Апелляционное определение № 22-310/2026 22-5651/2025 от 21 января 2026 г.

Судья Вьюгов Д.А. Дело № 22-5651/2025

Докладчик судья Соколова Е.Н.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

22 января 2026 года г. Новосибирск

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда

в составе:

председательствующего судьи Соколовой Е.Н.,

судей Лукаш Е.В., Свинтицкой Г.Я.,

при секретаре Сикатском А.Е.,

с участием:

прокурора прокуратуры Новосибирской области Дуденко О.Г.,

адвоката Карсунцева Н.А.,

осужденного ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела с апелляционной жалобой осужденного ФИО1, апелляционной жалобой адвоката Карсунцева Н.А. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Октябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> Казахской ССР, гражданин РФ, не судимый,

Осужден по п. «г» ч. 3 ст.158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев; по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно ФИО1 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года.

На основании ст. 73 УК РФ, назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным, с испытательным сроком 3 года, с возложением на осужденного обязанности не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, ведающего исправлением условно осужденного, куда один раз в месяц являться на регистрацию,

разрешены вопросы по мере пресечения и вещественным доказательствам.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Соколовой Е.Н., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционных жалоб, выслушав в судебном заседании мнение осужденного ФИО1, адвоката Карсунцева Н.А., прокурора Дуденко О.Г., судебная коллегия,

у с т а н о в и л а:

По приговору суда ФИО1 признан виновным и осужден за кражу, т.е. тайное хищение чужого имущества с причинением значительного ущерба гражданину, с банковского счета, а также за совершение кражи, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступление № совершено ДД.ММ.ГГГГ, преступление № совершено в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре, постановленном в общем порядке уголовного судопроизводства.

В апелляционной жалобе адвокат Карсунцев Н.А. просит приговор суда отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор, прекратить уголовное дело по п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ.

По доводам жалобы адвоката, им было направлено два адвокатских запроса № и № в <данные изъяты> относительно мобильного телефона <данные изъяты>, из которых следует, что указанный номер, содержащийся в договоре купли-продажи и товарном чеке идентифицирован и принадлежит иному телефону, который не принадлежит потерпевшей.

Полагает, что сторона обвинения, а также суд первой инстанции не смогли устранить противоречие, что потерпевшей принадлежал телефон <данные изъяты> красного цвета, характеристики памяти <данные изъяты>, а сдан в ломбард был телефон <данные изъяты>, цвет оранжевый, характеристики памяти <данные изъяты>

Обращает внимание на показания потерпевшей о том, что её телефон не был украден, а был потерян, а обвиняемый пояснил, что найден был телефон не красного цвета, а оранжевого.

Не установлено, куда пропал графический ключ с телефона, принадлежащего потерпевшей, так как свидетель ФИО2 в своих показаниях пояснил, что телефон был без графического ключа. Однако потерпевшая, допрошенная в ходе судебного следствия, настаивает, что у нее имелся графический ключ.

Просит учесть, что свидетель ФИО3 также подтверждает, что у потерпевшей был телефон <данные изъяты> цвет «Красный», характеристики памяти <данные изъяты>, а в ломбард был сдан иной телефон с другим цветом и характеристиками.

Анализируя показания ФИО1, свидетеля ФИО4, ФИО5 данных ими на очной ставке, приходит к выводу о том, что ФИО5 единственный видел телефон потерпевшей, так как она читала стихи ему именно с этого телефона. Также ФИО5 при уборке в квартире «нашел» телефон красного цвета, принадлежавший потерпевшей. Полагает, что ФИО5 и ФИО4 могли до приезда полиции согласовать позицию, указав, что ФИО1 предложил им сдать телефон в ломбард.

Считает, что исходя из показаний ФИО4, он был в магазине один и ФИО1 не участвовал в трате денежных средств, полученных с реализации телефона. Также ФИО1 отрицает факт передачи ему телефона, единственный, кто указывает, что ФИО5 передал телефон ФИО1 это сам ФИО5

Указывает, что решение именно о реализации, а не о залоге мобильного телефона, было принято свидетелем ФИО4, в связи с чем, ФИО1 добросовестно полагал, что телефон находится в залоге и его можно выкупить обратно, однако только в ходе очной ставки стало известно, что телефон реализован.

Просит учесть, что ФИО1 указывал на то, что потерпевшая добровольно передала ему банковскую карту для приобретения алкогольных напитков и еды. Согласно протоколу допроса ФИО1 при расчете в сауне он перепутал карты и случайно оплатил картой потерпевшей.

Полагает, что несмотря на признание ФИО1 вины по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, обвинение не смогло доказать умысел в совершении преступления по краже денежных средств с банковской карты.

Более того, указывает, что по уголовному делу имеются недопустимые доказательства: протокол досмотра ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, протокол досмотра ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, протокол досмотра ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ.

Считает, что при составлении недопустимого доказательства – протокола досмотра от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, дело об административном правонарушении возбуждено в отношении него в момент составления указанного протокола.

Указывает, что лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, необходимо разъяснять имеющиеся у него процессуальные права, причем непосредственно в момент фактического возбуждения дела, в том числе при применении к нему меры государственного принуждения в порядке, предусмотренном главой 27 КоАП РФ, что подтверждается Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № ФЗ «О полиции» и Определением Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО6 на нарушение его конституционных прав статьей 27.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 приводит аналогичные доводы, просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор, прекратить уголовное дело по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

В возражениях на апелляционные жалобы адвоката Карсунцева Н.А., осужденного ФИО1 государственный обвинитель Леонова Ж.Б. просит апелляционные жалобы адвоката и осужденного оставить без удовлетворения, приговор суда без изменения.

Проверив материалы дела и доводы жалоб адвоката и осужденного, заслушав мнение осужденного ФИО1, адвоката Карсунцева Н.А., поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора Дуденко О.Г., полагавшей необходимым приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, вина осужденного в совершении преступлений установлена на основании совокупности исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, получивших надлежащую оценку суда в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ и признанных не только относимыми, достоверными и допустимыми, но и в совокупности - достаточными для постановления обвинительного приговора.

К выводам о виновности осужденного суд пришел исходя из показаний потерпевшей ФИО7, свидетелей ФИО4, ФИО8, ФИО5, ФИО3, ФИО2, ФИО9, ФИО10, об обстоятельствах преступлений, а также письменных доказательств, приведенных судом в приговоре, объективно подтверждающих фактические обстоятельства, при которых осужденный совершил преступления.

Доводы апелляционных жалоб о недоказанности вины ФИО1, проверялись судом и обоснованно опровергнуты приведенными в приговоре доказательствами.

Показаниями потерпевшей ФИО7 о том, что ДД.ММ.ГГГГ, в вечернее время, около 17 часов, она пришла к своему знакомому в <адрес>. 273 по <адрес>, где распивала спиртное с ранее ей незнакомыми ФИО1, ФИО4 и ФИО5 В процессе распития спиртного она в присутствии всех, в том числе и ФИО1 доставала свой телефон «Редми» в корпусе красного цвета и читала с него стихи и пела песни. То есть все видели, что данный телефон принадлежит ей. У нее была банковская карта банка <данные изъяты> карта была кредитной с платежной системой МИР, с установленным лимитом в 200 000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ, когда она проснулась, то с одним из мужчин, она пошла в магазин «Красное Белое», за покупки рассчитывалась она, своей картой, приобрела пиво, водку, продукты питания. Рассчитывалась она кредитной картой Сбербанка. Когда вернулись в квартиру, то все продолжили распивать спиртное. В этот момент, она обнаружила, что нет ее телефона. Они стали искать телефон, но так и не нашли его.

Очнулась ДД.ММ.ГГГГ, около 10 часов утра, в той же квартире, прошла в кухню, туда сразу же пришли все трое мужчин. В этот момент к ней подошел ФИО1 и потребовал карту, она испугалась, вытащила карту и отдала ФИО1, сказала пароль, ей было страшно, что они опять будут ее избивать.

Мобильный телефон, который у нее похитили, она приобретала в сентябре 2024 года, у знакомой ФИО3, за 5 000 рублей. В настоящее время, оценивает мобильный телефон в 5 000 рублей, так как приобретала она его не так давно, пользовалась им аккуратно, каких-то видимых или внутренних повреждений он не имел.

Таким образом, ей причинен материальный ущерб в размере 5000 рублей и причинен материальный ущерб от хищения денежных средств с банковской карты, на сумму 30 424 рубля 47 копеек, данный ущерб в обоих случаях для нее является значительным. Ее ежемесячный доход в виде пенсии составляет около 39 500 рублей в месяц, имеются ежемесячные выплаты по кредитным обязательствам в размере 10 000 рублей, коммунальные платежи. Других доходов у нее нет.

Показаниями свидетеля ФИО4, о том, что ДД.ММ.ГГГГ, он находился в гостях у знакомого, где распивали спиртные напитки. Там же находилась женщина по имени <данные изъяты>, с которой он ходил за спиртными напитками, рассчитывалась за алкогольную продукцию <данные изъяты> Проснувшись в один из дней, утром, <данные изъяты> и <данные изъяты> ушли, как он понял, за спиртными напитками. После их ухода ушла <данные изъяты> По приходу, <данные изъяты> и Влад принесли спиртные напитки, продукты питания. <данные изъяты>, сказал, что рассчитался картой <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время, <данные изъяты> в комнате <данные изъяты> нашел телефон, возле дивана, и <данные изъяты> предложил данный телефон сдать в ломбард. Кому принадлежал данный телефон, они не знали. Так как у <данные изъяты> нет паспорта, Влад сказал, чтобы он заложил телефон на свой паспорт, на что он согласился. <данные изъяты> проводил его до ломбарда, телефон был сдан за 500 рублей. <данные изъяты> не заходил в ломбард. Телефон был марки «<данные изъяты> На данные денежные средства приобрели спиртное.

Показаниями свидетеля ФИО8, о том, что у него в квартире находился <данные изъяты> ФИО1, <данные изъяты> и <данные изъяты>, пришла в гости <данные изъяты> и стала с ними распивать спиртные напитки. Со слов ФИО1, он знает, что Татьяна отдала свою банковскую карту В., но при каких обстоятельствах, он не знает. Также он слышал разговор, что <данные изъяты> телефон надо заложить в ломбард.

Показаниями свидетеля ФИО5, о том, что в начале марта 2025 года, он находился по адресу: <адрес>, в гостях с ФИО1, распивали спиртные напитки. В какой-то момент он решил прибраться в комнате. Когда он убирался, около стенки стоял баул с вещами, он отодвинул его и увидел на полу мобильный телефон в корпусе красного цвета, марки <данные изъяты> Увидев телефон, он обратился к <данные изъяты> (ФИО1), показал ему, что обнаружил вышеописанный мобильный телефон в комнате. К <данные изъяты> он обратился, так как они находились у последнего в комнате, и он думал, что это мобильный телефон <данные изъяты> Увидев мобильный телефон, <данные изъяты> предложил сдать его в ломбард. Затем он передал мобильный телефон <данные изъяты>, после чего <данные изъяты> и <данные изъяты> ушли. <данные изъяты> сказал, что они заложили мобильный телефон за 500 рублей, затем по пути следования зашли в магазин, приобрели спиртные напитки.

Показаниями свидетеля ФИО3, о том, что в сентябре 2024 года, ее подруга ФИО7 приобрела у нее мобильный телефон марки <данные изъяты> в корпусе красного цвета за 5 000 рублей.

Показаниями свидетеля ФИО2, о том, что он официально трудоустроен в комиссионном магазине <данные изъяты> Согласно базе данных <данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ был составлен договор-купли продажи с ФИО4, последний продал, мобильны телефон «<данные изъяты> красный <данные изъяты>. Данный телефон был приобретен за 500 рублей. Денежные средства были переданы ФИО4 наличными. Последний продал телефон без права выкупа.

Оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей у суда первой инстанции не имелось, и судебная коллегия таких оснований не находит, поскольку они согласуются и подтверждаются письменными доказательствами, в том числе: протоколами очной ставки между свидетелем ФИО4 и подозреваемым ФИО1, между свидетелем ФИО5 и подозреваемым ФИО1, в ходе которой свидетель подтвердил свои показания о том, что передал найденный телефон <данные изъяты> ФИО1, а ФИО1 предложил сдать его в ломбард, используя паспорт ФИО4, так как у него отсутствовали документы, удостоверяющие личность, после чего ФИО1 и ФИО4 направились в ломбард, откуда вернулись с продуктами и алкоголем; протоколом очной ставки между потерпевшей ФИО7 и обвиняемым ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому потерпевшая подтвердила свои показания о том, что передавала свою банковскую карту <данные изъяты> ФИО1 по его требованию, совершать покупки с данной карты она ФИО1 не разрешала; протоколом личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому, у ФИО1 обнаружена и изъята банковская карта банка ПАО <данные изъяты> и другими доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей у суда не имелось, поскольку причин, по которым ФИО7 и свидетели могли бы оговорить осужденного, не установлено.

Какие-либо противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного ФИО1, по делу отсутствуют. Потерпевшая и свидетели были подробно допрошены в судебном заседании, у участников процесса была возможность задать потерпевшей и свидетелям вопросы, указанное право ими было реализовано, о чем свидетельствует содержание протокола судебного заседания. Следует отметить, что потерпевшая и свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания согласуются между собой, а также с иными исследованными доказательствами.

При этом судебная коллегия отмечает, что доводы стороны защиты, приведенные в обоснование позиции ФИО1 по делу, направлены на переоценку доказательств, данную судом первой инстанции, к чему судебная коллегия оснований не усматривает.

Оснований ставить под сомнение данную судом оценку указанных выше доказательств, судебная коллегия не находит, отмечая, что в показаниях потерпевшей и свидетелей, письменных доказательствах, на которых основаны выводы суда о виновности ФИО1 каких-либо противоречий, которые свидетельствовали бы об их недостоверности, не имеется.

Приговор содержит сведения об отношении осужденного к предъявленному обвинению, дана оценка приведенным им доводам о непричастности к инкриминируемому преступлению. Суд первой инстанции проверил показания осужденного и оценил их в совокупности с другими доказательствами по делу.

Как следует из материалов дела, все защитные версии осужденного тщательно проверены судом.

Выводы суда, который правильно отверг защитные версии осужденного, подробно описаны и убедительно мотивированы в приговоре.

В этой связи соответствующие доводы жалоб являются необоснованными. Версия осужденного о непричастности к инкриминируемым ему преступлениям была проверена судом и обоснованно отвергнута, поскольку опровергается всей совокупностью доказательств, в том числе показаниями потерпевшей ФИО7 о том, что она по требованию ФИО1 передала ему свою банковскую карту «<данные изъяты> при этом не разрешила совершать с ее помощью покупки. Ее показания в этой части согласуются с показаниями свидетеля ФИО5, в присутствии которого ФИО1 рассчитывался банковской картой <данные изъяты> при покупках в магазинах. Свои показания потерпевшая и свидетели подтвердили при проведении очных ставок с ФИО1 При этом сам подсудимый показал, что карты <данные изъяты> в своем распоряжении не имеет и не имел. После задержания, при ФИО1 банковская карта ФИО7 была обнаружена и изъята. Свидетель ФИО10 подтвердил, что в его присутствии у ФИО1 была обнаружена и изъята банковская карта <данные изъяты> черного цвета, которая, как пояснил ФИО1, ему не принадлежит.

Свидетели ФИО4, ФИО5 также показали в суде, что ФИО1 забрал телефон потерпевшей ФИО7 и продал его в ломбард, воспользовавшись паспортом ФИО4, поскольку не имел при себе никаких документов, вырученные деньги потратил на приобретение продуктов и спиртного. При этом ФИО1 достоверно знал, что данный телефон, обладающий признаками индивидуальной вещи, ему не принадлежит. Из показаний потерпевшей ФИО7 также следует, что она демонстрировала свой мобильный телефон в присутствии ФИО1, то есть подсудимый знал, кому принадлежит телефон.

Доводы стороны защиты о том, что у ФИО7 был похищен другой телефон, опровергаются показаниями свидетеля ФИО3, которая продала телефон потерпевшей, показаниями свидетеля ФИО4 об обстоятельствах продажи данного телефона в ломбард, показаниями свидетеля ФИО2, приобретшего данный телефон и впоследствии реализовавшего его другому лицу.

Справедливо не усмотрел суд первой инстанции нарушений уголовно-процессуального закона при сборе и других доказательств по уголовному делу, при проведении следственных и процессуальных действий, которые давали бы основания для признания полученных доказательств, положенных в основу приговора, недопустимыми. Процессуальные документы составлены в соответствии с требованиями закона и в необходимом объеме отражают ход следственных действий, содержат все необходимые подписи участвующих лиц.

