Решение № 2-2342/2018 2-2342/2018 ~ М-1782/2018 М-1782/2018 от 17 июня 2018 г. по делу № 2-2342/2018

Дело № 2-2342/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 июня 2018 года г.Челябинск

Курчатовский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Ореховой Т.Ю.

при секретаре Семеновой М.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ФИО1 к публичному акционерному обществу «Челябинский металлургический комбинат», публичному акционерному обществу «Уральска кузница» о взыскании компенсации морального вреда, в связи с профессиональным заболеванием,

с участием прокурора Соловьевой Т.Б.

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском (с учетом уточнений) к публичному акционерному обществу «Челябинский металлургический комбинат» (далее по тексту – ПАО «ЧМК») о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 240 750 руб., расходов на оплату услуг представителя в размере 6 000 руб., к публичному акционерному обществу «Уральска кузница» (далее по тексту – ПАО «Уральская кузница» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 59 250 руб., расходов на оплату услуг представителя в размере 6 000 руб., указав на то, что в период с 30 октября 1964 года по 31 мая 2006 года, работал на ОАО «Мечел» (впоследствии ОАО «ЧМК», ПАО «ЧМК»), уволен переводом на ПАО «Уральская кузница», где работал с 01 августа 2007 года по 10 октября 2016 года. 10 сентября 2009 года истцу установлен диагноз профессионального заболевания - пневмокониоз от смешанного аэрозоля, составлен акт о случае профессионального заболевания от 10 сентября 2009 года №, которым установлена причина профессионального заболевания – длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ, вины истца в профессиональном заболевании не установлено. В связи с профессиональным заболеванием, истцу установлено <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности, в связи с профессиональным заболеванием, испытывает нравственные и физические страдания, в связи с чем, просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда, указав, что вина ответчика ПАО «ЧМК»- 80,25%, вина ПАО «Уральская кузница» - 19,75% (л.д. 4-7 т.1, л.д. 18 т.2).

Истец ФИО1, представитель истца по устному ходатайству – ФИО2, в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика ПАО «ЧМК» - ФИО3 по доверенности от 21 мая 2018 года 20/17 (л.д. 16 т.2), в судебном заседании указала на то, что заявленная истцом сумма морального вреда завышена, следует учитывать размер утраты профессиональной трудоспособности истца -<данные изъяты> просила снизить размер морального вреда до разумных пределов, поддержала письменный отзыв на иск (л.д. 204-205 т.1).

Представитель ответчика ПАО «Уральская кузница» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания (л.д. 12 т.2), представил отзыв на иск (л.д. 196 т.1), 186-согласно которому просил в иске к ПАО «Уральская кузница» отказать в заявленном размере.

Суд, выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, моральный вред следует определить для каждого ответчика исходя из пропорционально отработанного времени у ответчиков, размер морального вреда оставить на усмотрение суда, исследовав все материалы дела, считает, что исковые требования ФИО1, подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

Конституция РФ в Российской Федерации гарантирует охрану труда и здоровья людей. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (статья 37 Конституции РФ).

В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 10 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются застрахованному - если по заключению учреждения медико-социальной экспертизы результатом наступления страхового случая стала утрата им профессиональной трудоспособности. Ежемесячные страховые выплаты выплачиваются застрахованным в течение всего периода стойкой утраты им профессиональной трудоспособности.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. При этом суду следует учитывать, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора.

Основным документом, подтверждающим факт повреждения здоровья и временную утрату профессиональной трудоспособности, является листок нетрудоспособности, выдаваемый медицинской организацией по форме и в порядке, предусмотренном Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации. Наступление стойкой утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждениями медико-социальной экспертизы при представлении акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1 или акта о профессиональном заболевании и оформляется в виде заключения.

В соответствии с п. 30 Положения о порядке расследования профзаболевания, установленного Постановлением Правительства РФ N 967 от 15.12.2000 г., акт о случае профзаболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Акт о случае профессионального заболевания составляется и утверждается специалистами государственной санитарно-эпидемиологической службы. По своей правовой силе и предназначению данный акт не устанавливает и не отменяет диагноза профессионального заболевания, а лишь устанавливает и подтверждает причинно-следственную связь этого заболевания с вредными условиями труда, длительностью и интенсивностью их воздействия по месту работы заболевшего работника (застрахованного).

В силу п. 4.6 и п. 4.7 Инструкции о порядке применения положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденной Приказом Минздрава РФ от 28.05.2001 N 176, по результатам расследования случая профессионального заболевания (отравления) комиссией в 3-дневный срок по истечении срока расследования составляется акт. В случае несогласия работодателя (его представителя, пострадавшего работника) с содержанием акта о случае профессионального заболевания (отравления) и отказа от подписи он (они) вправе, письменно изложив свои возражения, приложить их к акту, а также направить апелляцию в вышестоящее по подчиненности учреждение госсанэпидслужбы.

При необходимости акт о случае профессионального заболевания (отравления) может быть восстановлен или составлен вновь по результатам ретроспективного расследования профессионального заболевания (отравления), независимо от давности имевшего место и диагностированного в установленном порядке профессионального заболевания (отравления), или центром госсанэпиднадзора может быть выдан дубликат этого акта (заверенный печатью организации и подписью руководителя).

Судом установлено и как следует из материалов дела, что ФИО1 работал в период с 30 октября 1964 года по 31 мая 2006 года на Челябинском металлургическом заводе, Челябинском металлургическом комбинате, АО «Мечел», ОАО «Мечел», ОАО «ЧМК» (впоследствии переименовано в ПАО «ЧМК»): на ЧМЗ с 30 октября 1964 года по 01 марта 1965 года в электросталеплавильном цехе № 3 учеником слесаря по ремонту оборудования, с 04 августа 1965 года по -3 сентября 1965 года - индукционно-вакуумное отделение, слесарем по ремонту оборудования; на ОАО «ЧМК» (ранее ОАО «Мечел», АО «Мечел», ЧМК, ЧМЗ) - с 16 января 1969 года по 31 мая 2006 года в электросталеплавильном цехе № 3 слесарем-ремонтником (бригадиром слесарей-ремонтников металлургического оборудования, бригадир неосвобожденный, дежурный персонал); в ООО «Спецсталь» переводом - с 01 июня 2006 года по 31 июля 2007 года - электросталеплавильный цех № 3 в должности слесаря ремонтника (бригадир неосвобожденный), в ПАО «Уральская кузница» (ранее ОАО «Уральская кузница» с 01 августа 2007 года по 10 октября 2016 года в электросталеплавильном цехе № 3 в должностях слесаря-ремонтника (бригадир неосвобожденный) 6 разряда, производство спецстали, механослужба, дежурный персонала, слесаря-ремонтника 6 разряда бригады по ремонту ВДП. Уволен с работы с 10 октября 2016 года по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по соглашению сторон (л.д. 33-41 т.1).

10 сентября 2009 года Главным государственным санитарным врачом ФИО7, составлен акт о случае профессионального заболевания №, согласно которому, ФИО1 установлен диагноз - <данные изъяты>. Причина заболевания - длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ. Вина работника не установлена (л.д. 81-83 т.1). Так же судом установлено, что 01 июля 2009 года составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления), согласно которой, стаж работы в условиях опасных вредных веществ и факторов – 41 год 2 месяца, тяжесть трудового процесса: по показателям физическая и динамическая нагрузка – класс 3.1, рабочая поза- класс 3.1, общая оценка напряженности труда – класс 2, вредные условия труда: класс 3.4 по показателям: содержание в воздухе рабочей зоны вредных веществ химической природы 3.4, содержание в воздухе рабочей зоны аэрозолей преимущественно фиброгенного воздействия -3.4, микроклимат-3.1, освещенность -3.2, тяжесть трудового процесса – 3.2) (л.д. 76-80 т.1).

По данным ФКУ ГБ МСЭ по Челябинской области, ФИО1, с 13 февраля 2017 года бессрочно, установлено <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности (л.д. 6-7 т.2), с 01 марта 2017 года, ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием, установлена инвалидность <данные изъяты>, бессрочно (л.д. 30 т.1).

Согласно ЕГРЮЛ, ООО «Спецсталь» 29 января 2009 года прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения (л.д. 21-25 т.1).

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в случаях предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 22 и ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования…

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" Верховный Суд РФ указал, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 8 данного Постановления размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с п. 2 ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что профессиональные заболевание – пневмокониоз от смешанного аэрозоля, сформировалось у истца в период длительной работы во вредных условиях у ответчика ПАО «ЧМК» (до переименования -ОАО «Мечел», ОАО «ЧМК»)- 37 лет 3 месяца, а так же в период работы истца у ответчика ПАО «Уральская кузница» - 9 лет 2 месяца», что не оспаривалось стороной ответчиков.

Учитывая условия труда в ОАО «Мечел», ОАО «ЧМК» (впоследствии – ПАО «ЧМК»), ООО «Мечел-Энерго», суд полагает установленным, что в период работы в ОАО «Мечел», ОАО «ЧМК» (впоследствии – ПАО «ЧМК») более 36 лет, в период работы в ПАО «Уральская кузница» в течении в течение более 9 лет, истец как работник данных организаций, подвергался воздействию вредных факторов (пыли, ди железо оксид, никель, ди хром оксид, марганец), что способствовало дальнейшему прогрессированию профзаболевания- «пневмокониоза» и привело к утрате профессиональной трудоспособности -<данные изъяты> бессрочно и <данные изъяты> инвалидности пожизненно.

Требования обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиями охраны и гигиены труда, безопасности технологического процесса, работодателем не выполнены, поскольку принимаемые меры по охране труда и технике безопасности оказались недостаточными, что является основанием для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, суд руководствуется ч. 2 ст. 1101 ГК РФ, из которой следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает, что истец работал на протяжении длительного времени во вредных условиях труда у ответчика ПАО «ЧМК» - 37 года 3 месяца что составляет 80% (37 года 3 месяца работы (447 месяцев) во вредных условиях труда, 557 (46 лет 5 месяцев) (всего период работы во вредных условиях труда – 46 лет 5 месяцев) : 100 =5,57, 447: 5,57= 80%), воздействие вредных факторов и работа истца во вредных условиях труда у ответчика ПАО «Уральская кузница» в течении 9 лет 2 месяцев (110 месяцев) -20% ( 110: 5,57= 20%),, что сказалось на состоянии здоровья истца и явилось причиной формирования и развития профессионального заболевания.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда истцу, суд исходит из принципа разумности и справедливости, принимая во внимание степень вины ответчика, в том числе отсутствие у него умысла на причинение вреда здоровью истца, продолжительность работы истца у ответчиков во вредных условиях труда, которая составила в совокупности более 46 лет, степень утраты профессиональной трудоспособности, наличие у истца профессионального заболевания и утраты профессиональной трудоспособности на <данные изъяты> бессрочно, установление истцу 3 группы инвалидности в связи с профессиональным заболеванием, учитывая, что ФИО1 испытывал и продолжает испытывать физические страдания, постоянно обращается за медицинской помощью (л.д. 43-54 т.1), оценивая вину каждого ответчика в не обеспечении безопасных условий труда, личность истца, состояние здоровья истца, суд полагает возможным, с учетом степени разумности и справедливости, определить компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда, с учетом длительности периодов работы истца у каждого ответчика, с ПАО «ЧМК» в пользу ФИО1 -120 000 руб. (150 000 руб. х 80%= 120 000 руб.), с ПАО «Уральская кузница» в пользу ФИО1 – 30 000 руб. (150 000 руб. х 20% - 30 000 руб.). В удовлетворении остальной части требований истца, отказать.

Как указано в части 1 статьи 88, статьях 98, 94, 100 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. К издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся расходы на оплату услуг представителей. Суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно ст. 98 ГПК РФ, в случае, если суд вышестоящей инстанции, не передавая дело на новое рассмотрение, изменит состоявшееся решение суда нижестоящей инстанции или примет новое решение, он соответственно изменяет распределение судебных расходов. Если в этих случаях суд вышестоящей инстанции не изменил решение суда в части распределения судебных расходов, этот вопрос должен решить суд первой инстанции по заявлению заинтересованного лица.

В силу ст. 100 ч. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В п. 11. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" также разъяснено, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13).

Так при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) (п. 12.).

Интересы истца ФИО1 в суде представлял представитель – ФИО2 по устному ходатайству, с ФИО2 истцом ФИО1 заключен договор на оказание юридических услуг от 02 марта 2018 года (л.д. 3-4 т.2), в рамках указанного договора, за ознакомление с документами, консультирование, подготовку искового заявления, участие в судебных заседаниях, истцом понесены расходы в размере 12 000 руб. (л.д. 5 т.2).

Поскольку требования истца о компенсации морального вреда удовлетворены, учитывая характер спорного правоотношения, количество судебных заседаний в которых представитель истца – ФИО2, принимала участие - 29 мая 2018 года, 18 июня 2018 года, несение расходов на составление искового заявления, с учетом требований разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчиков в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере 8 000 руб. в равных долях, по 4 000 руб. с каждого ответчика, снизив с 12 000 руб.

По смыслу ч. 1 ст. 88, ст. 94, ч. 1 ст. 98 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ст. 98, ст. 103 ГПК РФ и пп. 8 п. 1 ст. 333.20 НК РФ с ответчиков подлежит взысканию госпошлина в доход местного бюджета по 300 руб. с каждого ответчика.

Руководствуясь ст. ст.194-198 ГПК РФ, суд,-

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Челябинский металлургический комбинат» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 120 000 руб., а так же расходы по оплате услуг представителя в размере 4 000 руб.

Взыскать с публичного акционерного общества «Уральска кузница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб., а так же расходы по оплате услуг представителя в размере 4 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 , отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «Челябинский металлургический комбинат» в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 руб.

Взыскать с публичного акционерного общества «Уральска кузница» в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Курчатовский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Т.Ю. Орехова