Решение № 2-615/2020 2-615/2020~М-121/2020 М-121/2020 от 14 сентября 2020 г. по делу № 2-615/2020

Дело № 2-615/2020


Р Е Ш Е Н И Е С У Д А

Именем Российской Федерации

15 сентября 2020 года г. Электросталь

Электростальский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Рыжовой Г. А.,

при секретаре Морозовой Л.В.,

с участием представителя истцов ФИО1 и несовершеннолетнего ФИО2 – адвоката Усанова Г.Н. (по ордеру и доверенности), представителя ответчика ФИО3 – ФИО4 (по доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО5, и ФИО2 к ФИО3 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, применении последствий недействительности ничтожной сделки,

у с т а н о в и л :

23.01.2020 г. в суд обратилась ФИО1, действующая в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО5 с иском к ФИО3 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Требования мотивированы тем, что 02.10.2019 г. ФИО6 – отец несовершеннолетних ФИО2 и ФИО5, согласно договору купли-продажи двухкомнатной квартиры по <адрес>, принадлежащей ему на праве собственности, произвел продажу гр.ФИО3 указанной квартиры за 2 500 000 руб. с грубым нарушением жилищных прав названных несовершеннолетних детей на проживание в данной квартире, в которой они зарегистрированы по месту своего жительства. В этой связи, совершенно необоснованной является запись в тексте договора купли-продажи о том, что дословно: «Продавец продал, а Покупатель купил квартиру по настоящему договору свободной от любых имущественных прав и претензий третьих лиц, о которых в момент заключения договора Продавец и Покупатель не могли не знать». Из текста договора купли-продажи от 02.10.2019 г. следует, что данный договор в простой письменной форме составлен в <адрес> представителями по доверенностям как покупателя, так и продавца. Они же (представители) со стороны продавца - ФИО7; со стороны покупателя - ФИО8, произвели 21.10.2019 г. государственную регистрацию перехода права собственности к покупателю. Однако, до госрегистрации 17.10.2019 г. продавец квартиры ФИО6 умер (был убит в <адрес>), что согласно ст.188 ГК РФ влечет прекращение действия доверенности, выданной им гражданину ФИО7 и делает недействительной государственную регистрацию перехода права собственности к ответчику, который ранее 21.10.2019 г. знал от своего представителя ФИО8 о смерти продавца квартиры – ФИО6

Истец просил признать недействительной ничтожной сделку (договор от 02.10.2019 г. купли-продажи квартиры по <адрес>) и применить последствия ее недействительности: признать недействительной запись в реестре Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии Московской области о государственной регистрации данной сделки и перехода права собственности на квартиру к гражданину ФИО3; обязать гражданина ФИО3 освободить названную квартиру и не чинить препятствий для проживания истцов и их законного представителя (т.1 л.д.3-5).

На стадии подготовки дела к судебному разбирательству к участию в деле на основании ст.37 привлечен несовершеннолетний ФИО2, <дата> г. рождения (т.1 л.д.1-2).

25.06.2020 г. истцом требования уточнены, о чем к производству суда принято заявление, в соответствии с которым истец просит признать недействительной ничтожную сделку (договор от 2.10.2019 купли-продажи квартиры по <адрес>) и применить последствия ее недействительности: признать недействительной запись в реестре Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии Московской области о государственной регистрации данной сделки и перехода права собственности на квартиру к гражданину ФИО3, обязать гражданина ФИО3 освободить названную квартиру и чинить препятствий для проживания истцов и их законного представителя; Признать право собственности на <адрес> общей площадью 42,8 кв.м, кадастровый номер № за ФИО1 (т.1 л.д.136-139). Уточненные требования мотивированы тем, что сделка продажи ФИО6 гражданину ФИО3 спорной квартиры была с грубым нарушением жилищных прав несовершеннолетних детей ФИО2 и ФИО5 на проживание в данной квартире, в которой они зарегистрированы по месту своего жительства (ст.292 ГК РФ, Постановление Конституционного Суда РФ от 08.06.2010 №13-П), а также с нарушением права собственности истицы ФИО1, которая в силу закона (ст.ст.34, 35, 36, 39 СК РФ и ст.ст.209, 256 ГК РФ) владеет, пользуется и распоряжается ? доли спорной квартиры, а при заключении сделки купли-продажи требуется ее нотариально удостоверенное согласие. Брак между ФИО6 и истицей ФИО1 был зарегистрирован <адрес> ЗАГСА г.Москвы 20.12.2003 г., расторгнут 26.09.2017 г. отделом ЗАГСА города Люберцы Московской области. Как следует из договора купли-продажи названной квартиры (п.1.2), эта квартира была приобретена ФИО6 26.09.2006 по договору мены, то есть, была куплена им в период брака с истицей ФИО1, 13.10.2006 г. была произведена государственная регистрация перехода прав. В этой связи совершенно необоснованной является запись в тексте договора купли-продажи квартиры о том, что Продавец, а Покупатель купил квартиру по настоящему договору свободной от имущественных прав и претензий третьих лиц, о которых в момент заключения договора Продавец и Покупатель не могли не знать. Указание в договоре купли-продажи квартиры о перечне лиц и их правах на пользование продаваемым жильем является обязательным в силу закона и относится к существенным условиям данной сделки (п.1 ст.558 ГК РФ). Согласно ст.ст.35 и 39 СК РФ, суд вправе признать данную сделку недействительной по требованию истицы ФИО1 и в порядке раздела совместно нажитого имущества, исходя из интересов несовершеннолетних детей, отступить от принципа равенства имущественных долей супругов и, руководствуясь ч.3 ст.218 ГК РФ, когда долевой собственник ФИО6 умер <дата> г., признать его утратившим право долевой собственности на спорную квартиру. Другими словами, суд имеет законные основания, установив недействительность данной сделки, признать за истицей ФИО1 право собственности на квартиру <адрес>. В соответствии со ст.168 п.2 ГК РФ данная сделка, составленная с нарушением требований закона и посягающая на права и охраняемые интересы несовершеннолетних ФИО2 и ФИО5, истицы ФИО1, является ничтожной, она не влечет юридических последствий и недействительна с момента ее совершения (п.1 ст.167 ГК РФ). Как следует из п.3 ст.166 ГК РФ, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить иное лицо, имеющее охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. Из текста договора купли-продажи от 02.10.2019 г. следует, что данный договор в простой письменной форме составлен в <адрес> представителями по доверенностям как покупателя, так и продавца. Они же (представители) со стороны продавца - ФИО7, со стороны покупателя - ФИО8, произвели 21.10.2019 г. государственную регистрацию перехода права собственности к покупателю. Однако до госрегистрации 17.10.2019 г. продавец квартиры ФИО6 умер (был убит в <адрес>), что согласно ст.188 ГК РФ влечет прекращение действия доверенности, выданной им гражданину ФИО7, и делает недействительной государственную регистрацию перехода права собственности к ответчику, который ранее 21.10.2019 г. знал от своего представителя ФИО8 о смерти продавца квартиры – ФИО6 (т.1 л.д.136-139).

