Апелляционное определение № 33-2118/2026 от 24 февраля 2026 г.

УИД 66RS0016-01-2025-001238-45

Дело № 33-2118/2026

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 25.02.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург

11.02.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Карпинской А.А., судей Коршуновой Е.А., Корякина М.В., при ведении протоколирования помощником судьи Черных Н.Ю., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1055/2025 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, поступившее по апелляционной жалобе ответчика ФИО2 на решение Артемовского городского суда Свердловской области от 29.10.2025.

Заслушав доклад судьи Корякина М.А., заключение прокурора Чернова В.С., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в вышеупомянутый суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 3000 руб. В обоснование требований указано, что 09.06.2025 произошло дорожно-транспортное происшествия (далее – ДТП) с участием автомобиля, находящегося под управлением ФИО2, допустившего наезд на нерегулируемом пешеходном переходе на ФИО1, в результате которого последняя получила телесные повреждения, которые квалифицируются как средней тяжести вред здоровью. В результате причиненных травм истец испытывает сильные физические боли, в связи чем, лечащим врачом были назначены болеутоляющие средства, содержащие наркотические вещества. У нее проявляются <...>. До настоящего времени может передвигаться только в границах своего дома и только с помощью вспомогательных средств (костыли). Нарушен привычный образ жизни – не может вести хозяйство, ухаживать за своей семьей, что также причиняет дополнительные нравственные страдания. Лечение истца в настоящее время продолжается.

Решением Артемовского городского суда Свердловской области от 29.10.2025 исковые требования удовлетворены, с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскано 400 000 руб. в счет компенсации морального вреда.

Не согласившись с указанным решением суда, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой простит решение суда изменить, уменьшив размер компенсации морального вреда до 200000 руб. В обоснование указывает, что судом первой инстанции не приведены мотивы, по которым он пришел к выводу о взыскании в пользу истца размера компенсации морального вреда в сумме 400000 руб. Указанный размер компенсации морального вреда полагает завышенным, не отвечающим требованиям разумности и справедливости. Полагает, что судом не учтено его поведение после произошедшего ДТП, а именно не оспаривал факт ДТП, признал вину в ДТП, не скрылся с места ДТП, немедленно вызвал скорую и сотрудников полиции, навещал в больнице, предлагал компенсацию, а также грубая неосторожность самого потерпевшего и ее быстрое восстановление после травмы.

Прокурор Чернов В.С. в заключении, данном в порядке ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), указал на законность и обоснованность постановленного судом решения, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещения о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции направлены в их адрес, кроме того такая информация размещена на интернет-сайте Свердловского областного суда www.ekboblsud.ru.

Заслушав стороны, заключение прокурора, проверив материалы дела и обжалуемое решение в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Судом установлено и из материалов дела следует, что постановлением Артемовского городского суда Свердловской области от 05.08.2025, оставленным без изменения решением Свердловского областного суда от 01.10.2025, ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст.12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях - нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

В рамках рассмотрения дела об административном правонарушении судом установлено, что 09.06.2025 около 15:40 часов ФИО2, управляя автомобилем Киа Рио, г/н <№>, на автодороге по ул. Свободы, д. 47, в г. Артемовский не уступил дорогу пешеходу ФИО1, переходившей проезжую часть дроги по нерегулируемому пешеходному переходу, пользующейся преимуществом в движении. В результате наезда пешеход ФИО1 получила травмы. Согласно заключению эксперта ФИО1 причинен средней тяжести вред здоровью.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Руководствуясь положениями ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, суд первой инстанции верно исходил из того, что в результате виновных действий ответчика истцу причинен вред здоровью средней тяжести.

В соответствии с заключением эксперта от 16.06.2025 № 161 при обращении за медицинской помощью у ФИО1 были обнаружены: <...>, которые могли образоваться в результате при воздействии тупого твердого предмета (предметов), в том числе, возможно при ДТП, при столкновении движущегося транспортного средства с препятствием (пешеходом) с последующим падением и скольжением (трением) пешехода о землю (дорогу), оценивается в совокупности, не является опасным для жизни, повлекли за собой временное нарушение функций органов и (или) систем продолжительностью свыше 3-х недель (длительность расстройства здоровья), поэтому согласно п. 4 «б» «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 17.08.2007 № 522 и в соответствии с п. 7.1 раздела II приложения к Приказу № 194 МЗиСР Российской Федерации от 24.04.2008 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», квалифицируются как вред здоровью средней тяжести.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, с учетом обстоятельств дела, принимая во внимание вступившее в законную силу постановление по делу об административном правонарушении от 05.08.2025 в отношении ФИО2, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», пришел к выводу о том, что ФИО1 причинены телесные повреждения, квалифицируемые как причинение средней тяжести вреда здоровью, источником повышенной опасности, находившегося под управлением ФИО2, в связи с чем требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

Определяя размер компенсации, суд принял во внимание конкретные обстоятельства, при которых получена травма, характер и степень физических и нравственных страданий истца (испытывала физическую боль, испуг, болезненные и неприятные ощущения в период стационарного/амбулаторного лечения и заживления травмы, из-за костылей и трости была существенно ограничена в подвижности, были затруднены любые бытовые действия, обслуживание себя), ее личность, состояния здоровья, обстоятельств получения травмы, характера полученных ею травм, последующее лечение и неблагоприятными последствиями травмы для будущей жизни, а также принципы разумности и справедливости, и взыскал с ответчика компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб. При этом судом первой инстанции учтено отсутствие умысла у ответчика на причинение вреда потерпевшей, материальное положение ответчика, состояние его здоровья и наличия на его иждивении несовершеннолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Изучив доводы апелляционной жалобы, материалы дела, установив обстоятельства причинения вреда здоровью истцу, судебная коллегия не находит оснований для уменьшения присужденного размера компенсации морального вреда. При этом, судебная коллегия обращает внимание, что в данном случае имеет значение тот факт, что истцу причинен вред здоровью источником повышенной опасности, владелец которого несет безвиновную ответственность в силу положений абз. 2 ст. 1100 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 150 ГК РФ право на жизнь и здоровье наряду с другими нематериальными благами и личными неимущественными правами принадлежит гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемо и непередаваемо иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).

Как установлено п. 1 ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ)

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда (как имущественного, так и морального), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в подп. «а» абз. 3 п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» вред, причиненный одному из владельцев источников повышенной опасности по вине другого, возмещается виновным.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

По смыслу указанных норм права, степень вины причинителя вреда учитывается в случаях, когда вина является основанием ответственности.

Как разъяснено в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с положениями ст. 151, п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В соответствии с п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28).

Согласно разъяснениям п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, достаточным основанием для удовлетворения требования о компенсации морального вреда является факт причинения потерпевшему вреда здоровью, поскольку нарушение физической неприкосновенности человека вызывает физические и нравственные страдания. Непосредственно из апелляционной жалобы следует, что ответчик не оспаривает факт получения истцом трамв в результате ДТП, что и послужило основанием для удовлетворения судом первой инстанции исковых требований.

Учитывая, что истцу причинён вред здоровью как наивысшему благу, без которого утрачивают значение многие другие блага и ценности, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции с размером присужденной денежной компенсации морального вреда, решение суда в указанной части мотивировано, все обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения этого вопроса, судом учтены, критерии определения размера компенсации морального вреда, предусмотренные ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, судом применены правильно.

Судебная коллегия не находит оснований согласиться с доводами ответчика о том, что присужденный размер компенсации морального вреда в пользу истца в сумме 400 000 руб. является завышенным. Напротив, несмотря на то, что нравственные и физические страдания по своей природе невозможно выразить в денежном эквиваленте, но присужденный размер должен выполнять свою компенсационную функцию за причиненные истцу страдания. Соглашаясь с выводами суда первой инстанции в части определения размера компенсации морального вреда, судебная коллегия принимает во внимание, что судом учтены характер полученной травмы (средней тяжести вред здоровью - <...>), обстоятельства ДТП, неосторожную форму вины ответчика, индивидуальные особенности потерпевшей (возраст на момент ДТП - <...> года). Обстоятельства, которые легли в основу решения, подтверждаются имеющимися в материалах дела доказательства. Таким образом, определенный судом размер компенсации морального вреда вполне соответствует требованиям принципов разумности и справедливости.

Компенсация морального вреда в сумме 400 000 руб., вопреки доводам ответчика, соразмерна и разумна последствиям нарушения прав истца и должна компенсировать потерпевшей перенесенные ею физические, нравственные страдания, стационарное лечение – перенесенную операцию по установке титановой пластины, последующее амбулаторное лечение в течении 2-х месяцев, и реабилитацию в дневном стационаре, сгладить остроту таких страданий, а также значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан в Уральском регионе, с учетом индивидуальных особенностей истца (возраст на момент ДТП – 10 лет, сфера увлечений - хореография).

Вопреки мнению ответчика, указанная им сумма в размере 200 000 руб. не способна компенсировать истцу её физические и нравственные страдания, которые она испытала в результате виновных действий ответчика. Здоровье это наивысшее благо человека, без которого утрачивается смысл жизни.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что суд при определении размера компенсации морального вреда не учел его материальное положение, а именно нахождение на иждивении несовершеннолетнего ребенка, страдающего хроническим заболеванием, как и сам ответчик, а также отсутствие работы, не могут являться основанием для изменения решения суда.

Сама по себе недостаточность у ответчика денежных средств не является безусловным основанием для уменьшения размера компенсации морального вреда, причиненного в результате виновных действий ответчика. Кроме того, имущественное положение лица определяется не только его доходом, но и иными обстоятельствами, такими как наличие в собственности движимого и недвижимого имущества, предметов домашней обстановки, состояние лицевого счета в кредитных организациях; наличие у ответчика кредитных обязательств также не может служить безусловным основанием для уменьшения размера компенсации морального вреда, поскольку данные обстоятельства относятся к факторам экономического риска, которые должник должен учитывать и принимать надлежащие меры к исполнению своих обязательств.

Оценивая имеющиеся доказательства в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оснований для вывода о тяжелом материальном положении ответчика не имеется. Следовательно, отсутствуют основания для снижения размера подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца ущерба.

Ответчик в апелляционной жалобе приводит довод о том, что суд, удовлетворяя требования истца, не принял во внимание противоправность поведения самого истца, который в нарушение п. 4.5 ПДД РФ не оценил безопасность перехода на нерегулируемом пешеходном переходе.

В соответствии с абз. 1 п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 17 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п. 2 ст. 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абз. 3 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

В соответствии с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, который отметил, что закрепленное в абз. 2 п. 2 ст. 1083 ГК РФ исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абз. 2 ст. 1100 ГК РФ положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, (ст. 20, ч. 1 Конституции Российской Федерации), права на охрану здоровья (ст. 41, ч. 1 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

По смыслу названных норм права понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействие, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Само по себе нарушение истцом предписаний п. 4.5 ПДД РФ, согласно которым на нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен, о наличии грубой неосторожности не свидетельствует.

Как следует из материалов дела, на участке, где произошло ДТП, пешеходный переход не запрещен. Время суток, погодные условия, видимость и интенсивность движения транспорта позволяли совершить подобный переход. То обстоятельство, что истец не смогла верно оценить дорожную ситуацию применительно к приближающемуся к ней транспортному средству под управлением ответчика, не свидетельствует о ее грубой неосторожности. Действия истца при пересечении проезжей части на нерегулируемом пешеходном переходе вне интенсивного транспортного потока, направленные на обеспечение собственной безопасности, которые, однако, оказались недостаточными, являются ни чем иным как неосмотрительностью, но не грубой неосторожностью, что не влияет на размер компенсации морального вреда.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к изложению правовой позиции, выраженной в суде первой инстанции и являвшейся предметом исследования и нашедшей верное отражение и правильную оценку в решении суда, направлены на иную оценку обстоятельств дела, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами ст. ст. 12, 56, 67 ГПК РФ, а потому не могут служить основанием для отмены решения суда.

Учитывая то, что доводы апелляционной жалобы не содержат предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены обжалуемого судебного акта, решение суда подлежит оставлению без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ч. 1 ст. 328, ст. 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Артемовского городского суда Свердловской области от 29.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий:

А.А. Карпинская

Судьи:

Е.А. Коршунова

М.В. Корякин