Апелляционное постановление № 22К-136/2025 от 4 марта 2025 г. по делу № 3|2-22/2025

Дело № <...>

Судья Куликов А.Ю.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

5 марта 2025 года г.Биробиджан

Судья суда Еврейской автономной области Пышкина Е.В.,

при секретаре Ш.,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе защитника Гринь А.А. на постановление Биробиджанского районного суда ЕАО от 19 февраля 2025 года, которым

Б., <...> рождения, уроженке <...>, продлён срок содержания под стражей на 1 месяц, всего до 6 месяцев, включительно по 19 марта 2025 года.

Изложив доклад, заслушав защитника Гринь А.А. и обвиняемую Б., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Емельянчикова С.С., полагавшего оставить постановление без изменения,

УСТАНОВИЛ:

1 августа 2024 года возбуждено уголовное дело № <...> в отношении неустановленного лица по ч. 4 ст. 159 УК РФ.

20 сентября 2024 года Б. задержана по данному делу в порядке ст. 91-92 УПК РФ и 21 сентября 2024 года ей предъявлено обвинение по ч. 4 ст. 159 УК РФ в совершении мошенничества, то есть хищения чужого имущества путём злоупотребления доверием, в особо крупном размере на общую сумму № <...> рублей.

22 сентября 2024 года Центральным районным судом <...> края Б. избрана мера пресечения заключение под стражу.

25 ноября 2024 года в отношении Б. возбуждено уголовное дело № <...> по ч. 4 ст. 159 УК РФ по факту хищения путём обмана и злоупотребления доверием денежных средств в особо крупном размере у И. на сумму № <...> рублей.

19 декабря 2024 года указанные уголовные дела соединены в одно производство.

В ходе следствия срок содержания под стражей Б. поэтапно продлевался судом и 17 января 2025 года был установлен до 5 месяцев, включительно по 19 февраля 2025 года.

18 февраля 2025 года следователь СЧ СУ УМВД России по ЕАО Г., с согласия руководителя следственного органа, возбудил перед Биробиджанским районным судом ЕАО ходатайство о продлении срока содержания под стражей Б. на 1 месяц, всего до 6 месяцев в связи с необходимостью предъявления ей окончательного обвинения, допроса обвиняемой по иным эпизодам преступной деятельности, установления местонахождения Б. и других лиц. Невозможность изменения меры пресечения обосновывал тем, что Б. может скрыться от следствия и суда, оказать воздействие на свидетелей по делу.

19 февраля 2025 года ходатайство удовлетворено, согласившись с доводами следователя, суд продлил обвиняемой срок содержания под стражей на 1 месяц, всего до 6 месяцев, включительно по 19 марта 2025 года.

В апелляционной жалобе защитник Гринь А.А. просит отменить постановление и избрать Б. в качестве меры пресечения запрет определённых действий или домашний арест. При этом указывает, что судом не выполнены требования ч. 1 ст. 108, 97, 99 УПК РФ. Сама по себе тяжесть преступления не может служить достаточным основанием для продления исключительной меры пресечения. Указание следователя на возможность обвиняемой скрыться и оказать воздействие на потерпевших со свидетелями конкретными реальными сведениями не подтверждается, информация о таких намерениях Б. в деле отсутствует. Аналогичное предположение суда носит субъективный характер. Безосновательное вменение возможности скрыться без подтверждения доказательствами является явным нарушением презумпции невиновности и Конституции РФ. В настоящее время все потерпевшие и свидетели по делу допрошены, основные следственные действия произведены, Б. осталось предъявить обвинение в окончательной редакции и выполнить требования ст. 217 УПК РФ. Обвиняемой соблюдены в полном объёме условия досудебного соглашения о сотрудничестве, но суд этого не учёл. В силу п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» отсутствие у лица регистрации на территории РФ может быть лишь одним из доказательств отсутствия у него постоянного места жительства, но само по себе не является предусмотренным ст. 108 УПК РФ поводом к избранию ему заключения под стражу. В п. 1 ч. 1 ст. 108 УПК РФ законодатель в числе оснований к заключению под стражу указывает на отсутствие постоянного места жительства на территории РФ, а суд вопреки этим разъяснениям ссылается на отсутствие у Б. регистрации на территории ЕАО. Кроме того, на территории РФ, в том числе и на территории ЕАО, у Б. имеется постоянное место жительства. Сторона защиты предоставила суду нотариально заверенные согласия собственников Б,, Б. и Б. на проживание Б. в <...> в <...>, в которой они сами не проживают, но он не рассмотрел вопрос о возможности избрания Б. домашнего ареста. Фактическая возможность избрания обвиняемой более мягкой меры пресечения им не проанализирована, в постановлении не указано, почему нельзя применить домашний арест либо запрет определённых действий. Домашний арест налагает ограничения и даёт возможность постоянного контроля за поведением, которые не позволяют скрыться.

В возражениях на апелляционную жалобу старший прокурор отдела прокуратуры ЕАО М. просит оставить её без удовлетворения как несостоятельную.

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и возражения на неё, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения постановления, полагая его законным, обоснованным и мотивированным.

Согласно ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения срок содержания под стражей может быть продлён судьёй районного суда до 6 месяцев.

Указанные требования закона соблюдены. Из материалов дела видно, что с момента последнего продления меры пресечения следственные действия производились, Б. допрошена в качестве лица, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, проведена выемка документов, направлены поручения, запросы, в качестве свидетелей допрошены Б., Х., а также проведён ряд других следственных и процессуальных действий. Расследование не окончено в ранее установленные обвиняемой сроки содержания под стражей по объективным причинам, ввиду необходимости выполнения тех действий, на которые указано в ходатайстве следователем. Данных, свидетельствующих о том, что оно является неэффективным, не имеется.

Правильными являются и выводы суда о наличии предусмотренных ст. 97 УПК РФ обстоятельств, являющихся основанием для продления срока содержания под стражей.

Б. обвиняется в совершении тяжкого имущественного преступления, санкция которого предусматривает наказание на срок до десяти лет лишения свободы, что само по себе позволяет полагать о возможности скрыться от органов следствия и суда при иной мере пресечения вследствие опасения возможности назначения такого наказания. К тому же в ноябре 2024 года в отношении Б. возбуждено второе уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ.

При этом вопреки доводам стороны защиты, тяжесть обвинения не является единственным основанием для продления срока содержания под стражей. Поскольку Б. знакома с потерпевшими и свидетелями по делу, располагает их данными, у суда также имелись достаточные поводы считать, что при иной мере пресечения она может оказать на них воздействие и склонить к даче ложных показаний.

Заявления Б. и защитника об отсутствии намерений у обвиняемой оказывать воздействие на участников производства по делу и скрываться, как и позиция Б. по делу в настоящее время, указанные выводы суда не опровергают.

Допрос потерпевших и свидетелей следователем, проведение очных ставок между ними и обвиняемой, не исключают возможности воздействия на этих лиц в целях изменения показаний, поскольку окончательное обвинение Б. не предъявлено.

Вопрос об изменении Б. меры пресечения судья обсудил и при установленных им опасениях не нашёл к этому оснований. С таким решением соглашается и суд второй инстанции, поскольку все иные меры пресечения, в том числе домашний арест и запрет определённых действий, возможности скрыться и оказать воздействии на участников производства по делу полностью не исключают.

Домашний арест в <...> в <...> не может быть избран Б., так как одним из её собственников является Б. - возможный фигурант дела, фактическое местонахождение которого органами следствия не установлено.

Таким образом, основанием для продления Б. срока содержания под стражей явились реальные фактические обстоятельства, перечисленные в ст. 97-99 УПК РФ, в том числе касающиеся личности обвиняемой.

Документов, свидетельствующих о наличии медицинских противопоказаний к содержанию Б. под стражей в связи с имеющимися у него заболеваниями, установленных постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 года № 3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений» в деле нет и суду второй инстанции также не представлено.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановления, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Биробиджанского районного суда ЕАО от 19 февраля 2025 года в отношении Б. оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника Гринь А.А. без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано непосредственно в суд кассационной инстанции - Девятый кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в <...>, в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Обвиняемая Б. вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья Е.В. Пышкина