Приговор № 1-156/2019 от 6 августа 2019 г. по делу № 1-156/2019

к делу №


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

<адрес> 07 августа 2019 года

Северский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего Кеда Е.В.,

при секретарях Казанцевой И.И.,

ФИО1,

ФИО2,

с участием:

государственных обвинителей –

заместителя прокурора Северского района Шумовского А.В.,

помощника прокурора Северского района Шаляпина П.Ю.,

старшего помощника прокурора Северского района Павлова А.С.,

подсудимого ФИО3,

его защитника - адвоката Горового Р.В.,

представившего удостоверение № № и ордер № №,

потерпевших: Г(С) <...>.,

К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО3, <...>, ранее судимого:

07 июля 2017 года приговором Северского районного суда по ч. 3 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 месяца, без штрафа и ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 14 сентября 2017 года освобожден по отбытию наказания, судимость не снята и не погашена в установленном законом порядке;

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 137 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 совершил незаконное собирание и распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную тайну, без его согласия.

Преступление совершено им при следующих обстоятельствах.

Так, в период времени с 13 июля 2012 года по 18 июня 2015 года ФИО3, находясь <...> с С., с помощью имеющегося в его пользовании мобильного телефона <...>», №, (далее - мобильный телефон «<...> выполнил не менее девяти интимных фотографий и не менее двух видеозаписей обнаженной С., составляющих ее личную тайну, без ее согласия, то есть, незаконно собрал сведения о частной жизни С.., и стал хранить указанные файлы в памяти своего мобильного телефона «<...>

Не позднее 21 января 2018 года у ФИО3, испытывавшего чувство ревности и обиды, возник преступный умысел, направленный на незаконное распространение вышеуказанных фотографий и видеозаписей, то есть сведений о частной жизни С. составляющих ее личную тайну без ее согласия.

22 января 2018 года в 09 часов 26 минут, ФИО3, будучи зарегистрированным пользователем в социальной сети «Вконтакте», имея свой аккаунт (учетную запись) под ником (условное «сетевое» имя) «<...> (ID профиля в социальной сети <...>), осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий, а также реализуя свой преступный умысел в виде унижения чести и достоинства С.., нарушения ее права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени, гарантированного ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации, желая наступления данных последствий, находясь в ст. Северской Северского района Краснодарского края, с помощью своего мобильного телефона <...>, снабженного СИМ-картой с абонентским номером №, относящимся к номерной емкости оператора связи <...>», и оснащенного функцией подключения к информационно - телекоммуникационной сети «Интернет», отправил содержащиеся в памяти телефона девять интимных фотографий обнаженной С.., представляющие собой сведения о ее частной жизни, составляющие ее личную тайну, без согласия последней, в социальную сеть «<...>» администратору (редактору) группы (сообщество зарегистрированных пользователей, объединившихся по определенным интересам) данной социальной сети <...> (далее - Группа), с просьбой распространить эти фотографии в Группе.

При этом ФИО3 осознавал, что доступ к Группе, соответственно и к просмотру размещенных в Группе файлов (фотографии и видеозаписи), имеет неограниченный круг зарегистрированных в социальной сети пользователей, в том числе и знакомые С.

22 января 2018 года в 09 часов 26 минут и 23 января 2018 года в 12 часов 27 минут администратор (редактор) Группы К. не осведомленный о преступных намерениях ФИО3, разместил в Группе девять фотографий, присланных ему С., после чего у неограниченного круга зарегистрированных в социальной сети пользователей, появилась возможность просматривать интимные фотографии С.., составляющие ее личную тайну.

Продолжая реализовывать свой преступный умысел ФИО3 не позднее 08 часов 10 минут 31 января 2018 года, находясь в ст. Северской Северского района Краснодарского края, отправил с помощью своего мобильного телефона «<...>», оснащенного функцией подключения к информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», содержащиеся в памяти телефона две видеозаписи обнаженной С., представляющие собой сведения о ее частной жизни, составляющие ее личную тайну, без согласия последней, личным сообщением в социальной сети «<...>» администратору (редактору) Группы, с просьбой распространить эти видеозаписи. В дополнение к данным видеозаписям ФИО3 отправил администратору (редактору) Группы фотографию автомобиля, находящегося в пользовании С., для ее идентификации лицами, которые будут просматривать ранее отправленные им фотографии, а также две видеозаписи, содержащие ее личную тайну.

01 февраля 2018 года в период с 11 часов 09 минут до 11 часов 12 минут администратором (редактором) Группы К.., не осведомленным о преступных намерениях ФИО3, размещены в Группе две видеозаписи и фотография автомобиля, находящегося в пользовании С., присланные ему ФИО3, после чего у неограниченного круга зарегистрированных в социальной сети пользователей, появилась возможность просматривать данные видеозаписи, составляющие ее личную тайну.

Он же, ФИО3, совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную в крупном размере, при следующих обстоятельствах.

Так, 24 апреля 2018 года около 16 часов 10 минут, ФИО3, <...> с К. и ее матерью К. в квартире по адресу: <адрес>, и достоверно зная, что в шкафу одной из комнат квартиры К. хранила денежных средств, вырученные за продажу недвижимого имущества, решил совершить тайное хищение ее имущества.

Реализуя свой преступный умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества, действуя из корыстных побуждений, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба К.., и желая их наступления, ФИО3, в отсутствие К., убедившись, что его действия носят тайный характер и за ним никто не наблюдает, похитил из шкафа принадлежащие К. денежные средства в размере 265000 рублей, что является крупным размером. Оставшуюся часть денег от общей суммы (1045000 рублей) в размере 780000 рублей он оставил в месте хранения.

Завладев похищенными денежными средствами, ФИО3 распорядился ими по своему усмотрению, причинив К. материальный ущерб в размере 265000 рублей, что является крупным размером.

В судебном заседании подсудимый ФИО3 вину по ч. 1 ст. 137 УК РФ признал полностью от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, при этом пояснил, что поддерживает показания, данные им на предварительном следствии, а по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ вину не признал, при этом в судебном заседании пояснил, что он знаком с К., они виделись и общались в марте-апреле 2018 года в основном в выходные, когда он прилетал из Москвы. Большую часть времени он находился в Москве на заработках. Денежные средства были у каждого свои, и вопрос о совместном бюджете между ним и К. никогда не вставал. Он оплачивал медицинские расходы К.. Никакого отношения к исчезновению денежных средств он не имеет. Ему мать Е. - К. занимала 35 тысяч рублей, когда именно он не помнит. Признательные показания на предварительном следствии он давал под давлением сотрудников отдела МВД России по Северскому району В. и П. Расписку в получении денежных средств он написал также под давлением сотрудников полиции. Кто украл денежные средства, и для каких целей ему не известно.

Для проверки доводов подсудимого ФИО3 по ходатайству государственного обвинителя в следственный отдел по Северскому району следственного управления Следственного комитета РФ по Краснодарскому краю была направлена выписка из протокола судебного заседания от 11.06.2019г.

Вина в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ подтверждается совокупностью собранных по делу и исследованных в судебном заседании следующих доказательств:

- оглашенными с согласия сторон в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаниями подсудимого ФИО3 от 15.05.2018г., от 15.05.2018г. и от 18.03.2019г. согласно которых, он <...> с Г., В настоящее время после расторжения брака она изменила свою фамилию на девичью - Г.. В период совместного проживания у них появился ребенок ФИО4 В его пользовании ранее находился абонентский номер № в период времени с 2015 года до июня 2017 года, в настоящее время данная сим карта аннулирована. С сентября 2017 года и по настоящее время он постоянно пользуется абонентским номером №, мобильный оператор <...>», к которому подключен мобильный Интернет. Данная СИМ-карта им помещена в мобильный телефон <...>>», IMEI: №, с которого он и осуществляет выход в интернет. При этом на указанном мобильном телефоне у него имеется пароль в виде его отпечатка пальца, а также цифрового кода, который он никому не сообщает, иные лица доступа к данному телефону не имеют. У него в пользовании на протяжении более 10 лет имеется электронная почта с адресом «<..>», пароль от которой он также не сообщает никому, иные лица к ней доступа не имеют. Также на протяжении последних двух-трех лет он создал почту «<...>», которой пользуется по настоящее время, от нее пароль он никому не сообщает. Примерно в 2008 году, точной даты он не помнит, им в социальной сети «Вконтакте» создан аккаунт под именем «<...>» (<...>, доступ к которому имеет только он, иным лицам он его не сообщал и доступ к его аккаунту никто кроме него не имеет. У С. также имеется аккаунт в социальной сети «<...>» - «Г.» <...>»), В период пользования им данными электронными почтами, а также аккаунта в социальной сети «Вконтакте» фактов взломов и несанкционированного доступа к ним со стороны иных лиц не было. В период проживания с С. он на свой мобильный телефон в разное время выполнил ее фотографии и видеозаписи, при этом часть из них им выполнена в домашней обстановке, на них С. находилась без одежды в обнаженном виде. После их расставания он очень сильно переживал это, пытался с ней наладить отношения, однако она не шла на контакт, в связи с чем, он захотел отомстить ей за это. В начале января 2018 года, точную дату он указать не может, у него возник умысел распространить имеющиеся у него обнаженные фотографии С., которые содержат тайну ее личной жизни. В социальной сети «<...>» он обнаружил группу «<...>», после чего в форме связи с администратором данной группы он 21.01.2018г. около 13 часов 07 минут через сеть Интернет с его мобильного телефона «<...> с абонентским номером № направил сообщение о размещении на указанном Интернет ресурсе имевшихся у него фотографий С. интимного характера, где она находилась без одежды, с целью их последующего размещения в сети Интернет, а именно в социальной сети <...>» в группе «<...>». Это он намеревался сделать из мести к С. для того, чтобы фотографии увидел неограниченный круг людей. Также к указанным фотографиям он добавил комментарий «Администратор <...> В последующем присланные им фотографии администратором размещены в группе «<....>» в социальной сети «<...>», где они находились в свободной доступе, их просматривал неограниченный круг лиц. Аналогичным способом им администратору указанной группы 23.01.2018г. около 12 часов 21 минуты направлены две видеозаписи с изображением С без одежды, а также фотография ее автомобиля марки «<...>», белого цвета, которые также были опубликованы в открытом доступе в социальной сети «<...>» в группе «<...>. При этом направляя указанные сообщения с приложением фотографий интимного содержания С.., где последняя находится без одежды, он осознавал, что это увидит много людей, а также то, что это является тайной ее личной жизни. Указанные действия по направлению сообщений осуществлялись им на территории ст. Северской Краснодарского края, точный адрес его нахождения в данный момент он не помнит. Лично с администратором данной группы он знаком не был, каких-либо отношений с ними не поддерживает. Размещая указанные фотографии интимного характера С.. он знал, что она не дает ему разрешение на это, она была против этого и не хотела, чтобы указанные фотографии он размещал, однако сделал это умышленно без ее согласия, на зло ей. Размещенные им фотографии и видео сделаны лично им и хранились на его мобильном телефоне «<...>» в <...> с С. В последующем, в связи с тем, что указанные фотографии посмотрело большое количество лиц, С. также стало известно об этом, она ему это сообщила, после чего он попросил администратора группы удалить указанные материалы, что администратор и сделал. Более он данные материалы нигде не размещал (т. 1 л.д. 195-199, т. 2 л.д. 41-45, т. 3 л.д. 190-192).

- показаниями потерпевшей Г. (ранее С..), которая в ходе судебного следствия пояснила, что с ФИО3 она знакома с 2009 года. <...> У <>..><...> они продолжали поддерживать отношения и окончательно она перестала жить с ФИО3 примерно в январе-феврале 2017 года. Она была зарегистрирована в социальной сети «Вконтакте» под ником «<...>», в настоящее время «<...>». В 2018 году ее подруга <...>> написала ей в социальной сети «<...>» сообщив, что ее фотографии интимного содержания выложены в группе «<...>» в социальной сети «<...>». Она сразу зашла в указанную ранее группу социальной сети «<...>» и обнаружила фотографии, а также видеозаписи со сведениями интимного характера о ней. Она незамедлительно приняла меры к их удалению, которые в настоящее время из группы «<...> удалены. Она считает, что данные фотографии и видеозаписи в социальную сеть «<...>» выложил <...> ФИО3, поскольку после их расставания он постоянно просил ее вернуться к нему, но она отвечала отказом, и таким образом, он захотел ей испортить жизнь. Кроме того, в ходе совместного разговора с приятелем <...>>, который являлся <...> сообщил, что со слов ФИО3, ему известно, что вышеупомянутые фотографии и видеозаписи в группу в социальной сети «<...>» разместил именно последний. Все вышеуказанные интимные фотографии выполнены ФИО3, с помощью его мобильного телефона «<...>», примерно весной 2017 года, во время их совместного отдыха в отеле «<...>» в <адрес> и в мае 2017 года точное время она не помнит в отеле «<...>» на <...>. На фотографиях и видеозаписях она изображена обнаженная в душе, такие фотографии имелись только у <...>>, в то время когда они <...>. Она просила его удалить полученные снимки и видео, на что ФИО3 уверял ее, что удалил их. Разрешения на изготовление, хранение, распространение, публикацию фотографий и видеозаписи ни ФИО3, ни иным лицам не давала.

- оглашенными с согласия сторон в соответствие с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля И. о том, что он знаком с ФИО3 с 2006 года, у них сложились дружеские отношения. <...>. Примерно с 2017 года он прекратил общение с ФИО3 В 2015 году между ФИО3 и С. <..>. С 2017 года они перестали поддерживать какое-либо общение. 31.01.2018 года к нему приехала С.., которая находилась в подавленном и расстроенном состоянии, и пояснила ему, что в социальной сети «<...>» в группе «<...>» в открытом доступе без ее разрешения были размещены ее интимные фотографии, на которых она изображена без одежды. В этот же день он посетил указанную страницу социальной сети «<...>», где увидел фотографии С. Ему не известно кем была осуществлена публикация указанных фотографий. Как ему пояснила С. указанные фотографии были выполнены ФИО3 в период их совместного отдыха без ее разрешения, у иных лиц данных фотографий не имелось. Также она считала, что указанные фотографии в социальной сети «<...>» также разместил ФИО3 из-за мести за то, что она не хочет поддерживать с ним отношения. С целью уточнения указанной информации им был совершен телефонный звонок на абонентский номер ФИО3 - №. В ходе состоявшегося разговора с последним он спросил о том, не он ли разместил указанные фотографии, на что Сомов стал говорить уклончиво, что якобы не он, однако он также стал говорить, что настроен против С. негативно <...> (т. 1 л.д. 143-147,);

- оглашенными с согласия сторон в соответствие с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля С. о том, что с Сомовой, в настоящее время Г.., она знакома с осени 2017 года, каких-либо дружеских отношений не поддерживает. В ходе общения с С. <...>, с которым какого-либо общения не поддерживает. Как ей стало известно, <..> и общение не поддерживают. 31.01.2018 года в дневное время суток, точное время она пояснить не может, в социальной сети «<...> в группе «<...>» она случайно увидела созданную запись, в которой размещены интимные фотографии в обнаженном виде С., о чем она сообщала последней. С.. была очень удивлена и расстроена, пояснив, что она их не размещала и не давала разрешения на их размещение. Через некоторое время она снова связалась с С., на что она пояснила, что подозревает в незаконном размещении указанных фотографий <...> ФИО3, который у нее разрешение на их размещение не получал, она такого согласия не давала и не желает, чтобы указанные фотографии были в открытом доступе. В связи с этим она собиралась обратиться с заявлением в правоохранительные органы. Она считает, что он разместил указанные фотографии для того, чтобы отомстить ей, так как она не желает с ним поддерживать отношения. При этом об иных лицах, кого С. подозревает в этом и кто это мог сделать, она не называла. Более в сети «<...>» страничку группы «<...>» она не посещала, с администраторами указанной группы не связывалась, с С. данную ситуацию не обсуждала (т. 1 л.д. 148-152);

- оглашенными с согласия сторон в соответствие с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля К. о том, что в социальной сети «<...>» он был зарегистрирован под именем «<...>» с весны 2017 года по весну 2018 года, точный период указать не может. Доступ в Интернет при пользовании указанной социальной сетью им осуществлялся с помощью его телефона с абонентским номером № а также с помощью провайдера «<...>» с его рабочего места: <адрес> а также с его домашнего адреса: <адрес>. Примерно с декабря 2017 года - начала января 2018 года он является редактором группы «<...>», которая функционирует в социальной сети «<...>». Кто и когда ее создал, ему достоверно не известно. Указанная группа является открытой, на период его занятия должности редактора группы в ней находилось около 1000 членов. В указанной группе осуществляется публикация различных скандальных материалов, а также историй в <...>. При этом материалы публикуются в виде новостей на странице указанной группы различными людьми. Некоторые пользователи «<...>» направляют указанные материалы редакторам группы, чтобы последние осуществляли публикации указанных новостей от своего имени, тем самым те лица, которые предложили указанную новость, остаются анонимными. 21.01.2017 ему от пользователя социальной сети «<...> с именем <...> поступило сообщение на аккаунт группы, в котором указанный пользователь просил его опубликовать интимные фотографии девушки, данные которой он не знает, как ему впоследствии стало известно это была Г.. До этого времени с пользователем <.... (<...>) он знаком не был, с ним никогда не общался. В связи с чем, он хотел разместить указанные изображения, ему не известно. 23.01.2018 около в 12 часов 27 минут, когда он находился на работе по адресу: <адрес> в группе «<...>» он опубликовал присланные ему пользователем <...> (<...>) изображения интимного характера девушки, при этом не подвергал их какому-либо изменению. Указанная публикация находилась в свободном доступе сети «<...>», сколько именно лиц ее просмотрели, он пояснить не может. В последующем, ему поступали сообщения от девушки, которая изображена на данных фотографиях, как ему стало известно Г., которая говорила, что не давала разрешения на публикацию указанных изображений, в связи с чем, просила их удалить, что им и было сделано. Ему не известны контактные данные лица, которое пользуется в социальной сети «<...>» аккаунтом под именем <...> (т. 1 л.д. 153-158).

Кроме того, вина ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ, подтверждается письменными материалами уголовного дела, оглашенными и исследованными в ходе судебного заседания:

- протоколом осмотра места происшествия от 02.02.2018г., в ходе которого у С.. изъяты скриншоты главной страницы группы «<...>» социальной сети «<...>» и ее переписки с администратором данной группы (т. 1 л.д. 16-17);

- протоколом осмотра предметов от 02.02.2018г., согласно которому осмотрены и постановлением от 14.05.2018г. признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств фотографии (скриншоты) главной страницы группы «<...>» социальной сети <...>» и переписки С. с администратором данной группы (т. 1 л.д. 18-30);

- протоколом осмотра места происшествия от 26.02.2018г., в ходе которого у К. изъяты скриншоты главной страницы группы «<...>» социальной сети «<...>» и его переписки с пользователем «<...>>» (т. 1 л.д. 53-54);

- протоколом осмотра предметов от 26.02.2018г., согласно которому осмотрены и постановлением от 14.05.2018г. признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств фотографии (скриншоты) главной страницы группы «<....>» социальной сети «<...>» и переписки К.. с пользователем «<...>» (т. 1 л.д. 55-78);

- протоколом выемки от 26.03.2018г., согласно которому у С. изъята коробка от мобильного телефона «<...> IMEI: № (т. 1 л.д. 87-91);

- протокол осмотра предметов и документов от 10.05.2018г., согласно которому осмотрены и постановлением от 14.05.2018г. признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств: картонная короба от мобильного телефона марки «<..>>» IMEI: №; компакт диск с детализацией телефонных переговоров абонентов <..>» (т. 1 л.д. 159-164);

- протокол выемки от 14.05.2018г., согласно которому у ФИО3 осуществлена выемка мобильного телефона «<...>» IMEI: № (т. 2 л.д. 4-11);

- протоколом осмотра предметов и документов от 14.05.2018г., согласно которому осмотрен мобильный телефон «<...>», IMEI: №, изъятый у ФИО3 В ходе осмотра установлено, что в нем содержится переписка в социальной сети «<...>» между ФИО3 и администратором группы «<...>», в ходе которой ФИО3 направлены фотографии интимного содержания <...> С. с целью их последующего публичного размещения в социальной сети «<...>». Постановлением от 14.05.2018г. телефон «<...>», IMEI: № признан и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т. 2 л.д. 12-28).

- ответом на запрос из ООО «<...>» от 26.03.2018 № №, согласно которому пользователь (<...>) «<...>» зарегистрирован 10.04.2008 года, последние посещение 26.03.2018 года, привязанный номер мобильного телефона №, Email «<....>». Ранее привязанные номера телефонов № (т. 1 л.д. 43-44).

Вина в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ подтверждается совокупностью собранных по делу и исследованных в судебном заседании следующих доказательств:

- показаниями потерпевшей К. о том, что 13.04.2018 года она продала свою квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, по цене 1585000 рублей. До продажи квартиры кроме нее в ней проживали <...> К. и <...> ФИО3 Денежные средства от продажи квартиры она вкладывала в строительство своего дома, расположенного по адресу: <адрес>. Оставшуюся часть денег в сумме 1045000 рублей она хранила в шкафу одной из комнат. 23 апреля 2018 года она совместно с <...> К.., находясь в квартире № 13 жилого многоквартирного дома № 22 по <адрес>, пересчитали денежные средства, все деньги были на месте. С 24 апреля 2018 года по 26 апреля 2018 года ФИО3 находился у них в квартире. 26 апреля 2018 года, она переезжала с ранее проданной квартиры в новую квартиру № 4 жилого многоквартирного дома <адрес>. В перевозке вещей ей оказывали помощь ее знакомые Ш. и С.. При этом, когда они разбирали мебель в спальной комнате, она находилась в квартире и денежные средства были у нее на виду. На следующий день, 27 апреля 2018 года Ш. пришел к ним в квартиру для того, чтобы помочь установить мебель и стиральную машинку. При этом, когда они переносили сумки, полимерный пакет в котором находились денежные средства в сумме 1045000 рублей, находился при ней. Когда они переехали на новую квартиру, денежные средства она не пересчитывала, а положила полимерный пакет с деньгами в спальную комнату на диван под подушки. 28 апреля 2018 года, когда она собралась ехать вместе со <...> в г. Краснодар, то ей понадобились деньги, она стала пересчитывать их и обнаружила, что не хватает 265000 рублей купюрами по 5000 рублей в количестве 53 штук. Она сначала подумала, что деньги могли взять ее знакомые, которые помогали перевозить мебель в новую квартиру. Она позвонила ФИО3 и рассказала о случившемся и после этого обратилась в полицию. 27 мая 2018 года ФИО3 попросил у нее в долг 35000 рублей, которые пообещал вернуть. 28 мая 2018 года она вместе <...> встретились с матерью ФИО3 и она сказала, что в краже подозревают ее сына ФИО3 В отделе полиции ФИО3 признался, что это он украл деньги, <...> решила, что нужно взять с него расписку и он написал расписку о том, что взял денежные средства. ФИО3 знал, где хранятся ее деньги, поскольку они их не прятали, так как она доверяла ему, они жили как одна семья, продукты покупали совместно, а также он оплачивал медицинские процедуры, <...>.

- показаниями свидетеля К. о том, что с ФИО3 она знакома около 12 лет. Продолжительное время они не поддерживали отношения. ФИО3, желая возобновить общение с ней, воспользовался социальными сетями с целью ее поиска. Через определенное время, отыскав ее, ФИО3 начал приезжать к ней в квартиру № 13 по адресу: <адрес> принадлежащую ее матери, где он оставался проживать по несколько дней. ФИО3 оплачивал расходы за ее лечение, <..>>. Они ездили отдыхать <адрес>, все расходы оплачивал ФИО3 <..>> К. решили продать квартиру и приобрели земельный участок для строительства. Квартиру продали за 1585000 рублей. ФИО3 знал, где хранятся деньги, и присутствовал при продаже квартиры, он видел, откуда они брали деньги, поскольку они не скрывали это от него, так как ему доверяли. ФИО3 был у них 25 апреля 2018 года, а примерно 26-27 апреля 2018 года он уехал. 28 апреля 2018 года они с матерью обратили внимание на то, что денег стало меньше, пересчитав их оказалось, что не хватает 265000 рублей. Она позвонила ФИО3, но не смогла дозвониться ему. На следующий день ФИО3 ей позвонил и спросил, как происходит процесс розыска. 28 мая 2019 года мать ФИО3 им рассказала, что у него много долгов. После этого, она стала подозревать в краже ФИО3 и сообщила об этом в полицию. После допроса ФИО3, сотрудник полиции ей сказал, что он признался в краже, после чего по ее просьбе он написал расписку в получении денежных средств. Затем он скрылся и его разыскивали. Ее мать К. никогда не давала ФИО3 разрешения брать ее денежные средства.

- показаниями свидетеля В. о том, что в 2018 году он работал в отделе полиции п. Ильского Северского района Краснодарского края. В апреле 2018 года ФИО3 позвонил и сказал, что у К. украли деньги и попросил помочь, он посоветовал ФИО3 написать заявление в полицию. В мае 2018 года в ходе беседы в отделе полиции ФИО3 сам признался, что это он украл деньги, о чем он добровольно дал признательные показания и написал расписку.

- показаниями свидетеля Ш. о том, что в апреле 2018 года, К. попросила его помочь перенести вещи, мебель из ее квартиры. Он попросил своего знакомого С. помочь, на что последний согласился. Они приехали к К. и перенесли мебель. С. уехал примерно в обеденное время, а он остался и помогал далее перевозить вещи. На следующий день К. сказала, что пропали деньги 265000 рублей. Кто их мог взять ему не известно.

- показаниями свидетеля С. о том, что в апреле 2018 года его знакомый Ш. попросил помочь его перенести вещи. Они приехали в п. Черноморский Северского района, адрес точный он не помнит. Он помог перенести вещи, мебель, после чего он уехал. Через несколько дней он узнал, что пропали деньги у К. Деньги он не видел, кто их взял ему не известно;

- оглашенными в судебном заседании показаниями подсудимого ФИО3, данные им на предварительном следствии, из которых следует, что в апреле 2018 года он проживал в <.... с К. в квартире № 13 жилого многоквартирного дома <адрес>. Данная квартира принадлежала матери А. - К. ДД.ММ.ГГГГ К. продала квартиру по цене 1585000 рублей, однако после продажи квартиры они все еще оставались в ней проживать. Он знал, что полученные денежные средства в сумме 1585000 рублей К. вкладывала в строительство своего дома, который расположен по адресу: <адрес> Оставшуюся часть денег К. хранила в полимерном пакете в шкафу в спальной комнате. Вскоре, после продажи данной квартиры, новые хозяева попросили освободить квартиру и они стали заниматься переездом. К. попросила своих знакомых, а именно Ш. и С. оказать им помощь в перевозке вещей и мебели, на что они согласились, и переезд был запланирован на 26.04.2018. 24.04.2018 примерно в 16 часов он находился в квартире № 13 жилого многоквартирного дома № 22, расположенного по <адрес>. В тот момент, находясь в указанной квартире, у него возник умысел на кражу денежных средств у К.., так как в тот момент у него сложилось трудное материальное положение. В связи с тем, что он знал, где К. хранила деньги, он подошел к шкафу, расположенному в спальной комнате квартиры и, убедившись, что за ним никто не наблюдает, (в тот момент К. и К. отсутствовали дома), он достал полимерный пакет с денежными средствами. Время было примерно 16 часов 10 минут 24.04.2018. Из пакета он достал часть денег, которые положил к себе в карман, а полимерный пакет с оставшимися денежными средствами положил обратно в шкаф. После он пересчитал похищенные им денежные средства, их оказалось 265000 рублей, купюрами по 5000 рублей. 26.04.2018 примерно в 09 часов Ш. и С. прибыли к ним в квартиру, где стали разбирать мебель и поочередно переносить в квартиру № 4 жилого многоквартирного дома № <адрес> После переезда в другую квартиру К. не пересчитывала денежные средства. 28.04.2018 К. вместе с К. собрались ехать в г. Краснодар по личным делам и, когда она достала полимерный пакет с денежными средствами, пересчитала их, то она обнаружила пропажу денежных средств в сумме 265000 рублей, при этом он сказал, что ничего не брал. К. и К. сначала стали подозревать Ш. и С., которые помогали им в переезде, и поэтому сразу в полицию К. не обратилась. Однако после, 29.04.2018 года К. обратилась в полицию и написала по данному факту заявление и дала объяснение по существу. По прибытию сотрудников полиции он также дал объяснение, однако в совершении данной кражи не признался. 28.05.2018 его снова вызвали в Ильское отделение полиции для беседы, где он признался в совершении данной кражи и дал по данному факту объяснение. После дачи объяснения с признательными показаниями он понял, что ему не избежать наказания, решил скрыться и уехал в г. Москву, где работал по найму. 06.03.2019 он был задержан и доставлен в ОМВД России по Северскому району. Свою вину в краже денежных средств в сумме 265000 рублей, принадлежащих К. он признает полностью, в содеянном раскаивается. Похищенные им денежные средства он потратил на личные нужды (т. 3 л.д. 166-168, т. 3 л.д. 178-181, т. 3 л.д. 190-192).

Кроме того, вина ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, подтверждается письменными материалами уголовного дела, оглашенными и исследованными в ходе судебного заседания:

- заявлением К.. в ОМВД РФ по Северскому району от 29.04.2018г. о привлечении к уголовной ответственности по факту совершения хищения денежных средств (т. 3 л.д. 55);

- протоколом осмотра места происшествия от 29.04.2018г., согласно которому осмотрена квартира по адресу: <адрес>, в ходе осмотра потерпевшая К. указала место, где обнаружила отсутствие денежных средств (т. 3 л.д. 59-67);

- протоколом осмотра места происшествия от 29.04.2018г., согласно которому осмотрена квартира по адресу: <адрес>, в ходе осмотра потерпевшая К. указала место, где в шкафу жилой комнаты (спальне) находились денежные средства, полученные за продажу указанной квартиры (т. 3 л.д. 86-90).

Согласно расписки от 28.05.2018г., ФИО3 взял у К. сумму в размере 265000 рублей, которую обязался вернуть в срок до 16.07.2018г.

Данную расписку суд расценивает, как желание ФИО3 избежать уголовной ответственности.

Противоречивость показаний ФИО3, данных им в ходе судебного следствия, с признательными показаниями, данными на предварительном следствии, подсудимый объяснил тем, что на него оказывали психическое давление сотрудники ОМВД России по Северскому району В. и П. при проведении следственных действий.

Вышеуказанные доводы подсудимого ФИО3 проверены судом в ходе судебного следствия, однако не нашли своего подтверждения.

Так, согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 02.08.2019г. следователя следственного отдела по Северскому району следственного управления Следственного комитета России по Краснодарскому краю С., рассмотревшего материалы процессуальной проверки КРСП № № от 10.06.2019г. по сообщению ФИО3 о применении к нему неправомерных действий сотрудниками ОМВД России по Северскому району В. и П.., проведена доследственная проверка в порядке ст.ст. 144 и 145 УПК РФ, по результатам которой отказано в возбуждении уголовного дела в отношении В.. и П.., по признакам преступлений, предусмотренных ст. ст. 285, 286 УК РФ, в связи с отсутствием составов указанных преступлений в их действиях, то есть по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Указанное постановление ФИО3, а также его защитник не обжаловали.

Таким образом, к доводам ФИО3 о применении к нему насилия с целью получения признательных показаний, суд относится критически и расценивает как способ уклонения подсудимого ФИО3 от уголовной ответственности за совершенное инкриминируемое общественно-опасное деяние.

Кроме того, показания подсудимого ФИО3, данные в ходе судебного разбирательства, не согласуются между собой, противоречат имеющимся доказательствам по делу, поэтому суд полагает необходимым отнестись к указанным показаниям критически и не учитывает их при вынесении приговора.

Оценив в совокупности показания свидетелей, потерпевших, подсудимого, а также оглашенные показания свидетелей, подсудимого, данные при проведении предварительного следствия, суд приходит к убеждению, что эти показания последовательны, логичны, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, дополняют друг друга, вследствие чего отсутствуют какие-либо основания ставить их под сомнение.

Доказательства, подтверждающие вину подсудимого в совершении инкриминированных ему преступлений, последовательны, согласованы между собой, добыты в соответствии с нормами УПК РФ, нарушений при их получении в судебном заседании не установлено, в виду чего отсутствуют какие-либо основания отнести данные доказательства к числу недопустимых и подлежащих исключению.

Оценивая доказательства в их полной совокупности, суд приходит к выводу о том, что вина ФИО3 полностью доказана, а его действия правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 137 УК РФ, как незаконное собирание и распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную тайну, без его согласия, а также по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная в крупном размере.

Решая вопрос о назначении вида и размера наказания ФИО3 за совершенные преступления, суд в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, которые относятся к категории небольшой тяжести и к категории тяжких преступлений, личность виновного, в том числе наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При назначении наказания суд учитывает данные о личности ФИО3, который по месту жительства характеризуется положительно, не состоит на учете у врача – психиатра и врача – нарколога.

Обстоятельствами, смягчающими наказание по ч. 1 ст. 137 УК РФ, в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 61 УК РФ суд признает: наличие малолетнего ребенка К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, у виновного, и наличие малолетнего ребенка С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на момент совершения преступления у виновного. В качестве смягчающих наказание обстоятельств согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд также учитывает: признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья.

Обстоятельством, отягчающим наказание по ч. 1 ст. 137 УК РФ, предусмотренным ст. 63 УК РФ, суд признает рецидив преступлений.

Обстоятельствами, смягчающими наказание по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 61 УК РФ суд признает: наличие малолетнего ребенка К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, у виновного, и наличие малолетнего ребенка С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на момент совершения преступления у виновного. В качестве смягчающего наказание обстоятельства согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд также учитывает состояние здоровья.

Обстоятельством, отягчающим наказание по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, предусмотренным ст. 63 УК РФ, суд признает опасный рецидив преступлений.

Учитывая совокупность вышеизложенных обстоятельств, принимая во внимание личность подсудимого, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, обсудив возможность применения предусмотренных законом видов наказания, суд приходит к убеждению, что исправление ФИО3 возможно только в условиях изоляции от общества, поскольку менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания, указанных в ст. ст. 2 и 43 УК РФ. При этом суд считает излишним назначение ФИО3 дополнительного вида наказания (п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ) в виде штрафа и ограничения свободы, а также приходит к выводу о нецелесообразности замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке, установленном ст. 53.1 УК РФ, поскольку это не будет отвечать требованиям справедливости.

Санкция ч. 1 ст. 137 УК РФ предусматривает наряду с основным видом наказания в виде лишения свободы дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

В соответствии со ст. 47 УК РФ наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью состоит в запрещении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления либо заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью.

Согласно п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», в случаях, когда статья Особенной части УК РФ предусматривает обязательное назначение такого дополнительного наказания, оно назначается и при отсутствии связи преступления с определенной должностью или деятельностью лица. При этом запрещение занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью должно быть обусловлено обстоятельствами совершенного преступления (например, лишение права заниматься деятельностью, связанной с работой с детьми, при осуждении по части 5 статьи 131 УК РФ).

В соответствии с п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления. В приговоре необходимо указывать не конкретную должность (например, главы органа местного самоуправления, старшего бухгалтера) либо категорию и (или) группу должностей по соответствующему реестру должностей (например, категорию «руководители», группу «главные должности муниципальной службы»), а определенный конкретными признаками круг должностей, на который распространяется запрещение (например, должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных полномочий).

Лишение права заниматься определенной деятельностью может выражаться в запрещении заниматься как профессиональной, так и иной деятельностью. В приговоре следует конкретизировать вид такой деятельности (педагогическая, врачебная, управление транспортом и т.д.).

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО3 не работает, каких-либо должностей на государственной службе и в органах местного самоуправления не занимал. Деяние не связано с личным должностным положением (его должностью или деятельностью).

Принимая во внимание личность подсудимого, тяжесть содеянного, обстоятельства совершенного преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, суд считает нецелесообразным назначение ФИО3 дополнительного вида наказания (ч. 1 ст. 137 УК РФ) в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Оснований для применения положений ст. ст. 64, 73 УК РФ, а также изменения категории преступления (п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ) на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд не усматривает.

При назначении вида и режима исправительного учреждения, с учетом обстоятельств совершенных преступлений и личности виновного, суд пришел к выводу, исходя из положений п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, назначить ФИО3 отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима.

Суд не усматривает оснований для применения при назначении наказания положений ч. 3 ст. 68 УК РФ.

К. заявлен гражданский иск к ФИО3 о взыскании суммы причиненного ущерба в размере 265 000 рублей.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Таким образом, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО3 в пользу К. в счет возмещения материального ущерба 265000 рублей.

Вопрос о вещественных доказательствах по делу суд разрешает в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 302 - 304, 307 - 310 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО3 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 137 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ и назначить ему наказание:

по ч. 1 ст. 137 УК РФ в виде одного года лишения свободы;

по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ в виде двух лет двух месяцев лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно определить ФИО3 наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года 8 (восемь) месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания по настоящему приговору исчислять с 07 августа 2019 года.

Зачесть в срок отбытого наказания время содержания ФИО3 под стражей с 06 марта 2019 года по 06 августа 2019 года включительно из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима до вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения оставить содержание под стражей.

Гражданский иск К. к ФИО3 – удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу К. в счет возмещения материального ущерба 265000 рублей.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- компакт диск с детализацией телефонных переговоров абонентов ПАО «Мегафон»; фотографии экрана компьютера (скриншоты) группы «<...>» социальной сети «<...>», изъятые у К. - хранить при материалах уголовного дела;

- мобильный телефон <..>» IMEL: №, коробку из-под мобильного телефона марки «<...>» – передать по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Северский районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии данного приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Е.В. Кеда