинскую помощь одним из основных конституционных прав, государство осуществляет комплекс мер по сохранению и укреплению здоровья населения. Признание основополагающей роли охраны здоровья граждан как неотъемлемого условия жизни общества, ответственности государства за сохранение и укрепление здоровья граждан предопределяет содержание правового регулирования отношений, связанных с реализацией данного конституционного права, характер норм, регламентирующих получения возмещения причинения физических и нравственных страданий.

Суд, определяя размер компенсации морального вреда, принимает во внимание характер и значимость нематериальных благ, которым причинен вред, что истцу при этом причинены физические и нравственные страдания.

Потерпевший, гражданский истец ШИА обосновал свои исковые требования о компенсации морального вреда к подсудимому тем, что он является потерпевшим по уголовному делу, подсудимый ФИО1 причинил ему средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья свыше трех недель, причинил ему моральный и физический вред, в результате преступления он испытал и до настоящего времени испытывает значительные нравственные страдания, выразившиеся в том, что ему причинена сильная физическая боль, причинен вред здоровью, повлекший установление ему инвалидности второй группы, в связи с чем он не в состоянии вести полноценный образ жизни, трудоустроиться на работу, позволяющую получать достойную заработную плату, вынужден находиться на незначительном пенсионном обеспечении, испытывает чувство обиды, тревогу, беспомощность, от полученной травмы ему до сих пор требуется продолжение лечения.

Судом установлена виновность подсудимого, гражданского ответчика в совершении вышеуказанного преступления, при этом суд принимает во внимание, что в результате совершенного в отношении ШИА преступления средней тяжести, ему причинены физические и нравственные страдания.

Разрешая по уголовному делу иск о компенсации потерпевшему причиненного ему преступлениями морального вреда, суд руководствуется положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда учитывает характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, материальное положение подсудимого и другие конкретные обстоятельства дела, частично признавшего исковые требования гражданского истца, имеющего доход, его трудоспособность, наличие на иждивении двух малолетних детей, его состояние здоровья и отсутствие тяжких заболеваний, суд приходит к выводу о том, что в пользу истца ШИА подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 600 000 рублей, что, по мнению суда, будет отвечать принципам справедливости и разумности, а также восстановлению нарушенных личных неимущественных прав истца.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ, суд, обсуждая судьбу вещественных доказательств, полагает: возвращенные на ответственное хранение медицинские карты в медицинские учреждения, следует оставить в их распоряжении, копии медицинских карт, хранящиеся в материалах уголовного дела - следует оставить хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 296-299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ (в редакции Федерального закона от 21.07.2014 N 227-ФЗ) и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на два года.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание считать условным, с установлением испытательного срока в 2 года.

Испытательный срок исчислять с момента вступления приговора в законную силу. В испытательный срок засчитывается время, прошедшее со дня провозглашения приговора.

На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ возложить на осужденного ФИО1 обязанности: не менять постоянного места жительства без предварительного уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; два раза в месяц являться на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию в установленные инспекцией дни.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней – подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Гражданский иск ШИА удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ШИА 600 000 (шестьсот тысяч) рублей, в счет компенсации морального вреда.

Вещественные доказательства по уголовному делу: возвращенные на ответственное хранение медицинские карты в медицинские учреждения, оставить в их распоряжении; копии медицинских карт, хранящиеся в материалах уголовного дела- оставить хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего, по вступлению приговора в законную силу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд <адрес обезличен> в течение 15 суток со дня провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: