Приговор № 1-105/2018 от 19 июня 2018 г. по делу № 1-105/2018

Дело № 1-105/2018


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Каменск-Уральский 20 июня 2018 года

Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области в составе: председательствующего – судьи Иваницкого И.Н.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора г. Каменска-Уральского Иванникова А.Г.,

подсудимого ФИО1 и его защитника – адвоката Царева Э.В.,

потерпевших У. и О.,

при секретаре Костенковой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ***, ранее судимого:

05.10.2015 Красногорским районным судом г. Каменска-Уральского Свердловской области, с учетом изменений, внесенных постановлением Синарского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области от 17.11.2016, по ч.1 ст.158, п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к 2 годам лишения свободы; освобожденного 04.10.2017 по отбытию наказания;

в порядке ст.91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не задерживавшегося, в отношении которого избрана мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.2 ст.158, п. «а» ч.3 ст.158, п. «в» ч.2 ст.158, п. «в» ч.2 ст.158, п. «в» ч.2 ст.158 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил четыре кражи с причинением значительного ущерба гражданину и одну кражу с незаконным проникновением в жилище.

Преступления совершены в * г. Каменска-Уральского Свердловской области, при следующих обстоятельствах.

1) В период с начала до середины декабря 2017 года ФИО1, находясь у О. в сторожевом доме коллективного сада №*, решил похитить его денежные средства. С этой корыстной целью, ФИО1, воспользовавшись тем, что О. не наблюдает за его действиями, тайно взял из кармана его куртки, висевшей на вешалке, денежные средства в сумме 7 000 рублей. Завладев указанным имуществом, ФИО1 покинул место происшествия, обратив его в свою пользу, чем причинил О. значительный материальный ущерб в размере 7 000 рублей.

2) 31 декабря 2017 года в вечернее время ФИО1, находясь у принадлежащего У. дома * по ул. *, решил похитить из него имущество. С этой корыстной целью ФИО1, воспользовавшись отсутствием хозяина, перелез через забор, используя обнаруженную на месте кочергу, сломал навесной замок и вошел в сени. Продолжая свои действия, ФИО1, используя обнаруженную в сенях кувалду, проломил отверстие во входной двери и через образовавшийся пролом незаконно проник в жилой дом. Обнаружив внутри принадлежащие У. электрический лобзик, стоимостью 700 рублей, электрическую дрель «Ураган-М», стоимостью 1 500 рублей, степлер для обивки мебели, стоимостью 500 рублей, DVD-плеер, стоимостью 1 000 рублей, тайно завладел указанным имуществом. С похищенным имуществом ФИО1 с места преступления скрылся, обратив его в свою пользу, чем причинил У. материальный ущерб в размере 3 700 рублей.

3) С 18 на 19 января 2018 года ФИО1, находясь у О. в сторожевом доме коллективного сада №*, решил похитить его денежные средства и спиртные напитки. С этой корыстной целью, ФИО1, воспользовавшись тем, что О. не наблюдает за его действиями, тайно взял из кармана кофты, висевшей в комнате, денежные средства в сумме 9 000 рублей, а из серванта в коридоре бутылку водки, стоимостью 255 рублей, и бутылку шампанского, стоимостью 450 рублей. Завладев указанным имуществом, ФИО1 покинул место происшествия, обратив его в свою пользу, чем причинил О.. значительный материальный ущерб в размере 9 705 рублей.

4) В период с 30 января по 07 февраля 2018 года ФИО1, находясь у О. в сторожевом доме коллективного сада №*, решил похитить его денежные средства. С этой корыстной целью, ФИО1, воспользовавшись тем, что О. не наблюдает за его действиями, тайно взял из кармана куртки, висевшей в коридоре, денежные средства в сумме 8 000 рублей. Завладев указанным имуществом, ФИО1 покинул место происшествия, обратив его в свою пользу, чем причинил О. значительный материальный ущерб в размере 8 000 рублей.

