Апелляционное определение № 22-3203/2025 22-78/2026 от 19 января 2026 г.

Судья Гереев К.З. Дело №22-78/2026 (22-3203/2025)

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Махачкала 20 января 2026 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего судьи Мраморовой Н.Н.,

судей Хайретдинова М.Ф., Курбанова Р.Д.,

при секретаре судебного заседания Хизриеве Ш.А.,

с участием прокурора Устина А.А.,

осужденного ФИО7,

переводчика ФИО8,

защитника – адвоката ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката ФИО10 на приговор Хасавюртовского городского суда Республики Дагестан от 18 июля 2025 года в отношении ФИО1 Илхам оглы.

Выслушав участников процесса, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором Хасавюртовского городского суда от 18 июля 2025 года ФИО1 ранее судимый 28 сентября 2021 года Советским районным судом города Махачкалы Республики Дагестан по пункту «г» части 2 статьи 161 Уголовного кодекса Российской Федерации к лишению свободы на срок 2 года 4 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима (отбыл 15 октября 2021 года) осужден по ч. 2 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации к 3 (трем) годам 6 (шести) месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО10 просит изменить приговор, смягчив назначенное наказание до 2 (двух) лет 8 (восьми) месяцев лишения свободы, ссылаясь на ст. 64 УК РФ, а также приводит доводы, ставящие под сомнение законность и обоснованность приговора в целом: о нарушении права на предварительное слушание; о процессуальных нарушениях при назначении и производстве экспертизы; о проведении следственных действий (отбора объяснения, личного досмотра, осмотров мест происшествия) в отсутствие защитника и переводчика, что, по мнению защиты, делает полученные доказательства недопустимыми; о необеспечении права осужденного на перевод материалов дела; о низкой квалификации привлеченных переводчиков; о незаконности первоначальной квалификации по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и отсутствии доказательств умысла на сбыт; о несоблюдении требований ст. 96 УПК РФ (уведомление консульства); о неполноте и необъективности предварительного следствия; о наличии оснований для применения примечания к ст. 228 УК РФ (добровольная сдача наркотических средств). Защита также указывает на тяжелое семейное положение осужденного.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения сторон и оценив представленные доказательства по правилам ст. 17, 88 УПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судебная коллегия находит доводы защиты несостоятельными, а выводы суда первой инстанции – законными и обоснованными.

Доводы апелляционной жалобы о процессуальных нарушениях по тому основанию, что судом первой инстанции не было назначено предварительное слушание, судебная коллегия отклоняет. Поскольку, материалами дела подтверждается, что уголовное дело поступило в суд с обвинительным заключением. Вопрос о необходимости проведения предварительного слушания разрешается судьей по правилам ст. 227, 229 УПК РФ. Отсутствие в материалах отдельного определения об отказе в удовлетворении ходатайства о таком слушании само по себе не свидетельствует о нарушении прав защиты, если судья, исследовав материалы дела, пришел к выводу об отсутствии оснований для его проведения и назначил судебное заседание.

В материалах дела после ознакомления с материалами дела и направления уголовного дела в суд и разъяснении положений п. 1, 1.1, 2, 3 ч.5 ст. 217 УПК РФ, стороной защиты, каких - либо ходатайств о проведении предварительного слушания заявлено не было. Права защиты на заявление ходатайств и участие в судебном разбирательстве были обеспечены в полном объеме.

Довод о недопустимости доказательств ввиду отсутствия переводчика и защитника при первоначальных действиях (отборе объяснения, досмотре) опровергается материалами дела. Из показаний свидетелей-сотрудников полиции (ФИО11, ФИО12), а также из самих протоколов процессуальных действий следует, что ФИО1 свободно владеет русским языком, самостоятельно общался с сотрудниками, пояснял, что в услугах переводчика не нуждается, и свои пояснения давал на русском языке. Данные обстоятельства отражены в протоколах и подтверждены в суде. Таким образом, оснований для обязательного привлечения переводчика в указанный период не имелось. После заявленного же ходатайства защитника о назначении его подзащитному переводчика, то данное ходатайство было доверено и ему был назначен переводчик. Что касается защитника, то участие адвоката при проведении проверочных действий до возбуждения уголовного дела (отбор объяснения) не является обязательным по смыслу закона. После задержания и в ходе последующих следственных действий (осмотры мест происшествия 23 июня 2023) ФИО1 был обеспечен защитником, что соответствует требованиям УПК РФ. Следовательно, доводы о недопустимости доказательств являются необоснованными.

Вопреки доводам защиты, в ходе предварительного следствия и в суде первой инстанции для обеспечения прав ФИО1 привлекался переводчик. Критика его профессионального уровня носит общий характер и не подкреплена конкретными примерами искажения смысла перевода, которые могли бы повлиять на правильность принятия процессуальных решений или на понимание осужденным сути предъявленного обвинения. Сам ФИО1 в ходе судебного заседания не заявлял претензий к качеству перевода. Ознакомление с материалами уголовного дела было произведено с участием переводчика, что соответствует требованиям ст. 217 УПК РФ. Так же в судебном заседании в суде апелляционной инстанции осужденный общался на русском языке, понимал, что ему говорили, а так же отвечал на русском языке. В связи с чем, судебной коллегией проверено владение осужденным русского языка, позволяющее ему защищать самого себя в связи с чем, на этом основании нарушения прав осужденного на защиту при расследовании уголовного дела и при рассмотрении его судом первой инстанции не допущено.

Довод о нарушении ст. 96 УПК РФ (неуведомление консульства Азербайджана) не повлиял и не мог повлиять на установление факта обстоятельств дела и доказанность вины, являясь отдельным процедурным упущением, не относящимся к предмету доказывания по уголовному делу.

Виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, подтверждается достаточной и взаимосвязанной совокупностью доказательств, исследованных судом первой инстанции:

Признательными показаниями самого осужденного, данные как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании. Он детально пояснил мотивы, способ и обстоятельства приобретения наркотического средства метадон через мессенджер Telegram, оплату, поездку в г. Хасавюрт, обнаружение и изъятие одной закладки, а также места нахождения остальных закладок.

Показаниями свидетелей-сотрудников полиции ФИО11 и ФИО12, которые подтвердили обстоятельства наблюдения, задержания, личного досмотра и изъятия у ФИО1 свертка с наркотическим средством, а также его последующие указания на места тайников.

Показаниями понятых Свидетель №3 и ФИО13, присутствовавших при задержании и личном досмотре, и ФИО14, участвовавшего в осмотрах мест происшествия, которые подтвердили законность и результаты этих действий.

Показаниями свидетеля-следователя Свидетель №2, осуществлявшего осмотры мест происшествия и изъятие наркотических средств по указаниям осужденного.

Вещественными доказательствами: 1 сверток, изъятый при личном досмотре, и 7 свертков, изъятых в ходе осмотров мест происшествия.

Заключением химической экспертизы № 721/3 от 5 июля 2023, подтвердившее, что изъятые вещества содержат наркотическое средство метадон общей массой 1,75 грамма, что является крупным размером. На смывах с рук и кармана брюк ФИО1 также обнаружены следы метадона.

Протоколами следственных действий (личного досмотра, осмотров мест происшествия, изъятия), составленные в соответствии с требованиями УПК РФ.

Данная совокупность доказательств не только подтверждает факт незаконного приобретения и хранения наркотического средства, но и опровергает довод защиты о «добровольной сдаче» в смысле примечания к ст. 228 УК РФ. ФИО1 был задержан с наркотическим средством при себе. Указание на места нахождения других закладок последовало после его задержания и изъятия у него наркотика, не образует добровольной сдачи, а может быть учтено как активное способствование раскрытию преступления (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), что суд первой инстанции и сделал.

Что касается первоначальной квалификации по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, то в ходе предварительного следствия, по результатам проверки всех обстоятельств и с учетом показаний обвиняемого, обвинение было переквалифицировано на ч. 2 ст. 228 УК РФ, что свидетельствует о всестороннем и объективном исследовании дела. Вмененный окончательно состав преступления полностью подтвержден доказательствами.

Суд первой инстанции назначил наказание в строгом соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, учтя все соответствующие обстоятельства:

Характер и степень общественной опасности преступления: незаконный оборот наркотиков в крупном размере, отнесенный к категории тяжких преступлений.

Данные о личности: наличие неснятой и непогашенной судимости, что образует рецидив преступлений, признанный судом отягчающим обстоятельством.

Смягчающие обстоятельства: суд правильно и полно учел целый ряд смягчающих обстоятельств, включая признание вины, раскаяние, активное способствование раскрытию преступления (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), положительные характеристики, наличие заболеваний у матери.

Суд обоснованно не применил положения ч. 1 ст. 62 УК РФ (ограничение наказания двумя третями максимума) в связи с наличием отягчающего обстоятельства (рецидив). Суд также правильно отказался от применения ст. 64 УК РФ (назначение более мягкого наказания) и ст. 73 УК РФ (условное осуждение), поскольку характер преступления, его общественная опасность и наличие рецидива не позволяют считать наказание, не связанное с лишением свободы, достаточным для достижения целей наказания. Назначенный срок (3 года 6 месяцев) является справедливым и соразмерным с учетом санкции ч. 2 ст. 228 УК РФ и всех учтенных обстоятельств.

Вид исправительного учреждения: Назначение отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима соответствует требованиям п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, поскольку осужденный совершил тяжкое преступление при наличии опасного рецидива.

Доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения, не опровергают установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств и правильной оценки доказательств. Приговор является законным, обоснованным и справедливым.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Хасавюртовского городского суда Республики Дагестан от 18 июля 2025 года в отношении ФИО1 Илхам оглы оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката ФИО10 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции. При этом осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: