Решение № 2-160/2020 2-160/2020~М-139/2020 М-139/2020 от 28 июля 2020 г. по делу № 2-160/2020

Дело № 2-160/2020

УИД 43RS0021-01-2020-000222-25


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Малмыж 29 июля 2020 года

Малмыжский районный суд Кировской области в составе: председательствующего судьи Бердниковой Я.В.,

при секретаре судебного заседания Заболотских Е.П.,

с участием ответчика ФИО1, его представителя – адвоката ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ООО "Жешартский ЛПК" к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения,

У С Т А Н О В И Л:

ООО "Жешартский ЛПК" обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения.

В обоснование иска указано, что 15.03.2019г. ФИО1, работавшему в ООО «Жешартский ЛПК» в период с 21.09.2018г. по 29.03.2019г. в должности лущильщика шпона 3 разряда, в результате счетной ошибки, произошедшей в результате сбоя программного обеспечения, платежным поручением № была ошибочно перечислена сумма 36 109,78 руб., при этом к выплате полагалась заработная плата в размере 20 145,27 руб. Излишне перечисленная ФИО1 сумма составила 15964,51 руб. Требование о возврате излишне перечисленных денежных средств ответчиком не было исполнено. Излишнее перечисление заработной платы в указанном размере произошло в связи со счетной ошибкой, возникшей в результате сбоя программного обеспечения и, поскольку ответчик уже не является работником истца, указанная сумма является его неосновательным обогащением.

На основании изложенного истец на основании ст.1102, 1109 Гражданского кодекса РФ и ст.137 Трудового кодекса РФ просит взыскать с ФИО1 в свою пользу сумму неосновательного обогащения в размере 15964 рубля 51 копейку, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 639 рублей.

Истец ООО «Жешарсткий ЛПК», надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства своего представителя в судебные заседания не направил, в представленном заявлении представитель истца ФИО3 просила рассмотреть дело по существу без её участия. В представленных пояснениях к иску от 28.05.2020г. и от 28.07.2020г. представитель истца ФИО3 указала, что излишне перечисление заработной платы ФИО1 произошло из-за сбоя в программном обеспечении программы 1С, в которой производится начисление заработной платы и автоматическое формирование ведомостей для последующего перечисления заработной платы на счета работников в банке. В программе 1С было произведено начисление ФИО1 заработной платы и при формировании ведомости заработной платы (реестра) для направления в банк, сумма, подлежащая выплате ФИО1, сформировалась иной, отличной от той, которая подлежала выплате. Полагает, что счетная ошибка включает ошибку, произошедшую в результате неправильного алгоритма работы программы или её сбоя. Вина работников бухгалтерской службы не установлена, расследование по факту излишнего перечисления заработной платы не проводилось ФИО1 работал вахтовым методом, оплата его труда производилась по повременно-премиальной форме по тарифу 47 руб.80 коп. с выплатой премий за выполнение плана и т.п., доплат за вредные условия труда надбавок. В феврале 2019 года ФИО1 было начислено 38033 руб. 83 коп., из которых удержан НДФЛ в размере 4637 руб., перечислено в феврале 6635 руб., к выплате полагалось 27196,83 руб.; за март 2019 года ФИО1 было начислено 1297,44 руб., итого ответчику подлежало выплате в феврале-марте 2019 года 28 325,27 руб., при этом в марте 2019 года ему было выплачено в качестве отпускных 8180 руб. (07.03.2020г.) и 36109,78 руб. (15.03.2019г.), при этом сумма 36109,78 руб. была автоматически сформирована программой. В день увольнения ФИО1 29.03.2019г. при расчете заработной платы при увольнении выяснилось, что ему была излишне перечислена заработная плата в сумме 15964 руб. 51 коп. Во исполнение определений суда истцом представлены Положение об оплате труда ООО «Жешартский ЛПК», объяснительная старшего бухгалтера ФИО4, справка-расчет, личная карточка Т2 на ФИО1, табеля учета рабочего времени ФИО1 за февраль-март 2019 года, должностная инструкция старшего бухгалтера.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признал и пояснил, что по объявлению в газете «Сельская правда», согласно которому на фанерный завод требовались рабочие на работу вахтовым методом с оплатой не менее 40 000 рублей в месяц, он приехал в <адрес> и устроился на работу в ООО «Жешартский ЛПК» лущильщиком шпона 3 разряда, с ним был заключен трудовой договор и внесена запись в его трудовую книжку. Фактически, в связи с отсутствием профессионального образования, он работал сушильщиком в горячем сушильном цехе, работа в котором была травмоопасной и вредной, однако самой высокооплачиваемой на предприятии, при этом при приеме на работу он неоднократно уточнял у начальника по персоналу ФИО5 размер своей заработной платы, которая заверила его в том, что она действительно будет составлять не менее 40 000 рублей в месяц, независимо от наличия разряда. Он работал вахтовым методом в течение месяца каждый день по 11,5 часов, в том числе в выходные дни и в ночное время, которые оплачивались работодателем, после чего следовал его межвахтовый отдых, который не оплачивался. По приезду на работу он получал наличными деньгами в кассе 3000 рублей в качестве компенсации расходов на проезд и при отъезде с вахты также получал 3000 рублей наличными деньгами на оплату проезда домой. Заработная плата выплачивалась ему один раз в середине месяца, все выплаты производились на его банковскую карту. Расчетные листки выдавались только по требованию работника. Учет отработанного времени велся мастером смены по нарядам, в которых фиксировалось отработанное время и объем обработанной древесины в кубометрах, наряды сдавались в бухгалтерию, каким образом производилось начисление его заработной платы бухгалтером и из каких составляющих она складывалась он не интересовался. В феврале 2019 года он работал в период с 01 по 06 февраля, с 07 по 15 февраля находился на больничном, затем работал в период с 16 по 27 февраля, а в период с 28 февраля по 14 марта 2019 года находился в очередном отпуске, после чего следовал его межвахтовый отдых, после которого он должен был приступить к работе в апреле 2019 года, однако, 29.03.2019г. он по электронной почте направил в ООО «Жешартский ЛПК» заявление об увольнении и был уволен. Трудовая книжка была направлена в его адрес почтой, каких-либо уведомлений об излишней выплате заработной платы ему не поступало. В марте 2019 года он получил 8180 рублей, полагал, что это оплата его отпуска, а также 36103 рубля, и полагал, что это его заработная плата. Расчетных листков за февраль - март 2019 года он не получал, поскольку в период вышеуказанных выплат в марте 2019 года находился по месту своего проживания. Перечисленные на банковскую карту денежные средства соответствовали обещанному работодателем размеру заработной платы не менее 40 000 рублей, поскольку он работал на самом высокооплачиваемом участке и в ночное время, за что полагались доплаты, при этом он не мог предположить, что заработная плата перечислена ему излишне. Полагает, что указанные денежные средства им были заработаны. Также истцом пропущен срок для взыскания с него излишне выплаченной заработной платы.

Представитель ответчика – адвокат ФИО7 поддержал доводы ФИО1, просил отказать в удовлетворении иска, поскольку из представленных документов не установлено наличие какой-либо счетной, арифметической ошибки в начислении заработной платы, отсутствует двойное начисление оплаты труда, наличие технического сбоя не подтверждено какими-либо доказательствами, полагает, что сбой в программе 1С должен был привести к искажению заработной платы не одного работника ФИО1, а группы работников, однако таковых доказательств не приведено. Также обращает внимание на пропуск истцом установленного трудовым законодательством годичного срока обращения с иском к работнику о взыскании излишне выплаченной заработной платы.

Выслушав ответчика и его представителя, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Положениями ч. 1 ст. 135 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В соответствии со ст. 137 Трудового кодекса РФ удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами (часть 1); заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением счетной ошибки (абзац 2 части 4).

В силу п. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, при этом бремя доказывания лежит на том, кто делает утверждение, а не на том, кто его отрицает.

Таким образом, из вышеприведенных правовых норм следует, что обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного рассмотрения данного спора, является наличие недобросовестности получателя неосновательного обогащения и счетной ошибки, обязанность доказывания которых возложена на истца.

В судебном заседании из материалов дела трудовой книжки ответчика (л.д.83) установлено, что в период с 21.09.2018 г. по 29.03.2019 г. ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «Жешартский ЛПК». Согласно приказу №-к от 21.09.2018 г. ответчик был принят на работу с 21 сентября 2018 года в цех по производству шпона лущильщиком шпона 3 разряда на работу вахтовым методом на неопределенный срок с оплатой по тарифной ставке 31 руб. 09 коп., что также подтверждается трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, личной карточкой работника №, составленной 29.03.2019г. (л.д.6, 8, 61-62).

На основании приказа № от 29.03.2019 г. ответчик ФИО1 уволен в связи с расторжением договора по инициативе работника на основании п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ (л.д.7), в приказе имеется отметка о невозможности ознакомления работника с приказом об увольнении в связи с его отсутствием, что подтверждает объяснения ответчика ФИО1 в судебном заседании о его увольнении посредством направления заявления работодателю без личного присутствия.

В соответствии с п.5.1-5.3 трудового договора № ОТ 21.09.2018Г. п.9 Положения об оплате труда ООО «Жешартский ЛПК» в <адрес> заработная плата перечисляется на указанный работником счет в банке не реже чем каждые полмесяца. Первая часть заработной платы выплачивается 30 числа каждого месяца, вторая часть заработной платы выплачивается 15 числа каждого месяца (л.д.8, 58).

Согласно расчетному листку за февраль 2019 г., а также письменным пояснениям представителя истца ФИО3 от 28.05.2020г. ФИО1 было начислено 38 033,83 рубля, из которых был удержан НДФЛ в сумме 4 637 рублей, выплачено в качестве аванса за февраль 2019г. всего 6 635 рублей, включающего выплату аванса 04.02.2019г. в размере 3000 рублей, 18.02.2019г. - вознаграждения из фонда руководителя за январь в размере 435 рублей, 22.02.2019г. – заработной платы в размере 200 рублей и 28.02.2019г. - аванса в размере 3000 рублей. Таким образом, долг предприятия перед работником по оплате труда на конец февраля 2019г. составил 27 196,83 руб. Из указанного расчетного листка следует, что заработная плата ФИО1 состояла из оплаты его работы по часовому тарифу – 48,7 руб., доплаты до среднего, надбавки за вредные условия труда, доплаты за работу в ночное время, премии, районного коэффициента, вознаграждения за выслугу лет, надбавку за вахтовый метод работы, доплаты за переработку. В расчетном листке также указано, что начисления заработной платы в феврале 2019 года включают выплату материальной помощи в размере 200 рублей, оплату больничного в период с 07.02.2019г. по 15.02.2019г. и основного отпуска в период с 28.02.2019г. по 14.03.2019г. (л.д.10-11).

Согласно письменным пояснениям представителя истца ФИО3 и расчетному листку за март 2019 года в марте 2019 г. ФИО1 находился на межвахтовом отдыхе, в марте ему была начислена компенсация за дополнительный отпуск за вредность в размере 2640,88 рублей, 1343,44 рубля было удержано за неотработанные дни основного отпуска, итого начислено 1297,44 руб. (2640,88 - 1343,44), из которых удержан НДФЛ в размере 169 руб., то есть к выплате за март полагалось 1128, 44 руб. (1297,44 - 169).

Всего за февраль-март 2019 года ФИО1 полагалась к выплате заработная плата в сумме 28 494, 27 рублей, из них за февраль 27 196,83 рублей; и за март 1128,44 руб.

Согласно пояснениям представителя истца от 28.07.2020г. и расчетному листку за март 2019 года ФИО1 на основании банковской ведомости № от 07.03.2019г. было выплачено 8180 рублей в качестве отпускных и на основании банковской ведомости № от 15.03.2019г. было выплачено 36109,78 рублей (л.д.12,13), таким образом всего в феврале-марте 2019 года ответчику истцом было выплачено 44 289,78 рублей, в связи с чем образовалась переплата в размере 15964, 51 руб. (44 289,78 - 28 494, 27) (л.д.59об.).

Из представленной истцом объяснительной старшего бухгалтера ООО "Жешартский ЛПК" ФИО4 от 05.04.2019г. (л.д.59) следует, что излишнее перечисление заработной платы ФИО1 в размере 15964, 51 руб. произошло из-за сбоя в программном обеспечении 1С, в которой производится начисление заработной платы и автоматическое формирование ведомостей для последующего перечисления денег на счета работников в банке. Аналогичные пояснения приведены в пояснениях представителя истца ФИО3 от 28.05.2020г. и от 28.07.2020г., в которых указано, что сумма 36109,78 рублей была автоматически сформирована программой 1С в результате сбоя в программе.

Из содержания объяснительной старшего бухгалтера ООО "Жешартский ЛПК" ФИО4 от 05.04.2019г. и письменных пояснений представителя истца ООО "Жешартский ЛПК" ФИО3 от 28.05.2020г. факт излишнего перечисления заработной платы в размере 15 964,51 рублей был выявлен в день увольнения ФИО1 29.03.2019 при расчете заработной платы при увольнении.

14.01.2020 г. истцом в адрес ФИО1 было направлено требование о возврате излишне перечисленных денежных средств в сумме 15 964,51 рубля не позднее 7 календарных дней с даты получения письма, которое согласно сведениям отчета об отслеживании отправления с соответствующим почтовым идентификатором 28.02.2020г. было возвращено отправителю за истечением срока хранения.

22.04.2020г. истец обратился в суд с иском о взыскании с ответчика излишне выплаченной заработной платы в размере 15 964,51 рублей в качестве неосновательного обогащения ввиду допущенной счетной ошибки (л.д.26).

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Исходя из установленных по делу фактических обстоятельств и представленных доказательств, суд, разрешая спор, не может согласиться с доводами истца о наличии счетной ошибки при исчислении заработной платы на сумму 15 964,51 рублей и, как следствие, обязанности ответчика по возврату указанной денежной суммы.

Из анализа сведений расчетных листков за февраль-март 2019 года следует, что каких-либо ошибок в начислении заработной платы ФИО1 работодателем не было допущено, заработная плата была начислена верно к выплате за февраль в размере 27 196,83 рублей и за март в размере 1128,44 руб., в иске и пояснениях к иску также не указано на наличие каких-либо ошибок в начислении заработной платы и её составляющих (премий, надбавок). Согласно справке-расчету (л.д.61) и реестру на перечисление денежных средств в ведомости № от 15.03.2019г. была указана сумма 36109,78 рублей, которая, с учетом ранее произведенных ответчику выплат, не соответствовала действительной сумме, подлежащей выплате ФИО1, из чего следует, что ошибка в сумме, подлежащей перечислению работнику ФИО1, была допущена не при начислении ему заработной платы, а при перечислении заработной платы на банковскую карту при формировании ведомости в банк в системе 1 С, при этом в нарушение ст.56 ГПК РФ истцом не представлено суду каких-либо доказательств того, что указанная ошибка являлась именно счетной.

Из буквального толкования норм действующего трудового законодательства следует, что счетной является ошибка, допущенная в арифметических действиях (действиях, связанных с подсчетом). Под счетной ошибкой принято понимать арифметическую ошибку при производстве расчетов. К счетным ошибкам также можно отнести описки, опечатки при наборе и подсчете сумм заработной платы.

Учитывая, что на работодателя возложена обязанность по надлежащему учету оплаты труда, оформлению расчетно-платежных документов, предоставлению установленных отчетов, сведений о размере дохода работников, технические ошибки, в том числе технические ошибки, совершенные по вине работодателя, счетными не являются.

В обоснование наличия счетной ошибки истец указывает наличие сбоя в программе 1С, с использованием которой производится начисление и перечисление заработной платы работникам, однако, доказательств наличия такого сбоя, зафиксированного уполномоченной организацией, обслуживающей программу 1С, либо службой администрирования программного обеспечения, в материалы дела не представлено. Какого-либо подробного описания произошедшего сбоя программы в иске не содержится и в материалы дела не представлено. Согласно письменным пояснением представителя истца служебное расследование по факту излишнего перечисления заработной платы работодателем не проводилось, следовательно, причины, по которым работодателю был причинен ущерб, в установленном порядке не выяснялись.

Согласно определению суда от 07.07.2020г. истцу было предложено представить доказательства совершения счетной ошибки в результате сбоя программного обеспечения и порядка формирования суммы 36109,78 рублей в банковской ведомости на перечисление заработной платы ФИО1,, однако, в нарушение ст.56 ГПК РФ истцом сведения о том каким образом была сформирована указанная сумма 36109,78 рублей к выплате ответчику суду не были представлены, какое-либо объяснение наличия именно счетной ошибки при указании в банковских ведомостях 8180 рублей и 36109,78 рублей суду также не было приведено, помимо голословного указания на сбой в программном обеспечении.

При указанных обстоятельствах доводы истца о наличии сбоя в программе 1С не подтверждены какими-либо доказательствами и не могут быть приняты в обоснование совершения счетной ошибки.

Кроме того, даже при наличии сбоя в программе 1 С суд не имеет оснований полагать что истцом была допущена счетная ошибка, поскольку под ней понимается только арифметическая ошибка, которая произошла вследствие неправильных математических действий. Аналогичная правовая позиция выражена Верховным Судом РФ в Определении от 20.01.2012 N 59-В11-17, а также Рострудом в письме №1286-6-1 от 01.10.2012.

При установленных обстоятельствах правильного начисления заработной платы ответчику последующее формирование банковских ведомостей на перечисление на счет ответчика иных сумм, превышающих начисленную ему заработную плату, может свидетельствовать о неправильном введении данных о заработной плате в программу 1 С, а также неправильном применении законодательства, являться следствием допущенных технических ошибок, небрежного отношения работников бухгалтерии к выполнению ими должностных обязанностей и не может служить основанием для взыскания денежных средств с ответчика.

Также в судебном заседании судом не установлено наличие виновных и недобросовестных действий со стороны ответчика, доказательств того, что действия ФИО1 были направлены на получение не полагающихся ему денежных сумм, не представлено. Заработная плата была перечислена на банковскую карту ФИО1 частями в период его межвахтового отдыха, с расчетными листками он не был ознакомлен, доказательств обратного суду не представлено, в связи с чем он не имел возможности предусмотреть излишнюю выплату ему заработной платы с учетом обещанного работодателем размера заработной платы в размере не менее 40 000 рублей, при том, что на работника законом не возлагается обязанность проверять правильность начисления и выплаты поступивших от работодателя денежных средств.

Кроме того, истцом пропущен срок обращения в суд с иском о взыскании с работника причиненного ущерба.

Согласно ч.3 ст. 392 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

В соответствии с п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года №52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" если работодатель пропустил срок для обращения в суд, судья вправе применить последствия пропуска срока (отказать в иске), если о пропуске срока до вынесения судом решения заявлено ответчиком и истцом не будут представлены доказательства уважительности причин пропуска срока, которые могут служить основанием для его восстановления (часть четвертая статьи 392 Трудового кодекса РФ). К уважительным причинам пропуска срока могут быть отнесены исключительные обстоятельства, не зависящие от воли работодателя, препятствовавшие подаче искового заявления.

Ответчик был уволен 29.03.2019г., в служебной записке старшего бухгалтера ФИО4 от 05.04.2019г. и пояснениях истца к исковому заявлению от 28.05.2020г. указано, что об обнаружении факта излишнего перечисления заработной платы работнику истцу стало известно именно 29.03.2020г. при увольнении ФИО1, в связи с чем срок обращения в суд с данным иском истек 29.03.2020г. Истец ООО «Жешартский ЛПК» обратился с данным иском 22.04.2020г., то есть с пропуском срока, предусмотренного ч. 3 ст.392 Трудового кодекса РФ.

Ответчиком ФИО1 и его представителем в судебном заседании было заявлено о пропуске истцом срока для обращения в суд, о чем истец был поставлен в известность посредством направления в его адрес определения о назначении судебного заседания от 07.07.2020г. Каких-либо доказательств наличия уважительных причин пропуска срока для обращения в суд с настоящим иском истцом суду не было представлено.

Спор между сторонами вытекает из трудовых правоотношений и то обстоятельство, что работник был уволен и на момент рассмотрения спора не состоит в трудовых отношениях с истцом, не влияет на применение к спорным правоотношениям ч.3 ст.392 Трудового кодекса РФ, поскольку излишне выплаченная работнику сумма является для работодателя ущербом.

С учетом вышеизложенного, в удовлетворении исковых требований к ответчику ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 15964,51 руб. истцу ООО «Жешартский ЛПК» следует отказать.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

Учитывая, что в удовлетворении заявленных исковых требований ООО «Жешартский ЛПК» отказано, требования истца о возмещении расходов на уплату государственной пошлины в сумме 639,00 рублей, удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Жешартский ЛПК» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения в сумме 15964 рубля 51 копейка, а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 639 рублей 00 копеек - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кировский областной суд посредством подачи апелляционной жалобы через Малмыжский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 30 июля 2020 года.

Судья Я.В.Бердникова