Апелляционное постановление № 10-10/2018 от 5 июля 2018 г. по делу № 10-10/2018

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Можайск Московской области 06 июля 2018 года

Можайский городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Кочергина В.В.

государственного обвинителя помощника Можайского городского прокурора Шейко Р.В.,

осужденного ФИО2,

защитника-адвоката Лабузы В.П., представившего удостоверение № и ордер № адвокатского кабинета № Адвокатской палаты <адрес>,

потерпевшей ФИО8, ее представителя адвоката Мелкова А.Ю., представившего удостоверение № и ордер № Можайского филиала <адрес> коллегии адвокатов,

при секретаре Баснет И.В.

рассмотрев апелляционную жалобу защитника адвоката Лабузы В.П. и осужденного ФИО2 на приговор мирового судьи судебного участка № Можайского судебного района <адрес> ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ФИО2 осужден по ст. 119 ч.1 УК РФ, к наказанию в виде 200 часов обязательных работ,

УСТАНОВИЛ:

По приговору мирового судьи судебного участка № Можайского судебного района <адрес> ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 осужден по ст. 119 ч.1 УК РФ, к наказанию в виде 200 часов обязательных работ. Преступление совершено при обстоятельствах, отраженных в приговоре суда.

Защитник – адвокат Лабуза В.П. и осуждённый ФИО2 не согласные с приговором мирового судьи, подали на него апелляционную жалобу, указав, что приговором мирового судьи судебного участка № Можайского судебного района <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 119 УК РФ и ему назначено наказание в виде 200 часов обязательных работ, которые заключаются в выполнении в свободное от основной работы время бесплатных общественно полезных работ, с отбыванием наказания в местах, определенных органом местного самоуправления по согласованию с органом, исполняющим наказание. Принятый по делу судебный акт является незаконным и необоснованным, подлежащим отмене в связи с существенными нарушениями требований уголовно-процессуального закона. Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным и обоснованным. Как предусмотрено ч. 4 ст. 302 УПК РФ, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, постановляется он лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. Обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены. Указанные положения закона по данному уголовному делу должным образом судом не выполнены. По выводам суда, изложенным в описательно-мотивировочной части приговора, «ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 18 часов 20 минут до 18 часов 45 минут, находясь на придомовой территории <адрес> расположенного на <адрес> совместно со ФИО8, в ходе конфликта, возникшего в результате ссоры с целью психологического подавления ФИО8, внушения ей чувства страха и беспокойства за свою жизнь и разрешения конфликта в свою пользу, угрожал последней убийством. В подтверждении своих преступных намерений, ФИО2 осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя неизбежность причинения ФИО8 физической боли и моральных страданий и, желая этого, в вышеуказанный день, время и месте, имея умысел на совершение угрозы убийством, держа в правой руке отрезок металлической трубы и замахиваясь им на ФИО8, будучи агрессивно настроенным по отношению к последней, приблизился к ней и грубо схватив за верхний край одетой на ФИО8 кофты, при этом причинил телесные повреждения в виде царапин на грудной клетке. Испугавшись действий ФИО2, ФИО8 освободилась от хватки ФИО2, однако, не смотря на это, продолжая держать в правой руке металлическую трубу ФИО2 замахиваясь ею в область головы ФИО8, левой рукой схватил последнюю за шею, при этом высказывал в ее адрес угрозы убийством. Восприняв угрозы убийством в свой адрес, как реально осуществимые, ФИО8 пыталась предотвратить действия ФИО2 отходя от него назад, однако последний, высказывая в адрес ФИО8 угрозы убийством, нанес ей один удар кулаком своей левой руки по нижней губе слева и один удар в область щеки слева. С учетом сложившихся обстоятельств ФИО8 воспринимала высказанные угрозы в свой адрес как реально осуществимые и опасные для своей жизни. В результате преступных действий ФИО2, ФИО8 были причинены физическая боль, моральные страдания и телесные повреждения в виде кровоподтека на передней поверхности шеи, кровоподтека нижней губы слева, линейные ссадины (царапины) грудной клетки, левой молочной железы, которые не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья и квалифицируются, как не причинившие вреда здоровью. Учитывая форму, характер и содержание угрозы, сопутствующую ситуацию, а так же наличие отрезка металлической трубы, способ осуществления и интенсивность выражения угрозы, у ФИО8 имелись реальные основания опасаться осуществления этой угрозы». Вместе с тем, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.8 постановления № 55 от 29.11.2016 "О судебном приговоре" разъяснил о недопустимости перенесение в приговор показаний допрошенных по уголовному делу лиц и содержания других доказательств из обвинительного заключения или обвинительного акта без учета результатов проведенного судебного разбирательства. Сравнивая описательно-мотивировочной части обвинительного акта и приговора суда, показания свидетелей ФИО10, ФИО9, ФИО11 следует прийти к выводу, что приговор суда практически полностью скопирован с обвинительного заключения. Такой судебный акт не может считаться законным в силу положений ст. 297 УПК РФ. Это дает основания признать, что выводы суда об установлении фактических обстоятельств преступного деяния заранее предрешены выводами органов предварительного следствия, а исследование доказательств в суде лишено какого-либо смысла, что противоречит принципу свободы оценки судом доказательств, предусмотренному ст. 17 УПК РФ. ФИО2 признан виновным в том, что он умышленно угрожал убийством при имевшихся основаниях опасаться её осуществления. Объективная сторона преступления, предусмотренного ч.1 ст. 119 УК РФ, состоит в действиях, представляющих собой психическое насилие и выражающихся в высказывании намерения убить другое лицо. Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 23 марта 2010 г. N 368-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО1 на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 119 и частью первой статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации" указал, что ч. 1 ст. 119 УК РФ, устанавливающая ответственность за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, позволяет признавать составообразующим только такое деяние, которое совершается с умыслом, направленным на восприятие потерпевшим реальности угрозы, когда имеются объективные основания опасаться ее осуществления. Следовательно, в каждом конкретном случае уголовного преследования необходимо доказать не только наличие самой угрозы, но и то, что она была намеренно высказана в целях устрашения потерпевшего и в форме, дающей основания опасаться ее воплощения. По смыслу уголовного закона, содержание угрозы составляет высказывание намерения лишить жизни потерпевшего. Ответственность за угрозу наступает, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. При оценке реальности осуществления угрозы необходимо учитывать все обстоятельства при которых она была высказана, её субъективное восприятие потерпевшей и характер действий виновного. Кроме того, определяющее значение имеет не только субъективное восприятие реальности угрозы потерпевшим, но и умысел виновного должен охватывать то, что он реально угрожает убийством и может привести угрозу в исполнение немедленно. Таким образом, из содержания ст. 119 УК РФ следует, что не всякая угроза убийством является уголовно наказуемым деянием, обязательным признаком такой угрозы является ее реальность. Из обвинительного акта следует, что ФИО2 пытался схватил ФИО8 за шею, от данных попыток, последняя отдергивала голову, и пыталась руку ФИО2, в которой была труба отвести в сторону и не дать нанести ему удар. В этот момент ФИО2 сопровождал свои действия словами «Убью!». Из описательно-мотивировочной части приговора следует, что ДД.ММ.ГГГГ в период с 18.20 до 18.45 ФИО2 высказывал в адрес ФИО8 угрозы убийством. Таким образом, судом не установлено и в приговоре не указано какие слова или действия ФИО2 следует расценивать как угрозу убийством потерпевшей, то есть суд не установил и в приговоре не описал объективную сторону преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, что не позволяет сделать вывод о законности и обоснованности приговора. Как следует из показаний свидетелей ФИО10 и ФИО11 усматривается, что ФИО2 не произносил слова «Убью», т.е. факт высказывания ФИО2 угрозы о его намерении лишить ФИО8 жизни, своего подтверждения не нашел. Данное обстоятельство ставит под сомнение правдивость показаний ФИО8 об изложении событий, имевших место ДД.ММ.ГГГГ и своего субъективного отношения к ним. Более того, в силу наличия длительных конфликтных отношений с ФИО2 полагает, что у неё имелись все основания для его оговора. ФИО2 последовательно указывал на то, что угрозы убийством в адрес ФИО8 он не высказывал, предмет похожий на трубу у него оказался в руках для того, чтобы отмахиваться от бойцовой собаки, которая находилась рядом со ФИО8, а не для того, чтобы ею угрожать ФИО8 В ходе ссоры последняя вырвала у него предмет похожий на трубу и замахнулась на него им. Они оба держались за трубу, когда ФИО4 правой рукой схватила его за безымянный палец и выкрутила его. Показания ФИО2 в этой части объективно подтверждаются заключением судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно заключению у ФИО2 при обращении за помощью было выявлено растяжение разгибателя 4 пальца левой кисти, контузия головки основной фаланги и основания средней фаланги 4 пальца левой кисти, который квалифицируются как легкий вред здоровью. Кроме того, экспертом зафиксирован у ФИО2 травматический скол коронки 1 зуба верхней челюсти справа (л.д.72-75). Объективно наличие телесных повреждений у ФИО2 ставит под сомнение объективность показаний свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО9, тем более, что как следует из их показаний, ФИО2 конфликтует со всеми соседями. Данные обстоятельства позволяют отнестись критически к их показаниям, которые почему-то видели и описывали действия ФИО2 и почему-то не видели никаких действий ФИО8 Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что ссора имела место во дворе многоквартирного дома и ФИО8 знала, что в доме находятся ФИО10, ФИО11, ФИО9, ФИО14 и, тем не менее, даже не пыталась кричать и звать их на помощь и только увидев ФИО11 попросила позвонить в полицию. Следовательно, поведение ФИО2 не вызывало у неё никакого страха и опасения за свою жизнь. После «угрозы убийством» ФИО8 должна находиться в стрессовом состоянии, а не думать о том как сохранить трубу, которая была в руках ФИО2 В силу п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 "О судебном приговоре", признавая подсудимого виновным в совершении преступления по признакам, относящимся к оценочным категориям (реальность угрозы), суд не должен ограничиваться ссылкой на соответствующий признак, а обязан привести в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельства, послужившие основанием для вывода о наличии в содеянном ФИО2 указанного признака. Вопреки данному разъяснению, в обжалуемом приговоре не содержится ссылок на то какие «обстоятельства» свидетельствуют о реальности угроз. Объективная сторона ч.1 ст.119 УК РФ будет являться выполненной, а преступление, как следствие, оконченным, только при наличии двух составляющих: высказывание угрозы или выражение угрозы в иной форме и субъективного восприятие потерпевшим угрозы как реальной. Поскольку такая совокупность в данном случае отсутствует, полагает, что основания для утверждения о доказанности совершения ФИО2 преступления, предусмотренного ч.1 ст. 119 УК РФ, отсутствуют. В соответствии с п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ "О судебном приговоре", выводы относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту должны быть мотивированы судом. Как видно из приговора, суд, квалифицировав содеянное ФИО2 как угроза убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, не привел в описательно-мотивировочной части приговора мотивов, по которым пришел к выводу о наличии в содеянном ФИО2 угрозы убийством, в чем конкретно она выразилась, в чем заключается реальность угрозы. Кроме того, в приговоре не описан умысел ФИО2, суд ограничился лишь указанием на то, что ФИО2 имел умысел на совершение угрозы убийством. Как усматривается из описательно-мотивировочной части приговора, суд, обосновывая виновность ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, сослался в приговоре: на показания свидетеля ФИО14, показания которого были оглашены в связи с его неявкой в судебное заседание. Показания данного свидетеля были оглашены без согласия стороны защиты. Как следует из материалов уголовного дела, между ФИО2 и свидетелем ФИО14 очная ставка не проводилась, и в ходе предварительного следствия ФИО2 не предоставлялось иной возможности оспорить его показания. Вместе с тем, в соответствии с требованиями части 2.1. статьи 281 УПК РФ, оглашение показаний в случаях, предусмотренных пунктами 2 - 5 части второй этой статьи, возможно только при условии предоставления обвиняемому (подсудимому) в предыдущих стадиях производства по делу возможности оспорить эти доказательства предусмотренными законом способами. Следовательно, с учетом положений части 2.1 статьи 281 УПК РФ суд не вправе был ссылаться в приговоре на показания данного свидетеля, так как законных оснований для их оглашения не имелось. Исходя из требований ст. 389.16 УПК РФ, приговор по настоящему делу нельзя признать соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, выводы суда не мотивированы, содержат существенные противоречия, которые могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности ФИО2, на правильность применения уголовного закона и на определение меры наказания. На основании изложенного, просит приговор мирового судьи судебного участка № Можайского судебного района <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. в отношении ФИО2 отменить и вынести по делу оправдательный приговор или передать настоящее уголовное дело на новое судебное разбирательство.

В судебном заседании защитник – адвокат Лабуза В.П. поддержал доводы апелляционной жалобы и просил ее удовлетворить.

Осужденный ФИО2, также поддержал доводы апелляционной жалобы и просил ее удовлетворить.

Потерпевшая ФИО8, и ее представитель адвокат Мелков А.Ю., просили суд оставить приговор мирового судьи без изменения, указав, что приговор является законным и оснований для его отмены не имеется.

Государственный обвинитель Шейко Р.В. просил суд оставить приговор мирового судьи без изменения, а апелляционную жалобу защитника – адвоката Лабузы В.П. и осужденного ФИО2 без удовлетворения, поскольку приговор является законным и оснований для его отмены не имеется.

Суд, проверив изложенные доводы жалобы, заслушав мнение сторон, пришел к выводу об оставлении приговора мирового судьи без изменения, а апелляционную жалобу защитника - адвоката Лабузы В.П. и осужденного ФИО2 без удовлетворения по следующим основаниям.

Как видно из приговора мирового судьи, ДД.ММ.ГГГГ в период времени <данные изъяты>, ФИО2, находясь на придомовой территории <адрес>, расположенного по <адрес> совместно со ФИО8, в ходе конфликта, возникшего в результате ссоры с целью психологического подавления ФИО8, внушения ей чувства страха и беспокойства за свою жизнь и разрешения конфликта в свою пользу, угрожал последней убийством.

В подтверждении своих преступных намерений, ФИО2 осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя неизбежность причинения ФИО8 физической боли и моральных страданий и, желая этого, в вышеуказанный день, время и месте, имея умысел на совершение угрозы убийством, держа в правой руке отрезок металлической трубы и замахиваясь им на ФИО8, будучи агрессивно настроенным по отношению к последней, приблизился к ней и грубо схватив за верхний край одетой на ФИО8 кофты, при этом причинил телесные повреждения в виде царапин на грудной клетке. Испугавшись действий ФИО2, ФИО8 освободилась от хватки ФИО2, однако, несмотря на это, продолжая держать в правой руке металлическую трубу ФИО2 замахиваясь ею в область головы ФИО8, левой рукой схватил последнюю за шею, при этом высказывал в ее адрес угрозы убийством. Восприняв угрозы убийством в свой адрес, как реально осуществимые, ФИО8 пыталась предотвратить действия ФИО2 отходя от него назад, однако последний, высказывая в адрес ФИО8 угрозы убийством, нанес ей один удар кулаком своей левой руки по нижней губе слева и один удар в область щеки слева. С учетом сложившихся обстоятельств ФИО8 воспринимала высказанные угрозы в свой адрес как реально осуществимые и опасные для своей жизни.

В результате преступных действий ФИО2, ФИО8 были причинены физическая боль, моральные страдания и телесные повреждения в виде кровоподтека на передней поверхности шеи, кровоподтека нижней губы слева, линейные ссадины (царапины) грудной клетки, левой молочной железы, которые не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья и квалифицируются, как не причинившие вреда здоровью.

Учитывая форму, характер и содержание угрозы, сопутствующую ситуацию, а также наличие отрезка металлической трубы, способ осуществления и интенсивность выражения угрозы, у ФИО8 имелись реальные основания опасаться осуществления этой угрозы.

Проверив материалы дела, заслушав мнение сторон, суд приходит к выводу о виновности ФИО2 в совершении: угрозы убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, то есть преступлении, предусмотренном ч.1 ст.119 УК РФ.

Обстоятельства, установленные судом, подтверждаются показаниями потерпевшей ФИО8, свидетелей: ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО14, которые не имеют существенных противоречий, касающихся обстоятельств дела, а только дополняют друг друга, и согласовываются с исследованными в судебном заседании письменными доказательствами: заявлением потерпевшей ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ; заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом проверки показаний на месте потерпевшей ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом очной ставки между подозреваемым ФИО2 и потерпевшей ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом очной ставки между свидетелем ФИО9 и подозреваемым ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом очной ставки между свидетелем ФИО11 и подозреваемым ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом очной ставки между свидетелем ФИО10 и подозреваемым ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, которые в совокупности свидетельствуют о совершении ФИО2 угрозы убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, то есть преступление, предусмотренное ч.1 ст.119 УК РФ.

Согласно ст.88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Суд не может согласиться с доводами стороны защиты и осужденного о незаконности и необоснованности приговора мирового судьи, и оправдании осужденного ФИО2, поскольку вина ФИО2 в совершении преступления подтверждена доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Исследованным доказательствам мировой судья дал надлежащую оценку в их совокупности при постановлении приговора, а также позиции подсудимого о его невиновности.

Недопустимых доказательств в обоснование обвинения ФИО2 при постановлении приговора положено не было.

Все доказательства собраны, проверены и оценены мировым судьей с соблюдением норм уголовно-процессуального закона РФ.

При назначении наказания ФИО2 мировым судьей учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, а также данные о его личности, согласно которым, он по месту жительства характеризуется отрицательно, по месту работы характеризуется положительно, занимается общественно – полезной работой, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, ранее не судим.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимому, мировой судья признал наличие на иждивении малолетнего ребенка.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому мировым судьей не установлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции по отражённым выше основаниям не может согласиться с доводами апелляционной жалобы защитника – адвоката Лабузы В.П. и осужденного ФИО2 о незаконности и о необоснованности приговора мирового судьи, вынесенного в отношении ФИО2.

При таких обстоятельствах, суд оставляет приговор мирового судьи судебного участка № Можайского судебного района <адрес> ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 без изменения, а апелляционную жалобу защитника адвоката Лабузы В.П. и осужденного ФИО2 без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.12-389.14, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового судьи судебного участка № Можайского судебного района <адрес> ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника адвоката Лабузы В.П. и осужденного ФИО2 без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию Московского областного суда в течение одного года со дня вынесения.

Судья: подпись В.В. Кочергин

КОПИЯ ВЕРНА

Судья: В.В. Кочергин