Апелляционное постановление № 22К-2821/2024 от 29 августа 2024 г. по делу № 3/1-71/2024

<данные изъяты>

<данные изъяты>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

29 августа 2024 г. г. Симферополь

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего Васильева В.Ю.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Республики Крым советника юстиции Хижняк Н.А.,

обвиняемого ФИО в режиме видеоконференц-связи, защитника Голдыбина С.И.,

при секретаре Алфёрове К.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе защитника Игнатова В.В. на постановление судьи Керченского городского суда Республики Крым от 15 августа 2024 г., которым в отношении

ФИО, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, не судимого, гражданина Украины, официально не трудоустроенного, холостого, лиц на иждивении не имеющего, регистрации на территории РФ не имеющего, проживающего по адресу: <адрес>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, избрана мера пресечения в виде содержания под стражей на 1 месяц 17 суток, то есть до 30 сентября 2024 г.

Проверив представленные материалы, заслушав обвиняемого ФИО, защитника Голдыбина, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Хижняк, полагавшей необходимым постановление судьи оставить без изменения, суд апелляционной инстанции,

установил:

Постановлением следователя 31 июля 2024 г. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

13 августа 2024 г. в порядке ст. 91, 92 УПК РФ ФИО задержан по подозрению в совершении указанного преступления, в тот же день допрошен в качестве подозреваемого, 14 августа 2024 г. ему предъявлено обвинение по указанной норме уголовного закона и он допрошен в качестве обвиняемого.

Следователь обратился в Керченский городской суд Республики Крым с ходатайством об избрании ФИО меры пресечения в виде заключения под стражу, мотивировав его тем, что ФИО обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, являясь гражданином иностранного государства, не имея регистрации на территории РФ, а также постоянного источника дохода, под тяжестью предъявленного обвинения, может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, оказать давление на свидетелей, иным путём воспрепятствовать производству по делу. При этом указав, что иная более мягкая мера пресечения не сможет обеспечить надлежащего процессуального поведения обвиняемого.

Постановлением судьи Керченского городского суда Республики Крым от 15 августа 2024 г. ФИО избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 1 месяц 17 суток, то есть до 30 сентября 2024 г.

В апелляционной жалобе защитник Игнатов просит постановление судьи отменить, избрать его подзащитному более мягкую меру пресечения. Указывает, что постановление судьи является незаконным и необоснованным, вынесено с нарушениями требований уголовно-процессуального законодательства и не соответствует требованиям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий». Цитируя данное постановление Пленума Верховного Суда РФ, утверждает, что выводы о том, что его подзащитный может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, оказывать давление на свидетелей носят ничем не подтвержденный характер домыслов и предположений. Полагает, что постановление судьи не содержит конкретных обстоятельств, на основании которых принято решение об избрании его подзащитному меры пресечения в виде заключения под стражу. Считает, что в постановлении не приведено фактов, свидетельствующих о невозможности избрания ФИО более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, а сделанный об этом вывод судьёй не обоснован. В судебном заседании не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что ФИО, находясь на свободе, может каким-либо образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, а также обстоятельств, указанных в ст. 97 УПК РФ. Утверждает, что судья оставил без оценки сведения о личности его подзащитного, позволяющие избрать в отношении ФИО иную более мягкую меру пресечения, а именно наличие в собственности ФИО квартиры в <адрес>, в которой он проживает длительное время, отсутствие судимости, а также тот факт, что его подзащитный от органов следствия не скрывался, следствию не препятствовал, на побег не покушался, таких намерений не имеет.

На основании ч. 1 ст. 97 УПК РФ мера пресечения может быть избрана при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый скроется от предварительного следствия или суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по делу.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

В соответствии с официальным толкованием указанных законоположений, выраженным в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», в качестве оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым, подозреваемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения.

В частности, о том, что лицо может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда, на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок либо нарушение лицом ранее избранной в отношении него меры пресечения, не связанной с лишением свободы. О том, что лицо может скрыться за границей, могут свидетельствовать, например, подтвержденные факты продажи принадлежащего ему на праве собственности имущества на территории Российской Федерации, наличия за рубежом источника дохода, финансовых (имущественных) ресурсов, наличия гражданства (подданства) иностранного государства, отсутствия у такого лица в Российской Федерации постоянного места жительства, работы, семьи.

Принимая решение по ходатайству следователя, судья руководствовался требованиями уголовно-процессуального закона. Выводы о необходимости избрания в отношении ФИО меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении мотивированы. Судье представлено ходатайство следователя, которое составлено уполномоченным должностным лицом по возбужденному уголовному делу в установленные законом сроки и с согласия руководителя следственного органа, к ходатайству приложены необходимые материалы, подтверждающие изложенные в нём доводы.

Судья, выслушав стороны, исследовав представленные материалы и обстоятельства, которые в соответствии с требованиями ст. ст. 97, 99, 108, 109 УПК РФ подлежат проверке при принятии соответствующего решения, пришёл к выводу об обоснованности ходатайства следователя о наличии оснований для избрания в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу.

Принимая решение об избрании ФИО меры пресечения в виде заключения под стражу, судья обоснованно указал в постановлении, что ФИО обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, представленные материалы содержат достаточные данные, которые свидетельствуют о его причастности к совершению указанного преступления, чему судьей дана надлежащая оценка. Также, вопреки доводам жалобы, судья учёл данные о личности обвиняемого и обосновано пришёл к выводу о невозможности применения к нему иной, более мягкой, меры пресечения и необходимости избрания меры пресечения в виде заключения под стражу.

Выводы судьи о возможности ФИО скрыться от органов следствия и суда в постановлении мотивированы. С учётом обстоятельств инкриминируемого ФИО преступления, отсутствия гражданства РФ, наличия гражданства иностранного государства, отсутствия регистрации на территории РФ, постоянного официального источника доходов, стадии расследования, когда не все доказательства по делу собраны и закреплены, имеются реальные основания полагать, что, находясь на свободе, ФИО может скрыться от органов предварительного расследования и суда с целью избежать уголовной ответственности.

Вопреки доводам жалобы, судья при рассмотрении ходатайства следователя правильно учёл конституционно-правовой смысл положений ст. 108 УПК РФ, изложенный в п. 3.4 Постановления Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 г. № 4-П, и п. 2, 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ, в соответствии с которыми при разрешении вопроса, предусмотренного ст. 108 УПК РФ, наряду с учетом тяжести инкриминируемого подозреваемому преступления, его личности, поведению в период производства по уголовному делу, а также наказанию, которое может быть назначено в случае признания его виновным в совершении преступления, законодателем предписано исходить из категорий вероятностного характера («может» продолжать, «может» уничтожить и т.п.), свидетельствующих не о реально предпринятых подозреваемым действиях, а о подтвержденной представленными материалами самой возможности их совершения.

Вопрос об избрании в отношении ФИО иной меры пресечения, обсуждался в ходе судебного заседания, однако судья обоснованно не нашёл оснований для её избрания. В постановлении судьи приведены достаточные фактические и правовые основания принятого судьёй решения об избрании обвиняемому меры пресечения в виде содержания под стражей.

Данные о личности ФИО, приведённые защитой в апелляционной жалобе и при апелляционном рассмотрении, не являются безусловными обстоятельствами, указывающими на необходимость избрания обвиняемому меры пресечения не связанной с лишением свободы.

С учетом изложенных выше сведений о характере и тяжести инкриминируемого ФИО преступления, а также о его личности, приведённые последним обещания не скрываться от органов следствия и суда, тем самым не препятствовать производству по делу, не могут являться основанием для избрания в отношении обвиняемого более мягкой меры пресечения, включая домашний арест.

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом судьи о необходимости избрания в отношении ФИО меры пресечения в виде заключения под стражу и не находит оснований для избрания обвиняемому иной меры пресечения. Доводы апелляционной жалобы о незаконности избрания вышеназванной меры пресечения, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Оснований для изменения меры пресечения на иную, не связанную с заключением под стражу, суд апелляционной инстанции также не находит.

Каких-либо данных, объективно препятствующих содержанию ФИО под стражей, в том числе по состоянию здоровья, в суд не представлено, в материалах досудебного производства не содержится и в жалобе не приведено.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлечь отмену, в том числе, по доводам апелляционной жалобы, судьёй не допущено.

Вместе с тем, постановление судьи подлежит изменению в описательно-мотивировочной его части. Принимая решение об избрании в отношении ФИО меры пресечения, в числе другого, в обоснование этого судья указал, что ФИО может оказывать давление на свидетелей, иным путём воспрепятствовать производству по делу.

Между тем, в соответствии с п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определённых действий» в качестве оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым, подозреваемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения.

В частности, о том, что обвиняемый может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, могут свидетельствовать наличие угроз со стороны обвиняемого, подозреваемого, его родственников, иных лиц, предложение указанных лиц свидетелям, потерпевшим, специалистам, экспертам, иным участникам уголовного судопроизводства выгод материального и нематериального характера с целью фальсификации доказательств по делу, предъявление лицу обвинения в совершении преступления в составе организованной группы или преступного сообщества.

Таких обстоятельств следователем в ходатайстве не приведено, судьёй при избрании меры пресечения не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 108, 110, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

постановил:

Постановление судьи Керченского городского суда Республики Крым от 15 августа 2024 г. об избрании в отношении ФИО меры пресечения в виде заключения под стражу – изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части постановления: «… может оказывать давление на свидетелей, иным путём воспрепятствовать производству по делу».

В остальной части постановление судьи оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника Игнатова В.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий В.Ю. Васильев