Решение № 2А-82/2017 2А-82/2017~М-113/2017 М-113/2017 от 28 сентября 2017 г. по делу № 2А-82/2017

Административное дело № 2а-82/2017

<иные данные>


РЕШЕНИЕИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 сентября 2017 года город Балтийск

Балтийский гарнизонный военный суд в открытом судебном заседании в помещении суда в составе председательствующего – судьи Стасюка И.М., при секретаре судебного заседания Пашкевич О.Р., с участием представителя административного истца – адвоката Петрович В.В., <иные данные> представителя административного ответчика - <иные данные> ФИО1, а также помощника военного прокурора Балтийского гарнизона <иные данные> юстиции ФИО2, в открытом судебном заседании, рассмотрев административное дело по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части 00000 <иные данные> ФИО3 об оспаривании действий командира войсковой части 00000, связанных с увольнением ФИО3 с военной службы, а также действия того же должностного лица и руководителя ФКУ «Единый расчетный центр МО РФ», связанных с исключением ФИО3 из списков личного состава войсковой части,

установил:

ФИО3 оспаривает в суде действия командира войсковой части 00000, связанные с его увольнением с военной службы, а также действия того же должностного лица и руководителя ФКУ «Единый расчетный центр МО РФ» (далее – ФКУ «ЕРЦ МО РФ»), связанные с исключением ФИО3 из списков личного состава войсковой части.

В обоснование заявленных требований ФИО3 в заявлении в суд указал, что в период прохождения военной службы он ХХ ХХ ХХ получил <иные данные> увечье, в связи с чем был госпитализирован и находился в <иные данные> отделении ФГБУ «1409 ВМКГ» МО РФ на <иные данные> лечении с указанной даты до ХХ ХХ ХХ<иные данные> ХХ ХХ ХХ он, получив направление <иные данные> на <иные данные> лечение в <иные данные> отделение ФГБУ «1409 ВМКГ» МО РФ, в тот же день обратился в войсковую часть за получением направления на госпитализацию, однако от командования узнал, что уже уволен с военной службы и исключен из списков личного состава войсковой части.

Его увольнение с военной службы является незаконным, поскольку перед увольнением с ним беседа не проводилась, он нуждается в жилом помещении, и своего согласия на увольнение до обеспечения жилым помещением он не давал. Также, несмотря на то, что он уволен в отставку и не должен состоять на воинском учете, в приказе об увольнении необоснованно указано, что он подлежит направлению на учет в отдел военного комиссариата.

Свое исключение из списков части ФИО3 также полагает незаконным, поскольку рекомендованный заключением ВВК от ХХ ХХ ХХ отпуск по болезни вовсе не был ему предоставлен, а основной отпуск за ХХ ХХ ХХ год предоставлен ему оспоренным приказом в период, когда он находился на <иные данные> лечении, и использовать этот отпуск не мог. Также, перед ним имеется задолженность за неполученные им предметы вещевого имущества <иные данные>.

Представитель административного истца адвокат Петрович, поддержав требования своего доверителя, обратила внимание суда на то, что ФИО3 не мог быть уволен с военной службы, поскольку хоть и не признан нуждающимся в получении постоянного жилья, однако фактически в нем нуждается. Вместе с тем, указанный в оспоренном приказе размер задолженности ФИО3 по вещевому имуществу, что он ошибочно воспринял как задолженность перед ним, не обоснован, так как оценено то имущество, срои носки которого истекли. Кроме того, в приказе об исключении ФИО3 из списков части указание на наличие у него задолженности за полученные предметы вещевого имущества является незаконным, поскольку ФИО3 не имел возможности возвратить это имущество до исключения из списков части.

Также, как указала адвокат Петрович, из-за увольнения ФИО3 не смог пройти назначенное военных врачом-<иные данные> лечение, поскольку к тому времени уже был исключен из списков части, а медицинского страхового полиса он не имеет.

Представитель административного ответчика - командира войсковой части 00000, Ольховский, не признав требований административного истца, указал, что лишь в части, касающейся предоставления ФИО3 отпуска по болезни и основного отпуска за ХХ ХХ ХХ год, требования административного истца могут быть удовлетворены, а в остальной части они необоснованны.

Представитель административного соответчика - руководителя ФКУ «Единый расчетный центр МО РФ», ФИО4, просив суд рассмотреть дело без ее участия, в письменных возражениях не признала требований ФИО3, указав, что окончательный расчет с последним по денежному довольствию произведен по дату его исключения из списков войсковой части.

Прокурор Бережной полагал необходимым частично удовлетворить требования административного истца, поскольку при исключении из списков части ФИО3 не был обеспечен полагающимся отпуском по болезни и основным отпуском за ХХ ХХ ХХ год.

Рассмотрев дело по существу, исследовав доказательства и иные материалы дела, суд приходит к следующему.

Относительно срока обращения ФИО3 в суд учету подлежит следующее.

Согласно требованиям ст. 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов.

Приказ командира войсковой части 00000 об увольнении ФИО3 с военной службы издан ХХ ХХ ХХ, а приказ о его исключении из списков части – ХХ ХХ ХХ. В суд с оспариванием указанных приказов ФИО3 обратился ХХ ХХ ХХ, то есть по истечении трехмесячного срока после издания указанных приказов.

Свидетель К. в судебном заседании показал, что, зная об издании приказа об увольнении ФИО3 с военной службы, он, являясь командиром последнего, неоднократно пытался до того дозвониться для передачи указанной информации, однако ФИО3, находясь в госпитале <иные данные>, длительное время не был доступен. ХХ ХХ ХХ, когда удалось созвониться с ФИО3, он уведомил того об издании приказа об увольнении с военной службы. Затем ХХ ХХ ХХ, когда ФИО3 привезли на автомобиле к КПП войсковой части, он вновь сообщил тому о приказе об увольнении, а также уведомил, что тот исключен из списков части. Вместе с тем, самих указанных приказов он не видел и до ФИО3 их не доводил.

Учитывая указанные обстоятельства и не опровергнутое в суде утверждение ФИО3, что копии оспоренных им приказов его представителем были получены лишь ХХ ХХ ХХ в военном комиссариате, а также, поскольку в судебном заседании установлено, что ФИО3, хоть от своего командира и знал с ХХ ХХ ХХ об издании приказа о его увольнении с военной службы, однако до него оспоренные приказы не были доведены под роспись, и ему не было доведено полностью содержание указанных приказов, в том числе и в части, обстоятельств, которые им оспариваются, то суд полагает, что административным истцом не пропущен срок на обращение в суд с оспариванием вышеуказанных приказов командира войсковой части 00000.

При разрешении по существу заявленных административным истцом требований, суд учитывает следующие обстоятельства.

Согласно ч. 1 ст. 23 Федерального закона от 27мая1998года №76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, состоящие на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях в федеральном органе исполнительной власти или федеральном государственном органе, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, без их согласия не могут быть уволены с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями без предоставления им жилых помещений или жилищной субсидии, за исключением случаев, предусмотренных абзацем третьим настоящего пункта.

В соответствии с послужным списком ФИО3 он военную службу по контракту проходил с ХХ ХХ ХХ.

<иные данные>

Согласно копиям рапорта ФИО3 и листов беседы с ним, он ХХ ХХ ХХ обратился к командованию с просьбой уволить его с военной службы в связи с болезнью, после чего с ним ХХ ХХ ХХ начальником отделения кадров войсковой части 00000 проведено две беседы. В ходе указанных бесед ФИО3, согласившись в целом с увольнением с военной службы по состоянию здоровья, указал на свою необеспеченность жильем и не согласие на увольнение с оставлением в списках очередников на жилье. Также он указал, что не состоит в реестре нуждающихся в получении постоянного жилья, испытывает трудности в оформлении документов на жилье, этим вопросом еще не занимался, собирается им заняться, и на оформление жилищной субсидии он не согласен.

В оспоренном ФИО3 приказе от ХХ ХХ ХХ № ХХХ указано, что он на основании его же рапорта и заключения ВВК от ХХ ХХ ХХ уволен с военной службы в отставку по состоянию здоровья <иные данные>, и увольняется он со службы без согласия в связи с не предоставлением в установленном порядке документов, необходимых для предоставления жилого помещения (субсидии для приобретения или строительства жилого помещения).

Как пояснил представитель административного ответчика Ольховский, после подачи ФИО3 в ХХ ХХ ХХ рапорта на увольнение с военной службы последнего длительное время не увольняли именно из-за того, что тому предоставлялось время и возможность собрать необходимые документы для постановки на учет в качестве нуждающегося в постоянном жилье, однако тот так и не подал в жилищный орган соответствующих документов.

При этом представитель административного истца Петрович отметила, что ФИО3 своевременно не смог подать в жилищный орган заявление и документы для постановки на учет для получения постоянного жилья и требуемые к нему из-за того, что именно командованием не изготавливались необходимые для этого документы. Однако, в подтверждение указанных обстоятельств адвокатом Петрович не было представлено в суд каких-либо доказательств отказа командования в изготовлении необходимых ФИО3 документов, обжалования последним такого отказа вышестоящему командованию, в прокуратуре, либо оспаривания такого отказа в суд.

Вместе с тем, согласно показаниям свидетеля К., он неоднократно напоминал ФИО3 о необходимости собрать и подать в жилищный орган документы для постановки на учет нуждающихся в постоянном жилье, и самостоятельно подготовил для того необходимые копии документов, однако ФИО3 надлежащих мер для постановки на учет для получения постоянного жилья не принял.

Также, в соответствии с представленным из отдела № 4 ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» сообщением от ХХ ХХ ХХ № ХХХ и приложенным к нему документам, ФИО3 с ХХ ХХ ХХ состоял в списке нуждающихся в получении служебного жилого помещения, из которого исключен в связи с увольнением с военной службы, однако не состоял и не состоит на учете в едином реестре нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых для постоянного проживания, и с заявлением о признании его таковым в жилищный орган не обращался.

Таким образом, поскольку в судебном заседании установлено, что после получения от ФИО3 рапорта об увольнении со службы по льготному основанию, при котором он лишь при условии нахождения на учете нуждающихся в жилых помещениях не мог быть уволен с военной службы без предоставления жилого помещения, и командованием предоставлено тому более <иные данные> месяцев для сбора и подачи документов для постановки на жилищный учет, оказывая тому содействие в сборе необходимых документов, однако тот и за столь длительное время не представил в жилищный орган документов, подтверждающих его нуждаемость в получении жилья, и таковая нуждаемость установленным порядком жилищным органом МО РФ не установлена, то суд полагает, что командир войсковой части 00000 обоснованно принял решение об увольнении ФИО3 с военной службы без предоставления тому жилья.

При этом довод адвоката Петрович, что свидетельством препятствования командованием ФИО3 в сборе необходимых документов является то, что последняя из предоставленных тому командованием справка о прохождении им службы в войсковой части 00000 выдана лишь ХХ ХХ ХХ, суд полагает необоснованным, поскольку ни в указанный день, ни в последующем, ФИО3 документы, подтверждающие его нуждаемость в жилье, в жилищный орган МО РФ не представлены.

Более того, из представленных в суд справок администрации <иные данные> и Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, по вопросам обеспеченности ФИО3 жильем, выданы последнему лишь ХХ ХХ ХХ, что безусловно свидетельствует об отсутствии вины командования войсковой части 00000 в том, что в период службы административным истцом не подано обоснованное заявление на постановку его на учет в качестве нуждающегося в постоянном жилье.

Относительно исключения ФИО3 из списков части суд учитывает следующее.

Как видно из копий выписного эпикриза истории болезни № ХХХ и заключения № ХХХ, оформленных на имя ФИО3, последний ХХ ХХ ХХ находился на <иные данные> лечении в ФГБУ «1409 ВМКГ» МО РФ в связи с получением ХХ ХХ ХХ травмы <иные данные> после чего военно-врачебная комиссия заключением ХХ ХХ ХХ<иные данные>, полагала необходимым предоставить ему отпуск по болезни сроком на <иные данные> суток.

Согласно копиям сообщений №№ ХХХ, ХХ ХХ ХХ ФГБУ «1409 ВМКГ» МО РФ уведомляло войсковую часть 00000 соответственно о поступлении ФИО3 на <иные данные> лечение в указанное лечебное учреждение, а затем о выписке его из лечебного учреждения.

В соответствии с требованиями ст.ст. 10, 78, 81, 82, 335, 348 и 362 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495, государство осуществляет охрану жизни и здоровья военнослужащих. Командир (начальник) обязан создавать условия для укрепления здоровья военнослужащих, а также принимать меры по охране здоровья и медицинскому обеспечению военнослужащих. При этом одним из основных лечебно-профилактических мероприятий является стационарное лечение военнослужащих.

При этом согласно ст. 359 указанного устава рекомендации врача (фельдшера) о частичном или полном освобождении военнослужащего от исполнения обязанностей подлежат обязательному выполнению должностными лицами; об освобождении от исполнения обязанностей военной службы военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, и о выходе их на службу после болезни объявляется в приказе командира.

В силу требований ч. 9 ст. 11 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и п. 7 ст. 31 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 года № 1237 отпуск по болезни предоставляется военнослужащему на основании заключения военно-врачебной комиссии на срок от 30 до 60 суток.

Следовательно, поступив в период военной службы на <иные данные> лечение в военное лечебное учреждение, ФИО3 должен был пройти лечение, а по выходу <иные данные> ему должен был быть предоставлен отпуск по болезни сроком на <иные данные> суток.

Вместе с тем, в соответствии с требованиями ч. 5 ст. 11 Федерального закона «О статусе военнослужащих» ФИО3, с учетом его календарной выслуги <иные данные> лет и при отсутствии у него льготной выслуги лет, полагается пропорционально прослуженному периоду до ХХ ХХ ХХ основной отпуск за ХХ ХХ ХХ год в количестве <иные данные> суток.

Однако, в соответствии с выпиской из приказа командира войсковой части 00000 от ХХ ХХ ХХ № ХХХ ФИО3 после предоставления ему основного отпуска за ХХ ХХ ХХ год сроком <иные данные> суток ХХ ХХ ХХ исключен из списков части с ХХ ХХ ХХ и направлен на воинский учет в отдел военного комиссариата <адрес>

Таким образом, поскольку основной и по болезни, отпуска подлежат обязательному предоставлению военнослужащему в период военной службы, и до использования указанных отпусков он не может быть исключен из списков части, то суд полагает незаконным исключение ФИО3 из списков части именно с ХХ ХХ ХХ, поскольку в указанное время он находился на <иные данные> лечении и указанных отпусков он не использовал.

Учитывая вышеуказанные требования закона и установленные в суде обстоятельства, суд полагает необходимым изменить в оспоренном административным истцом приказе № ХХХ дату его исключения из списков части с ХХ ХХ ХХ с учетом предоставления ему отпуска по болезни сроком на <иные данные> суток с ХХ ХХ ХХ и основного отпуска за ХХ ХХ ХХ год пропорционально прослуженному периоду сроком на <иные данные> суток с ХХ ХХ ХХ.

Вместе с тем, суд полагает обоснованным довод административного истца о незаконности указания в оспоренном им приказе о постановке его на учет в военном комиссариате.

Так, Положением о военных комиссариатах, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 7 декабря 2012 года № 1609, предусмотрено, что одной из основных задач военных комиссариатов является организация и осуществление воинского учета граждан.

Вместе с тем, пп. «а» п. 3 ст. 50 Федерального закона от 28марта1998года №53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» предусмотрено, что военнослужащие увольняются с военной службы с постановкой на воинский учет, за исключением военнослужащих, уволенных с военной службы в отставку.

Таким образом, поскольку ФИО3, уволенный с военной службы в отставку, не может быть поставлен на воинский учет, и ведение военными комиссариатами какого-либо учета уволенных в отставку бывших военнослужащих действующим законодательством не предусмотрено, то суд полагает незаконным и подлежащим отмене указание в приказе об увольнении ФИО3 с военной службы, что он подлежит направлению на учет в отдел военного комиссариата, а в приказе об исключении из списков части, что он подлежит направлению на воинский учет в отдел военного комиссариата.

Однако, иные доводы, приведенные административным истцом и его представителем в обоснование заявленных требований, суд полагает необоснованными.

Так, представленными в суд копиями карточки учета вещевого имущества ФИО3, раздаточной ведомости № ХХХ, требования-накладной № ХХХ, а также накладной № ХХХ, подтверждается факт получения ФИО3 <иные данные> наименований инвентарного имущества, которое в силу требований п. 25 Правил владения, пользования и распоряжения вещевым имуществом…, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 22 июня 2006 года № 390, подлежит возврату.

Учитывая изложенное, а также то, что в ходе проведенной перед увольнением с военной службы беседы ФИО3 указал о своем согласии добровольно внести денежные средства при выявлении недостачи за недоношенное вещевое имущество, суд полагает обоснованным указание в приказе об исключении последнего из списков части о наличии у того задолженности за полученные им предметы вещевого имущества <иные данные>.

При этом стоимость этого имущества именно в указанном размере подтверждается справкой начальника вещевой службы войсковой части 00000 от ХХ ХХ ХХ № ХХХ.

Вместе с тем, поскольку предметом административного иска по данному делу не является стоимость инвентарного вещевого имущества, не возвращенного ФИО3, то суд не находит законных оснований для проверки по данному делу правильности указания самой суммы имеющейся у того задолженности по этому имуществу.

Также, войсковой частью 00000 представлен суду перечень вещевого имущества личного пользования из <иные данные> наименований, которые не получены ФИО3 в период военной службы.

Представитель административного истца пояснила, что невыдача ФИО3 указанного имущества нарушает его право на обеспечение полагающимся довольствием в период службы, и оно не было получено ее доверителем лишь в силу того, что тот не ожидал, что будет уволен с военной службы, поэтому и не торопился с получением полагающегося ему имущества личного пользования.

Однако, в силу требований ст. 14 Федерального закона «О статусе военнослужащих», а также указанных выше Правил владения, пользования и распоряжения вещевым имуществом…, командование обязано обеспечить военнослужащего вещевым имуществом личного пользования лишь при обращении последнего за получением такового, и какой-либо обязанности командования выдать военнослужащему вещевое имущество личного пользования при отсутствии его обращения за таким имуществом действующим законодательством не предусмотрено.

Таким образом, поскольку суду не представлено доказательств отказа командования войсковой части 00000 ФИО3 в обеспечении вещевым имуществом личного пользования, то нарушений по обеспечению административного истца указанным имуществом не усматривается.

Также, поскольку в силу требований ст. 16 Федерального закона «О статусе военнослужащих» граждане, уволенные с военной службы, имеют право на медицинскую помощь в медицинских организациях государственной или муниципальной систем здравоохранения и подлежат обязательному медицинскому страхованию в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в связи с чем ФИО3 и после увольнения с военной службы вправе получить надлежащее медицинское обслуживание установленным порядком, то довод представителя административного истца о том, что в связи с увольнением с военной службы ее доверитель не может пройти <иные данные> лечение, является необоснованным.

Руководствуясь ст.ст. 175-180, 227 КАС РФ, военный суд,

решил:

административное исковое заявление ФИО3 об оспаривании действий командира войсковой части 00000, связанных с увольнением ФИО3 с военной службы, а также действий командира войсковой части 00000 и руководителя ФКУ «Единый расчетный центр МО РФ», связанных с исключением ФИО3 из списков личного состава войсковой части, удовлетворить частично.

Обязать командира войсковой части 00000 в приказе от ХХ ХХ ХХ № ХХХ исключить указание на то, что ФИО3 подлежит направлению на учет в отдел военного комиссариата <адрес>

Обязать командира войсковой части 00000 в приказе от ХХ ХХ ХХ № ХХХ:

- исключить указание на то, что ФИО3 подлежит направлению на воинский учет в отдел военного комиссариата <адрес>;

- изменить дату исключения ФИО3 из списков личного состава войсковой части на ХХ ХХ ХХ с учетом предоставления ему отпуска по болезни сроком на <иные данные> суток с ХХ ХХ ХХ и основного отпуска за ХХ ХХ ХХ год пропорционально прослуженному периоду сроком на <иные данные> суток с ХХ ХХ ХХ, а также обеспечить его всеми положенными видами довольствия за период незаконного исключения из списков части.

В остальной части требования ФИО3 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Балтийский флотский военный суд через Балтийский гарнизонный военный суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу

И.М.Стасюк