Решение № 2-823/2019 2-823/2019~М-781/2019 М-781/2019 от 14 ноября 2019 г. по делу № 2-823/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 ноября 2019 года п.Безенчук

Безенчукский районный суд Самарской области в составе:

Председательствующего судьи Штырлиной М.Ю.

при секретаре Горбачевой А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-823\2019 по иску ФИО1 ФИО18 к ФИО2 ФИО19 о возмещении вреда, причиненного источником повышенной опасности, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ :

ФИО3 обратилась в суд с иском ФИО4, указывая, что ДД.ММ.ГГГГ её сын ФИО6, находясь у №, принадлежащей ответчику, и расположенной на территории южной промышленной зоны рядом со складом по <адрес> в <адрес>, получил удар электрическим током. От поражения электрическим током наступила смерть ФИО6. По данному факту 10.04.2-18 Безенчукским межрайонным следственным отделом СУ СК РФ по Самарской области возбуждено уголовное дело по ч.2 ст. 216 УК РФ. В связи с гибелью сына истец понесла убытки, связанные с расходами на погребение, в размере 96090 рублей. В связи с утратой сына ей причинен моральный вред, который оценивает в 500 000 рублей. Истец также указала, что находилась на иждивении своего сына, при жизни ФИО6 ежемесячно оказывал ей материальную помощь от 8000 рублей до 10 000 рублей, проживал с ней в квартире, покупал продукты, лекарства, делал ремонт, в связи с чем ФИО7, являясь владельцем источника повышенной опасности, обязан пожизненно оказывать ей материальную помощь в размере 5000 рублей ежемесячно.

В судебном заседании ФИО3, её представитель адвокат Шевелева Л.Г. поддержали исковые требования по вышеизложенным основаниям и просили их удовлетворить, кроме того, просили взыскать с ответчика расходы, связанные с оплатой услуг адвоката за участие в предварительном следствии по уголовному делу в размере 10 000 рублей, и участие представителя в судебных заседаниях по данному иску в размере 10 000 рублей.

Представитель ответчика ФИО4 ФИО8, действующая по доверенности, просила в иске ФИО3 отказать, мотивируя тем, что ФИО4 никогда не был собственником трансформаторной подстанции № в связи с чем не несет ответственности за вред, причиненный в связи со смертью ФИО6. представила письменные возражения на иск (л.д. 115-123).

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей, приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно ч.2 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Согласно ч.2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ Безенчукским межрайонным следственным отделом СУ СК России по Самарской области по факту обнаружения ДД.ММ.ГГГГ трупа ФИО5 на территории южной промышленной зоны рядом с домом № по <адрес> в <адрес> возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 216 УК РФ (л.д.23).

Согласно постановления заместителя руководителя Безенчукского межрайонного следственного отдела СУ СК России по <адрес> о прекращении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4, являясь собственником трансформаторной подстанции шкафного типа КТП-10\04 инв.№ №(заводской №), расположенной на территории промышленной зоны по адресу: <адрес> рядом со складом, предвидя наступление общественно опасных последствий, в соответствии с п..2.2.4 и п.12.1.9 правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных Минэнерго России (приказ№ от ДД.ММ.ГГГГ) и зарегистрированными Минюстом России (рег.№ от ДД.ММ.ГГГГ), согласно которым установленные электроустановки вне электропомещений должны иметь запирающие устройства, препятствующие доступу в них лиц не электротехнического персонала, двери должны быть постоянно закрыты на запорное устройство, установил запирающее устройство в виде болта с гайкой, т.е. предупредил возможное наступление общественно опасных последствий, однако ФИО6, согласно полученным в ходе следствия данным, приготавливаясь к совершению хищения электрического кабеля, вследствие своей неосторожности допустил прикосновение с электропроводящими элементами трансформаторной подстанции, получив поражение техническим электричеством, от чего последовала его смерть (л.д.65-66). Аналогичные выводы органов предварительного расследования содержатся и в постановлениях о прекращении уголовного дела от 11.11.2018, и от 23.07.2019 (л.д. 24-26,43-46).

Обстоятельства, изложенные в постановлениях органа предварительного расследования, подтверждаются полученными в ходе предварительного следствия и приобщенными к материалам дела документами.

В частности, из объяснения ФИО4 от 08.07.2017, протокола его допроса от 02.07.2018, протокола очной ставки между ФИО3, и ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, усматривается, что ФИО4 именно себя указывает собственником вышеуказанной трансформаторной (л.д.72-73,95-97,98-101). Также по ходатайству ФИО4 органами предварительного следствия к материалам уголовного дела были приобщены товарная накладная № от ДД.ММ.ГГГГ на получение ФИО4 от ЗАО «Волга кредит холдинг» трансформатора № приказа ЗАО «Волга кредит холдинг» о продаже за наличный расчет ФИО4 трансформатора КТП-10\04 № в личное пользование (л.д.77), квитанции к приходному кассовому ордеру об оплате данного трансформатора (л.д.136).

Из материалов дела также следует, что ФИО4 для обслуживания трансформаторной подстанции были заключены договор энергоснабжения №э от ДД.ММ.ГГГГ с ОАО энергетики и электрификации «Самараэнерго» (л.д.78-87), аналогичный договор был заключен ДД.ММ.ГГГГ (141-154), договор с ОАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Волги» об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям (л.д.88-90), договор на эксплуатационное обслуживание трансформаторной подстанции № (л.д.91-92), выступая по указанным договорам в качестве заказчика и потребителя.

Истребованные из материалов уголовного дела вышеуказанные документы суд считает надлежащими доказательствами, подтверждающими, что именно ответчик является владельцем источника повышенной опасности - трансформатора №.

Доводы представителя ответчика в судебном заседании о том, что ФИО4 не является законным владельцем трансформатора №, поскольку письменный договор купли-продажи трансформатора он не заключал, и в ЕГРН отсутствуют сведения о регистрации его прав на данный трансформатор, как на объект недвижимого имущества, суд не может принять во внимание с учетом установленных в судебном заседании обстоятельств дела, в т.ч. деятельностью ответчика, связанной с эксплуатацией им данного трансформатора, его действий по соблюдению правил технической эксплуатации электроустановок.

Доводы представителя ответчика о том, что приказ о продаже трансформатора ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.77) был подписан не генеральным директором указанной организации, указанным в выписке из ЕГРЮЛ о юридическом лице ЗАО «Волга-кредит холдинг», в связи с чем приказ не является доказательством совершения сделки, суд не принимает во внимание, т.к. данный документ именно ответчик представил для приобщения к материалам уголовного дела, как и копию квитанции к приходному кассовому ордеру о внесении им денежных средств в размере 80 000 рублей за данный трансформатор, кроме того лицо, подписавшее приказ (ФИО9)., также указано и в товарной накладной на передачу трансформатора № ФИО4.

Свидетели ФИО10, ФИО11, ФИО12, допрошенные в судебном заседании по ходатайству стороны ответчика, каких-либо сведений, опровергающих принадлежность трансформатора ответчику ФИО13, не сообщили.

Из заключения судебно-медицинского эксперта № Б от ДД.ММ.ГГГГ следует, что при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО6 обнаружены электрические ожоги на правом предплечье по передне-внутренней поверхности в средней и нижней третях, на 1-м пальце правой кисти (электрометка), ссадина на нижнем веке правого глаза. Электрические ожоги образовались в результате контакта с токонесущим проводником. Смерть ФИО6 наступила от поражения техническим электричеством, что подтверждается наличием типичной электрометки на коже первого пальца правой кисти (л.д.129).

То обстоятельство, что на момент рассмотрения настоящего иска постановление о прекращении уголовного дела, возбужденного по факту смерти ФИО6, отменено и окончательное решение по уголовному делу органами предварительного следствия не принято, не является препятствием для разрешения исковых требований ФИО3, поскольку обстоятельства смерти ФИО6, обнаруженного непосредственно около трансформатора № и погибшего от поражения техническим электричеством, установлены и сторонами не оспариваются.

В соответствии ч. 1 ст. 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона N 8-ФЗ от 12.01.1996 "О погребении и похоронном деле" погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям, которое может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Названным Законом установлен гарантированный перечень услуг по погребению, которые могут быть получены лицом, осуществляющим похороны, на безвозмездной основе. При этом, затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, размер возмещения которых не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного ст. 9 Федерального закона N 8-ФЗ от 12.01.1996 "О погребении и похоронном деле".

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу, что в соответствии с указанными требованиями закона ФИО3 имеет право на возмещение материального ущерба, связанного с организацией похорон её погибшего сына ФИО6, в связи с чем суд взыскивает с ФИО4 в ее пользу расходы на погребение в размере 47 000 рублей (35000 рублей – за приобретение принадлежностей для погребения, услуги бригады захоронения, катафалка и 12000 рублей – поминальный обед в день похорон), документально подтвержденные истцом (л.д.10-14).

В остальной части исковые требования о взыскании расходов за поминальные обеды на 9-й и 40-й день после смерти ФИО6 удовлетворению не подлежат, поскольку не основаны на законе.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Принимая во внимание, что ФИО14 является владельцем источника повышенной опасности, он независимо от вины должен нести ответственность за вред, причиненный истцу, в связи со смертью её сына ФИО6.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает обстоятельства, при которых наступила смерть ФИО6, в частности его грубую неосторожность, в связи с чем полагает возможным взыскать в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 80 000 рублей.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации (Определения от 19.05.2009 N 816-0-0, от 25.01.2012 N 128-О-О), закрепленное в абзаце втором пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, (статья 20, часть 1 Конституции Российской Федерации), права на охрану здоровья (статья 41, часть 1 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Таким образом, указал Конституционный Суд Российской Федерации, положения абзаца второго пункта 2 статьи 1083 и абзаца второго статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации - в рамках проводимой в Российской Федерации как правовом и социальном государстве (статья 1, часть 1; статья 7, часть 1, Конституции Российской Федерации) правовой политики, - воплощают основанный на вытекающем из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принцип пропорциональности баланса субъективных прав причинителя вреда, осуществляющего деятельность, связанную с повышенной опасностью для окружающих, с одной стороны, и потерпевшего, проявившего грубую неосторожность, - с другой.

Исковые требования ФИО3 о взыскании с ФИО15 ежемесячных сумм по случаю потери кормильца удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Согласно части 1 ст. 1088 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.

При этом, согласно части 1 ст. 87 Семейного кодекса Российской Федерации трудоспособные совершеннолетние дети обязаны содержать своих нетрудоспособных нуждающихся в помощи родителей и заботиться о них.

В соответствии с п. 3 ч.2 ст.10 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ (ред. от 06.03.2019) "О страховых пенсиях" нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца являются родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону) либо являются инвалидами;

Согласно ч.3 ст. 10 вышеуказанного федерального закона члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Следовательно, законодатель под иждивением понимает нахождение лица на полном содержании кормильца или получение от него такой помощи, которая является для него постоянным и основным источником средств существования.

Юридическое значение для решения вопроса об иждивении лица имеют такие обстоятельства как постоянный характер оказываемой помощи и помощь была основным источником существования члена семьи умершего. Постоянный характер помощи означает, что она не была случайной, единовременной, а оказывалась систематически, в течение некоторого периода и что умерший взял на себя заботу о содержании данного члена семьи.

При этом не может быть признано иждивенцем лицо, которое получало от кормильца помощь эпизодически, нерегулярно и в размерах, недостаточных для того, чтобы служить постоянным и основным источником средств существования.

Из пояснений истицы ФИО16 в судебном заседании следует, что они жили вместе с сыном, она получала пенсию по старости, сын имел постоянный доход от 8000 рублей до 10 000 рублей, однако не был официально трудоустроен. Данные объяснения истицы подвергаются судом сомнению, поскольку не подтверждены надлежащими доказательствами.

Нуждаемость члена семьи кормильца в получении от него помощи не является достаточным доказательством нахождения его на иждивении умершего, поскольку значение имеет именно сам факт оказания кормильцем при жизни постоянной помощи иждивенцу, наличие у кормильца с учетом его состояния здоровья и собственных нужд возможности оказывать при жизни помощь, которая являлась постоянной и выступала в качестве основного источника средств существования другого лица.

В соответствии со ст. 55 ГПК Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 30 сентября 2010 года N 1260-О-О, факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего может быть установлен как во внесудебном, так и судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой погибшим, и собственными доходами иждивенца, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств к существованию.

Исходя из изложенного суд приходит к выводу, что истец не могла находиться на иждивении у погибшего и не имеет права на получение страховых выплат в связи со смертью сына ФИО6, поскольку она имела самостоятельный доход в размере пенсии по старости, который был источником средств к существованию, при этом судом установлено, что ФИО6 длительное время не имел стабильного дохода, постоянного места работы и с учетом его собственных нужд не мог оказывать при жизни помощь, которая бы являлась постоянной и выступала в качестве основного источника средств существования другого лица, в частности, его матери ФИО3.

Суд считает, что истцом не доказано, что она получала от сына такую систематическую помощь, которая была для нее постоянным и основным источником средств к существованию, при этом сам по себе факт совместного проживания с сыном не является достаточным подтверждением нахождения истицы на иждивении погибшего. Достоверных доказательств систематического получения ФИО3 от сына помощи, превышающей ее собственные доходы, в ходе судебного разбирательства не представлено.

Сведения о конкретном размере получаемой от ФИО6 ежемесячной (систематической) помощи, позволяющих оценить соотношение между размером доходов самой истицы по сравнению с оказываемой сыном помощью, а также самой возможности оказания такой помощи, с учетом собственных потребностей суду не представлено.

Согласно ч.1 ст. 98 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего кодекса. В случае, если иск удовлетворён частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ст. 88 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч.1 ст. 100 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п.13).

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016г. № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон ( ст.ст.2,35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе, расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Из представленных суду доказательств следует, что за подготовку искового заявления, участие представителя в судебных заседаниях по гражданскому делу ФИО3 понесла расходы в размере 10 000 рублей, что подтверждается квитанцией № (л.д.38).

Принимая во внимание категорию и сложность спора, фактически затраченное представителем истца время на подготовку искового заявления, участие в трех судебных заседаниях, объём правовой помощи, оказанной представителем, суд приходит к выводу о снижении суммы расходов на оплату услуг представителя с 10 000 до 7 000 рублей которые суд считает разумными и обоснованными, отвечающими требованиям соразмерности и справедливости. Требования о взыскании с ФИО4 в пользу ФИО3 расходов на оплату услуг адвоката, участвующего в уголовном деле, возбужденному по факту смерти ФИО6, удовлетворению не подлежат, поскольку вина ответчика в совершении какого-либо преступления до настоящего времени не установлена.

Частью 1 ст. 103 ГПК Российской Федерации установлено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 333.19 НК РФ при подаче искового заявления неимущественного характера, физическими лицами подлежит оплате государственная пошлина в размере 300 рублей, при цене иска от 20 001 рубля до 100 000 рублей - 800 рублей плюс 3 процента суммы, превышающей 20 000 рублей.

Учитывая, что требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в части, а также частичного удовлетворения иска о возмещении расходов на погребение, при этом истица при подаче иска была освобождена от уплаты государственной пошлины, суд взыскивает с ФИО4 в доход государства государственную пошлину в размере 1910 рублей ( 300 руб.+1610 руб.=1910 руб.).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО20 к ФИО2 ФИО21 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 ФИО22 в пользу ФИО1 ФИО23 расходы, связанные с погребением, в размере 47 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 80 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 7000 рублей, а всего 134 000 рублей.

Взыскать с ФИО2 ФИО24 в доход государства государственную пошлину в размере 1910 рублей.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Безенчукскийц районный суд в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено 28 ноября 2019 года.

Судья М.Ю.Штырлина