В представленных в дело 02.03.2020 г. стороной ответчика возражениях, ответчик, возражая против иска, ссылаясь на указание истца о том, что ФИО6 продал ответчику спорную квартиру с грубым нарушением жилищных прав несовершеннолетних детей, полагает, что в этой части он-ФИО3 не является надлежащим ответчиком, поскольку при покупке спорной квартиры жилищных прав указанных граждан не нарушал. В обоснование предъявленных требований истец должна представить доказательства, что ФИО2 и ФИО9 на момент продажи квартиры на законных основаниях проживали в этой квартире, чего истцами не представлено. В связи с этим, утверждения истцов, что сделка по продаже спорной квартиры заключена с нарушением закона, посягающая на права и охраняемые законом интересы несовершеннолетних, необоснованны. То, что доверенность, выданная ФИО6 ФИО7, прекратила свое действие 17.10.2019 г., в данных правоотношениях правового значения не имеет, так как на день заключения договора купли-продажи спорной квартиры (02.10.2019 г.) и на день подачи документов на регистрацию перехода права на спорную квартиру (02.10.2019 г.) доверенность, выданная на имя ФИО7, являлась действующей, сделка осуществлялась законно. Утверждения истца о том, что 21.10.2019 г. ответчик знал о смерти ФИО6 необоснованны, он-ответчик узнал о его смерти из искового заявления ФИО1 В просительной части искового заявления истцы указывают, что он чинит препятствия для проживания в спорной квартире истцам и их законному представителю, что не соответствует действительности, поскольку в спорной квартире ни истцы, ни их законный представитель не проживают, по крайней мере, с момента покупки им этой квартиры, о возможности их проживания в ней к нему никто не обращался. Соответственно действий, препятствующих их проживанию в спорной квартире, он не производил. Ответчик указал, что из содержания искового заявления усматривается, что ФИО1 подала его не для защиты якобы нарушенных прав ее детей по проживанию в спорной квартире, а подала его, злоупотребляя правом, по надуманным основаниям, с далеко идущими планами, для того, чтобы лишить ответчика его имущества - спорной квартиры, с дальнейшей целью по завладению квартирой путем вступления в наследство на данную квартиру её детей. Ответчик просит отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 - законному представителю ФИО2, ФИО5 в полном объеме (т.1 л.д.65-67).

В представленных в дело 21.07.2020 г. возражениях ответчиком также указано, что утверждение истца в уточненном иске о том, что спорная квартира якобы является совместно нажитым имуществом, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, так как согласно п.2 договора мены, ФИО6 принадлежащую ему на праве собственности тиру по <адрес> получил в собственность не в период брака с ФИО1 на основании Договора передачи от 05.11.2003 г., заключенного между Департаментом жилищной политики и жилищного фонда города Москвы и ФИО6; стороной этой сделки ФИО1 не являлась, супругой ФИО6 не была. Указанную квартиру (п.п.5-7 договора мены) ФИО6 обменял на спорную квартиру с доплатой в его пользу в размере 999 000 руб. То есть, при обмене квартир была произведена доплата не из совместного бюджета супругов, а, наоборот, семейный бюджет супругов пополнился на 999 000 руб. Утверждения ФИО1, что её бывший муж ФИО6 продал ответчику спорную квартиру с грубым нарушением жилищных прав его несовершеннолетних детей ФИО2 и ФИО9 необоснованны, поскольку согласно искового заявления ФИО1 о взыскании алиментов с ФИО6, уже с 2014 г. по соглашению обоих родителей несовершеннолетние дети проживают со своей матерью ФИО1 в <адрес>, то есть, по крайней мере, с 2014 г. в спорной квартире дети не проживают и ею не пользуются, а только формально, в нарушении закона в ней зарегистрированы. Кроме этого, местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает. Местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - елей, усыновителей или опекунов (ст.20 ГК РФ). Требуя признать сделку недействительной, ФИО1 не просит применить последствия ее недействительности в части, когда каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке. Заявление ФИО1 о том, что ответчик чинит препятствия для проживания в спорной квартире истцам и их законному представителю - ложные. Поскольку не он, а ФИО1 чинит ответчику всяческие препятствия по распоряжению, пользованию и даже самому проходу в принадлежащую ему квартиру. В январе 2020 г. она поменяла дверные замки в квартире и без его ведома пустила жить квартирантов, которые ему дверь не открывают, попасть в свою квартиру ответчик не может. В результате противоправных и незаконных действий ФИО1, она завладела, принадлежащим ответчику имуществом и получает доход от сдачи ее в наем. Ответчик просит в иске отказать (т.1 л.д.166-168).

Дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО1 и несовершеннолетнего ФИО2, извещенных о времени и месте судебного заседания, что подтверждено смс-отчетом, уведомление оператора связи о вручении телеграммы (т.2 л.д.28, 52, 59, 64), по их просьбам, изложенных в адресованных суду заявлениях от 13.09.2020 г. (т.2 л.д.73, 74), и с участием их полномочного представителя адвоката Усанова Г.Н., действующего на основании ордера от 23.01.2020 г. и нотариальной удостоверенной доверенности 14.12.2019 г. сроком на пять лет (от ФИО1), от 21.03.2020 г. сроком на пять лет (от ФИО1, в т.ч. в интересах несовершеннолетнего сына ФИО5, <дата> г., и ФИО2, <дата> г. рождения, действующего с согласия матери ФИО1) (т.1 л.д.15, 16, 135).

В судебном заседании представитель истцов – адвокат Усанов Г.И. требования и их обоснование поддержал, просил иск удовлетворить; просил также признать нотариальную доверенность от 12.09.2019 г. ФИО3 на представителя ФИО8 недопустимым доказательством подтверждения действительности сделки купли-продажи спорной квартиры; просил взыскать с ответчика в пользу истцов расходы по оплате госпошлины – 12 600 руб., а также расходы по оплате услуг представителя – 50 000 руб.

Дело рассмотрено в отсутствие ответчика ФИО3, извещенного о времени и месте судебного заседания, что подтверждено смс-отчетом (т.1 л.д.161, т.2 л.д.52), по его просьбе, изложенной в поступившем в суд 02.09.2020 г. заявлении (т.2 л.д.60-61), и с участием его полномочного представителя ФИО4, действующего на основании нотариальной доверенности от 05.02.2020 г. сроком на три года (т.1 л.д.63-64).

В судебном заседании представитель ответчика – ФИО4 указал на несогласие с иском, просил в иске отказать.

Дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица Управления опеки и попечительства Министерства образования Московской области по Богородскому городскому округу, городским округам Черноголовка и Электросталь, извещенного о времени и месте судебного заседания (т.2 л.д.72), по просьбе, изложенной в ранее представленном в дело заявлении, в котором просит принять решение на усмотрение суда с учетом интересов несовершеннолетних (т.1 л.д.76); и в отсутствие представителя третьего лица Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Московской области, извещенного о времени и месте судебного заседания (т.2 л.д.71), - в соответствии с ч.3 ст.167 ГПК РФ.

О рассмотрении данного дела извещен прокурор; судом было удовлетворено ходатайство участвовавшего в судебном заседании помощника прокурора об освобождении от дальнейшего участия в процессе.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, допросив свидетеля, суд приходит к следующему.

ФИО6 и ФИО10 состояли в зарегистрированном браке с 20.12.2003 г.; брак расторгнут 24.07.2017 г., что подтверждено свидетельством о расторжении брака от 26.09.2017 г., заочным решением мирового судьи 112 судебного участка Люберецкого судебного района от 24.07.2017 г. по гражданскому делу № 2-255/2017, вступившим в законную силу 12.09.2017 г. (т.1 л.д.14, 103).

ФИО6, <дата> г. рождения, уроженец <адрес>, и ФИО1 являются родителями несовершеннолетних детей: сына ФИО2, <дата> г. рождения, и сына ФИО5, <дата> г. рождения, на которых судебным приказом № 2-114/15 от 27.03.2015 г. с ФИО6 в пользу ФИО1 были взысканы алименты, что подтверждено свидетельствами о рождении детей, судебным приказом (т.1 л.д.9-10, 104).

Согласно представленному истцом повторному свидетельству о смерти <...> от <дата> г., а также представленной по судебному запросу органом ЗАГС копии записи акта о смерти № от <дата> г. отдела ЗАГС <адрес>, ФИО6, <дата> г. рождения, уроженец <адрес>, умер <дата> г. в <адрес> по причине: <травма> (т.1 л.д.8, 89-90).

Из постановления Клинцовского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Брянской области от 17.10.2019 г. видно, что по факту смерти ФИО6 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ (т.1 л.д.121, 122).

Развернутой выпиской из карточки регистрации и поквартирной карточки от 28.02.2020 г. подтверждено, что ФИО6, <дата> г. рождения, с 27.10.2006 г. был зарегистрирован по месту жительства по <адрес> снят с регистрационного учета на основании упомянутого выше повторного свидетельства о смерти II-МР № от <дата> г.; при этом с отцом ФИО6 зарегистрированы его несовершеннолетние дети: сын ФИО2, <дата> г. рождения, - с 27.10.2006 г. (и по настоящее время) и сын ФИО5, <дата> г. рождения, - с 04.03.2010 г. (и по настоящее время) (т.1 л.д.78).

В силу требований ст.1 ГК РФ, граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободы в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с пп.1 п.1 ст.8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом.

В соответствии со ст.420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст.421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (стать 422). В соответствии со ст.422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (п.3 ст.154 ГК РФ).

В силу ст.160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии со ст.432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно п.1 ст.549 ГК РФ, по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Как установлено ст.550 ГК РФ, договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

В силу ст.551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (п.1); исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами (п.2).

В договоре продажи недвижимости должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том числе данные, определяющие расположение недвижимости на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества. При отсутствии этих данных в договоре условие о недвижимом имуществе, подлежащем передаче, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным (ст.554 ГК РФ).

В соответствии с п.1 ст.555 ГК РФ договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества. При отсутствии в договоре согласованного сторонами в письменной форме условия о цене недвижимости договор о ее продаже считается незаключенным. При этом правила определения цены, предусмотренные пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса, не применяются.

Передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче (п.1 ст.556 ГК РФ).

Согласно п.2 ст.558 ГК РФ, договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

При этом, договор купли-продажи жилого помещения не требует госрегистрации, если он заключен после 01.03.2013 г. Переход права собственности на недвижимость подлежит госрегистрации, что установлено Федеральным законом от 30.12.2012 N 302-ФЗ.

Из представленных по судебному запросу органом Росреестра копии электронного образа дела правоустанавливающих документов, а также из представленных стороной ответчика договора и акта (т.1 л.д.162-164, 165, 201-202, 200) следует, что 02.10.2019 г. по договору купли-продажи, оформленному в простой письменной форме в <адрес>, продавцом ФИО6, <дата> г. рождения, зарегистрированным по <адрес> от имени которого на основании доверенности, удостоверенной 23.09.2019 г. нотариусом <адрес> ФИО11, реестровый номер №, действует ФИО7, <дата> г. рождения, и покупателю ФИО3, <дата> г. рождения, уроженцем <адрес> зарегистрированным по <адрес> от имени которого на основании доверенности, удостоверенной 12.09.2019 г. нотариусом <адрес> ФИО12, реестровый номер №, действует ФИО8, продана принадлежащая продавцу ФИО6 квартира, кадастровый номер №, по <адрес> (п.1.1), за цену – 2 500 000 руб., которая будет передана покупателем продавцу полностью в день подписания настоящего договора купли-продажи (п.2.1); покупатель обязан оплатить недвижимость по согласованной цене (п.2.2); право собственности на квартиру переходит к покупателю с момента государственной регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Брянской области (п.4.1).

Договор подписан представителями сторон сделки.

02.10.2019 г. представителями сторон сделки также подписан акт передачи недвижимости, согласно которому продавец передал покупателю по указанному договору купли продажи названную квартиру; у покупателя к продавцу претензий по передаваемой недвижимости не имеется (п.1); покупатель получил от продавца ключи, технические документы (п.2) (т.1 л.д.162-164, 165, 201-202, 200).

Согласно распискам Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Брянской области, указанным органом Росреестра 02.10.2019 г. в 11 час. 14 мин. от представителей сторон сделки 02.10.2019 г. были приняты документы на государственную регистрацию права собственности – квартиру по указанному выше адресу: заявления, доверенности, договор купли-продажи, акт передачи недвижимости (т.1 л.д.198-213).

В заключении органа Росреестра от 03.10.2019 г. отражено, что в результате правовой экспертизы установлено отсутствие оснований для возврата документов без рассмотрения (т.1 л.д.197).

Выписками из ЕГРН от 21.10.2019 г., 02.03.2020 г. подтверждено, что на основании договора купли-продажи от 02.10.2019 г. в ЕГРН зарегистрировано право собственности ФИО3 на объект недвижимости – квартиру, кадастровый номер №, назначение – жилое, по <адрес> площадью 42,8 кв.м, этаж № 01, - запись № от 21.10.2019 г. (т.1 л.д.69-70, 79-80).

Доводы стороны истцов о недопустимости нотариальной доверенности от 12.09.2019 г. на имя представителя покупателя ФИО3 – ФИО8 в качестве доказательства подтверждения полномочий представителя – несостоятельны, поскольку указанная удостоверенная 12.09.2019 г. нотариусом <адрес> ФИО12, реестровый номер № доверенность (т.1 л.д.203-204), выданная ФИО3 представителю ФИО8 сроком на три года, без права передоверия полномочий, содержит весь объем полномочий по вопросу покупки за цену и на условиях по своему усмотрению любой квартиры в <адрес>; таковая в полной мере соответствует требованиям материального закона – п.1 ст.182, ст.ст.185-187 ГК РФ.

Таким образом, установлено, что сделка купли-продажи недвижимости (квартиры) в письменной форме совершена полномочными лицами, и документы в орган Росреестра сданы 02.10.2019 г., т.е., при жизни продавца, право собственности покупателя зарегистрировано 21.10.2019 г., т.е. после смерти продавца ФИО6, умершего <дата> г.

В силу подп.6 п.1 ст.188 ГК РФ действие доверенности прекращается вследствие смерти гражданина, выдавшего доверенность.

Вместе с тем, суд учитывает, что в соответствии с требованиями ст.ст.3, 4, 6, 64-68 Федерального закона от 15.11.1997 N 143-ФЗ "Об актах гражданского состояния" государственная регистрация смерти ФИО6 органом ЗАГС произведена <дата> г., с выдачей свидетельства о смерти, что подтверждается упомянутой выше копией записи акта о смерти, представленной суду отделом ЗАГС <адрес> (т.1 л.д.89-90), т.е., после того, как органом Росреестра произведена государственная регистрация права собственности ФИО3 на спорную квартиру.

Таким образом, очевидно, что на дату регистрации права собственности покупателя ФИО3 на спорную квартиру – 21.10.2019 г., факт смерти продавца ФИО6 зарегистрирован не был, в связи с чем в соответствии с п.2 ст.189 ГК РФ права и обязанности, возникшие в результате действий лица, которому выдана доверенность, до того, как это лицо узнало или должно было узнать о ее прекращении, сохраняют силу для выдавшего доверенность и его правопреемников в отношении третьих лиц. Это правило не применяется, если третье лицо знало или должно было знать, что действие доверенности прекратилось.

Согласно ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п.2 ст.168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п.1 ст.558 ГК РФ существенным условием договора продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры, в которых проживают лица, сохраняющие в соответствии с законом право пользования этим жилым помещением после его приобретения покупателем, является перечень этих лиц с указанием их прав на пользование продаваемым жилым помещением.

Приведенная норма материального закона, учитывающая специфику имущественных отношений в жилищной сфере, направлена на обеспечение стабильности жилищных и имущественных отношений, а также на защиту лиц, сохраняющих право пользования этим помещением.

Из данной нормы следует, что при отчуждении жилого помещения в договоре должно быть указано право лица, которое в нем проживает, на пользование данным жилым помещением, в ином случае договор не может быть заключен, поскольку не достигнуто соглашение по всем существенным условиям.

Как видно из договора купли-продажи спорной квартиры от 02.10.2019 г., пункт 3.4 данного договора содержит указание на наличие регистрации в указанной квартире ФИО6 (т.е., продавца) и его обязанности сняться с регистрационного учета в течение месяца после подписания настоящего договора купли-продажи (т.1 л.д.202).

Сведений о правах иных лиц по пользованию спорным жилым помещением договор от 02.10.2019 г. не содержит.

Между тем, в спорной квартире как на дату сделки 02.10.2019 г., так и в настоящее время по месту постоянного жительства зарегистрированы несовершеннолетние дети продавца ФИО6: сын ФИО2, <дата> г. рождения, - с 27.10.2006 г. и сын ФИО5, <дата> г. рождения, - с 04.03.2010 г., что подтверждено упомянутой выше развернутой выпиской из карточки регистрации и поквартирной карточки от 28.02.2020 г. (т.1 л.д.78).

Доводы стороны ответчика о том, что фактически с 2014 г. дети в спорной квартире не проживают, а проживают с матерью – истцом ФИО1 в <адрес>, подтверждены копией представленного мировым судьей судебного участка № 112 Люберецкого судебного района по судебному запросу искового заявления ФИО1 от 27.03.2015 г. о взыскании алиментов, в котором указано на то, что стороны совместно не проживают с сентября 2014 г., дети проживают с ФИО1; подтверждены и представленными стороной истца справками от 12.08.2020 г. и 13.08.2020 г. о медицинском наблюдении в поликлинике <адрес>, справками от 12.08.2020 г. МОУ гимназия № 20, а также представленным Управлением образования Администрации муниципального образования <адрес> от 03.08.2020 г. об обучении несовершеннолетних детей в МОУ гимназия № 20 <адрес> (т.1 л.д.105, т.2 л.д.30-33, 67).

Согласно свидетельствам № 784 и № 785 от 14.08.2020 г., несовершеннолетние ФИО5 и ФИО2 на период с 13.08.2020 г. по 13.02.2021 г. зарегистрированы по месту пребывания по <адрес>, т.е., по месту регистрации их матери – ФИО1 (таковой ФИО1 указан и в исковом заявлении, и в доверенности на имя представителя) (т.1 л.д.3, 16, 135).

Однако то обстоятельство, что несовершеннолетние дети, имея право по пользованию спорной квартирой в <адрес> и зарегистрированные в ней по месту постоянного жительства, в таковой не проживают, а проживают с матерью в <адрес>, - в данном случае решающего значения для дела не имеет, поскольку из правовых норм п.2 ст.20 ГК РФ и ч.1 ст.70 ЖК РФ следует, что несовершеннолетние дети приобретают право на ту жилую площадь, которая определяется им в качестве места жительства соглашением родителей. Такое соглашение выступает предпосылкой вселения ребенка в конкретное жилое помещение. При этом закон не устанавливает какого-либо срока, по истечении которого то или иное лицо может быть признано вселенным.

В данном случае, родителями несовершеннолетних М-ных определено место жительства детей по месту жительства отца в спорной квартире по <адрес> в которой дети и зарегистрированы по месту постоянного жительства, т.е., несовершеннолетние дети приобрели самостоятельное право пользования жилым помещением, в котором до даты смерти - <дата> г. имел постоянное право на жилую площадь один из их родителей – отец; и фактического вселения детей на спорную жилую площадь в данном случае не требуется. В силу несовершеннолетнего возраста каждого из детей на дату регистрации по месту жительства в спорной квартире (ФИО2, <дата> г. рождения, - с 27.10.2006 г.; ФИО5, <дата> г. рождения, - с 04.03.2010 г.), а впоследствии - на дату расторжения брака их родителей 24.07.2017 г., несовершеннолетние дети не могли самостоятельно осуществлять свои права, в том числе право на выбор места жительства. Непроживание в спорном жилом помещении матери детей – ФИО1, не имеющей права по пользованию спорной квартирой, не может являться обстоятельством, которое влияет на жилищные права по пользованию несовершеннолетними детьми спорным жилым помещением, поскольку родители несовершеннолетних детей определили место проживания несовершеннолетних сыновей и, следовательно, их право на жилое помещение, по месту жительства их отца – ФИО6

Несовершеннолетние дети ФИО2, <дата> г. рождения, и ФИО5, <дата> г. рождения, были зарегистрированы по месту жительства в спорном жилом помещении на законных основаниях, что является свидетельством осуществления их родителями выбора места жительства несовершеннолетних детей, а также подтверждением факта вселения несовершеннолетних и наделения правом пользования спорным жилым помещением. Приобретенное право пользования квартирой для детей не утрачивается в период до совершеннолетия, независимо от смерти отца детей и от места фактического проживания, если таковое избирается их законным представителем – матерью, брак отца с которой расторгнут, которая не выражает намерения изменить постоянную регистрацию детей.

Таким образом, само по себе не проживание несовершеннолетних детей в спорном жилом помещении, являющимся местом их постоянного жительства, которое было определено соглашением родителей, проживание детей в ином жилом помещении с матерью, не противоречит интересам детей, за которыми именно истец - мать осуществляет уход, содержание и воспитание; и не может служить основанием для признания их утратившим право пользования жилым помещением по месту регистрации. Отсутствие несовершеннолетних в жилом помещении фактически является вынужденным, поскольку сами дети без согласия законного представителя - матери свое право реализовать не имеют возможности в силу возраста.

Кроме того, суд принимает во внимание правовую позицию Постановления Конституционного Суда РФ от 08.06.2010 N 13-П, согласно которой отчуждение жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние члены семьи собственника жилого помещения, является незаконным в случаях, если при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, невозможно обеспечить эффективную, в том числе судебную защиту прав тех из них, кто считается находящимся на попечении родителей, при том, однако, что такая сделка - вопреки установленным законом обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.

В соответствии со ст.168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истцов в интересах несовершеннолетних детей о признании недействительным заключенного 02.10.2019 г. между ФИО6 и ФИО3 договора купли-продажи квартиры, расположенной по <адрес> и применении последствий недействительности ничтожной сделки – прекращении права собственности ФИО3 на указанную квартиру и признании недействительной в ЕГРН записи № от 21.10.2019 г. о государственной регистрации права собственности ФИО3 на указанный объект недвижимости.

В силу ст.ст.130-131 ГК РФ, положений Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" решение суда является основанием для внесения в ЕГРН соответствующих изменений в отношении объекта недвижимого имущества.

При этом суд учитывает, что письменный документ, подтверждающий передачу в день подписания договора купли-продажи покупателем ФИО3 продавцу ФИО6 цены недвижимости в размере 2 500 000 руб., т.е., 02.10.2019 г., как то предусмотрено п.2.1 договора, суду не представлен.

