Апелляционное определение № 33-13417/2025 33-1403/2026 от 26 января 2026 г.

Дело № 33-1403/2026 (33-13417/2025)

Судья Белов А.М. [номер] (1 инстанция)

УИД [номер]


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Город Нижний Новгород 27 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе председательствующего судьи Серова Д.В., судей Столбова Е.М., Фролова А.Л.,

при секретаре судебного заседания Самсоновой А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Большеболдинского межрайонного суда Нижегородской области от 03 октября 2025 г.

гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Нижегородской области о включении периодов работы в специальный страховой стаж.

Заслушав доклад судьи Серова Д.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОСФР по Нижегородской области, указав в обоснование заявленных требований, что решением ОСФР по Нижегородской области [номер] от [дата] истцу отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с отсутствием требуемого стажа, не включены в специальный стаж периоды: с 23.04.1990 г. по 04.08.1992 г. в должности электрогазосварщика 4 разряда (Новослободской спиртзавод); с 05.08.1992 г. по 19.09.1992 г. в должности электрогазосварщика (Совхоз Больше-Болдинский); с 20.09.1992 г. по 22.01.1996 г. в должности электрогазосварщика (АО Новослободское); с 21.05.1998 г. по 27.10.2000 г. в должности сварщика (ООО «Кочубей»); с 30.10.2000 г. по 29.12.2000 г. в должности газоэлектросварщика (ООО «Н- Слободской спиртзавод»); с 05.01.2001 г. по 05.03.2001 г. в должности газоэлектросварщика (ООО «Н- Слободской спиртзавод»); с 12.03.2001 г. по 12.04.2001 г. в должности газоэлектросварщика (ООО «Н- Слободской спиртзавод»); с 19.04.2001 г. по 19.06.2001 г. в должности газоэлектросварщика (ООО «Н- Слободской спиртзавод»); с 26.06.2001 г. по 15.08.2001 г. в должности газоэлектросварщика (ООО «Н- Слободской спиртзавод»); с 16.08.2001 г. по 17.09.2001 г. в должности сварщика (ОАО «Н-Слободской с/зд»); с 24.09.2001 г. по 24.10.2001 г. в должности сварщика (ОАО «Н-Слободской с/зд»); с 31.10.2001 г. по 30.11.2001 г. в должности сварщика (ОАО «Н-Слободской с/зд»); с 07.12.2001 г. по 28.12.2001 г. в должности сварщика (ОАО «Н-Слободской с/зд»); с 08.01.2002 г. по 08.02.2002 г. в должности сварщика (ОАО «Н-Слободской с/зд»); с 15.02.2002 г. по 15.03.2002 г. в должности сварщика (ОАО «Н-Слободской с/зд»); с 22.03.2002 г. по 22.04.2002 г. в должности сварщика (ОАО «Н-Слободской с/зд»); с 29.04.2002 г. по 29.05.2002 г. в должности сварщика (ОАО «Н-Слободской с/зд»); с 05.06.2002 г. по 05.08.2002 г. в должности сварщика (ОАО «Н-Слободской с/зд»); с 12.08.2002 г. по 12.11.2002 г. в должности сварщика (ОАО «Н-Слободской с/зд»); с 19.11.2002 г. по 19.12.2002 г. в должности сварщика (ОАО «Н-Слободской с/зд»); с 19.10.2004 г. по 17.08.2010 г. в должности сварщика (фирма «Спартак С»); с 15.09.2010 г. по 03.12.2011 г. в должности сварщика (ООО «Спартак С»). Не согласившись с принятым решением, ФИО1 обратился в суд с иском о возложении на ОСФР по Нижегородской области обязанности включить в специальный стаж спорные периоды работы.

Представитель ответчика ОСФР по Нижегородской области в письменном отзыве иск не признал, доводы, изложенные в решении об отказе в назначении пенсии, поддержал.

Решением Большеболдинского межрайонного суда Нижегородской области от 03.10.2025 г. иск ФИО1 удовлетворен частично.

Суд возложил на ОСФР по Нижегородской области обязанность включить в специальный стаж ФИО1 период работы, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с работой с тяжелыми условиями труда: с 23.04.1990 г. по 31.12.1991 г. в должности электрогазосварщика 4 разряда Новослободского спиртзавода.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 выражает несогласие с решением суда, которым его иск удовлетворен лишь частично. В обоснование жалобы ФИО1 указывает, что в течение всех спорных периодов работы после 01.01.1992 г. он выполнял обязанности сварщика исключительно на ручной трансформаторной сварке, поскольку в сельскохозяйственных и строительных организациях, где он был занят, применение иных видов сварки, кроме ручной, было невозможно в силу специфики их деятельности. Дополнительно заявитель указывает на тождественность профессий "сварщик", "газоэлектросварщик" и "электрогазосварщик", ссылаясь на письмо Госкомтруда СССР и Информационное письмо Минтруда России и ПФР. Он полагает, что суд не учел данное обстоятельство при оценке его трудовой деятельности. Истец также указывает, что отсутствие в архивных документах сведений о сварочном оборудовании и утрата табелей рабочего времени произошли по независящим от него причинам и являются следствием неисполнения работодателями своих обязанностей. Это, по его мнению, не может служить основанием для отказа в удовлетворении иска. Также он указывает на возможность подтверждения характера его работы свидетельскими показаниями коллег, которые не были привлечены к делу.

Заявитель оспаривает и вывод суда об отсутствии в индивидуальном лицевом счете кодов льготных условий труда, указывая, что обязанность по представлению таких сведений лежит на работодателе, а их отсутствие свидетельствует лишь о неисполнении им законодательства, но не опровергает фактического характера работы.

ФИО1 просит принять по делу новое решение, которым удовлетворить его исковые требования в полном объеме.

В возражениях на апелляционную жалобу ОСФР по Нижегородской области просит оставить обжалуемое решение суда без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения. Ответчик указывает, что, как верно указал суд первой инстанции, для включения периодов работы после 01.01.1992 г. в специальный стаж необходимо документальное подтверждение не только факта работы по профессии, но и конкретного характера труда, соответствующего критериям Списка № 2 от 1991 г., а именно, необходимо подтвердить, что работа выполнялась на резке и ручной сварке, на полуавтоматических или автоматических машинах с применением флюсов, содержащих вредные вещества не ниже 3 класса опасности, а также постоянную занятость на таких работах в течение полного рабочего дня. Ответчик ссылается на представленные архивные справки, из которых невозможно установить тип используемого сварочного оборудования и полную занятость истца работами, предусмотренными Списком. В частности, отмечается, что в расчетных ведомостях за различные периоды ФИО1 значится под разными наименованиями (например, "электрик", "слесарь труд.произв.", "сварщик"), что не позволяет однозначно идентифицировать характер его деятельности. Также подчеркивается, что работодателями не были представлены уточняющие документы, такие как наряды, должностные инструкции или сведения о применяемом оборудовании и материалах.

Кроме того, ответчик указывает на отсутствие в индивидуальном лицевом счете застрахованного лица сведений о льготном характере работы за спорные периоды, что является самостоятельным основанием для отказа. Он утверждает, что действующий порядок возлагает на работодателя обязанность по подтверждению особых условий труда, и отсутствие таких подтверждающих документов не может быть восполнено иными доводами.

Лица, участвующие в деле, либо их представители, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суд не уведомили, в связи с чем, судебная коллегия в соответствии со ст. 167, 327 ГПК РФ сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном гл. 39 ГПК РФ, с учетом ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, в рамках требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, возражений на апелляционную жалобу судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене или изменению обжалуемого решения.

Суд, разрешая спор, руководствовался нормами пенсионного законодательства, регулирующими условия досрочного назначения страховой пенсии по старости в связи с работой в тяжелых условиях труда, в частности, положениями п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», определяющего условия для досрочного назначения пенсии мужчинам, достигшим возраста 55 лет, при наличии не менее 12 лет 6 месяцев работы в тяжелых условиях труда и страхового стажа не менее 25 лет.

Для определения профессий и видов работ, дающих право на льготную пенсию, суд применил подп. "б" п. 1 Постановления Правительства РФ от 16.07.2014 г. № 665, который отсылает к Списку № 2 производств, работ, профессий, должностей и показателей с вредными и тяжелыми условиями труда, утвержденному постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 г. № 10, а также к Списку № 2, утвержденному постановлением Совета Министров СССР от 22.08.1956 г. № 1173. При этом суд учел, что для периодов работы до 01.01.1992 г. применяется Список № 2 от 1956 г., а после этой даты — Список № 2 от 1991 г.

Также суд принял во внимание Правила исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 11.07.2002 г. № 516, в части требования о постоянной работе в течение полного рабочего дня и уплате страховых взносов. Дополнительно суд сослался на разъяснение Минтруда России от 22.05.1996 г. № 5, которое определяет полный рабочий день как выполнение работы в условиях, предусмотренных списками, не менее 80 процентов рабочего времени.

Так, судом установлено, что для периодов работы до 01.01.1992 г. действовавшее законодательство не требовало подтверждения характера работы сварщика (например, типа сварки или используемого оборудования) и постоянной занятости в течение полного рабочего дня, достаточно было факта работы по профессии, указанной в Списке № 2 от 1956 г.

На этом основании суд включил в специальный стаж период работы истца с 23.04.1990 г. по 31.12.1991 г. в должности электрогазосварщика 4 разряда, так как эта профессия предусмотрена разделом XXXII Списка № 2 от 1956 г., а факт работы истца подтвержден трудовой книжкой и архивной справкой.

Для периодов работы после 01.01.1992 г. суд признал, что право на льготную пенсию возникает только при выполнении работ, конкретно указанных в Списке № 2 от 1991 г., а именно: электрогазосварщики, занятые на резке и ручной сварке, на полуавтоматических машинах, а также на автоматических машинах с применением флюсов, содержащих вредные вещества не ниже 3 класса опасности. Поскольку представленные доказательства (трудовая книжка, архивные справки, ответы на судебные запросы) не содержали сведений о характере труда, видах сварки, используемом оборудовании или условиях работы, суд пришел к выводу, что истцом не доказано соответствие выполняемой работы указанным критериям.

Кроме того, суд учел, что в индивидуальном лицевом счете застрахованного лица спорные периоды отражены без кода льготных условий труда.

Таким образом, суд установил, что отсутствуют правовые основания для включения в специальный стаж периодов работы после 01.01.1992 г., так как представленные доказательства не подтверждают, что труд истца в должности газоэлектросварщика или сварщика отвечал требованиям, предусмотренным действующим пенсионным законодательством для досрочного назначения пенсии.

Судебная коллегия считает выводы суда обоснованными, соответствующими установленным по делу обстоятельствам, сделанными при правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения сторон, судом верно определены юридически значимые обстоятельства, представленные доказательства являлись предметом исследования и оценки.

В судебном постановлении исчерпывающе приведены нормы материального права, подлежащие применению к спорным правоотношениям, и результаты оценки доказательств по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Довод апелляционной жалобы, что в спорные периоды истец выполнял работу исключительно на ручной трансформаторной сварке в сельскохозяйственных и строительных организациях, не может быть принят судом апелляционной инстанции в качестве основания для отмены решения. Суд первой инстанции, оценив представленные доказательства в их совокупности, правомерно установил, что из материалов дела невозможно однозначно определить характер, условия и вид выполняемых истцом сварочных работ после 01.01.1992 г. Утверждения заявителя о применении исключительно ручной сварки носят общий характер и не подкреплены надлежащими и допустимыми доказательствами, которые бы однозначно подтверждали данный факт применительно к каждому конкретному периоду работы у различных работодателей.

Ссылка на письма Пенсионного фонда Российской Федерации, согласно которым в организациях определенных отраслей периоды работы электросварщиком могут засчитываться без дополнительных документов, не является безусловным основанием для автоматического включения любого периода работы в льготный стаж. Данные разъяснения носят рекомендательный характер и не отменяют установленного законодательством общего порядка подтверждения периодов работы, дающей право на досрочное пенсионное обеспечение. В частности, они не освобождают заявителя от обязанности представить доказательства, подтверждающие, что его конкретная трудовая функция и условия труда в спорные периоды соответствовали критериям, предусмотренным Списком № 2 производств, работ, профессий, должностей и показателей с вредными и тяжелыми условиями труда, утвержденным постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 г. № 10.

В рассматриваемом деле такие доказательства, как документы, характеризующие технологический процесс, применяемое оборудование (в частности, тип сварочных аппаратов), используемые материалы (флюсы) или содержание вредных веществ, суду представлены не были.

Признание тождественности профессий "сварщик", "газоэлектросварщик" и "электрогазосварщик", на которое ссылается заявитель, само по себе не опровергает выводов суда первой инстанции. Суд, разрешая спор, исходил не из различного толкования наименований должностей, а из отсутствия доказательств, подтверждающих, что трудовая функция истца в рамках любой из этих профессий соответствовала конкретным критериям, установленным законодателем для досрочного пенсионного обеспечения. Как правильно указано в возражениях ответчика и установлено судом, право на льготу возникает не от наименования профессии как такового, а от выполнения работы определенного характера и в специфических условиях, поименованных в соответствующих позициях Списка № 2.

Таким образом, даже принимая во внимание приведенные разъяснения, суд первой инстанции правомерно констатировал, что представленные документы (трудовая книжка, архивные справки) подтверждают лишь факт работы истца по профессии, связанной со сваркой, но не содержат сведений о видах выполняемых сварочных работ, применяемом оборудовании, составе используемых материалов и, как следствие, не позволяют сделать вывод о выполнении им именно тех работ, которые прямо перечислены в Списке как дающие право на льготу. Следовательно, указанный довод жалобы, не затрагивающий существа установленных судом обстоятельств, не свидетельствует о допущенной судом ошибке в применении норм материального права.

Довод о том, что отсутствие необходимых сведений в документах персонифицированного учета и архивных материалах вызвано неисполнением обязанностей работодателями, сам по себе не может служить основанием для удовлетворения требований о включении периодов в специальный стаж. Действующее пенсионное законодательство, в частности ст. 11, 12 и 14 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», устанавливает императивные требования к порядку подтверждения стажа на соответствующих видах работ. В силу данных норм именно на застрахованном лице, претендующем на досрочное пенсионное обеспечение, лежит бремя представления доказательств, подтверждающих не только факт работы, но и её особый характер, дающий право на льготу.

Суд первой инстанции, руководствуясь данными правовыми нормами, правильно указал, что непредставление работодателями сведений о льготном характере работы в систему индивидуального учета, равно как и отсутствие в архивах документов, детализирующих условия труда, не восполняет пробел в доказательственной базе истца. Закон не предусматривает возможности установления особых условий труда и включения периодов в специальный стаж на основе презумпции или предположения о том, какие работы могли выполняться, если это не подтверждено надлежащими документами. Таким образом, ссылка на действия третьих лиц, даже если они привели к утрате информации, не отменяет необходимости выполнения истцом требований законодательства о доказывании и не является безусловным основанием для удовлетворения его требований в судебном порядке.

Также, суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, исходил не только из отсутствия конкретных документов (о флюсах, оборудовании), но и из того, что представленные расчётные ведомости содержат разноречивые сведения о наименовании должности (электрик, слесарь), что не позволяет установить постоянную и полную занятость именно сварочными работами, дающими право на льготу, даже по общим критериям.

Ссылка на возможность подтверждения характера работы свидетельскими показаниями коллег, не привлеченных к делу, также не может быть принята во внимание. В соответствии с принципом состязательности, закрепленным в ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений. Представление доказательств, в том числе ходатайств о вызове свидетелей, относится к процессуальным правам и обязанностям участвующих в деле лиц.

Как усматривается из материалов дела, в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции истец не заявлял ходатайств о вызове и допросе свидетелей. Суд, рассматривая дело по существу в отсутствие сторон, исследовал все представленные доказательства, в том числе письменные, и дал им надлежащую оценку. В такой ситуации утверждение о наличии неисследованных доказательств, которые могли бы быть представлены, не свидетельствует о нарушении судом норм процессуального права, поскольку суд не обязан по собственной инициативе восполнять пробелы в доказательственной базе стороны.

Более того, даже если бы свидетельские показания были представлены, они, в силу своей природы, могли бы подтвердить лишь общие обстоятельства совместной трудовой деятельности. Для установления таких юридически значимых фактов, как работа на автоматических или полуавтоматических машинах с применением флюсов определенного класса опасности, закон требует документального подтверждения. Свидетельские показания не могут служить доказательством льготного характера работы в силу прямого указания закона.

Таким образом, вывод суда первой инстанции об отсутствии документального подтверждения характера работы, дающей право на льготный стаж, является правильным и основанным на всесторонней оценке исследованных по делу доказательств. Доводы апелляционной жалобы, основанные на предположениях и общих утверждениях, не опровергают указанных выводов суда и не свидетельствуют о их необоснованности или незаконности.

В остальном доводы апелляционной жалобы сводятся к общему несогласию с выводами суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены или не были учтены судом первой инстанции при разрешении спора и опровергали бы выводы суда, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для изменения или отмены решения суда.

Относимых и допустимых доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, заявителем апелляционной жалобы не представлено и в материалах гражданского дела не имеется.

Суд первой инстанции при разрешении спора правильно определил и установил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал всестороннюю, полную и объективную оценку доказательствам по делу в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, применил нормы материального права, подлежащие применению к спорным правоотношениям, нарушений норм процессуального права судом первой инстанции не допущено.

Изложенные в решении выводы суда мотивированы, соответствуют обстоятельствам, установленным по делу, подтверждены и обоснованы доказательствами, имеющимися в деле, основания к отмене решения суда, предусмотренные ст. 330 ГПК РФ, отсутствуют.

Руководствуясь ст. 328 - 329 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Большеболдинского межрайонного суда Нижегородской области от 03 октября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий судья

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено

в окончательной форме 27 января 2026 г.