Приговор № 1-17/2018 от 27 мая 2018 г. по делу № 1-17/2018

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

28 мая 2018 года с.Калманка

Калманский районный суд Алтайского края в составе:

Председательствующего судьи Л.А.Ереминой

при секретаре О.А.Легостаевой

с участием:

государственного обвинителя заместителя прокурора Калманского района Д.А.Кузьмина

потерпевшего М.Е.

подсудимого ФИО1

защитника КА «Щит» ФИО2, представившего уд. № 823 и ордер № 081087,

рассмотрев в судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1, .......

.......

- в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ДД.ММ.ГГГГг. в период времени с 18 час. до 21 час. 44 минут. в <адрес> в <адрес> ФИО1 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений нанес один удар кулаком в левую часть лица М.Д. В результате нанесенного ФИО3 удара М.Д. потерял равновесие, вывалился из открытой двери квартиры, при падении ударился головой о металлические перила, расположенные на лестничной площадке, после чего скатился вниз по ступеням лестничного марша, ударяясь о ступени головой, а также иными частями тела.

Нанося удар М.Д., ФИО1, не имея умысла на умышленное причинение смерти, проявил преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть, а именно что М.Д., находясь в состоянии опьянения в непосредственной близости от открытой входной двери от удара может упасть на бетонный пол лестничной площадки, где имеются металлические перила, на бетонные ступени лестничного марша и получить травматические повреждения, которые могли привести к его смерти. В результате падения М.Д. на лестничную площадку и соударения головой о металлические перила, с последующим падением вниз по бетонным ступеням лестничного марша и соударения головой, грудной клеткой о ступени и перила лестничного марша, М.Д. были причинены следующие телесные повреждения:

- закрытая черепно-мозговая травма в виде субдуральной (под твердой мозговой оболочкой) гематомы на боковой и нижней поверхностях левого полушария головного мозга (объемом 160 мл), субарахноидального (под мягкой мозговой оболочкой) кровоизлияния на боковой и межполушарной поверхности правых лобной, теменной и затылочной долей, на боковой поверхности левой теменной и в области полюса левой затылочной долей, двойного перелома нижней челюсти (разгибательного в области угла слева и сгибательного справа между 4-5-м зубами) с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани, кровоподтека с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани левой половины лица (окологлазничная, скуловая области и область левой щеки), кровоизлияний в мягкие ткани левой височной области (1) и теменной области справа (1), которая причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- закрытый разгибательный перелом 9-го правого ребра по передней подмышечной линии с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани, который причинил средней тяжести вред здоровью по признаку длительного его расстройства на срок свыше 3-х недель;

- кровоподтеки на задней поверхности правого плеча (1), на наружной поверхности левого плеча (5), в области тыльной поверхности левой кисти (2); ссадины в проекции ости правой лопатки (1), на верхней поверхности левого плечевого сустава (1), в области левой подвздошной кости с распространением на область левого тазобедренного сустава (1), которые не причинили вреда здоровью.

Смерть М.Д. наступила ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 00 минут в КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи, <адрес>» от закрытой черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияний под оболочки головного мозга, осложнившейся сдавлением вещества головного мозга излившейся кровью, с развитием его отека и набухания.

ФИО1 вину в совершенном преступлении не признал. Суду пояснил, что М.Д. является супругом его дочери М., с которой они на протяжении совместной жизни злоупотребляли спиртными напитками. М.Д. не только втягивал дочь в распитие спиртных напитков, но и неоднократно избивал ее. ДД.ММ.ГГГГг. в вечернее время от своего внука И. узнал, что М. не открывает входную дверь своей квартиры, из-за двери раздаются крики, ругань, в том числе крики о помощи. Взяв из дома выдергу, подошел к входной двери квартиры дочери, где на просьбы открыть дверь никто не отвечал. После того как крики дочери о помощи возобновились, выдергой взломал входную дверь, поскольку опасался за жизнь М.Е.. Пройдя внутрь квартиры, увидел, что М.Д. и М. находятся в состоянии сильного алкогольного опьянения. Оба стали возмущаться по поводу взлома входной двери. Разозлившись на дочь, которая до этого была закодирована, нанес ей одну пощечину по лицу. Затем кулаком правой руки нанес один удар в область челюсти слева М.Д. за то, что последний вновь начал спаивать его дочь. От указанного удара М.Д. сел на ягодицы на пол в квартире возле выхода, при этом головой не ударялся. После того как М.Д. на лестничной площадке оделся, ФИО4, взяв последнего за шиворот одной рукой, второй подхватив в районе пояса либо бедер, спустил по лестнице до пролета между первым и вторым этажом. При этом М.Д. также головой и другими частями тела не ударялся, самостоятельно передвигал ноги. М.Д. самостоятельно вышел из подъезда. Через день ФИО4 узнал о смерти М.Д.

При даче ФИО4 объяснений сотрудники полиции не уточняли фактические события, а именно каким образом он спустил М.Д. по лестнице. Сотрудником полиции У. было заранее заготовлено объяснение, при этом последний обещал положительный исход дела, выражал сочуствие, тем самым расположил к себе. Находясь под влиянием оперуполномоченного, ФИО4 повторил его слова, а именно, что от нанесенного им удара М.Д. вылетел из квартиры, ударившись головой о перила, после чего скатился вниз по лестнице.

В части событий, происходящих ДД.ММ.ГГГГг., и изложенных в судебном заседании, аналогичные обстоятельства установлены из протокола проверки показаний на месте (т.2 л.д.124-135 ).

Потерпевший М.Е. пояснил, что он является сыном М.Д.. Отец совместно со своей супругой М. злоупотребляли спиртными напитками, отец неоднократно избивал М.. После конфликтов, происходящих между супругами, приезжал ФИО1, который выражал свое недовольство, кричал на М.Д. и забирал к себе дочь. ДД.ММ.ГГГГг. в вечернее время М.Д. пришел домой, у него была разбита губа с левой стороны, плохо ходил, ноги полусогнуты, нарушена дикция, находился в состоянии алкогольного опьянения. О том, кто ему причинил телесные повреждения, ничего не говорил. Ночью слышал, как отец ходил по квартире, врезался в стены, падал. Когда утром зашел в комнату к отцу, то последний лежал на диване, пояснил, что чувствует себя нормально, не жаловался, говорил тяжело. Затем потерпевший покинул квартиру. В обеденное время, вернувшись, зашел в комнату к отцу, увидел последнего лежащим на полу. На его вопрос отец пояснил, что сейчас встанет и ляжет на диван. Вечером, вновь вернувшись домой около 20 час., зашел в комнату, где увидел отца лежащим на полу, одной рукой держался за батарею и хрипел. Отец говорить уже не мог. Когда приехали сотрудники скорой помощи, у отца выпали зубы из ротовой полости, закатывались глаза, он не мог шевелиться. Просит квалифицировать действия ФИО1 по ст.109 УК РФ и прекратить уголовное дело в связи с примирением, поскольку материальный и моральный вред заглажен полностью. С ФИО1 достигнуто соглашение о порядке компенсации причиненного вреда, по которому ДД.ММ.ГГГГг. ФИО1 выплачено 10000 рублей, в последующем до сентября 2018г. ежемесячно ФИО1 выплачивает по 10000 рублей, всего 50000 рублей. Из указанных сумм 10000 рублей это расходы на погребение, 50000 рублей компенсация причиненного морального вреда.

Свидетель Т. пояснила, что знакома с ФИО1 и с М.Д., обоих может охарактеризовать положительно. О конфликтах между М.Д. и М.Е. не известно. В феврале 2017г. от М.Е. стало известно о смерти М.Д., который пришел в дом к сыну избитым.

Свидетель Н. пояснил, что проживает на одной лестничной площадке с М.Е.. ФИО5 на лестничной площадке находится справа от лестничного марша. М.Е. злоупотребляет спиртными напитками, ФИО1 неоднократно приходил в квартиру к дочери, разгонял компании, пресекал употребление спиртных напитков. ДД.ММ.ГГГГг. в вечернее время около 17 час., в квартиру к М.Е. стучал И. слов последнего, поскольку М.Е. двери не открывала, И. намеревался позвонить своему деду ФИО1. Позднее слышал с лестничной площадки голос ФИО1, который с кем-то разговаривал. Других звуков не слышал. Утром увидел, что входная дверь квартиры М.Е. взломана.

Свидетель Н. пояснила, что ДД.ММ.ГГГГг. в вечернее время слышала как И. длительное время стучал в дверь квартиры М.Е., последняя дверь не открывала.

Свидетель Г. пояснил, что зимой 2017г. работал в составе следственно-оперативной группы по факту смерти М.Д. В ходе опроса ФИО1 от последнего стало известно, что, желая пресечь употребление спиртных напитков дочерью совместно с М.Д., ФИО1 металлическим предметом взломал входную дверь квартиры. После чего ФИО1 нанес один удар М.Д. по лицу и вытолкал последнего на лестничную площадку. Наблюдая, как последний медленно обувается, взял М.Д. за ногу и стащил последнего по лестнице до самого низа. Беседа с ФИО1. была оформлена как объяснение, которое ФИО1 подписал.

Свидетель Д. пояснил, что является участковым инспектором на административном участке в <адрес>. В связи с сообщением о смерти М.Д. проводил опрос ФИО1 Последний пояснил, что от внука стало известно, что М.Е. употребляет спиртные напитки и не открывает входную дверь квартиры. Когда ФИО1 зашел в квартиру к дочери, то кроме дочери в квартире также находился М.Д.. С М.Д. стал разбираться, один раз ударил, а затем спустил по лестнице. По лестнице спускал волоком, взяв М.Д. за ворот одежды. От подъезда М.Д. самостоятельно ушел домой. М.Д. может охарактеризовать как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками, от жителей села жалобы на его поведение не поступали. ФИО1 может охарактеризовать с положительной стороны.

Свидетель У. пояснил, что проводил опрос Б., до начала опроса последнему были разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ. В ходе опроса стали известны обстоятельства совершенного преступления, которые были зафиксированы в письменном виде. На основании ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» с целью фиксации была произведена негласная аудиозапись. После того как удалось включить устройство, на котором производилась аудиозапись, было зачитано объяснение, написанное со слов ФИО1, и последний еще раз подтвердил обстоятельства, изложенные ранее. Так, из пояснений Б. стало известно, что к нему обратился внук И., сообщив, что М.Е., дочь ФИО1, распивает спиртные напитки с М.Д.. ФИО1 в гневе пришел в квартиру к дочери, взломав дверь и пройдя в квартиру увидел обоих обнаженными. ФИО1 разозлился, ударил дочь по лицу. Затем ударил М.Д., который от удара в открытую дверь вылетел на лестничную площадку и скатился вниз по лестнице Затем ФИО1 сбросил М.Д. одежду, последний, одевшись, самостоятельно ушел домой. Аудиозапись совместно с рапортом были переданы руководителю, в последующем было принято решение о рассекречивании.

Свидетель У. пояснила, что проживает в одном подъезде с М.Е.. В вечернее время около 21 час. слышала звуки взлома входной двери в квартире М.Е.. До взлома двери длительный период времени в дверь стучали, криков не слышала. На следующий день от К. стало известно, что М.Е. не открывала двери сыну и отцу, в связи с чем последний взломал дверь. От К. также стало известно, что из квартиры М.Е. после взлома двери раздавались крики ругани. Утром видела взломанную входную дверь. Крови ни на площадке, ни на лестнице не видела, иных следов драки также не видела. М.Д. может охарактеризовать с положительной стороны, как человека оказывающего помощь соседям.

Свидетель К. пояснил, что проживает в одном подъезде с М. феврале 2017г. в вечернее время услышал шум в подъезде, в связи с чем вышел на лестничную площадку. На втором этаже увидел ФИО1, который взламывал входную дверь в квартиру дочери, рядом с ним стоял внук И. Дверь взламывал около часа. По голосам, доносящимся из квартиры, понял, что внутри находятся М.Е. с супругом М.Д. Крики о помощи не слышал. После того как взломали дверь, слышал шум, доносящийся из квартиры, что конкретно пояснить не может. Примерно через 30 мин. после того как в квартире начался шум, в окно увидел, как из подъезда вышел М.Д., который пройдя 2-3 метра упал, после чего встал и ушел в сторону своего дома. В ходе предварительного следствия сообщал, что от М.Е. стало известно о нанесенных ФИО1 ударах как ей, так и М.Д., однако считает их не достоверными, поскольку последняя в момент разговора с ним находилась в состоянии алкогольного опьянения.

Свидетель М. пояснила, что является дочерью ФИО1, с М.Д. состояли в зарегистрированном браке. Примерно около полугода до рассматриваемых событий с М.Д. прекратили брачные отношения. ДД.ММ.ГГГГг. около 20 час. М.Д. пришел к ней домой в состоянии опьянения, на лице были телесные повреждения. В ходе совместно распития спиртных напитков с М.Д. последний стал ее избивать, таскать за волосы. Она стала кричать, звать на помощь. М.Д. забрал у нее ключи от входной двери, в связи с чем она не могла открыть входную дверь, кроме этого физически удерживал, не позволяя подойти к двери. Слышала, как в входную дверь стучал сын - И. Позднее пришел отец - ФИО1, который около 10 минут стучал в дверь, требовал открыть, после чего взломал входную дверь. ФИО1, войдя в квартиру, ударил ее по лицу, затем кулаком нанес удар в левую часть лица М.Д. М.Д. от нанесенного удара медленно сполз по стене. Встав, М.Д. самостоятельно вышел на лестничную площадку, где оделся. ФИО1 стоял рядом и наблюдал, как М.Д. одевается. После чего, взяв за куртку и за брюки, стащил М.Д. до лестничной площадки между этажами и потребовал, чтобы последний ушел. М.Д. самостоятельно вышел из подъезда и медленно пошел в сторону своего дома. М.Д. часто совершал кражи, за что был неоднократно избит.

Аналогичные обстоятельства установлены из показаний свидетеля И. Указанный свидетель уточнил, что когда М.Д. оделся, ФИО1, взяв за плечо, довел М.Д. до площадки между этажами. Последующий лестничный пролет М.Д. спускался самостоятельно.

Из оглашенных в соответствии со ст. 281 УПК РФ показаний И. установлено, что от своего сына И. стало известно, как ФИО1 взломал входную дверь квартиры М.Е., поскольку последняя не открывала дверь. Пройдя в квартиру, обнаружили, что в квартире также находится М.Д.. ФИО1, выгоняя М.Д. из квартиры, толкнул последнего в дверь на лестничную площадку. М.Д. от действий ФИО1 упал на лестничной площадке, возможно на лестницу. Затем М.Д. встал, ушел домой. В его присутствии сотрудником полиции был закончен опрос ФИО1, который пояснил аналогичные обстоятельства, а именно как М.Д. от удара упал на лестничную площадку ( т.1 л.д. 233-236).

Из оглашенных в соответствии со ст.281 УПК РФ показаний свидетеля К. установлено, что она работает фельдшером станции скорой медицинской помощи КГБУЗ «Калманская центральная районная больница». ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 30 минут поступил вызов скорой медицинской помощи. По прибытию по адресу, указанному в вызове, увидела М.Д. лежащим в комнате на полу в полубессознательном состоянии. При осмотре М.Д. она обнаружила, что у него искусан язык. Со слов М.Е. ей стало известно, что М.Д. около 3-х недель злоупотребляет спиртным, что пришел домой 22 февраля 02.2017, в области губ у последнего была кровь. ( т.1 л.д. 169-171).

Свидетель З. пояснила, что о смерти М.Д. стало известно ДД.ММ.ГГГГг.. За несколько дней до смерти М.Д. пришел домой, где проживает его сын. На лице у М.Д. имелись телесные повреждения. У ФИО1 постоянно были конфликты с дочерью М.Е., от которой также известно, что ФИО1 ее избивал.

Из оглашенных в связи с противоречиями показаний (т.1 л.д. 159-162) установлено, что свидетелю З. стало известно, что после того как ФИО1 взломал дверь, он избил М.Е., затем спустил М.Д. по лестнице. При этом последний головой бился о ступени. Указанные показания свидетель не подтвердила, пояснила, что подписала протокол, не читая.

Свидетель К. пояснила, что когда М.Д. пришел домой, то находился в состоянии алкогольного опьянения, его раскачивало из стороны в сторону, на ногах не держался. На лице последнего был синяк, на голове ссадина.

Специалист К. пояснил, что проводил в отношении трупа М.Д. судебно-медицинскую экспертизу. Причиной смерти является закрытая черепно-мозговая травма, которая могла образоваться как при обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении, так и при следующих обстоятельствах: когда потерпевший от нанесенного удара вылетает на лестничную площадку, бьется головой о металлические перила, а затем скатывается по лестнице. В обоих случаях не имеется принципиального различия в механизме причинения повреждений, т.к. имеется три воздействия. Образование черепно-мозговой травмы исключено в случае нанесения только одного удара в область лица потерпевшего, поскольку условий для последующего травмирования головы не имеется. Как уже указано, черепно-мозговая травма включает в себя три воздействия, от одного удара в челюсть кровоизлияние в височную и затылочную область исключены. В случае нанесения только одного удара потерпевшему в область челюсти образование черепно-мозговой травмы возможно при последующих падениях потерпевшего и ударов головой, как на улице, за пределами подъезда, так и в квартире сына, поскольку точный временной промежуток получения травмы невозможно определить и разграничить. Образовавшие черепно-мозговую травму повреждения были причинены в короткий промежуток времени - до суток. Также невозможно определить какое воздействие было первично. Остальные телесные повреждения, в том числе перелом ребер, также могли быть образованы как при первой ситуации, так и при второй. В данном случае перелом челюсти нельзя выделить в отдельную травму, поскольку невозможно определить от какого воздействия образована гематома. При нанесении только одного удара, в результате которого сломана челюсть, указанные повреждения образуют вред здоровью средней тяжести, т.к. для заживления требуется свыше 21 дня. При сломанной челюсти потерпевший обычно имеет нарушение дикции, при черепно-мозговой травме нарушается координация движений.

Из оглашенного протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что местом осмотра является лестничная площадка подъезда <адрес>. Лестничный проем подъезда № <адрес> расположен на втором этаже, расстояние от перил лестничного марша до входной двери <адрес> составляет 1 метр. Иных выступающих предметов на лестничной площадке не имеется. Между первым и вторым этажами на лестничном проеме у лестницы, ведущей на второй этаж, имеется металлический штырь длинною 10 см, который находится в напольном покрытии лестничного пролета. Входная дверь в подъезд имеет деревянный порог, крыльцо около подъезда состоит из бетонного основания и имеет выступы, по бокам огорожено бордюрами, выступающими от земли на 20 см. Далее на расстоянии 107 метров от указанного подъезда расположен <адрес>. Покрытие дороги от <адрес> на расстоянии 30 метров по направлению к дому № является земляным, оставшийся участок дороги до <адрес> покрыт бетонными плитами. Дорога, ведущая к подъезду №, состоит из бетонных плит, крыльцо подъезда № <адрес> также состоит из бетонных плит в виде ступенек. У входа в подъезд № имеются металлические перила (т.1 л.д.102-106). К протоколу осмотра прилагается фототаблица ( т.1 л.д.107-117).

Из оглашенного заключения судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что смерть М.Д. наступила от закрытой черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияний под оболочки головного мозга, осложнившейся сдавлением вещества головного мозга излившейся кровью, с развитием его отека и набухания, что подтверждается наличием телесных повреждений, указанных в п.п. 1.1, резкой сглаженностью борозд и извилин головного мозга, кольцевидным вдавлением в области миндалин мозжечка, расширением перицеллюлярных и периваскулярных пространств.

У М.Д. обнаружены следующие телесные повреждения: 1.1. закрытая черепно-мозговая травма (по клинико-морфологическим данным): субдуральная гематома на боковой и базальной поверхностях левого полушария головного мозга (общим объёмом около 160 мл); субарахноидальное кровоизлияние на боковой и межполушарной поверхности правых лобной, теменной и затылочной долей, на боковой поверхности левой теменной и в области полюса левой затылочной долей; двойной перелом нижней челюсти в проекции угла нижней челюсти слева и тела нижней челюсти справа между 4-5-м зубами с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани; кровоподтек в окологлазничной области слева с распространением на левую скуловую область и область левой щеки, кровоизлияния в мягкие ткани волосистой части головы в левой височной области (1) и в задних отделах теменной области справа (1).

Данная травма образовалась от не менее чем трехкратного воздействия твёрдым тупым предметом (предметами), вероятнее всего при ударах таковым (таковыми), незадолго до поступления в стационар, что подтверждается данными предоставленных медицинских документов.

1.2. Закрытая травма грудной клетки: перелом 9-го ребра по передней подмышечной линии справа - разгибательного характера, с кровоизлиянием под пристеночную плевру и в окружающие мягкие ткани.

Травма образовалась от не менее чем однократного воздействия твёрдым тупым предметом, как при ударах таковым, так и при падении и ударе о таковой, незадолго до поступления в стационар, что подтверждается цветом кровоизлияния в мягкие ткани и причинил вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья, так как обычно у живых лиц для заживления подобных переломов требуется срок свыше 3-х недель.

1.3. Кровоподтеки на задней поверхности правого плеча (1), на наружной поверхности левого плеча (5), в области тыльной поверхности левой кисти в проекции 3 - 5-го пястно-фаланговых суставов (2); ссадины в проекции ости правой лопатки (1), на верхней поверхности левого плечевого сустава (1), в области левой подвздошной кости с распространением на область левого тазобедренного сустава (1), которые образовались от не менее чем 10-ти кратного воздействия твёрдыми тупыми предметами, как при ударах таковыми, так и при падении и ударах о таковые, незадолго до поступления в стационар, что подтверждается состоянием ссадин и цветом кровоподтёков, и не причинили вреда здоровью, как каждое повреждение по отдельности, так и все в совокупности.

После причинения повреждений, описанных в п.п. 1.2. и 1.3., потерпевший мог жить и совершать активные действия неопределённо долгий промежуток времени.

Все вышеперечисленные в п.п. 1.1. - 1.3. телесные повреждения причинены в короткий промежуток времени и определить последовательность их образования не представляется возможным. В момент причинения всех вышеперечисленных в п.п. 1.1. и 1.3. телесных повреждений потерпевший мог находиться в любом положении, за исключением такого, когда травмируемая область была недоступна для нанесения повреждений.

Смерть М.Д. наступила ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 00 минут (по данным истории болезни составленной на его имя КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи») ( т.2 л.д. 12-18).

Из оглашенного заключения комплексной экспертизы №г. от 22.05.2017г. установлено, что повреждения у М.Д. могли образоваться за 1-2 суток до момента наступления смерти, возникли в короткий период времени и судить о последовательности их формирования не представляется возможным. При нанесении удара кулаком в область челюсти слева, как показали подозреваемый ФИО1 и свидетели М. и И., могли возникнуть кровоподтек с кровоизлиянием в мягкие ткани левой половины лица и двойной перелом нижней челюсти. Образование всех же остальных повреждений, в том числе входящих в комплекс черепно-мозговой травмы, при данных обстоятельствах невозможно ( т.2 л.д. 45-61).

Из оглашенной экспертизы (вещественных доказательств) № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что кровь М.Д. относится к A? группе. При обследовании трех веществ бурого цвета, изъятых в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>6 <адрес> найдена кровь человека A? группы, которая могла происходить от М.Д. (т.2.л.д.65-66).

Из оглашенного заключения эксперта (экспертиза вещественных доказательств) №-МК от 04.04.2017г. установлено, из исследования следов наложений на вырезе с дверного проема входной двери и вырезе с дверного проема комнаты, изъятых в ходе осмотра места происшествия от 14.03.2017г. в квартире по адресу <адрес>63 <адрес>, след наложение № с входной двери и след наложение № дверного проема комнаты являются мазками, образованными от контакта с объектом, увлажненным веществом бурого цвета, похожим на кровь, или от контакта какого-либо объекта с уже имеющимися следами. Направление динамического контакта в следе наложения № было справа налево, а в следе наложении № – слева на право (по отношению к принятой условной маркировки сторон объекта экспертизы) ( т.2 л.д.71-72).

Из оглашенного постановления о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору, в суд от ДД.ММ.ГГГГг. установлено, что в соответствии с ч.3 ст.6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» в ходе опроса ФИО1 использовались технические средства аудиозаписи, в результате чего опрос ФИО1 был зафиксирован на диктофон, где он добровольно сообщил о нанесении телесных повреждений М.Д., которые используются в доказывании ( т.1 л.д.263-264).

Из оглашенного постановления о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей от ДД.ММ.ГГГГг., установлено, что в связи с тем, что опрос ФИО1 был зафиксирован на диктофон, имеется необходимость для предоставления данных результатов следователю, в связи с чем рассекречены сведения по опросу ФИО4 зафиксированные на оптическом носителе информации ( т.1 л.д.265-266).

Из прослушанной аудиозаписи диска CD-RW, содержащей результаты оперативно-розыскного мероприятия «опрос», проводившегося ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3, следует, что на указанном диске имеется аудио-файл AUD-20171123-WA0001.m4a с аудиозаписью опроса ФИО3 начальником отдела уголовного розыска Отдела полиции по <адрес> МО МВД РФ «Топчихинский» У. Установлено, что в ходе опроса ФИО1 последний пояснил, что, взломав входную дверь квартиры М., он застал в квартире дочь и М.Д., находящихся полностью раздетыми и в состоянии алкогольного опьянения. Указанные обстоятельства его взбесили, после чего он ударил сначала дочь - М., а затем нанес удар М.Д., который отлетел на лестничную площадку, ударился головой о перила, после чего скатился вниз по лестнице.

Аналогичные обстоятельства установлены из оглашенного протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГг. о том, что на диске CD-RW содержатся результаты оперативно-розыскного мероприятия «опрос», проводившегося 09.03.2017г. в отношении ФИО1. (т.1 л.д.274-278).

Разрешая вопрос о достоверности и объективности исследованных в судебном заседании доказательств, суд находит доказательства, приведенные выше, допустимыми, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона из достоверных источников, облечены в надлежащую процессуальную форму, и объективно фиксируют фактические данные.

Исследованными доказательствами установлено время и место совершения преступления, что следует из показаний как самого подсудимого, так и из показаний потерпевшего М.Е., свидетелей И., М., К.. Показания указанных лиц сопоставляются с выводами комплексной судебно-медицинской экспертизы, установившей время причинения телесных повреждений, выводы которой изложены выше (т.2 л.д.45-61). Косвенно также подтверждаются показаниями свидетелей К., У.., Н,, Н., которые пояснили о времени взлома ФИО1 входной двери квартиры М., после указанного события стало известно о смерти М.Д.. Согласно показаний подсудимого рассматриваемые события происходили в квартире М. по адресу <адрес>6, после чего участвующие лица переместились в подъезд. Указанное согласуется с показаниями свидетелей М.,. И..

Представленные стороной обвинения доказательства по делу суд оценивает в соответствии с требованиями ст.17 УПК РФ и с соблюдением правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, при этом суд отмечает, что стороне защиты и стороне обвинения были созданы равные условия и возможности для исполнения ими их процессуальных прав и обязанностей.

Исследовав представленные стороной обвинения доказательства, суд делает вывод об отсутствии доказательств стороны обвинения, свидетельствующих о действиях ФИО1, направленных на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью М.Д., повлекших по неосторожности смерть потерпевшего. А именно стороной обвинения не представлено допустимых доказательств, достоверно устанавливающих, что ФИО1 после нанесенного удара в область лица потерпевшего взял последнего за конечности и волоком стащил М.Д. вниз по подъездной лестнице, при этом в процессе волочения М.Д. неоднократно ударялся головой, руками, ногами и грудной клеткой о ступени и перила лестничного марша, что для ФИО1 было очевидным и желаемым.

Так, показания свидетеля З., данные в ходе предварительного следствия, суд признает недопустимыми доказательствами, поскольку З. при допросе и изложении обстоятельств, свидетельствующих об умышленных действиях подсудимого, направленных на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, не указала лицо, от которого ей стало известно об указанных событиях, сама при этом очевидцем событий не являлась. Кроме этого, в судебном заседании З. указанные показания не подтвердила, а кроме этого также не смогла указать источники получения сведений о происшедших событиях.

К показаниям свидетеля Г. суд относится критически и считает их недопустимыми доказательствами, поскольку показания свидетеля Г. являются производными от полученного в порядке ст.144 УПК РФ объяснения ФИО1, а по смыслу ст.74 УПК РФ объяснения лиц, данные в ходе проверки, не являются доказательствами по уголовному делу.

В соответствии с требованиями закона доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, в силу ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения.

Кроме этого, как установлено из показаний свидетеля Д., У., объяснения ФИО1, данные указанным лицам, являются не последовательными и противоречащими друг другу. Суд также отмечает, что иных доказательств, подтверждающих механизм причинения ФИО1 потерпевшему телесных повреждений, в частности волочение М.Д. за ногу по лестнице, стороной обвинения не представлено.

Руководствуясь положениями ст.49 Конституции Российской Федерации, а также ч.3, ч.4 ст.14 УПК РФ, суд считает, что все неустранимые сомнения в виновности обвиняемого толкуются в его пользу и что обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Судом достоверно установлено, что, находясь в квартире М., ФИО1 кулаком нанес М.Д. один удар в левую половину лица, находящийся в состоянии алкогольного опьянения М.Д. от полученного удара вывалился из квартиры на лестничную площадку, где головой ударился о перила, затем скатился вниз по подъездной лестнице. Указанное подтверждается данными, полученными из прослушанной аудиозаписи, на которой содержатся объяснения ФИО1, данные свидетелю У. Оснований считать указанную аудиозапись недопустимым доказательством у суда не имеется, поскольку использование результатов оперативно-розыскных мероприятий в качестве доказательств на стадии предварительного расследования и в суде соответствует требованиям ст.89 УПК РФ. Так, Федеральный закон "Об оперативно-розыскной деятельности" устанавливает, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут представляться в орган дознания, следователю или в суд, в производстве которого находится уголовное дело, а также использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств. При этом положения ст. 6.1 ФЗ « Об оперативно-розыскной деятельности» определяет оперативно-розыскную деятельность как вид деятельности, осуществляемой гласно и негласно оперативными подразделениями государственных органов в пределах их полномочий посредством проведения оперативно-розыскных мероприятий. Использование в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий информационных систем, видео- и аудиозаписи, кино- и фотосъемки, а также других технических и иных средств, не наносящих ущерба жизни и здоровью людей и не причиняющих вреда окружающей среде, возможность которого предусмотрена частью третьей статьи 6 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", имеет целью фиксацию хода и результатов проведения соответствующих оперативно-розыскных мероприятий и не является самостоятельным оперативно-розыскным мероприятием. По смыслу названного Федерального закона, применение технических средств, в том числе средств аудиозаписи, осуществляется в рамках общего порядка проведения соответствующих оперативно-розыскных мероприятий и само по себе не предопределяет необходимость вынесения о том специального судебного решения: судебное решение признается обязательным условием для проведения отдельных оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционные права человека и гражданина, а не для фиксации их хода и результатов.

Как следует из показаний свидетеля У., в ходе опроса ФИО1 возникла необходимость для применения аудиозаписи разговора, поскольку ФИО1 сообщал об обстоятельствах и механизме причинения телесных повреждений М.Д.. Свидетель У. как в суде, так и в ходе предварительного следствия последовательно указывал о времени, месте и обстоятельствах получения аудиозаписи, полученной при проведении ОРМ, что также было им отражено в рапорте. Указанная аудиозапись в соответствии с нормами уголовно- процессуального законодательства была изъята и приобщена в качестве доказательства. Данные, содержащиеся на аудиозаписи, сопоставляются с данными, установленными из протокола осмотра вещественных доказательств. Доводы защиты о том, что ФИО1 не были разъяснены права, в том числе ст.51 Конституции РФ, суд признает не состоятельными. Отсутствие информации о разъяснении прав ФИО1 на прослушанной аудиозаписи не свидетельствует о процессуальных нарушениях, поскольку согласно показаний свидетеля У., аудиозапись опроса начала производиться после письменного изложения пояснений ФИО1, до начала беседы ФИО1 были разъяснены все права, в том числе ст.51 Конституции РФ, что было отражено в бланке объяснения.

Из прослушанной аудиозаписи следует, что ФИО1 добровольно дает объяснения по происшедшим событиям, при этом указывает на свои действия, а именно, что, разозлившись, им был нанесен один удар в область лица М.Д., от которого последний вылетел на лестничную площадку, где ударился головой о перила и скатился вниз по лестнице. Указанные пояснения ФИО1 сопоставляются и согласуются с показаниями свидетеля И., которому об указанных событиях стало известно от И., являющегося непосредственным очевидцем. Кроме этого И. подтвердил, что ФИО1 добровольно давал объяснения сотруднику полиции, излагая те же обстоятельства, что и его сын. Пояснения как ФИО1, так и И. согласуются с пояснениями специалиста К., который пояснил, что получения черепно-мозговой травмы возможно при ситуации, изложенной ФИО1 свидетелю У.. Указанное не находится и в противоречии с выводами судебно-медицинской экспертизы, которые изложены выше. Так, специалист К. пояснил, что для получения закрытой черепно-мозговой травмы, повлекшей смерть потерпевшего, необходимо было три воздействия в область головы, которые могли быть получены при нанесении одного удара в область челюсти, затем падении из квартиры и удара о перила, после чего при скатывании потерпевшего, который ударяется в процессе падения и скатывания головой. К показаниям ФИО1, показаниям свидетелей И., М., данным в судебном заседании, в части того, что после нанесения удара ФИО1 М.Д. оставался в квартире, осев на пол, после чего самостоятельно спускался по лестнице, при этом ФИО1 его придерживал за плечо, суд относится критически и расценивает как способ защиты и желание помочь близкому человеку снизить степень общественной опасности совершенного деяния.

Показания свидетеля К., потерпевшего М.Е. в части того, что после ухода из подъезда М.Д. падал, не опровергают получение закрытой черепно-мозговой травмы при обстоятельствах, изложенных ФИО1 и зафиксированных на аудиозаписи, поскольку согласно пояснения специалиста К., после получения указанной травмы нарушена дикции и координация движений.

Вина ФИО1 косвенно также подтверждается и показаниями потерпевшего М.Е., свидетеля К., которые видели повреждения в левой части лица и в области головы потерпевшего.

Таким образом, ФИО1, нанося удара М.Д., не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде смерти потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, учитывая, что М.Д. находится в состоянии алкогольного опьянения, при открытой (взломанной) двери, зная что входная дверь находится в близости от лестничных перил и лестничного марша, должен был и мог предвидеть эти последствия.

Механизм и характер телесных повреждений подтвержден выводами судебно-медицинской экспертизы. Причинная связь между смертью М.Д. и действиями ФИО1, как указанно выше, подтверждается заключением экспертизы, установившей, что смерть М.Д. наступила от закрытой черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияний под оболочки головного мозга, осложнившейся сдавлением вещества головного мозга излившейся кровью, с развитием его отека и набухания, а также пояснениями специалиста К.

Наличие лестничных перил, ступеней, расположение квартиры подтверждается показаниями самого подсудимого, свидетелей М., К., И., Н,, а также данными протокола проверки показаний ФИО1 на месте, протокола осмотра места происшествия.

Согласно заключения психолого-психиатрической экспертизы, ФИО1 каким-либо хроническим, временным, иным психическим расстройством не страдает и не страдал на момент инкриминируемого деяния. ФИО1 мог и может осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно понимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания. Выявленные личностные особенности ФИО1 не оказали существенного влияния на его поведение во время совершения инкриминируемого деяния.

Таким образом, изложенный выше анализ доказательств позволяет суду сделать вывод о неверной квалификации органами предварительного следствия действий ФИО1

С учетом изложенного действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.1 ст.109 УК РФ - причинение смерти по неосторожности.

При назначении вида и меры наказания суд в соответствии с ч.3 ст.60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления. Преступление отнесено к категории преступлений небольшой тяжести, неосторожность по отношению к наступившим последствиям, направленным против жизни и здоровья.

Суд признает в качестве смягчающих наказание обстоятельств в соответствии со ст.61 УК РФ – явку с повинной, в качестве которой признает объяснение, данное при производстве аудиозаписи; престарелый возраст подсудимого; состояние здоровья подсудимого и его супруги; принятие мер, направленных на возмещение ущерба.

Иных обстоятельств для признания их смягчающими и подлежащими обязательному учету при назначении наказания в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ и не входящих в закрепленный законодателем обязательный перечень смягчающих наказание обстоятельств, не установлено. Ни подсудимым, ни защитником таковых не названо, соответствующими доказательствами не подтверждено.

Более того, признание смягчающими иных обстоятельств, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, является исключительной прерогативой суда, таковых суд не усматривает.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

ФИО1 ранее не судим; по месту жительства характеризуется положительно; социально адаптирован к обществу (женат, имеет постоянное место жительства); к административной ответственности за нарушение общественного порядка не привлекался; на учете у врача нарколога не состоит.

С учетом обстоятельств дела, наличия смягчающих наказание обстоятельств, сведений о личности виновного, в том числе с учетом нетрудоспособного возраста подсудимого, влияния назначенного наказания на возможность исправления осужденного, на условия жизни его семьи, с учетом ч.1 ст. 56 УК РФ, суд приходит к выводу о необходимости назначения наказания в виде ограничения свободы.

Суд не усматривает оснований для прекращения уголовного дела в соответствии с положениями ст. ст.25 УПК РФ, ст.76 УК РФ. Согласно указанных норм права суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, впервые совершившего преступление небольшой или средней тяжести, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред. В данном случае достигнутое соглашение о порядке компенсации морального вреда нельзя расценить как заглаживание (возмещение потерпевшему вреда), поскольку определенная потерпевшим компенсация морального вреда в размере 50000 рублей полностью ФИО1 не выплачена.

Срок наказания суд определяет с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ, сведений о личности подсудимого.

Ограничения и обязанности суд определяет с учетом данных о личности подсудимого, положений ст.53 УК РФ. Территорию муниципального образования, за пределы которого необходимо запретить выезд без разрешения специализированного государственного органа, суд определят муниципальное образование <адрес>, поскольку установлено, что ФИО1 постоянно проживает в <адрес>, лечебные и государственные учреждения находятся за пределами указанного населенного пункта, а именно в административном центре <адрес>.

Судом установлено, что ФИО1 на основании постановления суда находился в психиатрическом стационаре для проведения судебно- психиатрической экспертизы в период с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг.

Согласно п.9 ч.1 ст.308 УПК РФ в срок отбытого наказания подлежит зачету время, на которое подсудимый помещался в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях.

На основании изложенного, руководствуясь ст.307-309 Уголовно-процессуального кодекса РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 Уголовного кодекса РФ, и назначить ему наказание в виде в виде ограничения свободы сроком на 01 год.

В соответствии со ст. 53 Уголовного кодекса РФ установить ограничения в виде:

- не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы,

- не выезжать за пределы территории муниципального образования – Калманский район Алтайского края - без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить обязанность на ФИО1 являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 1 раз в месяц в дни, установленные данным органом.

Зачесть в срок отбытого наказания время нахождения в психиатрическом стационаре в период с 07 августа 2017г. по 28 августа 2017г. включительно.

По вступлению приговора в законную силу меру принуждения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – отменить.

Вещественные доказательства по вступлению приговора в законную силу:

- фрагмент марлевого бинта, два выреза, волосы, ногти уничтожить.

- CD- RW диск – хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Алтайского краевого суда через Калманский районный суд в течение 10 суток.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, о чем они должны указать в апелляционной жалобе, либо в случае получения копии представления или жалобы сообщить об этом в тот же срок.

Судья (подпись) Л.А.Еремина