Из показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля Ш.Г.П. <дата> г. рождения, следует, что свидетель знает ФИО3 лет 6-7, как человека, который может купить или продать; он занимается недвижимостью и помогал ему-свидетелю покупать дом в <адрес> в 2016 г. Свидетель показал, что по сделке купли-продажи квартиры он-Ш.Г.П. был представителем продавца ФИО6 по доверенности, которая была выдана примерно за две недели до сделки; со стороны покупателя ФИО3 был ФИО8. ФИО3 не занимался сделкой, т.к. был занят. Квартира была продана за 2,5 млн. Расчет по сделке произведен – ФИО3 рассчитался с Максимом в машине; писали расписки какие-то. Расчет производился, когда доверенность на него-свидетеля писали (т.е., 23.09.2019 г., т.1 л.д.205-206), а второй раз – когда ехали на сделку в <адрес> (т.е., 02.10.2019 г., т.1 л.д.201-202). Деньги передавались наличными (1,3 млн. и 1,7 млн.). Он-свидетель присутствовал. ФИО13 был в <адрес>, и расчет был в <адрес> Расчет оба раза был в <адрес> Деньги были в пятитысячных купюрах в пакете. Кто кому писал расписку в машине, он-свидетель не вникал.

Показания свидетеля относительно передачи денежных средств по сделке купли-продажи от 02.10.2019 г. суд не принимает, поскольку таковые не отвечают требованиям об относимости и допустимости (ст.ст.59, 60 ГПК РФ) доказательств; при этом договор купли-продажи содержит указание на иной порядок расчета по сделке, нежели указанный свидетелем.

Оснований для удовлетворения требований истцов в части возложения на ФИО3 обязанность освободить спорную квартиру и не чинить препятствий в пользовании указанной квартирой не имеется, поскольку никаких отвечающих требованиям об относимости и допустимости доказательств по указанным требованиям стороной истцов суду не представлено, в то время как из представленного суду УМВД России по г.о.Электросталь по запросу материала об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении по заявлению ФИО3 от 03.07.2020 г. видно, что именно ФИО3 не имеет доступа в спорную квартиру вследствие смены ФИО1 в квартире замков и предоставлении ею спорной квартиры в пользование иному лицу по договору найма от 21.01.2020 г. (т.1 л.д.215-229).

ФИО1 просит о признании за нею права собственности на указанную квартиру в порядке раздела совместно нажитого имущества и отступления от принципа равенства долей супругов.

Из договора купли-продажи спорной квартиры от 02.10.2019 г. видно, что осуждаемая квартира принадлежит продавцу ФИО6 на праве собственности на основании договора мены от 26.09.2006, заключенного гр.ФИО14 и гр.ФИО6, зарегистрирован 13.10.2006 г. за №, дата регистрации 13.10.2006, №, :о чём ЕГРП 13.10.2006 г. сделана запись регистрации №, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации, выданным 07.07.2016 г. (повторное, взамен свидетельства 24.10.2006) (п.1.2 договора) (т.1 л.д.201).

В соответствии с договором мены от 26.09.2006 г., заключенным между ФИО6, <дата> г. рождения, зарегистрированным по <адрес> и ФИО14, <дата> г. рождения, зарегистрированным по <адрес>, стороны произвели мену принадлежащих им жилых помещений, в результате которого: ФИО6 приобретает право собственности на квартиру, расположенную по адресу<адрес>; ФИО14 приобретает право собственности на квартиру, расположенную по <адрес> Стороны оценивают: квартиру по адресу: <...>, в 1 000 000 руб.; квартиру по <адрес> в 1 999 000 руб. ФИО14 обязуется выплатить ФИО6 сумму в размере 999 000 руб. после регистрации настоящего договора в Главном управлении Федеральной регистрационной службы по Москве и в Главном управлении Федеральной регистрационной службы по Московской области в г.Электросталь (пункты 1-7 договора). Нотариально удостоверенное согласие супруги ФИО6, ФИО1 получено (п.11) (т.1 л.д.169-170).

При этом в п.1 и п.2 договора мены от 26.09.2006 г. указано, что ФИО6 принадлежит по праву собственности квартира, расположенная по <адрес> на основании договора передачи № от 05.11.2003 г., заключенного между Департаментом жилищной политики и жилищного фонда города Москвы и ФИО6 (т.1 л.д.169-170).

Как указано выше, ФИО6 и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке с 20.12.2003 г.; брак расторгнут 24.07.2017 г. (т.1 л.д.14, 103).

Таким образом, квартира по <адрес> приобретенная ФИО6 в собственность 05.11.2003 г., являлась его личным имуществом (ст.36 СК РФ), и даже при отчуждении ее по договору мены от 26.09.2006 г., т.е. по возмездной сделке и в период зарегистрированного с ФИО1 брака, не перестала быть его личным имуществом в силу ст.36 СК РФ, в связи с чем и приобретенная по указанному договору мены спорная квартира в <адрес> также является личным имуществом ФИО6 Таким образом, между супругами, брак которых расторгнут и один из которых умер, спорная квартира не подлежит разделу как совместные имущество, в соответствии с положениями ст.ст.34, 38, 39 ГК РФ.

