Апелляционное постановление № 22-1981/2024 от 4 сентября 2024 г. по делу № 1-93/2024

Судья Фирсов А.В. уголовное дело № 22-1981/2024


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Орск

Оренбургской области 05 сентября 2024 года

Оренбургский областной суд, в составе

председательствующего судьи Кучеровой С.П.,

при секретаре А.,

с участием

прокурора отдела прокуратуры

Оренбургской области Макаровой В.В.,

осуждённого А.Н.С.,

защитника - адвоката Ревина С.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённого А.Н.С. и его защитника - адвоката Ревина С.В. на приговор Октябрьского районного суда (адрес) от 15 июля 2024 года, в отношении А.Н.С.

Заслушав доклад судьи Кучеровой С.П., выступления осуждённого А.Н.С., адвоката Ревина С.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Макаровой В.В. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

приговором Октябрьского районного суда (адрес) от 15 июля 2024 года

А.Н.С., родившийся (дата) в (адрес) Республики ***, не имеющий гражданства, не состоящий в зарегистрированном браке, имеющий *** образование, нетрудоустроенный, ***, проживающий по адресу: (адрес), судимый

***

***

***

***

***

осуждён по ч. 1 ст. 161 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы, на срок 06 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения, до вступления приговора в законную силу, изменена с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В срок отбывания наказания, в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, зачтено время содержания под стражей с 15.07.2024 г. до вступления приговора в законную силу, из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Процессуальные издержки в виде оплаты вознаграждения эксперту ФИО1, в сумме *** рублей, взысканы с А.Н.С. в доход государства.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

А.Н.С. признан виновным в грабеже, то есть открытом хищении чужого имущества.

Преступление, согласно приговору, совершено 30.01.2024 г. в (адрес), при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осуждённый А.Н.С. выражает несогласие с приговором Октябрьского районного суда (адрес) от 15.07.2024 г. Считает, что при принятии решения суд не принял во внимание показания потерпевшего о том, что имеющихся в деле показаний не давал и не подписывал. Указывает: он не брал сотовый телефон, так как понимал последствия, взял только 1 000 рублей; изначально частично признавал вину и возместил потерпевшему ущерб в полном объёме. Полагает, что его осудили по его первым показаниям. Просит суд разобраться в данном уголовном деле и прийти к единому мнению.

В апелляционной жалобе адвокат Ревин С.В., в интересах осуждённого А.Н.С., выражает несогласие с приговором и указывает на непричастность А.Н.С. к совершению инкриминируемого деяния, несмотря на наличие события преступления. По мнению автора, анализ материалов дела даёт основания подозревать следственный орган в умышленной фальсификации доказательств и нарушении фундаментальных прав А.Н.С. на защиту государственным обвинением и судом первой инстанции, поскольку сторона защиты была лишена в судебном заседании права допроса свидетелей ФИО2 и ФИО 3, а показания ФИО 4 вряд ли являются достоверными (отцом своего будущего ребёнка ФИО 4 указала ФИО 3). Обращает внимание: похищенный у ФИО 5 телефон сдан в ломбард по паспорту свидетеля ФИО2, а А.Н.С. местонахождение ломбарда неизвестно - он никогда там не был; запись видеонаблюдения сотрудниками полиции не изымалась; работник ломбарда, оформлявший залог телефона, не установлен; у ФИО 5, кроме прочего, пропали кошелёк и банковские карты, но по данному факту никто не был допрошен. Отмечает: А.Н.С. признал вину в краже принадлежащих ФИО 5 мобильного телефона и одной тысячи рублей - в ходе первоначальных следственных действий - по настойчивой «просьбе» оперативных сотрудников. При таких обстоятельствах, считает автор жалобы, А.Н.С. подлежит безусловному оправданию, а приговор Октябрьского районного суда (адрес) от 15.07.2024 г., в отношении него, - отмене.

В возражениях на апелляционные жалобы прокурор (адрес) ФИО3, ссылаясь на законность и обоснованность приговора, находит приведённые осуждённым А.Н.С., адвокатом Ревиным С.В. доводы несостоятельными и просит оставить жалобы без удовлетворения, а приговор - без изменения.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, выслушав мнения сторон, приходит к следующему.

Обоснованность осуждения и юридическая квалификация действий А.Н.С. сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают.

В судебном заседании А.Н.С. согласился с предъявленным обвинением частично, показал: ранее он «взял вину» на себя, так как ему пообещали квалифицировать его действия по ч. 1 ст. 158 УК РФ, а ФИО2 сказал сотрудникам полиции, что телефон брал он (А.Н.С.). Но, узнав об «изменении статьи», он поменял позицию: это ФИО2 взял телефон и сдал в ломбард на свой паспорт. В ходе распития спиртного со знакомыми у него (А.Н.С.) возникли претензии к ФИО 5, он два раза ударил потерпевшего по лицу, тот упал на диван и уснул, из кармана ФИО 5 «торчали» *** рублей и телефон. Но он взял только деньги (которые потом были потрачены), а телефон продолжал лежать около потерпевшего. Видел ли кто его действия – возможно, не исключает этого. Все были пьяные. Впоследствии он (А.Н.С.) передал потерпевшему *** рублей и свой телефон, который приобрёл в ломбарде за *** рублей.

В связи с наличием существенных противоречий между этими показаниями, и показаниями, данными А.Н.С. в ходе предварительного расследования, последние оглашались, на основании ст. 276 УПК РФ, в судебном следствии.

Согласно показаниям А.Н.С. в качестве подозреваемого и обвиняемого, данным им в присутствии защитника ФИО11, 30.01.2024 г., около 17.00 час., ФИО 5 после его удара находился без сознания, лежал в зале, на диване, из кармана куртки потерпевшего выпали телефон и денежная купюра, достоинством *** рублей. Решив украсть и телефон, и деньги, чтобы потом приобрести алкоголь, он взял купюру и телефон в свои руки. В этот момент в зал зашли ФИО 3 и ФИО2, увидев его действия, спросили, зачем он это делает. Он ответил, что это не их дело, будучи уверенным в их неразглашении увиденного. По этой причине полагал, что совершает тайное хищение. Сим-карту он извлёк из телефона и оставил на кухонном столе, а сам телефон попросил ФИО2 сдать в ломбард «(адрес)», расположенный в (адрес), по просп. (адрес) (адрес). ФИО2 предупреждал его о последствиях, однако он (А.Н.С.) настоял на своей просьбе. На вырученные за похищенный телефон деньги и собственно похищенные *** рублей купили спиртное. Свою вину в хищении телефона и *** рублей признал полностью, в содеянном раскаялся. Виновным себя в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, признал частично.

По убеждению суда апелляционной инстанции, А.Н.С., несмотря на смену позиции и, в связи с этим, противоречивость показаний, представил на досудебной стадии и в судебном следствии юридически значимые сведения, которые носят изобличающий характер.

Анализ показаний осуждённого, сопоставление их с другими доказательствами, исследованными в суде, позволили суду первой инстанции сделать вывод о том, что, рассказывая в ходе предварительного следствия об обстоятельствах открытого хищения телефона и денежных средств, А.Н.С. сообщал о реальных событиях, его показания развёрнуты, в надлежащей степени процессуально закреплены. На месте происшествия, а также на очной ставке с потерпевшим, А.Н.С. вновь подробно, в присутствии защитника Ревина С.В., осветил фактические обстоятельства, настаивая на том, что именно он похитил у ФИО 5 телефон и *** рублей.

Допрошенные в качестве свидетелей ФИО 3 и ФИО2 подчеркнули, что в ходе распития спиртного проходили вслед за А.Н.С. в комнату, где на диване лежал ФИО 5 Увидев в руках у А.Н.С. телефон и *** рублей, спросили, зачем он взял их у потерпевшего, однако «вмешиваться» в это и пресекать действия А.Н.С. не стали, поскольку являлись его друзьями.

Свидетель ФИО2 при этом не отрицал, что действительно по просьбе А.Н.С. сдал телефон ФИО 5, по своему паспорту, в ломбард «Адмирал», расположенный в (адрес), по просп. (адрес) (адрес).

Свои показания свидетели ФИО 3 и ФИО2 подтвердили на очных ставках с А.Н.С. При этом А.Н.С., в присутствии защитника Ревина С.В., настаивал на том, что сам решил похитить телефон и деньги ФИО 5, а ФИО2 помог ему продать телефон (в ломбарде), после чего на вырученные деньги был куплен алкоголь.

Из показаний потерпевшего ФИО 5 следует, что в январе 2024 года в ходе распития спиртного в квартире своих приятелей у него возник конфликт с А.Н.С., последний нанёс ему несколько ударов, отчего он потерял сознание. Очнулся у подъезда дома, обнаружил пропажу, в числе прочего, телефона № и денежных средств. С заключением оценочной экспертизы согласен, А.Н.С. передал ему денежные средства в сумме *** рублей.

Вывод суда о виновности А.Н.С. закреплён, кроме того, совокупностью иных доказательств:

- свидетельскими показаниями ФИО 4;

- протоколом осмотра места происшествия – (адрес) по просп. (адрес) (адрес), в ходе которого подозреваемый А.Н.С., в присутствии защитника Ревина С.В., указал, где находился ФИО 5, а также принадлежащие последнему мобильный телефон и деньги, которые он (А.Н.С.) похитил;

- протоколом осмотра договора купли-продажи, акта приёма-передачи (в копиях), товарного чека, в соответствии с которыми продавцом телефона «№» значится ФИО2;

- заключением оценочной экспертизы от 11.03.2024 г. о стоимости мобильного телефона «№ по состоянию на 30.01.2024 г. ***

Показания потерпевшего и свидетелей находятся в логической связи между собой и с совокупностью других исследованных доказательств, дают достаточно полное представление о преступных действиях А.Н.С. в целом и закрепляют его показания на досудебной стадии в важных деталях.

Об уголовной ответственности за лжесвидетельство предупреждались все свидетели обвинения и потерпевший, у них нет причин оговаривать А.Н.С., они не меняли своих показаний, а дополняли и уточняли их, отвечая на вопросы, в постановке которых стороны реализовали (в том числе и на досудебной стадии) своё право в исчерпывающей мере. Выявленная разница в описании происходящего не является значимой, не лишает доказательств достоверности и не влияет на их силу и качество. В любом случае, противоречия устранены в судебном следствии, с соблюдением всех процессуальных требований.

Доводы защиты о нарушении права А.Н.С., в связи с отсутствием возможности задать вопросы ФИО2 и ФИО 3 в судебном заседании, лишены основания.

Вопреки мнению адвоката Ревина С.В., право на то, чтобы свидетели ФИО2 и ФИО 3 были допрошены, а также на возможность задать им вопросы, сторона защиты реализовала. Что касается судебного заседания - показания этих свидетелей, данные ими в ходе предварительного следствия, были оглашены, на основании ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ, при этом ходатайство обвинения было документально обоснованно, а постановление суда отвечало требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Стоимость похищенного имущества судом определена верно. Оценочная экспертиза проведена в соответствии с требованиями действующего уголовно-процессуального законодательства, экспертом, компетентность которого проверена, сомнений в объективности эксперта, как и его заинтересованности в исходе данного уголовного дела, судом первой инстанции не установлено.

Суд первой инстанции учёл все факторы, подтверждающие, что осуждённый, действуя противоправно и открыто, изъял и обратил в свою пользу, с корыстной целью, телефон «№» и денежные средства потерпевшего, после чего распорядился похищенным имуществом по своему усмотрению, причинив ФИО 5 материальный ущерб.

С аргументом защиты относительно характера рассматриваемого хищения как тайного, в силу такого понимания осуждённым, суд согласиться не может.

По смыслу разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 29 от 27.12.2002 г. «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», открытым хищением чужого имущества, предусмотренным ст. 161 УК РФ, является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознаёт, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий, независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет.

Таким образом, судом первой инстанции верно установлено, что противоправные действия А.Н.С., в отношении ФИО 5, на виду у ФИО2 и ФИО 3, сделавших ему замечание, носили открытый характер.

Оснований полагать, что на А.Н.С. оказывалось какое-либо воздействие, со стороны сотрудников правоохранительных органов, у суда не имеется. Признательные показания на досудебной стадии А.Н.С. давал в присутствии защитника. Отвечая на вопросы в судебном следствии, А.Н.С. пояснил, что «точно не знает», оказывалось ли психическое давление на него. В суде апелляционной инстанции А.Н.С., уточняя свою позицию по данному вопросу, обосновал её так: все показывали на него.

В судебном заседании были установлены и проверены обстоятельства, связанные с производимыми, с участием А.Н.С., допросами и иными следственными действиями. Право на защиту было им реализовано, ему разъяснялись процессуальные права, в том числе и положения ст. 51 Конституции РФ. Обстоятельства, при которых А.Н.С. давал показания – неоднократно, в том числе и в ходе очных ставок - исключали физическое или моральное давление, он был предупреждён о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств, при последующем отказе от них. Причин для самооговора на стадии предварительного расследования А.Н.С. не имел. По окончании допросов А.Н.С. и его адвокат своими подписями заверяли правильность изложения информации и не делали замечаний относительно организации проведения следственных действий. После ознакомления с материалами уголовного дела, в порядке ст. 217 УПК РФ, от обвиняемого А.Н.С. и его защитника Ревина С.В. какие-либо ходатайства и заявления также не поступали.

Доводы защиты об опровержении потерпевшим ФИО 5 своих показаний суд как состоятельные принять не может. Показания потерпевшего, отражённые в приговоре, даны им непосредственно суду и соответствуют протоколу судебного заседания. Факт проставления своих подписей в протоколе очной ставки с А.Н.С., ссылка на который содержится в приговоре, потерпевший зафиксировал под протокол.

Несогласие осуждённого с квалификацией своих преступных действий и с судебным решением не свидетельствует о нарушении принципа состязательности и равенства сторон и предвзятости председательствующего при рассмотрении уголовного дела. Как следует из содержания протокола судебного заседания, судом были созданы необходимые условия для надлежащего выполнения обеими сторонами процессуальных обязанностей и реализации предоставленных законом прав. Заявленные ходатайства разрешались строго в соответствии с процессуальным законом.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, связанных с лишением или ограничением процессуальных прав осуждённого, несоблюдением процедуры судопроизводства, повлиявших на результаты следственных действий, на законность и обоснованность приговора, не допущено. Положения ст. 252 УПК РФ соблюдены.

Всесторонне и полно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, суд пришёл к убедительному выводу о допустимости и достаточности (в своей совокупности) приведённых в итоговом решении доказательств для признания А.Н.С. виновным по ч. 1 ст. 161 УК РФ.

Выводы суда о виде и размере наказания А.Н.С. надлежащим образом мотивированы, положения ст.ст. 6, 60 УК РФ применены правильно, наказание отвечает целям, установленным в ст. 43 УК РФ.

Судом исследованы данные о личности А.Н.С., его семейном, имущественном и социальном положении, в исчерпывающей мере уделено внимание обстоятельствам, связанным с состоянием его здоровья, учтено влияние назначаемого наказания на его исправление, приняты во внимание смягчающие обстоятельства, в соответствии со ст. 61 УК РФ, а также обстоятельство, отягчающее наказание.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивом преступления, существенно уменьшающих степень его общественной опасности, по делу обоснованно не установлено, в связи с чем судом не усмотрено фактических и правовых оснований для изменения категории преступного деяния на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, и применения положений 64, 73, 53.1 УК РФ.

Вместе с тем, изложенные выше обстоятельства и постпреступное поведение А.Н.С. позволили суду применить, в отношении него, положения ч. 3 ст. 68 УК РФ.

По мнению суда апелляционной инстанции, наказание чрезмерным не является и полностью отвечает целям восстановления социальной справедливости.

Суд надлежаще учёл конкретные обстоятельства уголовного дела, данные о личности, которые необходимы для определения социальной установки А.Н.С., и принял во внимание положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 г. № 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания".

При таких обстоятельствах вывод суда о невозможности исправления А.Н.С. без реальной изоляции от общества и о назначении ему наказания в виде лишения свободы является убедительным, поскольку иное, более мягкое по своему виду и размеру, не повлияет должным образом на исправление осуждённого и не достигнет цели предупреждения совершения им новых преступлений.

Вид исправительного учреждения осуждённому определён в полном соответствии с положениями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ – исправительная колония строгого режима.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что по уголовному делу в отношении А.Н.С. не имеется предусмотренных законом оснований для отмены или изменения приговора, в связи с чем апелляционные жалобы осуждённого А.Н.С., адвоката Ревина С.В. не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20, ст.ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Октябрьского районного суда (адрес) от 15 июля 2024 года, в отношении А.Н.С., оставить без изменения, а апелляционные жалобы осуждённого, адвоката Ревина С.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции, через суд первой инстанции, в течение шести месяцев со дня провозглашения апелляционного постановления, а лицом, содержащимся под стражей, - в тот же срок, со дня вручения ему копии судебного решения. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении - путём подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. Осуждённый вправе ходатайствовать о личном участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий подпись С.П. Кучерова