Апелляционное постановление № 22К-824/2023 от 19 апреля 2023 г. по делу № 3/2-42/2023

Судья ФИО3 Дело №22К-824/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Иваново "20" апреля 2023 года

Судья Ивановского областного суда ФИО14

с участием прокурора ФИО9,

обвиняемого ФИО2/путём использования системы видео-конференц-связи/, его защитников – адвокатов ФИО7, ФИО8, представивших удостоверения №№,774 и ордера №№,133505 от ДД.ММ.ГГГГ, выданные Ивановской коллегией адвокатов «Эталон», <адрес> коллегией адвокатов соответственно,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО4

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы защитников ФИО7, ФИО8 на постановление Октябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО2, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданину РФ, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ,

продлён срок содержания под стражей.

Доложив содержание обжалуемого судебного решения и существо апелляционных жалоб стороны защиты, выслушав мнения участников судебного разбирательства, суд

у с т а н о в и л:

СУ СК РФ по <адрес> возбуждены уголовные дела –

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 по признакам преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ,

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 по признакам преступления, предусмотренного ч.5 ст.291 УК РФ,

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.291 УК РФ,

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО6 по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ,

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ,

Вышеуказанные уголовные дела на основании постановлений руководителя следственного органа от 1,2 августа, 10 сентября, ДД.ММ.ГГГГ соединены в одно производство.

По подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.6 ст.290 УК РФ ФИО2 задержан в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 по ч.6 ст.290 УК РФ предъявлено обвинение, и ДД.ММ.ГГГГ ему постановлением Октябрьского районного суда <адрес> избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 29 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно. Впоследствии срок содержания обвиняемого ФИО2 под стражей неоднократно продлевался, в том числе – постановлением Октябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на 2 месяца, а всего – до 8-ми месяцев, по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

ДД.ММ.ГГГГ обвинение по ч.6 ст.290 УК РФ ФИО2 перепредъявлено в ФИО1 редакции.

ДД.ММ.ГГГГ обвиняемый ФИО2 и его защитники уведомлены об окончании следственных действий по уголовному делу и с ДД.ММ.ГГГГ приступили к ознакомлению с последним.

Срок предварительного следствия по уголовному делу неоднократно продлевался, последний раз - ДД.ММ.ГГГГ и.о.руководителя СУ СК РФ по <адрес> на 1 месяц, а всего до 9-ти месяцев, до ДД.ММ.ГГГГ/т.1 л.д.39/.

Постановлением Октябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ обвиняемому ФИО2 срок содержания под стражей продлён на 29 суток, а всего - до 8-ми месяцев 29 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно. Мотивы принятому решению в вынесенном постановлении приведены.

В поданных в интересах обвиняемого апелляционных жалобах защитники ФИО7, ФИО8, находя состоявшееся ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 судебное решение не соответствующим требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, просят об отмене последнего, приводя в обоснование своих позиций следующие доводы:

защитник ФИО7 -

оспариваемое решение судом принято без учёта требований ст.ст.97,99, ч.1 ст.108 УПК РФ, а также положений постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога»; фактических обстоятельств, которые бы свидетельствовали о реальной возможности совершения обвиняемым указанных в ст.97 УПК РФ действий и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения к нему более мягкой меры пресечения, в ходе судебного заседания не установлено; данных, свидетельствующих о наличии у ФИО2 обширных связей в органах государственной власти, местного самоуправления, правоохранительных органах, в судебном заседании не исследовалось; в настоящее время производство предварительного следствия по уголовному делу признано оконченным, а собранные доказательства – достаточными для составления обвинительного заключения; при таких обстоятельствах основания, по которым обвиняемому избиралась и впоследующем неоднократно продлевалась самая строгая мера пресечения, отпали;

защитник ФИО8 -

-в оспариваемом постановлении не мотивировано и не подтверждено конкретными данными наличие достаточных оснований полагать, что ФИО2 может воспрепятствовать производству по уголовному делу, оказать воздействие на свидетелей с целью изменения ими показаний в интересах обвиняемого; выводы суда об обратном являются голословными; указание судом на возможность применения обвиняемым административного ресурса с учётом занимаемых им ранее в органах местного самоуправления должностей, а также наличия у него «обширных связей в органах области и других структур» является надуманным; обвиняемый от должности первого заместителя Главы администрации <адрес> в настоящее время отстранён, что подтверждено документально; вопреки выводу суда о появлении у обвиняемого при ознакомлении с материалами уголовного дела возможности определить изобличающих его свидетелей, ДД.ММ.ГГГГ производство предварительного следствия по делу было возобновлено без предоставления стороне защиты возможности какого-либо ознакомления с последним; в представленных в распоряжение суда материалах отсутствуют сведения об изобличающих ФИО2 по предъявленному обвинению свидетелях; обвиняемый ФИО5 таким свидетелем не является, находится под домашним арестом, в связи с чем ФИО2 оказать на него давления объективно не сможет, кроме того, и не имея такого намерения; доказательств того, что обвиняемый может оказать давление на иных свидетелей, судом не приведено; показания сотрудников администрации <адрес> какого-либо изобличающего обвиняемого характера не несут; как-либо препятствовать производству по делу, влиять на ход расследования обвиняемый не намерен; факт примерного поведения обвиняемого в истекший период предварительного следствия и отсутствие с его стороны попыток воспрепятствовать ходу расследования подтверждается соответствующими пояснениями следователя в судебном заседании; следствие по уголовному делу закончено, все свидетели допрошены, документы изъяты, какое-либо влияние со стороны обвиняемого на дальнейшее развитие ситуации и ход рассмотрения уголовного дела фактически исключено; показания свидетеля ФИО3 о его переживаниях по поводу возможности оказания на него обвиняемым воздействия являются голословными, данный свидетель относительно каких-либо значимых обстоятельств по делу не осведомлён; при этом аналогичные показания указанного свидетеля относительно второго обвиняемого – Гангуры учитывались судом при определении позиции по мере пресечения в отношении последнего и были оценены в пользу возможности применения к нему более мягкой меры пресечения; обстоятельства, являвшиеся ранее достаточными для заключения обвиняемого под стражу и дальнейшего продления срока последней, не подтверждают в настоящее время необходимость продления ФИО2 срока его содержания под стражей фактически до девяти месяцев; сами по себе коррупционность и тяжесть инкриминируемого обвиняемому преступления не могут являться безусловным основанием для дальнейшего сохранения ему самой строгой меры пресечения; в распоряжение суда не представлено доказательств, свидетельствующих о причастности ФИО2 к инкриминируемому ему преступлению; предъявленное обвинение по сути основано исключительно на показаниях одного лица, также привлекаемого по данному уголовному делу в качестве обвиняемого; ФИО2 имеет постоянное место жительства, обременён имуществом, семьёй, детьми, близкими родственниками; по месту регистрации до своего задержания проживал на постоянной основе, был трудоустроен; скрываться от следствия не намерен; характеризуется исключительно положительно, имеет знаки отличия в работе и общественной жизни, ранее к уголовной и административной ответственности не привлекался; жилищные условия для исполнения в отношении обвиняемого домашнего ареста имеются, и такая мера пресечения будет достаточной для обеспечения беспрепятственного расследования уголовного дела.

В судебном заседании обвиняемый ФИО2, его защитники ФИО7, ФИО8 апелляционные жалобы поддержали, кроме того, акцентировав внимание на следующем. Предусмотренных ч.1 ст.97 УПК РФ оснований в отношении обвиняемого не имеется. Реальная возможность оказания обвиняемым воздействия на кого-либо из свидетелей по делу исключена, и повлиять на расследование он никоим образом уже не может. На протяжении истекшего восьмимесячного срока содержания под стражей обвиняемый ни на кого никакого воздействия не оказывал. Следственных действий с участием обвиняемого уже длительное время не проводится, ФИО2 за последние шесть месяцев «видел следователя не более трёх раз». Ранее сотрудники ФСБ предлагали ему оговорить гр-на Гангуру в обмен на более мягкую меру пресечения, но он не согласился, в силу чего находится под стражей и по настоящее время. Гангура же его оговорил в инкриминируемом преступлении, которого он в действительности не совершал. Исходя из судебной практики, по другим аналогичным делам обвиняемым избирается либо залог либо домашний арест. Изменение в его отношении меры пресечения на более мягкую будет способствовать более эффективному его ознакомлению с материалами уголовного дела.

Прокурор ФИО9, находя доводы стороны защиты необоснованными, просил в удовлетворении жалоб отказать, а вынесенное ДД.ММ.ГГГГ постановление оставить без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, выслушав участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Оснований для такой оценки представленных в распоряжение суда материалов, которая бы свидетельствовала о необходимости отмены оспариваемого стороной защиты постановления и принятия решения об отказе в удовлетворении ходатайства следователя, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Сведений, которые бы влияли на правильность состоявшегося ДД.ММ.ГГГГ судебного решения и безосновательно были оставлены без внимания, в распоряжении суда первой инстанции не имелось. Не представлено таких сведений и в рамках апелляционного производства по делу.

