Апелляционное постановление № 22К-3048/2025 от 2 июля 2025 г.

Судья Анхимович М.В.

Дело № 22К-3048


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 3 июля 2025 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего судьи Погадаевой Н.И.,

при секретаре Хохряковой П.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу О. на постановление Чусовского городского суда Пермского края (постоянное судебное присутствие в г. Горнозаводске) от 24 апреля 2025 года, которым

оставлена без удовлетворения жалоба О. и Т., К., поданная в порядке ст. 125 УПК РФ, на постановление заместителя руководителя следственного отдела по г. Горнозаводск следственного управления Следственного комитета России по Пермскому краю Ю. от 17 января 2025 года о прекращении уголовного дела.

Изложив содержание постановления, существо апелляционной жалобы, заслушав мнение прокурора Мальцевой А.В. об оставлении судебного решения без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

29 января 2025 года в Чусовской городской суд Пермского края (ПСП в г.Горнозаводске) поступила жалоба заявителей Т., О. и К., поданная в порядке ст. 125 УПК РФ, в которой они просили признать незаконным и необоснованным постановление заместителя руководителя следственного отдела по г. Горнозаводск следственного управления Следственного комитета России по Пермскому краю Ю. от 17 января 2025 года о прекращении уголовного дела по заявлению Т. о ненадлежащем оказании медицинской помощи ее супругу С. в Горнозаводской районной больнице, приведшем к его смерти, а также признать незаконным не проведение надлежащей проверки по материалам КРСП № 154 от 18 июня 2024 года и обязать указанное должностное лицо устранить допущенные нарушения.

Постановлением суда заявителям отказано в удовлетворении жалобы, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ.

В апелляционной жалобе заявитель О., выражая несогласие с судебным решением, указала, что доводы их жалобы, изложенные судом в постановлении, не соответствуют их действительному содержанию и вкладываемому в них смыслу и оценки не получили. Цитируя выдержки из акта проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности Министерства здравоохранения Пермского края №388 от 12 августа 2024 года, обращает внимание, что в деятельности Горнозаводской районной больницы установлено нарушение при оказании С. медицинской помощи Критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных приказом Минздрава РФ № 203н от 10 мая 2017 года «в части проведения коррекции плана обследования и плана лечения по результатам осмотра лечащего врача профильного отделения, осмотра заведующим профильным отделением при изменении степени тяжести состояния пациента», со ссылкой на данные медицинской карты пациента №136х, в которой за 18 апреля 2024 года содержится запись о проведении совместного осмотра С. с завотделением, в то время как в постановлении о прекращении уголовного дела приводятся иные по содержанию сведения, в именно: справка о том, что положение о хирургическом отделении не разработано, а ставка заведующего данным отделением по состоянию на 1 апреля 2024 года вакантна, и З. на момент лечения С. заведующей отделением не являлась. Полагает, что в ходе следствия не установлено, кто являлся заведующим профильным отделением, который согласно данным медицинской карты присутствовал при осмотре С. 18 апреля 2024 года, этим лицом могла быть З., которая своим решением об отказе от сбора консилиума и действиями в ходе лечения взяла на себя функции должностного лица, что противоречит показаниям свидетелей и справке главного врача, на которой основаны выводы органа следствия, чему судом не дана оценка. Кроме того, заявитель обращает внимание, что действующим уголовно-процессуальным законом прекращение уголовного дела в отношении свидетеля не предусмотрено, тогда как З. допрашивалась только в статусе свидетеля, мера пресечения ей не избиралась, не предъявлялось обвинение, уголовное преследование в отношении нее не осуществлялось, поэтому не могло быть и прекращено. При этом суд повторно проигнорировал, что уголовное дело прекращено по трем составам преступления, признав мотивированным вывод должностного лица об отсутствии в действиях З. состава преступления, без указания, какого. Также обращает внимание, что суд необоснованно при принятии решения руководствовался нормами закона, регулирующими производство по делу на стадии его возбуждения, неоднократно ссылаясь на то, что следователем принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела, и отсутствие полномочий предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела, в то время как предметом обжалования являлось итоговое решение по уголовному делу. Полагает, что безусловную отмену постановления влечет содержащаяся в нем формулировка, что судом не установлено наличия в материалах дела доказательств, которые могли бы повлиять на вывод должностного лица об отсутствии оснований для прекращения уголовного дела, содержащая, по мнению заявителя, оценку совокупности доказательств, вопреки разъяснениям Верховного Суда РФ в п.15 постановления Пленума от 10 февраля 2009 № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса РФ», что суд не вправе давать оценку доказательствам при рассмотрении жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ. Просит об отмене судебного решения, признании незаконным и необоснованным постановления о прекращении уголовного дела от 17 января 2025 года и не проведении надлежащей проверки по материалам уголовного дела, с возложением обязанности на должностное лицо – следователя Ю. устранить допущенные нарушения.

Проверив представленные материалы и обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции оснований для ее удовлетворения не находит.

В соответствии с ч. 1 ст. 125 УПК РФ допускается обжалование в судебном порядке постановлений дознавателя, следователя, руководителя следственного органа и прокурора об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные их решения и действия (бездействие), которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию.

В силу ч. 3 ст. 125 УПК РФ судья проверяет законность и обоснованность действий (бездействия) и решений дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа, прокурора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 10 февраля 2009 года (в редакции от 28.06.2022) «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», если заявитель обжалует постановление о прекращении уголовного дела (за исключением случаев, указанных в статье 125.1 УПК РФ), то при рассмотрении такой жалобы судья, не давая оценки имеющимся в деле доказательствам, должен выяснять, проверены ли и учтены ли дознавателем, следователем или руководителем следственного органа все обстоятельства, на которые указывает в жалобе заявитель, и могли ли эти обстоятельства повлиять на вывод о наличии оснований для прекращения уголовного дела. При этом по результатам разрешения такой жалобы судья не вправе делать выводы о доказанности или недоказанности вины, о допустимости или недопустимости доказательств.

По материалам дела усматривается, что уголовное дело было возбуждено 18 июля 2024 года старшим следователем СО по г. Горнозаводску следственного управления Следственного комитета России по Пермскому краю И. по факту смерти С., по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.

Поводом для возбуждения дела явился протокол принятия устного заявления о преступлении, поступившего 18 июня 2024 года от Т., содержащего просьбу о привлечении к уголовной ответственности лечащего хирурга ГБУЗ ПК «Горнозаводская районная больница» З. за ненадлежащее оказание медицинской помощи ее супругу С., а основанием – материал проверки № 154 по факту его смерти в хирургическом отделении ГБУЗ ПК «Пермской краевой клинической больницы».

Постановлениями следователя от 18 июля 2024 года потерпевшими по делу признаны Т., О., К. (том 3 л.д. 11-12, 34-35, 69-70).

Мера пресечения в отношении З. не избиралась, обвинение ей не предъявлялось.

17 января 2025 года заместителем руководителя следственного отдела по г. Горнозаводску следственного управления Следственного комитета РФ по Пермскому краю Ю. вынесено постановление о прекращении уголовного дела, возбужденного по факту смерти С., по основанию п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – в связи с отсутствием в действиях врача-хирурга З. составов преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 109, ч. 2 ст.293, п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ.

Как следует из представленных материалов, обжалуемое заявителями постановление о прекращении уголовного дела вынесено надлежащим должностным лицом, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, предусмотренных ст. ст. 212, 213 УПК РФ, и в пределах полномочий, указанных в ст. 38 УПК РФ.

При этом, прекращая уголовное дело, следователь изложил существо дела, что именно послужило поводом и основанием к возбуждению уголовного дела, какие обстоятельства были установлены в ходе проведенного предварительного расследования и какими фактическими данными это подтверждается, привел результаты следственных и процессуальных действий, обосновывающих его выводы об отсутствии в действиях З. указанных составов преступлений.

Исследовав материалы уголовного дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что проверка по заявлению Т. была проведена в установленном законом порядке, все имеющие значение для расследования обстоятельства выяснены в полном объеме, достаточном для принятия окончательного решения. Версия потерпевших и все приводимые ими доводы также проверены в ходе предварительного расследования, в том числе относительно квалификации действий лечащего врача З. как халатности, однако своего подтверждения не нашли.

Исходя их полученных органом следствия данных, в том числе комплексной судебно-медицинской экспертизы, результаты которой заявители не оспаривают, факт ненадлежащего оказания медицинской помощи С. в период его стационарного лечения с 17 по 23 апреля 2024 года в ГБУЗ ПК «Горнозаводская районная больница» выявлен в части дефектов диагностики и лечения заболевания, допущенных лечащим врачом-хирургом, которые в прямой причинно-следственной связи со смертью пациента не состоят, в связи с чем признаки состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, не установлены.

Согласно материалам уголовного дела, оказание С. медицинских услуг осуществлялось по медицинским показаниям в учреждении ГБУЗ ПК «Горнозаводская районная больница», предметом деятельности которого является выполнение работ, оказание медицинских и иных услуг в сфере здравоохранения, что в соответствии с п. 3 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» охватывается понятием медицинской помощи и согласно примечанию к ст. 238 УК РФ не распространяется на действие указанной нормы, поэтому состава преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ, в действиях врача-хирурга З. не установлено.

Доводы заявителей о халатности в ее действиях также являлись предметом проверки, при этом следователь учитывал, что субъект данного преступления специальный – должностное лицо, и, установив, что З. на момент расследуемых событий таковым не являлась, а дефекты оказания медицинской помощи С. допущены ею в ходе реализации профессиональных функций врача, пришел к выводу об отсутствии в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ.

Из содержания постановления о прекращении уголовного дела следует, что следователь исходил в данном случае из анализа трудового договора, заключенного между ГБУЗ «Горнозаводская районная больница» и З., должностной инструкции врача-хирурга, приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 541н от 23 июля 2010 года «Об утверждении единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих» в части квалификационных характеристик должностей работников в сфере здравоохранения, а также принял во внимание показания сотрудников Горнозаводской районной больницы: главного врача Р., его заместителя по лечебной части Н., врачей Б., П., фельдшера кабинета неотложной помощи М., медсестер хирургического отделения А., Е., Л. и других, самой З., из которых следует, что она замещала должность врача-хирурга при отсутствии в больнице иных врачей хирургического профиля, что соответствует и записи в ее трудовой книжке. При этом не установлено, что она занимала должность заведующего хирургическим отделением либо иную должность, наделяющую ее организационно-распорядительными или административно-хозяйственными функциями, как не установлено и возложение обязанностей заведующего хирургическим отделением на других лиц, что согласуется с графиком работы хирургического отделения больницы за апрель 2024 года, в котором не значится должности заведующего отделением (том 1 л.д. 105), расчетным листком З. за апрель 2024 года (том 1 л.д. 68), справками, выданными главным врачом больницы Р., согласно которым З. обязанности заведующего хирургическим отделением не выполняла, эта должность на 1 апреля 2024 года являлась вакантной, положение о хирургическом отделении ГБУЗ ПК «Горнозаводская районная больница» не разработано, локальные акты учреждения, регулирующие вопросы оказания хирургической помощи в стационарных условиях, отсутствуют (том 1 л.д. 64, 65). Иная интерпретация указанной информации установленным обстоятельствам не соответствует.

Запись в медицинской карте № 136х ГБУЗ ПК «Горнозаводской районной больницы» пациента С. от 18 апреля 2024 года о совместном обходе с завотделением, на что обращает внимание заявитель в жалобе, с учетом подписей в ней только врача-хирурга З. и заместителя главного врача по лечебной части Н., допрошенной об обстоятельствах осмотра С., об участии иных лиц в производстве его осмотра не свидетельствует и таких сведений не содержит.

Кроме того, делая вывод об отсутствии признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, следователь учитывал и заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы, согласно которой допущенные в ГБУЗ «Горнозаводская районная больница» при оказании помощи пациенту С. дефекты обусловлены действиями лечащего врача, допустившего пренебрежение установленной диагностической тактикой ведения пациентов с подозрением на острую кишечную непроходимость, пассивно-выжидательное ведение пациента, а не иными недостатками.

Таким образом, вывод об отсутствии в действиях З. признаков преступлений, перечисленных в постановлении о прекращении уголовного дела от 17 января 2025 года, сделан должностным лицом по итогам полного и объективного исследования обстоятельств уголовного дела, проверки собранных доказательств, с приведением мотивов принятого решения, и соответствует положениям уголовно-процессуального закона, по смыслу которого право оценки признаков преступления относится к прерогативе правоприменителя и не связано с субъективным мнением заявителей о наличии таковых.

Доводы о невозможности прекращения уголовного дела в отношении З., поскольку дело в отношении нее не возбуждалось, мера пресечения не избиралась, обвинение не предъявлялось, являются ошибочными. Действующим Уголовно-процессуальным кодексом РФ (ст. ст. 140, 146 УПК РФ) предусмотрена возможность возбуждения уголовного дела публичного обвинения, как в отношении конкретного лица, так и по факту совершения преступления. В данном случае из материалов дела следует, что фактически в отношении З., как подозреваемой, осуществлялась процессуальная деятельность, направленная на изобличение в совершении преступления, поэтому принятое решение требованиям закона не противоречит.

Вопреки доводам жалобы, предмет судебного контроля определен правильно, оценку доказательствам суд не давал, а указание в описательно-мотивировочной части постановления на вынесение 17 января 2025 года решения об отказе в возбуждении уголовного дела (вместо постановления о прекращении уголовного дела) свидетельствует о явной технической описке и существенным нарушением уголовно-процессуального закона не является, как и излишне приведенная цитата из постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 10 февраля 2009 года (в редакции от 28.06.2022) «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса РФ», что судья не должен предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела.

Из жалобы, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ, следует, что заявители не приводят какие-то обстоятельства, которые могли бы повлиять на вывод о наличии оснований для прекращения уголовного дела.

Доводы апелляционной жалобы О. не опровергают изложенных судом выводов, сделанных по результатам исследования материалов уголовного дела, содержащихся в пяти томах, не содержат каких-либо новых обстоятельств, которые не были бы предметом проверки в рамках предварительного расследования, фактически направлены на оценку собранных по делу доказательств и не влияют на правильность принятого судом решения, оснований для отмены которого в результате апелляционного рассмотрения не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Чусовского городского суда Пермского края (постоянное судебное присутствие в г. Горнозаводске) от 24 апреля 2025 года, которым оставлена без удовлетворения жалоба О. и Т., К., поданная в порядке ст. 125 УПК РФ, на постановление заместителя руководителя следственного отдела по г. Горнозаводск следственного управления Следственного комитета России по Пермскому краю Ю. от 17 января 2025 года о прекращении уголовного дела, оставить без изменения, а апелляционную жалобу заявителя О. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с соблюдением требований ст.401.4УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий