Апелляционное определение № 33-9520/2025 от 17 декабря 2025 г.

Судья Пац Е.В. N 2-1085/2025

Докладчик Катющик И.Ю. N 33-9520/2025

УИД 54RS0004-01-2025-000049-86


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Черных С.В.,

судей: Рыбаковой Т.Г., Катющик И.Ю.,

при секретаре Е.В.,,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске 18 декабря 2025 года апелляционную жалобу представителя ФИО1 ФИО2 на решение Калининского районного суда г. Новосибирска от 09 сентября 2025 года по гражданскому делу по исковому заявлению СПАО «Ингосстрах» к ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в порядке суброгации.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Катющик И.Ю., объяснения представителя ФИО1 ФИО2, возражения представителя СПАО «Ингосстрах» ФИО3, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

СПАО «Ингосстрах» обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в порядке суброгации.

В обоснование требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ имело место дорожно-транспортное происшествие, в результате которого были причинены механические повреждения автомобилю ФИО4, государственный регистрационный знак №, застрахованному на момент аварии в СПАО «Ингосстрах».

СПАО «Ингосстрах» по данному страховому случаю выплатило потерпевшему страховое возмещение в сумме 681 510,65 рублей. Таким образом, к СПАО «Ингосстрах» перешло право требования к лицу, ответственному за причиненный ущерб, в пределах выплаченной суммы.

Дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения Правил дорожного движения Российской Федерации водителем ФИО1, управлявшей автомобилем марки ФИО5, государственный регистрационный знак №. На дату дорожно-транспортного происшествия ответственность причинителя вреда была застрахована в ПАО «ГРУППА РЕНЕССАНС СТРАХОВАНИЕ».

С учетом выплат, произведенных страховщиками по действующим полисам страхования гражданской ответственности, со ФИО1 подлежит взысканию ущерб в размере 281 510,65 рублей (681 510,65 рублей – 400 000 рублей).

СПАО «Ингосстрах» просило суд взыскать с ФИО1 в свою пользу материальный ущерб в порядке суброгации в размере 281 510,65 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 9 445 рублей.

Решением Калининского районного суда г. Новосибирска от 09 сентября 2025 года исковые требования СПАО «Ингосстрах» удовлетворены частично. Со ФИО1 в пользу СПАО «Ингосстрах» в порядке суброгации взыскано 118 000 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины 3 872,45 рублей, всего 121 872,45 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований СПАО «Ингосстрах» отказано.

С данным решением выражает несогласие представитель ФИО1 ФИО2, в апелляционной жалобе просит решение отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, установленные судом обстоятельства не доказаны. В ходе проведенного разбирательства по факту дорожно-транспортного происшествия было установлено, что в действиях ответчика не усматривается нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации, влекущих административную ответственность. Таким образом, отсутствует необходимая совокупность условий для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, так как ФИО1 не является виновной в причинении вреда транспортному средству марки ФИО4. Суд первой инстанции в решении неверно указал, что ответчик осуществил остановку транспортного средства в левой полосе с целью высадки пассажира на проезжей части, а также нарушил требования пункта 12.7 Правил дорожного движения Российской Федерации – допустил открытие дверей транспортного средства, тем самым причинил вред другому транспортному средству. При этом суд не принял во внимание то обстоятельство, которое было установлено в ходе административного разбирательства, а именно то, что ответчик остановился перед перекрестком в левой полосе для выполнения требований пункта 6.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которому запрещается движение на красный сигнал светофора. Ответчик не имел цели производить остановку в левой полосе для высадки пассажира. Также согласно административному материалу именно пассажир допустил открытие дверей, что и привело к столкновению.

ФИО1 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, об отложении судебного заседания не просила, воспользовавшись правом, предоставленным статьей 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доверила ведение дела представителю ФИО2, который доводы апелляционной жалобы поддержал, на вопросы судебной коллегии пояснил, что вина ответчика в дорожно-транспортном происшествии не установлена, обстоятельства дорожно-транспортного происшествия не исследовались, ФИО1 остановилась на запрещающий сигнал светофора, в этот момент пассажир открыл дверь и осуществил выход вне тротуара.

Представитель СПАО «Ингосстрах» ФИО3 в заседании судебной коллегии возражала относительно доводов апелляционной жалобы, в письменных возражениях указала, что согласно административному материалу по факту дорожно-транспортного происшествия оно произошло в результате нарушения Правил дорожного движения Российской Федерации водителем ФИО1, которая допустила остановку транспортного средства в целях высадки пассажира на левой полосе дороги с двумя полосами движения, что создало помеху для движения иных транспортных средств, двигающихся по правой полосе. Доказательств того, что пассажир намеренно совершил данные действия, ответчиком не представлено. Определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении не свидетельствует об отсутствии вины ответчика в дорожно-транспортном происшествии.

Иные лица, участвующие в деле, представитель САО «ВСК», ФИО6 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, что подтверждается судебными извещениями и отчетами об отслеживании почтовых отправлений, в связи с чем в соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения участников процесса, проверив материалы дела и решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля ФИО4, государственный регистрационный знак №, принадлежащего и под управлением ФИО7, и автомобиля ФИО5, государственный регистрационный знак №, принадлежащего на праве общей совместной собственности ФИО1 и ФИО6 и под управлением ФИО1

Согласно административному материалу по факту дорожно-транспортного происшествия водитель ФИО1, управляя автомобилем ФИО5, остановившись на запрещающий сигнал светофора на левой полосе движения, допустила открытие двери пассажиром с целью его выхода из автомобиля, в результате чего произошло столкновение с движущимся по правой полосе движения автомобилем ФИО4, под управлением водителя ФИО7 В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю ФИО4 были причинены механические повреждения.

В возбуждении дел об административных правонарушениях в отношении водителей было отказано.

Проанализировав имеющиеся в материалах дела доказательства, исходя из положений пунктов 1.2, 12.1, 12.2, 12.4, 12.7 постановления Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090 «О Правилах дорожного движения», суд первой инстанции установил, что в нарушение приведенных положений ФИО1 допустила остановку транспортного средства в целях высадки пассажира на левой полосе дороги с двумя полосами движения, что создало помеху для движения иных транспортных средств, двигающихся по правой полосе. Суд также указал, что ответчиком не представлено доказательств, что в причинении ущерба фактически виноват пассажир, что он намеренно совершил открытие двери во время движения транспортного средства вопреки воле водителя ФИО1 На основании изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о наличии вины ФИО1 в вышеуказанном дорожно-транспортного происшествия и, как следствие, в причинении ущерба транспортному средству ФИО4, государственный регистрационный знак №.

На момент дорожно-транспортного происшествия автомобиль ФИО4, государственный регистрационный знак №, был застрахован по договору добровольного имущественного страхования транспортных средств (КАСКО) в СПАО «Ингосстрах» на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Гражданская ответственность водителя автомобиля ФИО5, государственный регистрационный знак №, была застрахована в САО «ВСК».

Страховая компания потерпевшего СПАО «Ингосстрах» организовала и оплатила восстановительный ремонт поврежденного автомобиля ФИО4, стоимость которого составила 681 510,65 рублей.

С учетом несогласия ответчика с размером причиненного ущерба, судом первой инстанции была назначена и проведена по делу судебная автотехническая экспертиза. Заключением экспертов ООО «Центр Автоэкспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки ФИО4, государственный регистрационный знак №, на момент дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ, без учета износа составила: 518 000 рублей, с учетом износа составила 366 200 рублей.

Руководствуясь положениями статей 1064, 1079, 929, 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», пункта 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», принимая во внимание заключение судебной экспертизы, которое сторонами оспорено не было, учитывая лимит ответственности страховой компании, суд первой инстанции пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований СПАО «Ингосстрах» о взыскании ущерба в порядке суброгации и определил ко взысканию со ФИО1 в пользу СПАО «Ингосстрах» сумму ущерба в размере 118 000 рублей.

Судебная коллегия оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не усматривает, поскольку эти выводы соответствуют материалам дела, нормам права, подлежащим применению к спорным отношениям, и доводами апелляционной жалобы не опровергаются.

В соответствии со статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации транспортное средство является источником повышенное опасности и, если при его использовании причинен вред, его владелец обязан возместить такой вред, если не докажет наличия обстоятельств, освобождающих его от ответственности.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности праве хозяйственного ведения, или праве оперативного управления, либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

То есть, владелец источника повышенной опасности несет ответственность за вред, причиненный при использовании такого источника. При этом, под использованием транспортного средства следует понимать не только механическое (физическое) перемещение в пространстве, но и все действия, связанные с этим движением и иной эксплуатацией транспортного средства как источника повышенной опасности, в том числе перевозка пассажиров, их посадка и высадка.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Таким образом, суброгация является одной из форм перехода прав кредитора к другому лицу (перемена лица в обязательстве), на что прямо указано в статье 387 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть страховщик на основании закона занимает место кредитора в обязательстве, существующем между пострадавшим и лицом, ответственным за убытки.

Статьей 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридическое лицо или гражданин, застраховавшие - свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Как разъяснено в пункте 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если размер возмещения, выплаченного страховщиком по договору добровольного имущественного страхования, превышает страховую сумму по договору обязательного страхования, к страховщику в порядке суброгации наряду с требованием к страховой организации, обязанной осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, переходит требование к причинителю вреда в части, превышающей эту сумму (глава 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При таком положении право требования в порядке суброгации вытекает не из договора имущественного страхования, а переходит к страховщику от страхователя, то есть является производным от того, которое потерпевший приобретает вследствие причинения ему вреда в рамках деликтного обязательства, в связи с чем перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между потерпевшим и лицом, ответственным за убытки.

Следовательно, возместившая ущерб потерпевшему страховая компания становится на место потерпевшего в правоотношении между последним и причинителем вреда.

Из выше приведенных правовых норм в их системной взаимосвязи следует, что для наступления гражданско-правовой ответственности в виде взыскания стоимости ущерба необходимо установить причинно-следственную связь между виновными действиями и наступившими последствиями.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить ответчик.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховой случай - наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховое возмещение (абзац одиннадцатый пункта 1 статьи 1 Закона об ОСАГО).

Под использованием транспортного средства следует понимать не только его передвижение в пространстве, но и все действия, связанные с этим движением и иной эксплуатацией транспортного средства как источника повышенной опасности.

Порядок дорожного движения его участниками устанавливается Правилами дорожного движения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090.

Водитель транспортного средства обязан соблюдать установленные Правилами дорожного движения требования, обеспечивающие безопасность дорожного движения.

Согласно пункту 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации в Правилах используются следующие основные понятия и термины:

«дорожное движение» - совокупность общественных отношений, возникающих в процессе перемещения людей и грузов с помощью транспортных средств или без таковых в пределах дорог;

«остановка» - преднамеренное прекращение движения транспортного средства на время до 5 минут, а также на большее, если это необходимо для посадки или высадки пассажиров либо загрузки или разгрузки транспортного средства;

«пассажир» - лицо, кроме водителя, находящееся в транспортном средстве (на нем), а также лицо, которое входит в транспортное средство (садится на него) или выходит из транспортного средства (сходит с него);

«стоянка» - преднамеренное прекращение движения транспортного средства на время более 5 минут по причинам, не связанным с посадкой или высадкой пассажиров либо загрузкой или разгрузкой транспортного средства.

Разделами 12 и 22 Правил дорожного движения Российской Федерации установлены требования к остановке и стоянке транспортного средства и к перевозке пассажиров соответственно.

В частности, при остановке и стоянке запрещается открывать двери транспортного средства, если это создает помехи другим участникам дорожного движения (пункт 12.7), водитель обязан осуществлять посадку и высадку пассажиров только после полной остановки транспортного средства, а начинать движение только с закрытыми дверями и не открывать их до полной остановки (пункт 22.7).

Из приведенных выше положений нормативных актов и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что применительно к Закону об ОСАГО использование транспортного средства как источника повышенной опасности в дорожном движении включает также перевозку пассажиров, в том числе их посадку и высадку (соответствующая позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28 февраля 2023 года N 56-КГ23-1-К9).

Согласно установленным судом обстоятельствам дела высадка пассажира автомобиля ФИО5, государственный регистрационный знак №, на левой полосе в момент остановки на запрещающий сигнал светофора привела к взаимодействию двух транспортных средств, участвующих в дорожном движении, что повлекло повреждение автомобиля ФИО4, государственный регистрационный знак №.

Указанные обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, а именно то, что ФИО1 двигалась по левой полосе движения, что в момент остановки пассажир, находящийся в ее транспортном средстве, открыл дверь с целью выхода, не оспаривались.

Вопреки доводам жалобы, тот факт, что вред имуществу потерпевшего причинен непосредственно вследствие действий пассажира автомобиля ФИО5, государственный регистрационный знак №, не имеет правового значения при разрешении настоящего спора, поскольку в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается именно на лицо, которое владеет источником повышенной опасности на законном основании.

Отсутствие контроля со стороны водителя транспортного средства за высадкой пассажира находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями. Соответственно, причинение вреда вследствие повреждения транспортного средства потерпевшего при установленных по делу обстоятельствах свидетельствует о наступлении страхового случая и возникновении у страховой компании, застраховавшей гражданскую ответственность причинителя вреда, обязанности по выплате страхового возмещения.

Установив данные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии вины ответчика в дорожно-транспортном происшествии, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ, и, как следствие, в причинении ущерба транспортному средству ФИО4, государственный регистрационный знак №.

Доводы о том, что повреждения автомобиля ФИО4, государственный регистрационный знак №, причинены в результате виновных действий пассажира ФИО1, открывшего заднюю правую пассажирскую дверь автомобиля и нарушившего положения п. 5.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, не могут быть приняты во внимание, поскольку противоречат нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, учитывая, что аварийная ситуации произошла при осуществлении эксплуатации автомобиля, водителем которого не было предпринято необходимых мер по безопасной высадке пассажира. В этой связи факт непосредственного причинения вреда пассажиром транспортного средства, а не его водителем, не отменяет право требования компенсации ущерба с виновника в порядке суброгации денежных средств за вычетом лимита страхования автогражданской ответственности, установленного по договору ОСАГО.

При этом, как верно отмечено судом первой инстанции, ответчиком не были названы идентификационные данные пассажира, не представлены доказательства намеренного совершения данным пассажиром открывания двери во время движения транспортного средства вопреки воле водителя и наличия обстоятельств, освобождающих ответчика от ответственности.

Водитель обязан обеспечивать безопасность дорожного движения, безопасность пассажиров, в том числе располагать свое транспортное средство при остановки и высадки пассажиров таким образом, чтобы не создавать помех для движения другим транспортным средствам, чтобы высадка пассажиров была безопасной как для самих пассажиров, так и для других участников дорожного движения.

Страховым случаем является действия лица, управляющего автомобилем, как источником повышенной опасности, действия пассажиров как причинителей ущерба не страхуются по Закону об ОСАГО и нормы этого закона не предусматривают возможность взыскания с них вреда в порядке суброгации.

Исходя из того, что остановка и стоянка являются элементом дорожного движения транспортных средств, учитывая положения п. 12.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которым запрещается открывать двери транспортного средства, если это создаст помехи другим участникам дорожного движения, суд апелляционной инстанции признает, что ФИО1 как водитель автомобиля, взаимодействием с которым поврежден автомобиль потерпевшего, являясь участником дорожного движения, должна была убедиться в безопасности открывания двери пассажиром и отсутствии помех, что не сделала, тем самым нарушила п. 12.7 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Более того, независимо от того, что водитель ФИО1 остановилась для выполнения требований пункта 6.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которому запрещается движение на красный сигнал светофора, и не имела цели производить остановку в левой полосе для высадки пассажира, по смыслу Правил дорожного движения Российской Федерации она осуществила именно остановку, то есть преднамеренное прекращение движения транспортного средства, независимо от наличия или отсутствия намерения лица высадить пассажира. Такое намерение имеет значение лишь в том случае, если остановка длится более пяти минут, в целях разграничения понятий остановка и стоянка транспортного средства.

Отклоняя доводы заявителя жалобы о том, что вина ФИО1 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии не установлена, определением отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием состава административного правонарушения, судебная коллегия исходит из того, что в силу положений статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указанное определение не имеет для суда преюдициального значения, не свидетельствует об отсутствии вины апеллянта в произошедшем дорожно-транспортном происшествии и не освобождает ФИО1 от гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, поскольку наличие вины того или иного водителя транспортного средства в дорожно-транспортном происшествии устанавливается судом при разрешении спора о возмещении ущерба, а не сотрудниками ГИБДД в рамках дела об административном правонарушении, которые устанавливают только нарушение тем или иным водителем транспортного средства Правил дорожного движения Российской Федерации.

Таким образом, отсутствие в действиях ФИО1 состава административного правонарушения не свидетельствует об отсутствии ее вины в совершении дорожно-транспортного происшествия и не является основанием для освобождения от гражданско-правовой ответственности за причиненный вред.

С учетом установления в ходе рассмотрения гражданского дела вины ответчика в дорожно-транспортном происшествии и иных имеющих значение для дела обстоятельств, в том числе определенного судебной экспертизой размера стоимости восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшей, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об обоснованности требований истца и взысканию с ФИО1 в пользу СПАО «Ингосстрах» ущерба в порядке суброгации в сумме 118 000 рублей за вычетом лимита ответственности страховой компании.

Стоимость восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего, установленную заключением судебной экспертизы, стороны не оспаривали.

Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, при разрешении данного спора судом тщательным образом были исследованы доказательства, имеющееся в материалах дела. Выводы суда основаны на имеющихся в деле доказательствах. Оснований сомневаться в объективности оценки и исследования доказательств не имеется.

Доводы апелляционной жалобы повторяют позицию стороны ответчика, изложенную в суде первой инстанции, и, по сути, касаются фактических обстоятельств дела, которые явились предметом всесторонней проверки суда первой инстанции, были оценены при рассмотрении дела, выводы, полученные на основании такой оценки, подробно отражены в обоснование решения суда и подтверждаются исследованными судом доказательствами по делу, с такой оценкой судебная коллегия согласна. Вновь приведенные в апелляционной жалобе они не могут повлечь отмену судебного постановления. Иная оценка обстоятельств дела не свидетельствует об ошибочности выводов суда первой инстанции.

Ссылок на какие-либо новые факты, которые остались без внимания суда, в апелляционной жалобе не содержится.

На основании изложенного, состоявшееся решение суда является законным и обоснованным, вынесенным в соответствии с установленными по делу обстоятельствами. Нормы материального и процессуального права применены судом правильно, поэтому предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований к отмене или изменению решения в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Калининского районного суда г. Новосибирска от 09 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 ФИО2 - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Кассационная жалоба (представление) на апелляционное определение может быть подана в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий /подпись/

Судьи /подписи/

Подлинный документ находится в гражданском деле №2-1085/2025 Калининского районного суда г. Новосибирска (№ 33-9520/2025 Новосибирского областного суда).

«КОПИЯ ВЕРНА»

подпись судьи ___________________ Секретарь _________________ "__" ____________ 2025 г.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26 декабря 2025 года.

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№

№
№