Оснований полагать, что обжалуемое судебное решение принято без учёта требований действующего уголовно-процессуального законодательства РФ, а равно правовых позиций Пленума Верховного Суда РФ, как об этом утверждается в апелляционных жалобах, не имеется.

Вопреки доводам жалоб, наличие предусмотренных законом оснований для дальнейшего сохранения ранее избранной ФИО2 самой строгой меры пресечения судом первой инстанции мотивировано со ссылкой на конкретные, фактические обстоятельства применительно к характеру и степени общественной опасности инкриминируемого обвиняемому преступления, сведениям о его личности и ранее занимаемой должности в системе органов местного самоуправления, составу допрошенных по уголовному делу свидетелей.

При этом такого изменения обстоятельств, послуживших основаниями для заключения ФИО2 под стражу и последующего сохранения срока действия самой строгой меры пресечения, что свидетельствовало бы о возможности изменения её в настоящее время на более мягкую, из представленных в распоряжение суда материалов не усматривается.

Вывод суда о наличии обоснованных опасений в том, что, находясь на свободе, вне условий содержания в следственном изоляторе, ФИО2 может совершить указанные в ч.1 ст.97 УПК РФ и перечисленные в обжалуемом постановлении действия, является правильным. В связи с доводами стороны защиты следует отметить, что, исходя из сформулированных в указанной норме закона положений, юридическая техника изложения оснований для избрания меры пресечения и последующего сохранения её действия связывает их наличие с обоснованной возможностью нежелательного поведения обвиняемого, а не с категоричным выводом о таком поведении. Применительно же к ФИО2 такая возможность подтверждается приведёнными в обжалуемом постановлении конкретными фактическими обстоятельствами.

Представленные в распоряжении суда материалы свидетельствуют о том, что на протяжении более, чем десятилетнего периода времени ФИО2 занимал различные руководящие должности в системе органов местного самоуправления Ивановского муниципального района <адрес>, а с июля 2014 года и сентября 2020 года являлся заместителем и Первым заместителем соответственно Главы Ивановского муниципального района, курируя в администрации деятельность её структурных подразделений, в том числе и организационно-кадровое управление, управление муниципальных закупок, управление по профилактике коррупции и иных правонарушений. Изложенное позволяет прийти к выводу о бесспорном наличии у обвиняемого связей в различных органах власти <адрес>, обусловленном занимаемой им вплоть до своего задержания должностью и характером возложенных на него в связи с последней служебных обязанностей. Изложенное подтверждает и бесспорную осведомлённость обвиняемого о круге лиц из числа сотрудников администрации Ивановского муниципального района, которым могут быть известны сведения об обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела.

Наличие у обвиняемого авторитета в среде различного рода организаций и властных структур области подтверждается представленными в его отношении и имеющимися в материалах характеристиками.

Опасения по поводу возможности оказания на него со стороны ФИО2 в целях изменения в благоприятную для обвиняемого сторону ранее данных свидетелем ФИО12 показаний высказаны последним при допросе ДД.ММ.ГГГГ. Мотивы наличия у него таких опасений свидетелем приведены, и с учётом вышеизложенных обстоятельств суд находит эти мотивы убедительными.

Сам по себе факт отстранения в январе 2023 года ФИО2 от исполнения своих должностных обязанностей, на что обращено внимание стороной защиты, вышеуказанные выводы не опровергает.

Соглашаясь с мотивированным выводом постановления об отсутствии в настоящее время оснований для изменения обвиняемому меры пресечения на более мягкую, нежели содержание под стражей, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что присущие мерам пресечения, не связанным с реальной изоляцией от общества в условиях содержания в следственном изоляторе, ограничения, механизм контроля за их соблюдением, не обеспечат необходимый уровень последнего в отношении ФИО2, к выводу о чём позволяют прийти как изложенные выше, так и приведённые в обжалуемом постановлении сведения. Более мягкие, нежели заключение под стражу, меры пресечения, в том числе домашний арест, об избрании которого ходатайствует сторона защиты, предполагают в связи с его избранием механизм контроля за соблюдением возложенных на лицо ограничений, фактически не предусматривающий объективных препятствий для их нарушения. Обращает также на себя внимание и то, что по предлагаемому стороной защиты месту исполнения домашнего ареста постоянно проживает жена обвиняемого – ФИО10, работающая во взаимосвязанном с администрацией Ивановского муниципального района <адрес> муниципальном учреждении, что не позволяет исключить возможности её контактов с сотрудниками администрации, в том числе и уже являющимися свидетелями по уголовному делу. При этом следует отметить, что ФИО10, исходя из содержания данных ею в суде первой инстанции показаний, является лицом, безусловно заинтересованным в благоприятном для обвиняемого исходе уголовного дела.

При вышеизложенных обстоятельствах одна лишь тяжесть инкриминируемого обвиняемому преступления оспариваемое судебное решение не обусловила, но, вместе с тем, входя в предусмотренный ст.99 УПК РФ перечень, обоснованно учитывалась в совокупности с другими установленными по делу юридически значимыми сведениями.

Приведённые в рамках апелляционного производства положительно характеризующие личность ФИО2 сведения, заявления обвиняемого об отсутствии у него намерений как-либо препятствовать производству по уголовному делу изложенные в обжалуемом постановлении выводы суда первой инстанции не опровергают и не исключают актуальность вышеуказанных опасений, свидетельствующих о необходимости дальнейшего сохранения в отношении обвиняемого самой строгой меры пресечения. В силу ст.99 УПК РФ при решении вопроса о мере пресечения подлежит учёту совокупность всех, а не отдельно взятых обстоятельств по делу. Нарушений данного требования закона применительно к состоявшемуся ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 решению суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы обвиняемого, сводящиеся к утверждению об избрании по аналогичного рода уголовным делам в отношении привлекаемых к уголовной ответственности лиц более мягких, нежели заключение под стражу, мер пресечения, не обуславливают в настоящее время необходимость изменения действующей меры на более мягкую и ФИО2

Принимая обжалуемое решение, суд основывал свои выводы на представленных в его распоряжение и непосредственно исследованных в судебном заседании доказательствах, соблюдая индивидуальный подход к оценке указанных в ст.99 УПК РФ обстоятельств именно применительно к ФИО2, что и не позволило исключить возможность совершения последним перечисленных в ч.1 ст.97 УПК РФ действий в случае применения к нему более мягкой, нежели содержание под стражей, меры пресечения.

Фактическое окончание следственных действий по уголовному делу не означает окончание производства по нему, не исключая и возможности совершения обвиняемым, в случае нахождения вне условий содержания в следственном изоляторе, предусмотренных ч.1 ст.97 УПК РФ и изложенных в обжалуемом постановлении действий. При этом следует отметить, что после стадии ознакомления с материалами уголовного дела обвиняемый осведомлён обо всех имеющихся в распоряжении обвинения доказательствах, в том числе и о данных свидетелях по делу.

Само по себе наличие у обвиняемого жилищных и материальных условий, позволяющих содержание его под домашним арестом, на что акцентировалось внимание стороной защиты, применение последнего не обуславливает.

Вопреки доводам стороны защиты, в распоряжение суда представлено достаточных данных, указывающих на обоснованность подозрения обвиняемого в причастности к совершению инкриминируемого ему преступления, что подтверждается, в частности, содержанием показаний свидетелей ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ/т.1 л.д.47-50/, ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ/т.1 л.д.50-53,54-55/, ФИО13 от ДД.ММ.ГГГГ/т.1 л.д.57-60/, обвиняемого ФИО5 в ходе своего дополнительного допроса ДД.ММ.ГГГГ/т.1 л.д.77-85/ и в ходе очной ставки с обвиняемым ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ/т.1 л.д.94-103/.

Между тем, вопросы о достаточности имеющихся доказательств для установления предусмотренных ч.1 ст.73 УПК РФ обстоятельств применительно к инкриминируемому ФИО2 преступлению, равно как и вопросы, связанные с обоснованностью данной органами предварительного следствия юридической квалификацией деяния, подлежат разрешению судом только при рассмотрении уголовного дела по существу, по результатам оценки и проверки всех собранных по уголовному делу доказательств. Иное противоречило бы требованиям ст.87, ч.1 ст.88 УПК РФ. Предоставление же собранных доказательств в полном объёме на настоящей стадии производства по делу и в рамках настоящего судебного разбирательства исключено.

С момента предыдущего продления ДД.ММ.ГГГГ обвиняемому срока содержания под стражей следственными органами проводились действия, направленные на завершение досудебного производства по уголовному делу, о чём свидетельствуют представленный в распоряжение суда хронометраж расследования и данные следователем пояснения. Между тем, предварительное следствие в объёме, необходимом для окончания досудебного производства по уголовному делу, к моменту истечения ранее установленного ФИО2 срока содержания под стражей не закончено и, исходя из представленных материалов, суд не находит, что данное обстоятельство обусловлено волокитой по делу.

Неэффективности в организации предварительного следствия, которая бы являлась безусловным основанием для отказа в удовлетворении ходатайства следователя, суд при имеющихся обстоятельствах дела не усматривает.

Доводы стороны защиты, сводящиеся к утверждению о том, что предварительное следствие по уголовному делу фактически не осуществляется длительное время, являются необоснованными и опровергаются представленными в распоряжение суда материалами. Кроме того, указанные доводы явно носят предположительный характер, поскольку до настоящего времени сторона защиты со всеми собранными по делу доказательствами ещё не ознакомлена, что фактически не оспаривалось ни обвиняемым, ни его защитниками.

Следует отметить и то, что производство по уголовному делу предварительного следствия не ограничивается проведением следственных и процессуальных действий исключительно с участием обвиняемого. Согласно п.3 ч.2 ст.38 УПК РФ следователь самостоятельно направляет ход расследования и принимает решения о производстве следственных и иных процессуальных действий. При этом все материалы уголовного дела, позволяющие судить о необходимости проведения по делу определённых действий на том или ином этапе производства предварительного следствия, до объявления сторонам об окончании следственных действий находятся исключительно в распоряжении следователя.

Представленные стороной защиты сведения о возобновлении ДД.ММ.ГГГГ производства следственных действий по уголовному делу ошибочность приведённых в постановлении суда первой инстанции от ДД.ММ.ГГГГ выводов не обуславливают. Эффективность при проведении запланированных в настоящее время к производству и указанных в ходатайстве следователем действий, направленных на окончание предварительного следствия по уголовному делу, подлежит оценке при последующем обращении в суд с ходатайством о продлении обвиняемому срока содержания под стражей, если таковое поступит в суд.

Доводы жалоб, сводящиеся к утверждению о том, что за истекший период предварительного следствия по уголовному делу обвиняемым действий, направленных на воспрепятствование производства по делу, не совершалось, выводы суда первой инстанции не опровергают. Уголовное преследование именно в отношении ФИО2 стало осуществляться фактически одновременно с его задержанием в качестве подозреваемого, после чего в его отношении сохраняла своё действие избранная ему мера пресечения в виде заключения под стражу, что исключило саму возможность совершения им указанных в ч.1 ст.97 УПК РФ действий.

Доводы обвиняемого, сводящиеся фактически к утверждению об обусловленности его содержания под стражей исключительно реализацией сотрудниками ФСБ цели получения от него изобличающих гр-на ФИО5 показаний, опровергается установленными судом конкретными фактическими обстоятельствами, свидетельствующими о наличии предусмотренных законом и подтверждённых представленными материалами оснований для дальнейшего сохранения обвиняемому самой строгой меры пресечения.

Соглашаясь с позицией следователя и соответствующим мотивированным выводом суда первой инстанции об особой сложности уголовного дела в отношении ФИО2, суд апелляционной инстанции также обращает внимание на расследование в рамках указанного дела нескольких уголовно наказуемых деяний, инкриминируемых нескольким лицам, в том числе занимавшим/занимающим/ должности в органах законодательной и исполнительной власти на территории <адрес>. Инкриминируемые деяния имели место быть в условиях явной неочевидности, на что обоснованно акцентировалось внимание следователем, и, исходя из представленных материалов, расследование указанных деяний требовало осмотра и анализа достаточно значительного объёма изъятой документальной информации.

Период содержания обвиняемого под стражей по ДД.ММ.ГГГГ включительно установлен в пределах срока предварительного следствия по уголовному делу и с учётом объёма подлежащих к производству действий и необходимых на их выполнение временных затрат чрезмерным не является. При этом, как следует из ходатайства следователя, продление срока содержания обвиняемого под стражей обусловлено, в том числе и необходимостью предоставления прокурору возможности осуществления своих полномочий в порядке ст.ст.221-222 УПК РФ, а также необходимостью обеспечения для суда возможности выполнения требований ч.3 ст.227 УПК РФ.

Сведений о наличии у обвиняемого тяжёлых заболеваний, перечень которых утверждён Постановлением Правительства РФ, и которые препятствуют его содержанию в условиях следственного изолятора, в материалах дела не имеется. Таких сведений, которые бы носили конкретный характер, не приведено и стороной защиты.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

Постановление Октябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении обвиняемого ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы защитников ФИО7, ФИО8 – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Судья: ФИО14