5) С 12 на 13 февраля 2018 года ФИО1, находясь у О. в сторожевом доме коллективного сада №*, решил похитить его электроинструменты. С этой корыстной целью, ФИО1, воспользовавшись тем, что О. не наблюдает за его действиями, тайно взял из шифоньера в коридоре шуруповерт, стоимостью 2 500 рублей, углошлифовальную машину «Ермак», стоимостью 3 000 рублей, электрическую дрель «Bort», стоимостью 2 000 рублей, а в сенях – углошлифовальную машину «Макита», стоимостью 6 000 рублей, и сани, не представляющие материальной ценности. Завладев указанным имуществом, ФИО1 покинул место происшествия, обратив его в свою пользу, чем причинил О. значительный материальный ущерб в размере 13 500 рублей.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании признал вину в совершении преступления в период с 12 по 13 февраля 2018 года, в остальном – отрицал. Пояснил, что о хищении имущества у У. он узнал от следователя, который предложил ему возместить ущерб потерпевшему. При беседе с потерпевшим они договорились, что он отработает у У. причиненный ущерб, поэтому потерпевший написал расписку о возмещении ущерба. Признательные показания он дал под давлением оперативного уполномоченного полиции О., однако с жалобами на незаконные методы расследования, а также на состояние здоровья в надзорные органы и лечебные учреждения не обращался. Между тем в период с 15 до 20 часов 31.12.2017 года он был в гостях у У., проживающего по ул. *, а после этого – у А., с которым встретил Новый год. К хищению денег у О. он также не причастен, оговорил себя перед потерпевшим, опасаясь его гостей-вахтовиков. 6 000 рублей он передал О. в качестве платы за жилье и подарка на рождение у потерпевшего ребенка. Водку и шампанское из серванта он действительно брал, выпил их с А. в Новый год, но это было его (ФИО1) спиртное.

Суд расценивает показания подсудимого в судебном заседании в качестве стремления смягчить свою ответственность, поскольку выдвинутое им алиби и озвученные причины для самооговора опровергнуты в судебном заседании.

Так, свидетель О. в судебном заседании пояснил, что в качестве оперативного уполномоченного полиции он проводил беседу с ФИО1 на предмет его причастности к совершению преступлений в коллективном саду № *, где проживал подсудимый. В ходе этой беседы ФИО1 сознался в совершении хищения имущества у О. и у У., при этом никакого физического или психического насилия к подсудимому не применялось. На основании сообщенных им сведений было разыскана часть похищенного имущества.

После допроса сотрудника полиции ФИО1 заявил, что О. не оказывал на него физического воздействия, а лишь угрожал, что вывезет на плотину и сбросит с нее. Также заявил, что жаловаться на незаконные методы следствия его научили в ПФРСИ ИК-47, где он содержится под стражей по другому уголовному делу.

Сопоставляя показания подсудимого и сотрудника полиции, суд отмечает, что объективных свидетельств применения незаконных методов ведения следствия не имеется, а изменчивость позиции ФИО1 о характере оказанного давления указывает на недостоверность таких показаний. Также суд отмечает, что отношение к предъявленному обвинению у ФИО1 изменилось только после его заключения под стражу по другому уголовному делу.

Свидетель А. в судебном заседании пояснил, что 31.12.2017 года около 18 часов (точное время он не помнит) к нему в гости – в квартиру по ул. * в г. Каменске-Уральском Свердловской области, пришел ФИО1, с собой он ничего не принес. Вдвоем они выпили спиртного, встретили Новый год, легли спать. В 05 часов 01.01.2018 года ФИО1 ушел, сказав, что на работу. Он закрыл за ним дверь.

Между тем, утверждение ФИО1 и свидетеля А. о наличии алиби на момент совершения преступления 31.12.2017 года опровергается детализацией телефонных переговоров подсудимого, из которой следует, что в период с 13 часов 39 минут 31.12.2017 года по 00 часов 04 минуты 01.01.2018 года он шесть раз звонил А., при этом его телефонный аппарат находился в зоне действия телефонной станции, обслуживающей территорию * (т. 2 л.д. 167, 170, 171-175).

Указанное обстоятельство свидетельствует, что в этот период времени подсудимый находился не у А. в гостях, а в *.

На этом основании суд отвергает выдвинутое подсудимым алиби, а показания свидетеля расценивает, как стремление помочь знакомому избежать ответственности.

В этой связи за основу обвинительного приговора суд принимает показания подсудимого в ходе предварительного расследования.

Так, при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО1 пояснил, что с ноября 2017 года он стал проживать у О. в доме сторожа в коллективном саду № * в *, помогать ему по хозяйству. В декабре 2017 года они совместно распивали спиртные напитки, которые в его присутствии О. приобретал в магазине. Он видел, что потерпевший убрал деньги в нагрудный карман куртки. Утром следующего дня он собрался на работу, О. спал. В этот момент он решили похитить у него деньги, достал из куртки О., висевшей на вешалке, деньги и ушел. По пути на работу он пересчитал деньги, их было 7 000 рублей. На них он купил спиртное, которое распивал в компании с Р.. и Е. Позднее он встречался с О., тот спрашивал его о пропаже денег, но он не сознался. В середине февраля 2018 года он пришел в дом к О., там была компания, которая распивала спиртное. Он присоединился к ней. Во время застолья кто-то из гостей ходил за спиртным, при этом О. давал деньги, которые доставал из своей куртки, висевшей на вешалке. Он (ФИО1) вновь решил похитить у О. деньги. Когда гости ушли, он с О. стали готовиться ко сну. При этом О. переложил деньги из куртки в кофту, висевшую в комнате. Утром следующего дня он (ФИО1) проснулся первым, достал из кофты О. деньги и ушел на работу. По пути он пересчитал деньги, их было 9 000 рублей. Он потратил их на спиртное, которое распивал вместе с Р. и Е. Через несколько дней он вновь пришел к О., тот спросил его о краже денег, но он отрицал это. Однако О. заявил, что перекладывал деньги из куртки в кофту после ухода гостей, когда они (потерпевший и подсудимый) остались наедине, поэтому кроме ФИО1 кражу совершить было некому. После этого он (ФИО1) сознался в совершении двух краж, но пообещал возместить ущерб, поэтому О. не стал обращаться в полицию. В начале февраля 2018 он вновь распивал спиртные напитки у О., а утром вновь похитил из его куртки деньги в сумме 8 000 рублей и ушел. На эти деньги он также приобрел спиртное, которое распивал с Р. и Е. Кроме того, при совершении одной из краж денег он похитил у О. две бутылки водки и бутылку шампанского. 12.02.2018 года он снова пришел к О., хотел извиниться перед ним за совершенные кражи. Вдвоем они выпили спиртного, легли спать. Утром он вновь проснулся первым, собрал электроинструмент: две болгарки, шуруповерт, дрель, сложил все в мешки и увез на санках. Похищенное он продал мужчине по имени Л., проживающему по ул. *, за 1 500 рублей. Вырученные средства он потратил на спиртное (т. 2 л.д. 15-19, 43-46, 51-54).

Также при допросе в качестве подозреваемого ФИО1 пояснил, что 31.12.17 года он в состоянии опьянения искал своего приятеля в *, но заблудился, стал звонить в дверной звонок одного из домов, но ему никто не открыл. Тогда он перелез через забор со стороны палисадника, найденным металлическим прутом взломал навесной замок на двери в сени и вошел внутрь. Там он обнаружил кувалду, которой выбил часть входной двери в дом. Через пролом он проник в дом, где обнаружил бытовую электронику и инструменты. Он сложил в мешок из-под сахара электродрель, электролобзик, DVD-плеер, мебельный степлер, и вынес на улицу. Затем он спустился к реке, перешел на другой берег, на ул. Лечебной продал таксисту проигрыватель, лобзик и степлер, а дрель отнес в подсобное помещение для дворников, где подрабатывал. На вырученные средства купил спиртное, пришел в гости к своему знакомому У., с которым встретил Новый год (т. 2 л.д. 28-32, 43-46, 51-54).

В протоколе явки с повинной ФИО1 сообщил о хищении у О. в период с декабря 2017 года по февраль 2018 года в несколько приемов денег в общей сумме 24 000 рублей, а также электроинструмент, который продал своему знакомому (т. 2 л.д. 2).

В протоколе явки с повинной ФИО1 кратко сообщил о совершении преступления 31.12.2017 года из жилого дома, указав, что похитил электродрель, DVD-проигрыватель, лобзик и степлер, которые продал таксисту и неизвестному мужчине (т. 2 л.д. 21).

При проверке показаний на месте происшествия ФИО1 воспроизвел обстоятельства совершения хищения из дома * по ул. * в * г. Каменска-Уральского Свердловской области (т. 2 л.д. 33-40).

Оценивая показания подсудимого в ходе предварительного расследования, суд отмечает, что они являются последовательными, подробными и детальными, согласуются с иными доказательствами, приведенными ниже, а кроме того, получены в соответствии с уголовно-процессуальным законом: в присутствии защитника, а в предусмотренных случаях – при понятых. В этой связи суд расценивает их в качестве достоверных доказательств и основывает на них свои выводы о виновности ФИО1 в совершении каждого из преступлений.

Доказательства по преступлению в отношении О.

Потерпевший О. в судебном заседании пояснил, что в ноябре 2017 года родственница К. познакомила его с ФИО1, которому негде было жить. Он его приютил в своем служебном жилье – сторожке в коллективном саду № * в *, за это ФИО1 платил ему 2 000 рублей в месяц. В декабре 2017 года он (О.) получил зарплату, деньги оставил во внутреннем кармане куртки, которую повесил в сенях. Через два-три дня он обнаружил пропажу денег. Сначала он не подозревал ФИО1, но последующие случаи пропажи денег и имущества при сходных обстоятельствах указали на виновность подсудимого. В январе 2018 года он с женой получил пособие на детей, купил спиртного. У них в гостях были К. с приятелем, все вместе они выпили спиртное. После чего он обнаружил пропажу ранее приобретенной бутылки водки и бутылки шампанского, а также 9 000 рублей из кармана кофты, висевшей на вешалке. Подозрение в краже пало на ФИО1, в ответ на обвинения подсудимый занервничал, сознался в хищении и пообещал все вернуть. Позднее он вернул ему 6 000 рублей, поэтому он не стал выгонять подсудимого из дома. В феврале 2018 года он вернулся домой, обнаружил пропажу 8 000 рублей из кармана куртки, висевшей на вешалке. В эту сумму входили 6 000 рублей, которые ранее ФИО1 вернул в счет возмещения ущерба по предыдущему преступлению. В ответ на его претензии ФИО1 сознался в хищении и пообещал вернуть деньги. В феврале 2018 года он пришел домой, обнаружил пропажу электроинструмента: «болгарки» «Ермак», стоимостью 3 000 рублей, «болгарки» «Макита», стоимостью 6 000 рублей, шуруповрета, стоимостью 2 500 рублей, дрели, стоимостью 2 000 рублей. В ответ на его претензии ФИО1 пояснил, что взял инструмент в пользование для работы, обещал вернуть на следующий день. Однако на следующий день он (О.) пришел к нему на работу и не обнаружил там своего электроинструмента. После этого у него лопнуло терпение, и он написал заявления в полицию по всем эпизодам краж.

Суд принимает показания потерпевшего в качестве достоверного свидетельства совершения ФИО1 четырех преступлений, поскольку его показания являются логичными и подробными, согласуются с иными доказательствами и с первоначальными показаниями самого подсудимого. Оснований для оговора подсудимого со стороны О. суд не усматривает, а стороной защиты такие доказательства не приведены.

