Апелляционное определение № 33-1194/2026 от 27 мая 2026 г.

Судья: Гутов В.Л. 07RS0003-01-2025-003019-67

Дело №2-240/2026 Дело № 33-1194/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 мая 2026 года г. Нальчик

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики в составе:

Председательствующего Блохиной Е.П.,

Судей Шомахова Р.Х. и Табуховой А.А.,

при секретаре: Зеушевой З.Х.

с участием: помощника прокурора КБР Гуляеву Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Табуховой А.А. гражданское дело по иску прокурора Урванского района Кабардино-Балкарской Республики в интересах Урванского муниципального района и неопределенного круга лиц к ФИО1 и Муниципальному казённому учреждению «Местная администрация Урванского муниципального района КБР» о признании сделки недействительной и применений последствий ее недействительности,

по апелляционной жалобе Муниципального казённого учреждения «Местная администрация Урванского муниципального района КБР» на решение Урванского районного суда КБР от 10 марта 2026 года,

установила:

12 декабря 2025 г. прокурор Урванского района КБР в интересах Урванского муниципального района и неопределенного круга лиц обратился в суд с иском к ФИО1 и МКУ «Местная администрация Урванского муниципального района КБР» (далее Администрация), в котором просил признать недействительным (ничтожным) заключенный между ответчиками договор аренды № от 19.11.2024 г. земельного участка с кадастровым номером №, площадью 120 835 кв. м., а также применить последствия недействительности данной сделки путем возложения на ФИО1 обязанности возвратить Администрации указанный земельный участок.

Исковые требования были мотивированы тем, что договор аренды земельного участка от 19.11.2024 №, по которому ФИО1 предоставлен земельный участок с видом разрешенного использования: сельскохозяйственное использование, для сенокошения без торгов, заключён с нарушением земельного законодательства и является ничтожной сделкой.

Ключевой довод искового заявления состоял в том, что администрация неправомерно применила пп. 19 п. 2 ст. 39.6 ЗК РФ, предусматривающий предоставление земли без торгов для личного подсобного хозяйства, сенокошения и выпаса скота, тогда как данный механизм допустим только при использовании участка для личных нужд граждан и в пределах разумных размеров. Прокуратура указывает, что спорный участок площадью более 12 га кратно превышает нормативные пределы, установленные федеральным и региональным законодательством о личном подсобном хозяйстве (в частности, ограничения по площади до 0,5 га, либо до 1 га по закону субъекта).

Дополнительно приводилась позиция Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ, согласно которой льготное предоставление земли без торгов возможно только при соблюдении целевого назначения и разумных пределов площади, обеспечивающих личные потребности, а не фактически хозяйственное использование значительных земельных массивов. В данном случае, по мнению прокуратуры, размер участка объективно свидетельствует о невозможности его использования исключительно для личного подсобного хозяйства, что исключает применение упрощённого порядка предоставления.

Отдельно указывалось, что предоставление участка без торгов нарушает обязательную процедуру, предусмотренную ст. 39.18 ЗК РФ, ограничивает конкуренцию и лишает иных лиц возможности участвовать в распределении земельного ресурса, а также приводит к недополучению бюджетных доходов от возможного аукциона.

На основании этого прокуратура считала, что договор аренды заключён в обход установленного порядка, противоречит ст. 39.6 и 39.18 ЗК РФ, посягает на публичные интересы и интересы неопределённого круга лиц, а потому в силу ст. 168 ГК РФ является ничтожной сделкой.

МКУ «Местная администрация Урванского муниципального района КБР» в своих возражениях на исковое заявление утверждало о законности договора аренды земельного участка, исходя из того, что предоставление участка площадью 120 835 кв.м. под сенокошение осуществлено в строгом соответствии с подп. 19 п. 2 ст. 39.6 ЗК РФ, который прямо допускает передачу земельных участков гражданам без торгов для сенокошения, выпаса животных, огородничества и ведения ЛПХ, при этом указанные виды использования являются самостоятельными и альтернативными, а не тождественными. Ключевой довод состоит в том, что прокурор неправомерно приравнивает сенокошение к личному подсобному хозяйству и пытается распространить на него ограничения по площади, установленные Федеральным законом № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве» и региональным земельным законодательством, тогда как такие ограничения действуют исключительно в отношении ЛПХ и не применимы к сенокошению.

Ответчик подчёркивал, что федеральное законодательство не устанавливает предельных размеров земельных участков, предоставляемых для сенокошения, а значит, отсутствует правовой запрет на предоставление участка площадью 12 гектаров. Приказ Росреестра № П/0412 с классификатором видов разрешённого использования прямо выделяет сенокошение (код 1.19) как самостоятельный вид использования, отличный от ЛПХ (код 1.16), что исключает их отождествление и подтверждает самостоятельность правового режима сенокошения. Дополнительно указывается, что классификатор не содержит ограничений по площади, а законодательство о ЛПХ не может применяться по аналогии.

Отдельно указывалось о полномочиях органа местного самоуправления: администрация вправе самостоятельно определять площадь участка при отсутствии федеральных ограничений, учитывая местные условия, наличие свободных земель и их продуктивность. Ответчик утверждает, что такое решение является дискреционным и не может быть пересмотрено судом без доказательств злоупотребления правом, которых прокурором не представлено.

В возражении подчёркивалось, что договор аренды не нарушает требований ст. 166 и 168 ГК РФ, не посягает на публичные интересы, не ограничивает конкуренцию и не лишает иных лиц прав, поскольку закон не предусматривает обязательного проведения торгов в таких случаях и не устанавливает лимитов площади. Следовательно, основания для признания договора ничтожным отсутствуют, а иск прокурора основан на неправильном толковании норм земельного и гражданского законодательства.

Решением Урванского районного суда КБР от 10 марта 2026 года, с учетом определения Урванского районного суда КБР от 18 марта 2026 года об исправлении описки, исковые требования прокурора Урванского района КБР удовлетворены и постановлено:

признать недействительным (ничтожным) договор аренды № от 19.11.2024 г. земельного участка с кадастровым №, площадью 120 835 кв.м., между ФИО1 и МКУ «Местная администрация Урванского муниципального района КБР»,

обязать ФИО1 возвратить МКУ «Местная администрация Урванского муниципального района КБР» земельный участок с кадастровым №, площадью 120835 кв.м.

Не согласившись с вынесенным решением, Местная администрация Урванского муниципального района КБР подала апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение суда и принять новое решение об отказе в удовлетворении иска прокурора в полном объёме.

Ключевой довод жалобы сводится к неправильной квалификации вида разрешённого использования земельного участка. Ответчик настаивает, что участок предоставлен исключительно для сенокошения в порядке подп. 19 п. 2 ст. 39.6 ЗК РФ, тогда как суд ошибочно фактически приравнял сенокошение к ведению личного подсобного хозяйства и применил к спорным отношениям ограничения, установленные Федеральным законом №112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве», включая предельный размер земельных участков. По позиции заявителя, сенокошение и ЛПХ являются самостоятельными и юридически различными видами разрешённого использования, что прямо следует из буквального содержания ст. 39.6 ЗК РФ и классификатора видов разрешённого использования земельных участков, где сенокошение выделено отдельно и не связано с ограничениями ЛПХ.

Отдельно подчёркивается, что федеральное и региональное законодательство не устанавливает предельных размеров земельных участков для сенокошения, а ограничения, предусмотренные для ЛПХ, не подлежат применению по аналогии. Следовательно, вывод суда о том, что площадь участка в 12 гектаров якобы превышает допустимые нормы, является юридически несостоятельным.

Далее заявитель указывает, что предоставление участка без торгов является законным, поскольку подп. 19 п. 2 ст. 39.6 ЗК РФ прямо допускает такую процедуру при предоставлении земель для сенокошения на землях сельскохозяйственного назначения за пределами населённых пунктов, что подтверждено выпиской ЕГРН и документами администрации.

Отдельный блок доводов касается неправильного применения ст. 168 ГК РФ. По мнению заявителя, суд необоснованно признал договор ничтожным, не установив совокупности обязательных условий: наличия нарушения закона и одновременного посягательства на публичные интересы. Ответчик ссылается на разъяснения Пленума Верховного Суда РФ (п. 73, 75 Постановления № 25), согласно которым само по себе несоответствие сделки закону не означает нарушения публичных интересов, а ничтожность возможна лишь при наличии явно выраженного запрета или доказанного ущерба публичным интересам. В рассматриваемом деле таких обстоятельств, по мнению заявителя, не установлено: не доказано нарушение прав третьих лиц, угрозы безопасности, ущерба окружающей среде или интересам муниципального образования.

Также в жалобе указано, что суд не обосновал, какие именно публичные интересы нарушены, ограничившись предположительными выводами, что противоречит требованиям мотивированности судебного решения.

Дополнительно заявитель указывает на то, что Закон Кабардино-Балкарской Республики об обороте земель сельскохозяйственного назначения и ст. 25 Земельного кодекса КБР прямо предусматривают сенокошение как самостоятельный вид использования и не содержат предельных размеров земельных участков, передаваемых для этих целей. Следовательно, администрация действовала в пределах предоставленных полномочий, самостоятельно определяя площадь участка, исходя из местных условий, продуктивности земель и отсутствия иных претендентов.

Отдельно подчёркивается, что вывод суда о «фактическом использовании участка для ЛПХ» не подтверждён доказательствами: в материалах дела отсутствуют сведения о ведении сельскохозяйственной деятельности, характерной для ЛПХ, а договор и административный акт прямо фиксируют цель использования как сенокошение.

Кроме того, заявитель ссылается на положения классификатора видов разрешённого использования (Приказ Росреестра № П/0412), где сенокошение выделено как самостоятельный вид (код 1.19), отличающийся от ЛПХ (код 1.16), что исключает их смешение и подтверждает ошибочность выводов суда.

В возражении на апелляционную жалобу прокурор Урванского района КБР просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на то, что вынесенное решение является законным и обоснованным. Кроме того, указывается, что прокуратурой района в рамках дополнительных надзорных мероприятий установлено, что спорный земельный участок в настоящее время засеян зерновой культурой (ячменем), что подтверждается актом обследования земельного участка, составленного главным специалистом МКУ «Управление имущественных и земельных отношений, сельского хозяйства и природопользования» местной администрации Урванского муниципального района по результатам совместного выезда на спорный земельный участок. То есть прокурор ссылается также на то, что земельный участок используется не по целевому назначению.

Будучи надлежаще извещены о времени и месте судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, ответчики по делу и представитель третьего лица в суд не явились, в связи с чем, в соответствии с требованиями ч.1 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, заслушав доклад судьи Табуховой А.А., обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения помощника прокурора КБР Гуляевой Е.Ю., судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда первой инстанции в апелляционном порядке являются неправильное определение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие изложенных в решении суда выводов обстоятельствам дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными, нарушение или неправильное применение судом норм материального или процессуального права.

Судом первой инстанции при разрешении дела такие нарушения допущены не были.

Оценив имеющиеся доказательства в совокупности, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

Выводы, на основании которых суд первой инстанции принял такое решение, изложены в судебном постановлении, достаточно мотивированы, и доводами жалоб не опровергаются.

Фактически доводами жалобы выражается несогласие с выводами суда первой инстанции о необходимости применения к возникшим между сторонами правоотношениям по договору аренды земельного участка для сенокошения, приведенных в решении ограничений.

Суд апелляционной инстанции считает такие доводы подлежащими отклонению по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 39.6 Земельного кодекса РФ договор аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, заключается на торгах, проводимых в форме аукциона, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 указанной статьи.

В соответствии с подпунктом 19 пункта 2 статьи 39.6 Земельного кодекса РФ договор аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, заключается без проведения торгов в случае предоставления земельного участка гражданину для сенокошения, выпаса сельскохозяйственных животных, ведения огородничества или земельного участка, расположенного за границами населенного пункта, гражданину для ведения личного подсобного хозяйства.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 78 Земельного кодекса РФ земли сельскохозяйственного назначения могут использоваться для ведения сельскохозяйственного производства, создания агролесомелиоративных насаждений, агрофитомелиоративных насаждений, научно-исследовательских, учебных и иных связанных с сельскохозяйственным производством целей, а также для целей аквакультуры (рыбоводства), ведения гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд: гражданами, которые ведут личные подсобные хозяйства, а также ведут садоводство или огородничество для собственных нужд.

Согласно части 1 статьи 4 Федерального закона от 07.07.2003 N 112-ФЗ "О личном подсобном хозяйстве" (далее - Закон о личном подсобном хозяйстве) для ведения личного подсобного хозяйства могут использоваться земельный участок в границах населенного пункта (приусадебный земельный участок) и земельный участок за пределами границ населенного пункта (полевой земельный участок).

Максимальный размер общей площади земельных участков, которые могут находиться одновременно на праве собственности и (или) ином праве у граждан, ведущих личное подсобное хозяйство, устанавливается в размере 0,5 га. Максимальный размер общей площади земельных участков может быть увеличен законом субъекта Российской Федерации, но не более чем в пять раз (часть 5 статьи 4 Закона о личном подсобном хозяйстве).

Максимальный размер общей площади земельных участков, которые могут находиться одновременно на праве собственности и ином праве у граждан, ведущих личное подсобное хозяйство, устанавливается в размере одного гектара. Часть земельных участков, площадь которых превышает указанный максимальный размер, подлежит отчуждению гражданами, у которых находятся эти земельные участки, в течение года со дня возникновения прав на эти земельные участки, либо осуществляется государственная регистрация граждан, которым принадлежат эти участки, в качестве индивидуальных предпринимателей, или производится государственная регистрация крестьянского (фермерского) хозяйства (часть 5 статьи 14 Земельного кодекса Кабардино-Балкарской Республики от 30.07.2004 N 22-РЗ).

Таким образом, подпунктом 19 пункта 2 статьи 39.6 Земельного кодекса РФ предусмотрена возможность предоставления в аренду земельных участков без проведения торгов гражданам для сенокошения, выпаса сельскохозяйственных животных, ведения огородничества или земельных участков, расположенных за границами населенного пункта, гражданам для ведения личного подсобного хозяйства, то есть, не в целях осуществления предпринимательской деятельности, а в целях обеспечения личных потребностей граждан, ведения ими личного подсобного хозяйства.

Доводы жалобы о том, что законодательством не ограничивается площадь земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения, одновременно находящихся в аренде у одного арендатора, в связи с чем, по мнению заявителя, суд неправильно применил норму, содержащуюся в части 5 статьи 14 Земельного кодекса Кабардино-Балкарской Республики, судебная коллегия находит подлежащими отклонению.

Как следует из определения Конституционного Суда РФ от 28.01.2021 N 124-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО2 на нарушение его конституционных прав подпунктом 19 пункта 2 статьи 39.6 Земельного кодекса Российской Федерации и пунктом 5 статьи 6 Закона Республики Калмыкия "О регулировании земельных отношений в Республике Калмыкия" заявитель оспаривал данные нормы, ссылаясь на то, что они не соответствуют Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 4 (часть 2), 15 (части 1, 2 и 4), 16 (часть 2), поскольку по смыслу, придаваемому им в системе действующего правового регулирования, указанные нормы лишают граждан права на приобретение в аренду без проведения торгов земельного участка сельскохозяйственного назначения для выпаса сельскохозяйственных животных.

Вместе с тем, Конституционный Суд Российской Федерации в данном определении пришел к выводу о том, что подпункт 19 пункта 2 статьи 39.6 Земельного кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предусматривает исключение из общего правила о предоставлении на торгах права аренды определенных видов земельных участков. В свою очередь положение пункта 5 статьи 6 Закона Республики Калмыкия "О регулировании земельных отношений в Республике Калмыкия", принятое законодателем субъекта Российской Федерации в пределах его компетенции и в порядке реализации пункта 5 статьи 4 Федерального закона от 7 июля 2003 года N 112-ФЗ "О личном подсобном хозяйстве", устанавливает гарантии для справедливого распределения участков между гражданами, ведущими личное подсобное хозяйство. Данные требования обусловлены целевым назначением указанных земельных участков, призванным удовлетворить исключительно личные потребности граждан, реализация которых не связана с ведением сельского хозяйства в значительных объемах и на больших площадях земли, характерным для коммерческой деятельности. Соответственно, эти положения сами по себе не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя в аспекте, указанном в жалобе.

Рассматривая кассационную жалобу по административному делу по административному исковому заявлению ФИО3 о признании незаконными решений от 18 июня 2024 г. N 01-12/3019, от 9 июля 2024 г. N 01-12/4068 администрации муниципального образования "Харабалинский муниципальный район Астраханской области" об отказе в заключении договоров аренды земельных участков и о возложении на административного ответчика обязанности совершить определенные действия, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации в кассационном определении от 19.11.2025 N 25-КАД25-5-К4, пришла к выводу о том, что законодатель разграничивает понятия "сенокошение", "выпас сельскохозяйственных животных", "ведение личного подсобного хозяйства" в целях предоставления земельных участков в аренду без торгов и признает их не тождественными между собой, следовательно, площадь земельного участка, предоставляемого для сенокошения и выпаса сельскохозяйственных животных, не может ограничиваться площадью земельного участка, предоставляемого для ведения личного подсобного хозяйства.

Вместе с тем, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации указала, что с учетом сформулированной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 января 2021 г. N 124-О правовой позиции требования об ограничении площади земельного участка, предоставленного гражданину, могут быть обусловлены целевым назначением указанных земельных участков, призванным удовлетворить исключительно личные потребности граждан, реализация которых не связана с ведением сельского хозяйства в значительных объемах и на больших площадях земли, характерным для коммерческой деятельности, в связи с чем судам необходимо исследовать вопрос о том, для каких целей ФИО3 использовалось указанное им количество сельскохозяйственных животных, для содержания которых ему требовались земельные участки с заявленной площадью: для удовлетворения личных потребностей или в целях осуществления предпринимательской деятельности.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, при разрешении настоящего спора суд первой инстанции правильно руководствовался правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 28.01.2021 N 124-О.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы относительно отсутствия в действующем законодательстве ограничений площади земельного участка, предоставляемого гражданину для сенокошения и необходимости применения к спорным правоотношениям в указанной части иного правового регулирования, чем суд первой инстанции, основаны на ошибочном толковании норм материального права, и противоречат сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации позиции о применении к правоотношениям по заключению без торгов договора аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, для сенокошения и выпаса сельскохозяйственных животных, положений Федерального закона от 07 июля 2003 г. N 112-ФЗ "О личном подсобном хозяйстве".

Со ссылками на положения пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 39.6 Земельного кодекса Российской Федерации, статей 2 и 4 Федерального закона от 07.07.2003г. № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве», частью 5 статьи 14 Земельного кодекса Кабардино-Балкарской Республики от 30.07.2004 N 22-РЗ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о необходимости удовлетворения иска.

Вопреки доводам апелляционной жалобы относительно отсутствия доказательств нарушения прав иных лиц, претендующих на предоставление данного земельного участка, в исковом заявлении правильно указано, что заключение договора аренды земельного участка без проведения торгов повлекло ограничение прав неопределенного круга лиц, в том числе осуществляющих предпринимательскую деятельность, а также Урванского муниципального района, поскольку неправомерное занятие земельного участка иными лицами в нарушения законодательства лишает потенциальных желающих возможности принять участие в конкурентной борьбе за право доступа к земельному ресурсу, что приводит к ограничению конкуренции и неполучению бюджетом денежных средств в связи с отсутствием конкурсных процедур.

Доводы жалобы о неправильном применении ст. 168 ГК РФ, также подлежат отклонению, поскольку судом при признании договора аренды ничтожной сделкой установлена совокупность обязательных условий: нарушение закона при её заключении и нарушение интересов третьих лиц.

Представленные стороной истца в суд апелляционной инстанции дополнительные документы относительно использования земельного участка не по назначению, судебной коллегией не приняты, поскольку они направлены на изменение основания иска, что недопустимо по правилам ч. 6 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом предмета и основания рассматриваемого иска, иных значимых обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, апелляционная жалоба не содержат.

Все значимые по делу обстоятельства установлены.

Доводы жалобы фактически направлены на несогласие с правовой позицией, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации, а также оценкой судом доказательств по делу, с которой судебная коллегия соглашается, вопреки доводам апелляционной жалобы.

Правоотношения сторон и закон, подлежащий применению определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доводы жалобы не опровергают выводов суда, не могут повлиять на правильность определения прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

решение Урванского районного суда КБР от 10 марта 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу МКУ «Местная администрация Урванского муниципального района КБР» - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 05 июня 2026 года.

Председательствующий Е.П. Блохина

Судьи Р.Х. Шомахов

А.А. Табухова