Решение № 2-20/2020 2-20/2020(2-3537/2019;)~М-2929/2019 2-3537/2019 М-2929/2019 от 21 января 2020 г. по делу № 2-20/2020

Дело № 2-20/2020


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22.01.2020 года Шахтинский городской суд Ростовской области в составе:

судьи Колосковой О.Р.,

при секретаре Малаховой Р.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения квартиры,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в Шахтинский городской суд с иском, сославшись на то, что она являлась собственником <адрес>, общей площадью 50,3 кв.м., состоящей из двух жилых комнат, расположенной на втором этаже двухэтажного жилого дома. Кадастровый №. Она по настоящее время зарегистрирована в этой квартире. Она одинокая, 10.07.1941года рождения, проживала одна после смерти своего мужа, который умер 13.05.2011г., являлась инвалидом 2 группы и страдает рядом хронических заболеваний. Состояние здоровья все ухудшалось и она решила отписать свою квартиру родной внучке ФИО2, что бы внучка ухаживала за ней до смерти, и внучка обещала ей это. До подписания договора они договорились, что истец отпишет ей квартиру и останется проживать в ней столько сколько позволит здоровье, а потом внучка заберет с собой в г. Сочи и истец будет проживать вместе с ними до смерти. Истец полностью доверяла ответчице и передала ей документы на квартиру и свой паспорт. Она полагала, что договор возмездный и внучка будет за ней ухаживать.

ФИО2 подготовила проект договора на передачу недвижимого имущества. Нотариально договор не оформлялся, а был зарегистрирован в ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии» по РО. На руки копию договора не дали, суть договора не объясняли и она его не читала, поскольку полностью доверяла внучке и ее обещаниям, что она за это досмотрит ее.

После подписания договора она продолжала одна проживать в своей квартире до конца лета 2016г. Внучка постоянно звонила, интересовалась здоровьем. В квартире ответчик фактически не проживала и не проживает, вещей ее в квартире нет, так как она проживает вместе с семьей в г. Сочи.

Через год состояние здоровья ухудшилось, истец сказала об этом внучке и ФИО2 забрала истца в г. Сочи. Истец проживала совместно с семьей внучки в <адрес>, в <адрес>. В мае 2017г. истец приехала в гости в г. Шахты ко второй внучке – ФИО3 на день рождения ее дочери Миланы и осталась немного погостить у нее. В июне 2017г. она позвонила ответчице, что бы выяснить когда она ее заберет в г. Сочи и узнала, что внучка отказывается ее забирать. После этого разговора внучка перестала отвечать на телефонные звонки, а вещи истца она передала через своих знакомых. Истец рассчитывала, что ответчик все таки выполнит договор и приедет за ней. Но в этом году ответчик заблокировала номер телефона истца, и только после этого, истец решила в кадастровой палате получить копию договора и обратиться к юристу за консультацией. Из договора узнала, что между ними был заключен договор дарения, который не предусматривает у ответчика никаких обязательств перед истцом. Она доверяла Юле и думала, что в силу договора внучка будет пожизненно ухаживать за ней, что не бросит ее. Она не намерена была лишать себя жилья и при подписании договора рассчитывала, что ответчица обязана будет осуществлять уход за ней и за квартирой, думала, что ответчица будет это делать в силу подписанного договора.

Спорная квартира являлась местом жительства истца. Ответчица забрала у нее ключи от квартиры и не разрешает там жить. В настоящее время она вынуждена жить у своей второй внучки Алины, которой она тоже не нужна.

Истцу сейчас 78 лет, состояние здоровья значительно ухудшилось, она не в состоянии самостоятельно осуществлять за собой уход, с 06.03.2001г ей установлена 2 группа инвалидности бессрочно по трудувечью. У нее гипертоническая болезнь 3ст., атеросклеротический кардиосклероз, стенокордия, хронический вирусный гепатит «С», хронический пилоенифрит. С 2011г. страдает сахарным диабетом 2 типа, инсулинозависимая. С сентября 2017г начались проблемы с пальцами на ноге, установили диагноз синдром диабетической стопы 3-4 ст, в связи с чем находилась на стационарном лечении в «Областной клинической больнице №» с 15.03.2018г по 04.04.2018г, где ДД.ММ.ГГГГг. ей были ампутированы 2 и 3 палец правой стопы с резекцией дистальных головок плюсневых костей. А когда она возвращалась из больницы 04.04.2018г. то произошло ДТП. В результате ДТП у нее была ЗЧМТ, ушиб головы, лица, открытый перелом костей носа, сотрясение головного мозга, закрытая тупая травма грудной клетки, закрытый перелом 2,3,4,5,6 ребер справа, закрытый перелом локтевой кости с незначительным смещением костей, скальпированные раны левой голени с дефектом мягких тканей и она находилась 2 недели на стационарном лечении в хирургическом отделении. За все время нахождения в стационарах ответчик ни разу не приходила к истцу и уход не осуществляла.

В сооотвествии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Просит на основании ст. 178 ГК РФ признать недействительным договор дарения <адрес> в <адрес>, расположенной на втором этаже двухэтажного жилого кирпичного дома, состоящей из 2-х комнат, общей площадью 50, 3 кв.м., заключенный 13.07.2015г. между ФИО1 и ФИО2, удостоверенный Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по <адрес>, зарегистрированный в реестре за №.07.2015г.

Признать за ФИО1 право собственности на 2-х комнатную <адрес>, расположенную по адресу: <адрес>, общей площадью 50, 3 кв.м., прекратив право собственности ФИО2 на указанную квартиру.

Истец в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще.

Ответчик в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще, ходатайств об отложении дела в суд не представила.

Дело в отсутствии не явившихся лиц рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Представитель истца, действующая на основании доверенности, ФИО4 в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала, пояснила, что срок исковой давности не пропущен, так как истец 23.07.2018г. получила копию договора, а 19.07.2019г. обратилась в суд.

Представитель ответчика, действующая на основании доверенности, ФИО5 в суд явилась, исковые требования не признала, заявила о пропуске срока исковой давности истцом по заявленным требованиям, просила в иске отказать.

Суд, изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, свидетелей, приходит к следующему.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

2. Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки. 5.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон. 6. Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств. Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

В соответствии со ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Судом установлено, что 13.07.2015г. между истцом и ответчиком был заключен договор дарения квартиры по адресу <адрес> простой письменной форме. Договор зарегистрирован в ЕГРН 21.07.2015г.

Как следует из текста договора, расходы по договору несет даритель.

Ответчик представила суду квитанцию от 13.07.2015г. об оплате услуг ИП ФИО6 за "сделку дарения" денежных средств в размере 5000 руб. ФИО1 (л.д. 46), подлинная квитанция находится у ответчика, как и справка МУП г. Шахты БТИ от 26.03.2015г., выданная для представления в Шахтинский отдел Росреестра о принадлежности <адрес> в <адрес> (л.д.45)

Условиями договора дарения не предусмотрено сохранение права пользования квартирой истцом.

Истец по настоящее время зарегистрирована в квартире.

На момент подписания договора истцу было 74 года, она проживала одна, после смерти своего супруга. Истец страдала заболеваниями различной степени тяжести, являлась инвали<адрес> группы с 2001г. бессрочно (л.д.11). По состоянию здоровья нуждалась в посторонней помощи и уходе. Ответчик, является внучкой истца. Между ними сложились доверительные родственные отношения, внучка оказывала бабушке необходимую помощь.

До подписания договора сторонам не были разъяснены их права, обязанности и последствия совершаемого ими действия, его смысл и значение - сделки по безвозмездному отчуждению имущества, влекущей прекращение права собственности дарителя на жилое помещение и переход права собственности к одаряемой, не предполагающей встречной передачи вещей, прав, либо встречных обязательств (ст.ст. 572, 574, 578 ГК РФ).

Ответчик проживала в п. Каменоломни в доме, который принадлежал истцу, где и была зарегистрирована по месту жительства до 10.02.2017г.

В последующем ответчик с семьей переехала в г. Сочи.

В ноябре 2016г. ответчик продала по договору купли-продажи, принадлежащий ей дом в п. Каменоломни своей внучке ФИО3

Ответчик забрала проживать к себе истца. Истец проживала у нее с осени 2016г. до мая 2017г. В мае истец приехала из г. Сочи в п. Каменоломни в гости на день рождения к правнучке (дочери внучки ФИО3) Ответчик не забрала истца в г. Сочи, прекратив с ней общение.

Истец проживает в п. Каменоломни в доме, который принадлежит ее внучке ФИО3, ключей от спорной квартиры у нее нет.

Установленные судом обстоятельства подтверждаются доказательствами на которые суд сослался выше, а так же не оспаривались сторонами.

Судом установлено, что копию договора, заключенного с ответчиком, истец получила 23.07.2018г., что подтверждается копией договора, удостоверенной специалистом Росреестра (л.д.49-52). Истец утверждает, что копии договора после его подписания, она не получала и ей не передавалось. Доказательств обратного суду не представлено.

Судом установлено, что после получения копии договора истец узнала о том, что договор не содержит обязательств ответчика по уходу за ней. При этом ответчик до подписания договора обещала ей постоянный уход по состоянию здоровья. В связи с чем истец подписала договор и, думала, что в силу договора ответчик будет пожизненно ухаживать за ней. На момент заключения договора дарения квартиры волеизъявление истца было искажено под влиянием заблуждения.

Суд считает, указанные обстоятельства установленными, поскольку они подтверждаются письменными доказательствами, на которые суд сослался выше, пояснениями представителя истца, показаниями свидетелей ФИО3, ФИО7, ФИО8, ФИО9, допрошенными в судебном заседании 26.08.2019г.(л.д.56-60) и показаниями свидетеля ФИО10, допрошенной в судебном заседании 22.01.2020г.

Свидетель ФИО3 пояснила суду, что она родная сестра ответчика, ФИО1 - ее родная бабушка. Пояснила, что о договоре дарения квартиры она ничего не знала, ни сестра, ни бабушка ей об этом не сказали. Отношения с сестрой у бабушки были хорошие, проживали в п. Каменоломни в доме бабушки до 2009г., сестра помогала бабушке. Бабушка после смерти дедушки собрала внучек и сказала, что все, что у нее есть, она им завещает в равных долях. После смерти дедушки бабушка часто ездила к сестре в г. Шахты, куда та переехала со своей семьей, жила у нее. Затем сестра с семьей переехала в г. Сочи, где то около полутора лет назад. Бабушка продала свидетелю свой дом в Каменоломни по договору купли-продажи где то в 2016г.-2017г., с осени бабушка проживала у сестры в г. Сочи. Свидетель пригласила бабушку на день рождение своей дочери. Бабушка приехала, она планировала погостить 2 месяца и уехать назад жить в г. Сочи, но Юля отказалась ее забирать и перевозить вещи. Отношения между сестрой и бабушкой испортились потому, что бабушку выгнали из дома в г. Сочи. Она в конфликт не вмешивается. 04.04.2018г. бабушка попала в ДТП, она лежала в больнице в п. Каменоломни, ее нельзя было оставлять, за ней все ухаживали, сестра не приехала, прислала деньги. Знает, что сестра сделала ремонт в квартире, бабушка хотела вселиться в квартиру, но не вселилась, причину не знает. Сестра говорила, что квартира будет ее, так как свидетель живет в доме. Свидетель опасается, что ее выгонят из дома, принадлежащему ее отцу, в котором она сейчас живет, так как бабушка сейчас живет в доме, который она продала свидетелю. Сейчас у свидетеля и истца плохие отношения, между ними был конфликт.

Свидетель ФИО7 пояснил, что его мать ФИО1 говорила ему, что квартиру отдает Юле, а та будет ее досматривать. Знает, что мать жила в г. Сочи. Потом она ему сказала, что Юля с ней нехорошо поступила и не забрала назад в г. Сочи из п. Каменоломни, что она хотела бы жить в г. Сочи.

Свидетель ФИО8 пояснила, что ФИО1 знает 35 лет. После смерти супруга, она хотела перейти жить в квартиру, но потом решила, что ей лучше будет жить в семье. Семья внучки Юли рассматривала вопрос, что бы купить дом и забрать бабушку, деньги от квартиры вложить в покупку дома. Эти разговоры были в 2013г. Потом ФИО1 ей сказала, что она будет в семье, ее досмотрят, она квартиру отдала Юле. Какой договор составили, она не сказала, была довольна, что Юля и ее муж досмотрят ее. Потом Юля с семьей уехали проживать в г. Сочи, супруга отправили на повышение. Они приехали, забрали бабушку, вещи бабушки и она проживала в г. Сочи. Затем ФИО1 в мае приехала на день рождения правнучки. Месяца через 2, она позвонила Юле, что бы узнать, когда она ее заберет, но та сказала, что никогда.

Свидетель ФИО9 пояснила, что знает от ФИО1, что она передала квартиру внучке, что ее за это будут досматривать. Она и сейчас верит, что внучка ее заберет.

Свидетель ФИО10 пояснила, что у истца не сложились отношения с сыном, в связи с его уходом из семьи. Сын перестал общаться с детьми и с мамой. Истец заботилась о внучках, принимала участие в их воспитании. В 2011г. у нее умер супруг, ей было трудно проживать одной. Знает со слов истца, что Юля предложила досмотреть ее, а бабушка отдаст за это ей квартиру. Муж у Юли очень хороший, его постоянно повышают на работе, он на хорошем счету. Истец всегда хвалила семью Юли. Юля обещала ее досмотреть и похоронить, и тогда истец согласилась оформить договор на эту квартиру. Она думала, что будет договор ренты, и не знала, что это договор дарения. Ее забрала Юля жить в г.Сочи, истец очень радовалась. Потом истец приехала в п. Каменоломни на день рождения второй внучки, и погостить за одно. Около месяца прожила. Потом истец позвонила Юле и спросила когда ее заберут, на что ей внучка ответила, что «никогда». Истцу стало плохо, ей вызывали скорую. Сейчас истец очень болеет, у нее, что - то с памятью, у нее сахарный диабет. Ранее она лежала в больнице, ей ампутировали палец, когда ее приехали забирать из больницу, то по дороге произошла авария. У истца было много травм, ушибов, сотрясение мозга, и ее из одной больницы отвезли в другую. Истец ушла из спорной квартиры на пенсию, а сейчас ей не разрешают там жить. Пояснила, что истец не знала, что это за договор, договора на руках у нее не было, она полностью доверяла внучке, которая предложила заключить договор взамен того, что "досмотрит" бабушку. По предложению свидетеля, они вместе с истцом ездили в "Город будущего", заказали копию договора и увидели что договор не ренты, а договор дарения. Она расстроилась, что там не указано, что Юля будет за ней ухаживать, ей стало плохо. Верит до сих пор, что Юля одумается, заберет ее. Сейчас она одна, здоровье такое, что нужен уход, помощь.

Суд считает возможным сослаться на показания свидетелей, поскольку они не противоречивы, взаимосвязаны, согласуются с письменными доказательствами. Доказательств опровергающих показания свидетелей ответчиком не представлено.

По смыслу приведенных положений ч.2, 3 ст. 178 ГПК, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность. Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен был решаться судом с учетом конкретных обстоятельств дела исходя из того, насколько заблуждение существенно для данного участника сделки. При этом, важное значение имеют выяснение наличия и оценка таких обстоятельств, как преклонный возраст истца, состояние его здоровья, возможность истцу прочитать и понять условия сделки. По данному делу с учетом заявленных истцом требований и их обоснованием, юридически значимым обстоятельством является выяснение вопроса о том, понимала ли истец сущность сделки дарения, в частности, утрату при жизни права собственности на квартиру без получения какого-либо возмещения от другой стороны.

Проанализировав изложенное, суд считает, что факт заблуждения истца в правовой сущности заключенного договора подтвержден фактическими обстоятельствами, установленными судом и совокупностью исследованных судом доказательств. Истица осталась проживать одна, в силу возраста и по состоянию своего здоровья нуждалась в посторонней помощи, являясь инвалидом 2 группы. Истец произвела отчуждение, принадлежащей ей на праве собственности квартиры своей внучке, поскольку рассчитывала, что в силу договора, заключенного с ответчиком, та взяла на себя обязанности по уходу за ней. Будучи уверенной в этом, доверяя ответчику, она распорядилась принадлежащим ей домом, продав его второй своей внучке. Совершение сделки по купле -продаже дома, лишение истцом всех жилых помещений, подтверждает ее доводы, что она была уверена, что в силу первого договора она обеспечила себе уход и проживание вместе с ответчиком, то есть, что он носит так же возмездный характер.

Указанное свидетельствует, что безвозмездный отказ от прав собственности на принадлежащее истцу жилое помещение объективно не соответствовал ее интересам, что подтверждает довод истца об отсутствии у нее такого намерения.

Суд считает, что под влиянием заблуждения истец помимо своей воли составила неправильное мнение относительно данных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершила сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Суд считает, что указанное заблуждение является существенным, с учетом субъективных факторов, относящихся к истцу: преклонный возраст, состояние здоровья, 2 группа инвалидности, значение для нее оспариваемой сделки, то, что истец нуждался в оказании постороннего ухода и помощи, высказывала намерение «отдать квартиру внучке, чтобы за ней ухаживали», а поэтому истец могла заблуждаться относительно природы сделки и значения своих действий.

Довод ответчика о том, что она официально не трудоустроена, находится на обеспечении своего мужа, занимается воспитанием двоих детей, а поэтому истцу было известно, что при совершении сделки она будет ее содержать, является необоснованным. Истец в обоснование своих требований ссылалась на то, что она нуждалась в уходе, постоянной посторонней помощи по своему состоянию здоровья, на то обстоятельство, что ответчик обещала ей постоянную материальную помощь, истец не ссылалась. Представитель истца пояснила, что в материальной помощи истец не нуждалась. При этом, суд так же учитывает, что у истца имелись материальные средства, в том числе и полученные по договору купли-продажи. Указанный довод так же не опровергает утверждения истца, подтвержденные доказательствами на которые суд сослался выше, о том, что ответчик обещала "досмотреть" истца, которая в силу состояния здоровья и возраста нуждается в посторонней помощи и уходе, даже будучи материально обеспеченной и не имела воли на лишение себя жилья безвозмездно.

По этим основаниям, суд отклоняет и довод истца о том, что сделка дарения была совершена по причине того, что истцу стало трудно оплачивать коммунальные платежи за квартиру, а поэтому в 2015г. было принято решение о передаче квартиры по договору дарения. Кроме того, указанный довод ответчика не опровергает вывод суда о том, что сделка совершена истцом под влиянием заблуждения. На момент заключения договора истец являлась пожилым одиноким человеком, нуждалась в помощи, считала, что в силу заключенного договора, ее будут «досматривать», она находилась в доверительных отношениях с внучкой, которая заботилась о ней, именно поэтому она рассчитывала, что внучка будет ухаживать за ней, и что дарение квартиры должно сопровождаться встречным обязательством со стороны ответчицы. Ответчик доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, суду не представила.

Довод ответчика, что у истца не было оснований полагать, что она обязана будет осуществлять уход за ней, так как был заключен именно договор дарения, который данных обязательств не предусматривает, о чем истцу было известно при совершении сделки и, что воля ФИО1 была направлена на безвозмездную передачу квартиры, что следует из условий договора, который ФИО1 лично подписала, являются несостоятельными. По смыслу приведенных положений ч.2, 3 ст. 178 ГПК, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке.

Истицей представлены доказательства, подтверждающие заблуждение относительно природы сделки. То обстоятельство, что истица принимала участие в совершении сделки при ее оформлении в МФЦ и подписала договор, не означает, что она полностью понимала сущность и правовые последствия совершаемых действий и что эта сделка соответствовала ее воле. Судом установлено, что истец не имела намерений дарить дом, так как нуждается в уходе, совершила сделку, так как считала, что внучка будет ухаживать за ней. Указанные обстоятельства подтвердили свидетели.

В настоящее время истец не имеет жилого помещения, ответчик не общается с ней, не оказывает помощь и заботу. Намерений восстановить отношения с истцом не имеет, как пояснила представитель ответчика, ответчик обиделась на бабушку, проживать с бабушкой в одной квартире "неудобно" и что бабушке сказали, что с ней сложно, поэтому она и уехала.