Спорная квартира в силу ст.1112 ГК РФ является наследственной массой после смерти ФИО6, умершего <дата> г., и подлежит наследованию наследниками умершего, с учетом положений глав 62-64 раздела V ГК РФ.

По изложенному, ФИО1 в удовлетворении требований в части признания за нею права собственности на спорную квартиру в порядке раздела совместно нажитого имущества и отступления от принципа равенства долей супругов следует отказать.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенной части иска.

Истец ФИО1 просит взыскать расходы по оплате госпошлины 12600 руб., которая оплачена: по чеку-ордеру от 23.01.2020 г. - 300 руб. (т.1 л.д.25), по чеку-ордеру от 06.08.2020 г. – 12 300 руб.

С учетом частичного удовлетворения требований, с ответчика в пользу истца на основании ст.98 ГПК РФ подлежит взысканию госпошлина по требованию об оспаривании сделки в сумме 300 руб., а госпошлина в сумме 12 300 руб. по требованию о признании права собственности на квартиру, в удовлетворении которого отказано, взысканию с ответчика не подлежит, в этой части требований о взыскании расходов по оплате госпошлины истцу следует отказать.

К издержкам ст.94 ГПК РФ относит расходы на оплату услуг представителя.

В соответствии со ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Интересы истцов в ходе судебного разбирательства представлял адвокат Усанов Г.Н., ордер и нотариальные доверенности которого представлены в дело, о чем указан выше.

Квитанцией к приходному кассовому ордеру № 04 от 23.01.2020 г. подтверждено, что ФИО1 оплатила адвокату 50 000 руб. (т.2 л.д.77), которые заявлены ко взысканию ответчика в пользу истца.

Таким образом, истцы реализовали гарантированное ст.ст.45, 46, 48 Конституции РФ право на получение квалифицированной юридической помощи, которая была оказана ему за плату; в полной мере воспользовался возможностями, предоставляемыми национальным законодательством для защиты собственных прав. Доказательств возможности получения истцами юридической помощи на безвозмездной основе материалы дела не содержат.

Приведенное выше положение ч.1 ст.100 ГПК РФ предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя. По смыслу названной нормы обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ч.3 ст.17 Конституции РФ, согласно которой суд обязан установить баланс между правами лиц, участвующих в деле; вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Суд принимает во внимание Постановление Правительства РФ от 01.12.2012 N 1240 "О порядке и размере возмещения процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации и о признании утратившими силу некоторых актов Совета Министров РСФСР и Правительства Российской Федерации" и правовую позицию, изложенную в пунктах 11-13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", а также Методические рекомендации по размерам оплаты юридической помощи, оказываемой адвокатами гражданам, предприятиям, учреждениям и организациям, утвержденные решением Совета АПМО от 22.10.2014 N 11/23-1, и с учетом объема выполненной представителем юридической помощи: формирование правовой позиции доверителей, подготовка и подача искового заявления и уточненного заявления, участие в семи из восьми проведенных по делу судебных заседаниях; объем и достаточную сложность дела по данной категории спора; соразмерность защищаемого права и сумму вознаграждения; с учетом требований разумности и справедливости и правила о пропорциональном распределении судебных расходов при частичном удовлетворении требований, суд полагает расходы истца по оплате услуг представителя в сумме 50000 руб. завышенными и подлежащими снижению до суммы 25000 руб., которую и взыскать в пользу истца ФИО1 с ответчика; указанная сумма позволяет соблюсти баланс процессуальных прав сторон. Таким образом, требования истца о взыскании расходов по оплате юридических услуг представителя на сумму 25000 руб. (т.е., 50000 (заявлено) – 25000 (взыскивается) = 25000) удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст.12, 56, 94, 98, 100, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 - удовлетворить частично.

Признать недействительным заключенный <дата> года между ФИО6 и ФИО3 договор купли-продажи квартиры, расположенной по <адрес>

Применить последствия недействительности ничтожной сделки – прекратить право собственности ФИО3 на квартиру, расположенную по <адрес>, кадастровый номер № и признать недействительной в ЕГРН запись № от 21.10.2019 г. о государственной регистрации права собственности ФИО3 на указанный объект недвижимости.

Решение суда является основанием для внесения соответствующих изменений в Единый государственный реестр недвижимости.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы: расходы по оплате государственной пошлины – 300 руб. и расходы по оплате услуг представителя 25000 руб., а всего – 25300 (двадцать пять тысяч триста) рублей.

Отказать ФИО1 в удовлетворении требований в части возложения на ФИО3 обязанность освободить квартиру по <адрес>, и не чинить препятствий в пользовании указанной квартирой; в части признания за ФИО1 права собственности на указанную квартиру в порядке раздела совместно нажитого имущества и отступления от принципа равенства долей супругов; в части взыскания с ФИО3 расходов по оплате государственной пошлины в сумме 12300 руб. и расходов по оплате услуг представителя в сумме 25000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Электростальский городской суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Рыжова Г. А.

В окончательной форме решение принято 23 ноября 2020 года.

Судья: Рыжова Г. А.