Решение № 2-905/2019 2-905/2019~М-735/2019 М-735/2019 от 23 сентября 2019 г. по делу № 2-905/2019

УИД № 61RS0017-01-2019-001598-08

дело № 2-905/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Зверево Ростовской области 24 сентября 2019 г.

Красносулинский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Полтавцева И.А.,

при секретаре Коденцевой И.В.,

с участием прокурора Черноморова А.В.,

истца ФИО1,

представителя истца – ФИО2,

представителя ответчика – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению – Ростовскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации (филиал № 26) об установлении факта нахождения на иждивении и назначении страховых выплат,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению – Ростовскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации (филиал № 26) об установлении факта нахождения на иждивении и назначении страховых выплат, указав в обоснование иска, что ее супруг – ФИО4 ФИО10, умерший ДД.ММ.ГГГГ, вследствие профессионального заболевания, полученного в период работы на предприятиях угольной промышленности, являлся получателем ежемесячных страховых выплат в возмещение вреда здоровью, размер которых, на момент его смерти составлял 29122,15 рублей, размер пенсии 18779,10 рублей, компенсация за оплату жилищно-коммунальных услуг – 913,42 рублей. Истец на момент смерти супруга являлась пенсионером по старости, размер ее пенсии составлял 10906,33 рублей. Просит суд установить факт нахождения на иждивении супруга на момент его смерти и назначить ежемесячные страховые выплаты в размере 14561 рубль с 01.05.2018 с последующей индексацией в соответствии с действующим законодательством.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме и просила суд их удовлетворить.

Представитель истца - ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержала в полном объеме и просила суд удовлетворить исковые требования, пояснив, что значительную часть страховых выплат, получаемых ФИО5, он тратил на приобретение лекарственных средств для своей супруги. Сам же ФИО5 медицинское обслуживание получал преимущественно бесплатно.

Представитель ответчика – ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований ввиду того, что истцом не доказан факт нахождения на иждивении у мужа. У истца имеется совершеннолетняя дочь, которая, в силу положений Семейного кодекса Российской Федерации, обязана оказывать материальную помощь своим нетрудоспособным родителям.

Заслушав участников судебного разбирательства, показания свидетелей, заключение прокурора, полагавшего законными исковые требования ФИО1, исследовав имеющиеся в деле доказательства, и оценив их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, учитывая относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности; суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Правовое регулирование отношений по социальному обеспечению в случае болезни, вызванной воздействием неблагоприятных факторов при исполнении трудовых обязанностей, осуществляются по нормам Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", которыми предусматривается, что обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, устанавливается для социальной защиты застрахованных путем предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию в возмещение вреда причиненного их жизни и здоровью при исполнении обязанностей по трудовому договору. В силу ст. 3 указанного Закона обязательства страховщика осуществлять социальное обеспечение по данному виду страхования возникает при наступлении страхового случая, который определяется как подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного, вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания.

Согласно ст. 7 указанного Закона субъектами права на обеспечение по данному виду обязательного социального страхования признаются как сами застрахованные, так и - в случае смерти - иные указанные в Федеральном законе "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" лица, в число которых включаются и нетрудоспособные иждивенцы, состоящие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания. При этом данное право нетрудоспособных иждивенцев является производным от их статуса иждивенца, а не от права застрахованного лица на обеспечение по обязательному социальному страхованию, которое он реализовал при жизни. Предоставление этим лицам права на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного лица обусловлено необходимостью поддержания стабильности их имущественного положения как лиц, получавших существенную материальную поддержку от умершего и объективно, в силу нетрудоспособности, не могущих компенсировать ее потерю за счет собственных ресурсов. Это в полной мере соответствует вытекающим из Конституции Российской Федерации принципам справедливости, равенства, стабильности юридического статуса субъектов социально - страховых отношений, на основе которых должно реализоваться право на социальное обеспечение и осуществляться социальное обеспечение в целом.

На основании вышеизложенного, юридически значимым по делу является выяснение обстоятельств, связанных с оказанием застрахованным помощи лицу, претендующему на получение страховых выплат в случае его смерти, установление конкретного соотношения между объемом такой помощи и собственными доходами заинтересованного лица, как и признание (или непризнание) данной помощи постоянным и основным источником средств существования для него.

В ходе судебного разбирательства судом установлено и материалами дела подтверждается, что супруг истца ФИО5 ФИО11, <данные изъяты>, получил профессиональное заболевание в связи с работой на предприятиях угольной промышленности, в связи с чем, являлся получателем ежемесячных страховых выплат, размер которых на момент его смерти составил 29122,15 рублей, размер его пенсии 18779,10 рублей.

На день смерти супруга, ФИО1, <данные изъяты>, являлась получателем пенсии по старости, размер ее пенсии составлял 10906,33 рублей.

Таким образом, доходы умершего супруга в семейном бюджете составляли более 81%.

На момент смерти супруга у истца имелись и имеются в настоящее время ряд хронических заболеваний, в связи с чем, она нуждалась в приобретении лекарственных препаратов за счет собственных средств и средств супруга, на приобретение лекарств истица ежемесячно тратит 4843,58 рублей. Кроме того, при жизни ФИО5 УСЗН администрации г. Зверево ему компенсировались фактически произведенные расходы по оплате за жилищно-коммунальные услуги в общей сумме 913,42 рублей, которые после смерти супруга вынуждена оплачивать истец.

Супруги проживали совместно, вели общее хозяйство, получаемые ФИО5 ежемесячные страховые выплаты и пенсия, были основным источником средств существования их семьи.

Данные обстоятельства подтверждены, в том числе показаниями свидетелей ФИО12 и ФИО13., пояснившими в судебном заседании, что при жизни ФИО5 он тратил практически все получаемые страховые выплаты на приобретение лекарств для своей супруги. Оказываемая истице супругом материальная помощь являлась для нее постоянной на протяжении длительного времени, основным источником средств существования и ее размер свидетельствовал о том, что застрахованный при жизни взял на себя заботу о содержании истицы.

После смерти мужа истец в силу своей нетрудоспособности не может поддерживать стабильным свое имущественное положение, т.к. по состоянию здоровья работать не может, а пенсии для поддержания нормальных жизненных условий не хватает. При жизни супруг на протяжении всей совместной жизни оказывал ей постоянную материальную помощь.

Каких-либо данных, объективно свидетельствующих о том, что доходы истца исключали возможность нахождения на иждивении супруга, материалы дела не содержат.

В силу изложенного, суд приходит к выводу о нахождении истца на иждивении супруга на день его смерти – ДД.ММ.ГГГГ

Согласно заключению <данные изъяты> медико-социальной экспертизы Бюро №19 - филиала ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Ростовской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации смерть супруга истца находится в причинной связи с профессиональным заболеванием, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии у ФИО1 в соответствии с положениями ст. 7 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" права на страховое обеспечение в связи со смертью застрахованного.

Определяя размер ежемесячной страховой выплаты истцу, суд исходит из требований п. 8 ст. 12 названного Закона и размера среднего месячного заработка, получаемого застрахованным при жизни и считает необходимым возложить на Государственное учреждение – Ростовское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации (филиал № 26) обязанность по назначению ФИО1 с 01.05.2018 ежемесячных страховых выплат в связи со смертью кормильца в размере 14561 рубль (29122,15 рублей разделить на 2), с последующей индексацией в соответствии с действующим законодательством.

Доводы представителя ответчика о недоказанности истцом факта нахождения на иждивении супруга на момент его смерти подлежат отклонению, не опровергают исследованную судом совокупность доказательств.

Сам по себе факт того, что ФИО1 являлась получателем пенсии по старости не свидетельствует о том, что она располагала собственными средствами, полностью покрывающими ее личные нужды, связанные, в том числе, с приобретением продуктов питания, непродовольственных товаров, различных лекарственных средств, оплатой жилищно-коммунальных услуг.

Доводы ответчика о наличии у истца трудоспособного совершеннолетнего ребенка, который в силу п. 1 ст. 87 Семейного кодекса Российской Федерации обязан содержать родителей как совершеннолетние дети, что носит безусловный характер и не связывается с наличием либо отсутствием у гражданина постоянного и достаточного дохода, суд отклоняет, поскольку сам по себе факт наличия у истца совершеннолетних детей не лишает ее права на получение страхового обеспечения по случаю потери кормильца.

Совокупностью представленных доказательств подтверждено, что собственные доходы истца не позволяли ей в полной мере обеспечить себя лекарствами, продуктами питания, иными товарами, которые приобретались ею за счет помощи супруга, и оказываемая им материальная помощь являлась для нее постоянной на протяжении длительного времени, до дня смерти застрахованного.

Анализ исследованных в судебном заседании доказательств позволяет суду сделать вывод о том, что истцовой стороной представлены доказательства, подтверждающие ее доводы, соответствующие требованиям ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ). Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В соответствии с ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. Суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

На основании изложенного, суд считает необходимым установить факт нахождения ФИО1 на иждивении супруга ФИО4 ФИО14, на день его смерти – ДД.ММ.ГГГГ, возложить на Государственное учреждение – Ростовское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации (филиал №26) обязанность по назначению ФИО1 с 01.05.2018 ежемесячных страховых выплат в размере 14561 рубль в связи со смертью застрахованного, с последующей индексацией в соответствии с действующим законодательством.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 7 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" страховые выплаты в случае смерти застрахованного выплачиваются женщинам, достигшим возраста 55 лет, - пожизненно.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Установить факт нахождения ФИО1 на иждивении супруга ФИО4 ФИО15, на день его смерти – ДД.ММ.ГГГГ.

Возложить на Государственное учреждение – Ростовское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации (филиал № 26) обязанность по назначению ФИО1 с 01.05.2018 ежемесячных страховых выплат в размере 14561 рубль в связи со смертью застрахованного, с последующей индексацией в соответствии с действующим законодательством.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Ростовского областного суда через постоянное судебное присутствие в г. Зверево Красносулинского районного суда Ростовской области путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, то есть с 27.09.2019.

Судья Красносулинского районного суда

Ростовской области И.А. Полтавцев