Довод ответчика о том, что истец оформляла все документы по сделке, является несостоятельным, поскольку квитанция об оплате за договор, представленная ответчиком, свидетельствует лишь об оплате денежных средств истцом, что и не оспаривалось. Квитанция выдана в день подписания договора, подлинник ее находится у ответчика, что подтверждает довод истца о том, что копию договора она не получала и не знала о том на каких условиях составлен договор.

Кроме того, суд учитывает, что ответчик о безвозмездности, совершенной сделки, не рассказывала своей сестре- второй внучке истца. Таким образом, информацию о характере и условиях сделки, истец, в отсутствие документов, не могла получить, в том числе и от родственников. Судом установлено, что копия договора была получена только в июле 2018г.

Довод ответчика о том, что на момент заключения договора истец отдавала отчет совершаемым действиям, так как на учете в психоневрологическом диспансере не состояла, не была признана недееспособной, не свидетельствует об отсутствии у истца заблуждения при оформлении договора.

Кроме того, исковые требования заявлены по основаниям, предусмотренным ст. 178 ГК РФ, а не по ст. 177 ГК РФ.

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 25.11.2019г. (л.д.76-79), имевшиеся расстройства психики ФИО1 не сопровождались грубым расстройством мышления, критических и прогностических способностей и не лишали ее возможности понимать значение своих действий и руководить ими.

Заключение экспертизы, равно как и другие доказательства по делу не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми, имеющимися в деле доказательствами.

Дав оценку заключению экспертов по правилам ст. 86 ГПК РФ, в совокупности с иными доказательствами по делу, с учетом предмета заявленного спора и основания иска, суд считает, что, поскольку правовые основания заявленного иска, истцом не изменялись, определение существенности заблуждения относится к компетенции суда. По смыслу пункта 1 статьи 178 ГК РФ вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

В связи с чем, суд считает, что указанное заключение не опровергает вывод суда о существенности заблуждения истца относительно правовой природы, заключенного договора.

Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду.

По этим основаниям доводы ФИО1, изложенные в исковом заявлении, нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

В силу ч.2 ст.181 срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как следует из анализа ст. 181 ГК РФ, данная нормы права определяет начало течения срока исковой давности не только с момента фактического уведомления заинтересованного лица о совершении сделки, но и с момента, когда лицо должно было узнать об этом обстоятельстве.

В соответствии с частью 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Представитель ответчика сослался на пропуск истцом срока исковой давности и применение последствий пропуска срока исковой давности. Судом установлено, что истец узнала о сделке и переходе права собственности при получении копии договора, заключенного с ответчиком, 23.07.2018г., что подтверждается копией договора, удостоверенной специалистом Росреестра (л.д.49-52). С иском обратилась в суд 19.07.2019г.

Доказательств, опровергающих данные обстоятельства и доводы истца, суду первой инстанции не представлено.

Довод представителя ответчика, что истцу ни что не препятствовало своевременно получить договор, не влияет на исчисление срока исковой давности, поскольку судом установлено, что длительное время истец болела, ей проведена ампутация пальцев на ноге, затем она находилась на стационарном лечении после травм, полученных в ДТП, что безусловно препятствовало ей инициировать данный спор, получив копию договора.

По этим основаниям суд считает, что момент заключения договора, регистрация договора и переход права собственности не может являться безусловным основанием для установления начала срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной. В связи с чем, доводы представителя ответчика о том, что срок исковой давности надлежит исчислять с момента заключения сделки, суд считает необоснованным.

На основании изложенного, суд считает, что срок исковой давности не пропущен, а исковые требования подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ суд,

Р Е Ш И Л:

Признать недействительным договор дарения <адрес> в <адрес>, расположенной на втором этаже двухэтажного жилого кирпичного дома, состоящей из 2-х комнат, общей площадью 50,3 кв.м., заключенный 13.07.2015г. между ФИО1 и ФИО2, удостоверенный Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ростовской области, зарегистрированный в реестре за №.07.2015г.

Признать за ФИО1 право собственности на 2-х комнатную <адрес>, расположенную по адресу: <адрес>, общей площадью 50, 3 кв.м., прекратив право собственности ФИО2 на <адрес>, расположенную по адресу: <адрес>, общей площадью 50,3 кв.м.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Шахтинский городской суд в течение 1 месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: О.Р. Колоскова