Личный досмотр ФИО1, ФИО5, ФИО4 проведен в соответствии с требованиями закона. Тот факт, что порядок проведения личного досмотра регламентирован нормами КоАП РФ, нарушения которых при проведении личного досмотра указанных лиц не допущено, не свидетельствует о недопустимости данного доказательства. При этом судебная коллегия отмечает, что протоколы личного досмотра указанных лиц были составлены в соответствии с требованиями КоАП РФ до возбуждения уголовного дела и нарушений при проведении личного досмотра и изъятия по итогам досмотра соответствующих вещей не усматривается, как не усматривается оснований для признания недопустимым доказательством ни самих протоколов, ни изъятых в ходе личного досмотра предметов. Также судебная коллегия отмечает, что протоколы личного досмотра были переданы в орган следствия вместе с материалом проверки. Упоминание о том, что личные досмотры проводились в рамках административного дела, является явно несостоятельным, поскольку личный досмотр ФИО1, ФИО5, ФИО4 проводился в рамках проверки по заявлению о преступлении.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, без существенных нарушений уголовно-процессуального закона. В основу приговора положены доказательства, которые были непосредственно исследованы и проверены в ходе судебного разбирательства. При исследовании доказательств и их оценке, нарушений, которые могли бы повлиять на правильность установленных судом фактических обстоятельств, не допущено. Сторонам была предоставлена возможность задать вопросы всем допрашиваемым в ходе судебного следствия лицам, которой они воспользовались. Все заявленные сторонами ходатайства были рассмотрены, по ним судом приняты решения в установленном законом порядке.

Судом соблюдены требования ст. 73 УПК РФ, определяющей предмет доказывания по делу, так же как и требования ст. 252 УПК РФ, определяющей пределы судебного разбирательства. В приговоре в полной мере установлены обстоятельства, указанные в ст. 73 УПК РФ, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также приведены доказательства в обоснование выводов суда о виновности осужденного в совершении преступлений.

Исследовав и оценив доказательства в их совокупности, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, пришел к верному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступлений и правильно квалифицировал действия осужденного по преступлению № по п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ – как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину, с банковского счета (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 УК РФ); по преступлению № по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ – как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину.

Необоснованными являются доводы стороны защиты о том, что приговор постановлен на предположениях, поскольку выводы суда о виновности ФИО1 основаны на совокупности приведенных в приговоре доказательств, как отмечалось выше.

О наличии у осужденного умысла на совершение хищения денежных средств с банковского счета и телефона потерпевшей ФИО7 свидетельствуют фактические обстоятельства содеянного им, правильно приведенными судом первой инстанции. Также нашел свое подтверждение и корыстный мотив в действиях осужденного, поскольку это следует из характера совершенных им действий.

Проанализировав фактические обстоятельства, правильно установленные в ходе судебного разбирательства, суд обоснованно сделал вывод о наличии всех квалифицирующих признаков по данным преступлениям в отношении осужденного, оснований у судебной коллегии не согласиться с этим выводом не имеется.

Суд обоснованно пришел к выводу ФИО1 завладел банковской картой потерпевшей ФИО7, после чего, приобретая товары, похитил с банковского счета потерпевшей денежные средства в сумме 30424 рубля 47 копеек, кроме того, тайно похитил мобильный телефон потерпевшей «Редми 9» стоимостью 5 000 рублей, распорядившись им по своему усмотрению, причинив ущерб на указанные суммы в значительном размере.

Оснований для иной квалификации действий осужденного не имеется.

При назначении наказания осужденному ФИО1 учтены характер и степень общественной опасности содеянного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, данные о личности осужденного, совокупность смягчающих его наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. Все смягчающие наказание осуждённого обстоятельства учтены судом и указаны в приговоре. Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о возможности исправления ФИО1 без изоляции от общества и назначении ему наказания в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ, об отсутствии оснований для применения к осужденному ст. 53.1, ст. 64 УК РФ. Правила ч. 1 ст. 62 УК РФ применены судом правильно.

Суд надлежащим образом мотивировал все вопросы, связанные с назначением наказания, и пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории преступлений. В связи с изложенным основания для прекращения уголовного дела в связи с примирением с потерпевшей, с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, также отсутствовали.

Назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерно содеянному осужденным, а также полностью отвечает целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. Причин для смягчения назначенного наказания ФИО1 судебной коллегией не установлено.

Оснований, которые могли бы служить причиной для изменения, а также оснований для отмены приговора, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Приговор Октябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Карсунцева Н.А., осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления приговора суда в законную силу, а осужденным в этот же срок со дня вручения копии вступившего в законную силу приговора суда.

В случае кассационного обжалования осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела в суде кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи областного суда: