Решение № 2-384/2024 2-384/2024~М203/2024 М203/2024 от 23 июня 2024 г. по делу № 2-384/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 июня 2024 года г.Черняховск

Черняховский городской суд Калининградской области в составе председательствующего судьи С.В. Ткачевой,

при секретаре судебных заседаний ФИО1,

с участием ответчика А.В. Кана,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску АО «Военторг – Запад» к ФИО2 о взыскании материального ущерба,

установил:

АО «Военторг – Запад» обратилось в суд с исковым заявлением к Кану А.В. о взыскании причиненного ущерба в сумме 95 311 руб. 83 коп., а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 3059 руб. 35 коп.

В обоснование заявленных требований указано, что 16.10.2023 между сторонами заключен срочный трудовой договор, по условиям которого ответчик был принят на должность кочегара котельной на твердом топливе, расположенной по адресу: <...>.

Кочегарам был установлен режим работы сутки через двое, начало смены 9:00 утра, окончание смены в 09:00 утра следующего дня.

01.11.2023 ФИО2 заступил в свою смену после кочегара ФИО4 и должен был смениться со следующим кочегаром ФИО5 02.11.2023.

Во время смены ответчика в ночное время 01 ноября 2023г с 20:00. и до 06:30 02 ноября 2023 г. (10:30) в котельной произошла авария – вследствие бесконтрольного горения угольного топлива в котле, работы насосного оборудования, произошли отклонения от нормативных параметров давления и температуры теплоносителя на протяжении длительного времени, что привело к выходу из строя котла и патрубка. В этот промежуток времени кочегар Кан отсутствовал на рабочем месте без уважительных причин, оставив без присмотра объект повышенной опасности – котельную. Невыполнение должностных обязанностей, халатное отношение к работе, отсутствие контроля за работой котла привели к аварии. При нахождении на рабочем месте кочегар Кан мог бы своевременно принять меры по аварийной остановке котла и не допустить его выхода из строя.

Поскольку ФИО2 нарушил трудовую дисциплину, условия своего трудового договора № 30/10 от 12.10.2020, должностную инструкцию кочегара, правила техники безопасности и противопожарной безопасности, то приказом директора №/л от ДД.ММ.ГГГГ был привлечен к дисциплинарному взысканию в виде увольнения (за прогул), приказом № 418 /л от 03.11.2023 с ним расторгнут трудовой договор.

Своими действиями Кан причинил материальный ущерб работодателю, который составил 95311 руб. 83 коп., из них: стоимость отопительного котла, вышедшего из строя по состоянию на 30.10.2023 в размере 26713 руб.90 коп., расходы на установку нового рабочего котла взамен непригодного на сумму 78000 руб.

В счет погашения причиненного ущерба при увольнении ФИО2 с окончательного расчёта была удержана сумма в размере 9402 руб. 07 коп.

Ссылаясь на положения п.8 ч.1 ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации просил взыскать ущерб, причиненный работником не при исполнении работником трудовых обязанностей.

От представителя истца поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, заявленные требования поддерживает в полном объеме.

Ответчик в судебном заседании требования не признал, пояснил при этом, что с материалами служебной проверки он ознакомлен не был, обучение на кочегара не проходил, то удостоверение, которые было выдано, его оформлением занимался работодатель. Сама система отопления находилась в неисправном состоянии. При пробной топке второй котел в котельной дал течь, этот котел, также работал нестабильно, в систему постоянно нужно было подкачивать воду. Он действительно покинул в ту ночь рабочее место, но руководитель и не настаивал на том, чтобы кочегары постоянно находились в котельной. Температура на улице была плюсовой, потому он и покинул помещение котельной.

Выслушав ответчика, допросив свидетеля, исследовав и оценив представленные доказательства письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ) работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В силу ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Согласно ст. 242 ТК РФ, полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Работники в возрасте до восемнадцати лет несут полную материальную ответственность лишь за умышленное причинение ущерба, за ущерб, причиненный в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, а также за ущерб, причиненный в результате совершения преступления или административного правонарушения.

В соответствии с п. п. 1, 3, 5, 6, 8 ч. 1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; умышленного причинения ущерба; причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

Из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», следует, что на работодателя возложена обязанность доказать противоправность поведения (действия или бездействия) причинителя вреда; вину работника в причинении ущерба; причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Наличие обвинительного приговора суда для возможного привлечения работника к полной материальной ответственности по пункту 5 части первой статьи 243 ТК РФ является обязательным условием. При определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (п. п. 4, 11, 15).

В силу ст. 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Судом установлено и из материалов дела следует, что приказом от 12.10.2023 ФИО2 был принят на должность кочегара в обособленное подразделение « Калининградское» акционерного общества «Военторг – Запад» на время отопительного периода со сменным режимом работы; трудовой договор заключен 12.10.2023 № 30/10.

Из трудового договора следует, что местом работы является структурное подразделение «Отделение недвижимости» по адресу: <...>.

Из служебной записки от 02.11.2023 следует, что 02.11.2023 утром поступила информация о том, что вышел из строя отопительный котел (инв. № 00010438) в котельной по адресу: <...>, Литер Б. Выезд на место и осмотр котельного оборудования показал, что котел выведен из строя по причине отсутствия должного контроля со стороны кочегара. Отопительный котел к ремонту и дальнейшей эксплуатации не пригоден.

Из объяснительной кочегара ФИО2 следует, что заступил на смену в котельную 01.11.2023 в 08:30, все работало исправно. В 17:00 сделал крайнюю закладку одного ведра угля, температура в котле была 45-50 градусов, вечером в районе 18-19:00 сделал обход, все работало в соответствии с нормой. Система была заполнена, обогрев радиаторов производился. В районе 23:00 проверял кочегарку, все работало в нормальном режиме. С 23:00 до 06:00 отлучился к другу. Утром пришел и увидел, что произошла авария, а именно, насос не работал, вода вытекла на пол, трещины чугунной стенки, обожженные боковины котла и термометр выхода дымохода. Закрыл все задвижки. Обнаружил, что сетевой насос не работал, давления в системе не было. Последний раз в 17-18 часов подбрасывал одно ведро угля, а в топке находилось примерно 2 ведра догорающего угля.

От кочегаров ФИО8 и ФИО9 также были получены объяснения.

Для выяснения причин поломки отопительного котла, было проведено служебное расследование 03.11.2023.

Согласно акту служебного расследования от 03.11.2023 кочегар ФИО2 в нарушение трудовой дисциплины и установленного распорядка без оснований и уважительных причин отсутствовал на рабочем месте 01.11.2023 с 20:00 до 23:00 (3 часа) и с 23:00 до 06:30 02.11.2023 (7 час 30 мин). Самоустранение кочегара ФИО2 от выполнения своих должностных обязанностей привело к бесконтрольному горению угольного топлива в котле, работе насосного оборудования, отклонениям нормативных параметров давления и температуры теплоносителя на протяжении длительного времени. Отсутствие кочегара на рабочем месте исключило возможность провести своевременно регулировку отопительного процесса (изменить объем горящего в топке котла топлива, поступающего в топку воздуха, удаляемых дымовых газов на выходе из топки котла, подпитки теплоносителя), произвести аварийную остановку котла до произошедшей аварийной ситуации, выполнить мероприятия по локализации аварийной ситуации и не допустить аварийных выхода из строя котельного оборудования.

При осмотре места аварии было обнаружено: чугунные секции остывшего котла и патрубок выхода из топки котла дымовых газов от перегрева красноватого цвета. На задней чугунной секции котла заметна диагональная трещина. Обмуровка котла разрушена прогарами. Металлическая боковая обшивка котла вспучена, краска на ней от высокого нагрева облупилась. От воздействия высокой температуры в латунном сгоновом соединении патрубка подачи теплоносителя котла с сетевым подающим трубопроводом образовалась трещина, защитное термостойкое стекло градусника на подающем теплоноситель из котла трубопроводе, а также его внутренности (указатель температуры и шкала) деформированы.

Система отопления здания Ателье опустошена (давление в сетевом трубопроводе «на подаче» и «в обратке» - 0 атм.). Все задвижки, имеющиеся на трубопроводах в котельной, закрыты, сетевые насосы выключены уже после случившейся аварии в 06:30 02.11.2023. При обследовании и попытке заполнения системы отопления теплоносителем начались многочисленные протечки воды через трещины в чугунных секциях котла и в местах их соединений. Спускные клапаны в рабочем состоянии. Автоматические выключатели электроподключения насосов в исправном включенном состоянии. Сетевые насосы в исправном состоянии, включились пусковой кнопкой. В 11:00 02.11.2023, по пояснениям кочегара ФИО2 уже в 06:30 02.11.2023, вытекшая из котла после аварии вода сдренировала через пол подвала, остыла, пара в котельной не было. Значит, авария произошла значительно раньше, чем 06:30 02.11.2023. Из объяснений кочегара ФИО2 последнюю загрузку топлива в топку котла он произвел в 17:00 01.11.2023 в объеме 1 ведра. Однако к 23:00 01.11.2023, когда по его объяснениям он «проверял котельную», т.е. за 6 часов полностью сгорели бы и три ведра топлива. Предварительное разбирательство, осмотр и обследование котельного оборудования показывают, что вероятнее всего кочегар ФИО2 еще в вечернее время 01.11.2023 загрузил в топку котла значительно большее количество топлива, чем утверждает в объяснительной, с целью самовольного ухода с рабочего места на длительный период и поддержания температурных параметров теплоносителя в системе отопления во время своего отсутствия. Авария на оборудовании котельной произошла при нагреве теплоносителя выше нормативного значения, скорее всего, до (около) 23:59 01.11.2023, в период и по причине самовольного ухода кочегара с рабочего места.

Отопительный котел ремонту и дальнейшей эксплуатации непригоден.

Опросив кочегаров, осмотрев место аварии, комиссия пришла к выводу о том, что невыполнение должностных обязанностей, халатное отношение к работе, отсутствие контроля за работой котла кочегаром ФИО2 привели к аварии. При нахождении на рабочем месте, кочегар ФИО2 мог бы своевременно принять меры по аварийной остановке котла и не допустить его выхода из строя. Повреждения, имеющиеся на котле свидетельствуют о том, что произошел перегрев теплоносителя (стенок) из – за закидывания угля сверх нормы, закипание и повышение давления внутри котла, итог – взрыв.

Кан нарушил Правила внутреннего трудового распорядка для работников ОП «Калининградское» АО «Военторг-Запад», трудовую дисциплину, трудовой договор № 30/10 от 12.10.2020, должностную инструкцию кочегара, а также правила по технике безопасности и противопожарной безопасности.

Своими действиями и бездействиями кочегар ФИО2 причинил работодателю материальный ущерб, который по данным бухгалтерского учёта составляет 26713 руб. 90 коп.

Сделан вывод о том, что фактически ущерб причинен из – за того, что ФИО2 покинул рабочее место (не при исполнении должностных обязанностей), сумма причиненного ущерба превышает средний заработок ФИО2

По итогам расследования предложено было уволить кочегара ФИО2 за прогул (пп. «а» п.6 ч.1 ст.81 ТК РФ), датой увольнения 02.11.2023, в табеле учёта рабочего времени отразить фактические часы работы кочегара в смену с 01.11. по 02.11.2023 дневные часы 13 час. 30 мин., ночные - 0 час. Привлечь кочегара ФИО2 к материальной ответственности в размере 26713 руб. 90 коп. Причитающийся Кану А.В. расчёт при увольнении в сумме 9402 руб. 07 коп. удержать в счёт возмещения причиненного ущерба работодателю, оставшуюся сумму ущерба 17311 руб. 83 коп. взыскать с ФИО2 в судебном порядке.

При этом суд отмечает, что с материалами служебного расследования ФИО2 ознакомлен не был.

Приказом от 03.11.2023 № 417/л к кочегару Кану А.В. применена мера дисциплинарного взыскания в виде увольнения по пп «а» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ – прогул, а именно отсутствие на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Приказом от 03.11.2023 № 418/л с ФИО2 расторгнут трудовой договор.

С данными приказами ФИО2 был ознакомлен путем направления их фото работодателем в массенджере Ватцап.

Из показаний свидетеля ФИО5 следует, что он также был принят кочегаром в котельную, в которой работал ФИО2, перед началом отопительного сезона проводилась пробная топка. В ходе этой топки, второй котел в котельной дал трещину и вышел из строя. Потому было решено использовать только один котел. Однако, вся система отопления данного здания Ателье находится в ужасном состоянии: постоянно отключаются насосы, имеются деревянные заглушки на трубах отопления, давление постоянно падает, нужно периодически подкачивать воду. После того, как спорный котел вышел из строя привезли и установили другой котел, но и тот, через некоторое время вышел из строя.

Согласно представленной истцом справочной информации при проведении пробной топки в период с 16.10.2023 по 20.10.2023 один котел (левый) вышел из строя (обнаружена трещина в чугунной лобовой секции с утечкой теплоносителя в топку котла). Аварийный взрывной клапан потерял герметичность и вышел из строя. Введен в эксплуатацию правый котел. Продолжена топка с подпиткой системы отопления. Сорвало спускной клапан на радиаторе системы отопления, образовалась утечка теплоносителя. Установлена деревянная заглушка, продолжена топка после подпитки системы отопления, ремонт запланирован на ноябрь 2023 года.

Из актов гидравлического испытания теплотрассы следует, что после выполнения предусмотренных договором монтажных работ проведены гидравлические испытания только 14.12.2023.

Таким образом, оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что истцом не доказана противоправность поведения, умышленный, виновный характер действий ФИО2, совершенных с целью причинения ущерба истцу, причинно – следственная связь между действиями работника и причиненным ущербом, а также вина работника в причинении ущерба.

Так, акт служебного расследования проведенного комиссией 03.11.2023 основывается исключительно на предположениях причин возникновения аварии, а именно о возможной загрузке большего количества топлива в котел, нежели положено, однако какого – либо экспертного заключения причины аварии и в котельной, истцом представлено не было. Факт отсутствия на рабочем месте кочегара ФИО2 не образует причинно – следственную связь между его действиями и наступившим ущербом.

Довод ответчика о том, что ему не требовалось загружать в котел большее количество топлива, соответствует данным прогноза погоды, согласно которым в ночь с 01.11.2023 на 02.11.2023 наблюдалась положительная температура воздуха.

Более того, из представленных доказательств и показаний свидетеля с очевидностью не следует, что оборудование котельной и теплотрасса находились в исправном состоянии.

Кроме того, суд обращает внимание на тот факт, что с ответчика удержан его заработок за время работы в полном объеме в размере 9402 руб. 07 коп.

Поскольку материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба, а бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, то не представление совокупности указанных доказательств является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

На основании изложенного, исковые требования подлежат оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования АО «Военторг – Запад» (ИНН <***>) к ФИО2 (ИНН №) о взыскании материального ущерба, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Черняховский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья С.В. Ткачева

Мотивированное решение суда изготовлено 28.06.2024.

Судья С.В. Ткачева