Поскольку в судебном заседании О. в категоричной форме заявил, что из спиртного у него была похищена одна бутылка водки и одна бутылка шампанского, суд полагает необходимым снизить размер похищенного имущества.

Обо всех совершенных преступлениях О. сообщил в правоохранительные органы 24.02.2018 года, указав на подозреваемое лицо – ФИО1, а также вид и стоимость похищенного имущества (т. 1 л.д. 161).

Правдивость показаний потерпевшего о наличии у него имущества, о хищении которого он заявил в полицию, подтверждается руководством по эксплуатации и гарантийными талонами на углошлифовальную машину «Ермак» и шуруповерт (т. 1 л.д. 189-193).

Обстановка на месте происшествия описана в протоколе осмотра дома сторожа в коллективном саду (т. 1 л.д. 162-165).

Свидетель Г. в ходе предварительного расследования пояснила, что состоит в фактических брачных отношениях с О., который работает сторожем в коллективном саду в * и проживает там же, вместе они воспитывают четверых малолетних детей. В зимнее время она с детьми проживает в г. Каменске-Уральском, а летом – в саду. Сожитель получает зарплату в размере 7 000 рублей, а она – пособие на детей в том же размере. В ноябре 2017 года К. познакомила их с ФИО1, который не имел места жительства. О. разрешил ему жить в доме сторожа. В середине декабря 2017 года она с О. ходила в магазин, а когда они вернулись в сторожевой дом, то О. обнаружил пропажу 7 000 рублей из куртки. О. заподозрил в хищении ФИО1, так как кроме него дом никто не посещал. Перед Крещением в 2018 году она вместе с К. находилась у О., когда тот обнаружил пропажу 9 000 рублей, 2 бутылок водки и бутылки шампанского. Через несколько дней ФИО1 вернулся в дом к О., в ее присутствии подтвердил подозрения в хищении, но обещал возместить ущерб. Позднее сожитель рассказывал ей, что ФИО1 вновь совершил хищение 8 000 рублей, а затем – электроинструментов (т. 1 л.д. 217-222).

Оценивая показания свидетеля Г. суд отмечает, что она подробно описывает лишь те обстоятельства, очевидцем которых она являлась лично, а об обстоятельствах, известных со слов О., говорит кратко. Такой характер ее показаний свидетельствует об их искренности и позволяет суду сделать вывод об их достоверности. Оснований для оговора ФИО1 со стороны Г. суд не усматривает, а стороной защиты такие обстоятельства не приведены.

Показания свидетеля Г. о размере пособия подтверждаются справкой о состоянии банковского счета, согласно которой ежемесячные зачисления не превышают 7 000 рублей (т. 1 л.д. 223).

На основании показаний потерпевшего и Г., а также банковской справки суд приходит к выводу, что причинённый ФИО1 в результате совершения каждого из преступлений ущерб являлся для него значительным.

Показания потерпевшего и Г. также согласуются с показаниями свидетеля К., которая в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (т. 1 л.д. 210-213) пояснила, что в 2018 году на Крещение она пришла в гости к О. в дом сторожа, где также был ФИО1 О. убрал в сервант две бутылки водки и бутылку шампанского, пообещав угостить ими на следующий день, однако утром спиртное пропало. Подозрение в хищении пало на ФИО1, так как только он покидал дом. Когда ФИО1 вернулся, О. обвинил его в хищении денег и спиртного, подсудимый подтвердил этот вывод, но обещал возместить ущерб.

Показания подсудимого о распоряжении похищенными деньгами согласуются с показаниями свидетелей Р. и Е., которые в ходе предварительного расследования пояснили, что с декабря 2017 года по 13.02.2018 года они неоднократно распивали спиртные напитки с ФИО1, при этом спиртное и закуску всегда покупал ФИО1, хотя до этого жаловался, что мало зарабатывает (т. 1 л.д. 194-197, 214-216).

Еще одним подтверждением первоначальных показаний подсудимого о распоряжении имуществом являются показания свидетелей Д. и В.

Так Д. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (т. 1 л.д. 198-200) пояснил, что 13.02.2018 года ФИО1 предложил ему электродрель и шуруповерт в качестве возмещения долга. Он согласился и принял их. Спустя некоторое время к нему пришли полицейские и изъяли этот инструмент, сказав, что он краденный. Также ему известно, что в тот же день, но ранее ФИО1 продал В. «болгарку» за 500 рублей.

Свидетель В. в ходе предварительного расследования пояснил, что 10.02.2018 года он вместе с Д торговал на Красногорском рынке. В дневное время к Д. подошел незнакомый мужчина, предложил купить «болгарку» «Макита», ФИО2 отказался, а он (В.) купил ее за 500 рублей (т. 1 л.д. 202-204).

Достоверность показаний Д. и В. подтверждается протоколами выемки, согласно которым они выдали приобретенные у ФИО1 шуруповерт, электродрель и углошлифовальную машину «Макита» (т. 1 л.д. 241-242, 244-245, 246-254).

Поскольку отыскание похищенного имущества стало возможным в результате указания подсудимым при явке с повинной и при последующих допросах на конкретных лиц, то такое поведение является активным способствованием розыску имущества, добытого в результате преступления.

Доказательства по преступлению в отношении У.

Потерпевший У. в судебном заседании пояснил, что 31.12.2017 года около 20 часов 00 минут он вернулся от О. домой – в дом * по ул. *, увидел, что навесной замок на сенях сорван, во входной двери в дом проломлено отверстие, рядом лежит кувалда. Осмотрев дом, он обнаружил пропажу электродрели «Ураган», стоимостью 1 500 рублей, и лобзика, стоимостью 700 рублей, хранившихся в сенях, а также DVD-проигрывателя, стоимостью 1 000 рублей, и строительного степлера, стоимостью 500 рублей, хранившихся в доме. Об этом он сообщил О. Ничего из похищенного ему не возвращено. На снегу у забора и у дома он увидел следы ботинок, хотя сам в то время носил валенки. Позднее в его присутствии проводилась проверка показаний ранее незнакомого ФИО1 на месте происшествия, в ходе которой подсудимый без каких-либо подсказок показал, как совершил кражу. В качестве понятых присутствовали двое жителей деревни, каких-либо жалоб ФИО1 не высказывал. Действительно он (У.) составил расписку о возмещении ущерба, так как они договорились с подсудимым об отработке, но ФИО1 не выполнил своего обещания.

Суд признает показания потерпевшего в качестве достоверного свидетельства события преступления и причастности ФИО1 к его совершению, поскольку они основаны на личных наблюдениях, согласуются с иными, в том числе объективными доказательствами, а также показаниями самого подсудимого.

О совершенном преступлении У. сообщил в правоохранительные органы 01.01.2018 года, указав время своего отсутствия в жилище и стоимость похищенного имущества (т. 1 л.д. 24).

При осмотре места происшествия – домовладения * по ул. *, обнаружены следы обуви на снегу, поврежденный навесной замок на двери в сени и пролом во входной двери в дом, изъята кувалда и навесной замок (т. 1 л.д. 25-29).

Внешний вид кувалды и навесного замка описан в протоколе осмотра предметов (т. 1 л.д. 246-253).

Принадлежность У. указанного домовладения подтверждается договором купли-продажи от * года и домовой книгой (т. 1 л.д. 95-99).

Достоверность показаний потерпевшего о наличии у него имущества, пропажу которого он обнаружил, подтверждается руководством по эксплуатации электролобзика (т. 1 л.д. 93-94).

Описанный в первоначальных показаниях ФИО1 механизм взлома навесного замка на сенях подтверждается заключением трасологической экспертизы № * от * года, согласно которой на замке имеются следы воздействия постороннего предмета в виде следов давления и скольжения на корпусе замка, следов излома металла свободного конца дужки. Такие следы могли быть оставлены в результате размещения твердого предмета между концами дужками с последующим вырыванием дужки из корпуса (т. 1 л.д. 138-139).

Сообщенные потерпевшим обстоятельства выявления преступления подтверждаются показаниями свидетеля О., который в судебном заседании пояснил, что 31.12.2017 года ему позвонил друг его брата О. У., сообщил, что у него взломали дом по ул. *, откуда похитили электроинструмент. Он посоветовал У. ничего не трогать на месте происшествия и вызвать полицию.

Выводы суда о несостоятельности алиби подсудимого также подтверждаются показаниями потерпевшего О., который в судебном заседании пояснил, что 31.12.2017 года ФИО1 пришел к нему в состоянии опьянения, принес с собой водку, а также показаниями свидетеля К. которая в судебном заседании пояснила, что 31.12.2017 года она вместе с сожителем встречала Новый год у О., где также был ФИО1 В подтверждение своих слов К. в судебном заседании предъявила на телефоне совместную фотографию, на которой изображен ФИО1 в компании перечисленных лиц.

Показания указанных лиц также согласуются с детализацией телефонных переговоров ФИО1, из которых следует, что в вечернее время 31.12.2017 года им не было совершено ни одного звонка О., хотя в остальное время они часто общались по телефону. Этот факт указывает на пребывание ФИО1 в вечернее время в предновогодний вечер в *, то есть в непосредственной близости от места преступления – ул. *.

Проверив и оценив приведенные доказательства: каждое с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все в совокупности – достаточности их для разрешения уголовного дела, суд приходит к выводу о наличии событий преступлений в период с декабря 2017 года по 13 февраля 2018 года и о виновности ФИО1 в их совершении.

Целенаправленные действия ФИО1 по изъятию наиболее ликвидного имущества у потерпевших – денег и электроинструмента, свидетельствуют об умышленном характере его действий и корыстном мотиве при совершении каждого из преступлений.

Отсутствие очевидцев при совершении каждого из преступлений свидетельствует об их тайном характере.

Величина совокупного дохода семьи О. – около 14 000 рублей, наличие у него на иждивении четверых малолетних детей, свидетельствуют о причинении ему значительного ущерба в результате совершения каждого из преступлений.

Проникновение ФИО1 не только в сени, но и в жилой дом У. с целью хищения имущества указывает на незаконность такого вторжения.

Действия ФИО1 суд квалифицирует:

по преступлению в декабре 2017 года – по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную с причинением значительного ущерба гражданину;

по преступлению 31 декабря 2017 года – по п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную с незаконным проникновением в жилище;

по преступлению с 18 по 19 января 2018 года – по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную с причинением значительного ущерба гражданину;

по преступлению с 30 января по 07 февраля 2018 – по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную с причинением значительного ущерба гражданину;

по преступлению с 12 по 13 февраля 2018 года – по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную с причинением значительного ущерба гражданину.

При назначении вида и меры наказания суд в соответствии с положениями статей 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает следующее.

По характеру общественной опасности ФИО1 совершены четыре преступления средней тяжести и одно тяжкое преступление, посягающие на частную собственность граждан. При оценке степени общественной опасности суд учитывает оконченный характер преступлений, их совершение с прямым умыслом.

При оценке личности ФИО1 суд учитывает, что он ***.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, в соответствии с ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации являются явки с повинной по каждому преступлению (т.2 л.д. 2, 21), активное способствование розыску имущества – электроинструмента, похищенного у О. Также в качестве смягчающих обстоятельств суд в порядке ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает признание вины ФИО1 и его раскаяние, частичное возмещение ущерба потерпевшему О., причиненного в результате совершения преступления № 3.

Вместе с тем, суд учитывает, что ФИО1 имеет непогашенную судимость за умышленное преступление (т.2 л.д. 69-70), что в совокупности с каждым из вновь совершенных умышленных преступлений в соответствии с ч. 1 ст. 18 Уголовного кодекса Российской Федерации образует рецидив преступлений, который в силу ч. 5 ст. 18 и п. «а» ч. 1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации является отягчающим обстоятельством и влечет более строгое наказание.

Учитывая обстоятельства и мотивы совершенных преступлений, данные о личности виновного, влияние наказания на условия жизни его семьи, а также в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений ФИО1 необходимо назначить наказание в виде лишения свободы за каждое преступление.

Наличие обстоятельства, отягчающего наказание, не позволяет суду применить положения ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, а равно обсуждать вопрос об изменении категории преступлений в порядке ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности (ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации), оснований для применения ч. 3 ст. 68 Уголовного кодекса Российской Федерации, а равно для назначения дополнительного наказания суд не усматривает.

Кроме того суд учитывает, что преступления совершены ФИО1 через два месяца после отбытия им наказания по приговору Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области от 05.10.2015. Подобное поведение ФИО1 свидетельствует о невозможности назначения ему условного осуждения.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание в виде лишения свободы ФИО1 надлежит отбывать в исправительной колонии строгого режима, поскольку в его действиях содержится рецидив преступлений, ранее он отбывал лишение свободы (т. 2 л.д. 71).

Гражданский иск потерпевшего О. (т. 1 л.д. 185), не признанный в судебном заседании подсудимым ФИО1, подлежит удовлетворению в объеме стоимости похищенного и невозвращенного имущества на основании ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Так, совокупный размер похищенных у О. и не возвращенных денежных средств составляет 18 000 рублей. Из остального имущества О. не возвращены углошлифовальная машина «Ермак», стоимостью 3 000 рублей, бутылка водки, стоимостью 255 рублей, и бутылка шампанского, стоимостью 450 рублей. Таким образом, исковые требования О. подлежат удовлетворению в размере 21 705 рублей.

После вступления приговора в законную силу на основании п. 3, 4 ч. 3 ст.81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации вещественные доказательства по делу: 2 конверта с УПЛ – подлежат уничтожению, навесной замок и кувалда, хранящиеся при деле – возврату потерпевшему У., углошлифовальную машину, электродрель и шуруповерт, хранящиеся у потерпевшего О., – возврату в его распоряжение.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание:

по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (преступление в декабре 2017 года) в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы;

по п. «а» ч.3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде 3 лет лишения свободы;

по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (преступление с 18 на 19 января 2018 года) в виде 2 лет лишения свободы;

по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (преступление с 30 января по 07 февраля 2018 года) в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы;

по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (преступление с 12 на 13 февраля 2018 года) в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения назначить ФИО1 наказание в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 подписку о невыезде и надлежащем поведении – отменить, взять его под стражу в зале суда. Срок наказания исчислять с 20.06.2018.

Гражданский иск О. удовлетворить частично. Взыскать с ФИО1 в пользу О. в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, 21 705 (двадцать одну тысячу семьсот пять) рублей 00 копеек.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по делу:

- 2 конверта с УПЛ, хранящиеся при уголовном деле – уничтожить,

- навесной замок и кувалду, хранящиеся при уголовном деле – предоставить в распоряжение потерпевшего У.;

- углошлифовальную машину, электродрель и шуруповерт, хранящиеся у потерпевшего О. – предоставить в его распоряжение.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления через Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области в течение 10 дней со дня его провозглашения, а осужденным – с момента получения копии приговора.

В случае подачи жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своём участии, а также участии выбранного им защитника в рассмотрении уголовного дела судом второй инстанции.

28 сентября 2018 г. Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда определила:

приговор Красногорского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области от 20 июня 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в силу со дня его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке в Президиум Свердловского областного суда в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Приговор вступил в законную силу 28.09.2018 г.

Судья И.Н. Иваницкий