Апелляционное определение № 33-812/2026 от 10 февраля 2026 г.

УИД 29RS0014-01-2025-006546-90

Судья Уварова Е.В. № 2-4669/2025 11 февраля 2026 года

Докладчик Попова Т.В. № 33-812/2026 город Архангельск


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе

председательствующего судьи Бланару Е.М.,

судей Горишевской Е.А., Поповой Т.В.,

при секретаре судебного заседания Ануфриевой Т.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу о признании решения незаконным, возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию по старости, взыскании компенсации за несвоевременное назначение пенсии, судебных расходов по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ломоносовского районного суда города Архангельска от 23 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Поповой Т.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (далее – Отделение) о признании решения незаконным, возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию по старости, взыскании компенсации за несвоевременное назначение пенсии, судебных расходов. В обоснование требований указала, что 8 июня 2024 года она обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении страховой пенсии по старости на основании п. 2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – ФЗ «О страховых пенсиях»). Решением ответчика от 17 июня 2024 года № ей отказано в назначении пенсии в виду того, что ребенок ДД.ММ.ГГГГ года рождения, рожден на территории Украины и не может быть учтен при определении права на пенсию в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях» и в связи с отсутствием страхового стажа, стажа, работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, не достижением требуемого возраста. Полагала, с учетом имеющихся сведений на выписке индивидуального лицевого счета на 1 июля 2024 года, на 1 октября 2024 года и при наличии двоих детей, она имеет право на пенсию с 1 июля 2024 года. Просила признать незаконным решение об отказе в назначении пенсии №, возложить на ответчика обязанность назначить досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях» с 1 июля 2024 года, взыскать компенсацию за несвоевременное назначение пенсии, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей, расходы на уплату государственной пошлины в размере 3000 рублей.

В судебном заседание суда первой инстанции до перерыва в нем истец заявленные требования поддержала, пояснила, что была снята с регистрационного учета на Украине 25 июня 2001 года, переехала в Российскую Федерацию в августе 2001 года, зарегистрировалась по месту жительства в 2002 году. Представитель истца требования поддержал, настаивал на удовлетворении требований.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, указанным в письменном отзыве на иск. Указал, что у истца отсутствуют обязательные условия для назначения пенсии по п. 2 ч. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях», так как ребенок ДД.ММ.ГГГГ рожден на территории Украины и не может быть учтен при определении права на пенсию в соответствии с законодательством Российской Федерации, также отсутствует необходимый страховой стаж и индивидуальный пенсионный коэффициент (далее – ИПК).

Судом первой инстанции дело рассмотрено при данной явке.

Решением Ломоносовского районного суда города Архангельска от 23 октября 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Отделению о признании решения незаконным, возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию по старости, взыскании компенсации за несвоевременное назначение пенсии, судебных расходов отказано.

С указанным решением не согласилась истец, в поданной апелляционной жалобе просит его отменить ввиду незаконности и необоснованности, нарушения норм материального и процессуального права, несоответствия выводов суда обстоятельствам дела, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Считает, вывод суда о том, что на 1 июля 2024 года у нее отсутствовал страховой стаж в количестве 20 лет, противоречит решению ответчика от 12 февраля 2025 года, согласно которому ее страховой стаж в календарном исчислении составил 20 лет 1 месяц 8 дней. Кроме того, на 1 июля 2024 года ИПК вопреки выводу суда о наличии у нее ИПК не менее 28,2, величина ее ИПК, согласно выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, составляла 29,958. Это не предварительные данные, а официальная информация системы персонифицированного учета. Если пенсионный орган считает, что сведения на выписке неверны, то он обязан представить своей расчет (контррасчет). Судом нарушен принцип состязательности и распределения бремени доказывания. Суд не учел, что ее ИПК по данным пенсионного органа на 12 февраля 2025 года составлял 24,814. Суд обязан был истребовать у ответчика детальный поэтапный расчет ИПК и проверить его. Также обращает внимание, что при отказе в назначении пенсии ни о каком недостатке стажа или ИПК в решении ответчика № не указано. Считает, суд подменил предмет доказывания, что привело к принятию необоснованного решения. Суд обязан был проверить все возможные варианты расчета стажа и ИПК, включая наиболее выгодный для нее. Указывает, что законодательство не ставит начисление «нестраховых» коэффициентов в зависимость от территории осуществления ухода за ребенком. Факт осуществления ухода за ребенком подтверждается свидетельством о рождении. Полагает, решением суда ограничиваются ее права на пенсию по дискриминационному признаку.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержала.

Представитель ответчика ФИО2 с доводами апелляционной жалобы не согласился, считает, решение суда является законным. Стороной ответчика представлен подробный расчет ИПК. Полагает, период отпуска по уходу за ребенком, не должен учитываться для расчета ИПК. Без его учета, согласно расчету, ИПК истцу для назначения пенсии будет недостаточно. Чем обусловлено отсутствие в решениях об отказе в назначении пенсии подсчета ИПК, не указал.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена, не обеспечила получение почтовой корреспонденции. При таких обстоятельствах в соответствии с ч.ч.3-5 ст.167, ч.1 ст.327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), учитывая, что применительно к ч. 2 ст.117 ГПК РФ, абз.2 п.1 ст.165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом положений ч.4 ст.1 ГПК РФ, риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат, отказ в получении почтовой корреспонденции по адресу места жительства, о чем свидетельствует ее возврат по истечении срока хранения, следует считать надлежащим извещением о слушании дела, судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав истца, представителя ответчика, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции, 8 июня 2024 года истец, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратилась с заявлением о назначении пенсии по старости. Решением Отделения № ей в этом отказано ввиду отсутствия оснований, поскольку один из детей истца (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) родился на территории Украины и не может быть учтен при определении права на пенсию в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях». При этом страховой стаж истца по состоянию на 31 декабря 2023 года определен продолжительностью 18 лет 11 месяцев 16 дней (в льготном исчислении – 19 лет 2 месяца 2 дня), стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, - 17 лет 1 месяц 16 дней.

12 февраля 2025 года истец повторно обратилась с заявлением о назначении пенсии по старости. Решением Отделения № в этом ей повторно отказано ввиду отсутствия оснований, поскольку один из детей истца (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) родился на территории Украины и не может быть учтен при определении права на пенсию. При этом страховой стаж истца по состоянию на 31 декабря 2024 года определен продолжительностью 19 лет 10 месяцев 23 дней (в льготном исчислении – 20 лет 1 месяц 8 дней), стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, - 18 лет 0 месяцев 23 дня.

Истец родила двоих детей: ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ФИО11 родился на территории Украины.

Разрешая спор, отказывая в удовлетворении требований истца, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях», исходил из того, что истцом не соблюдены условия, дающие право на досрочное назначение страховой пенсии по старости на основании п. 2 ч. 1 ст. 32 данного закона, а именно, на 1 июля 2024 года отсутствовало необходимое количество страхового стажа и ИПК (не менее 28,2), в связи с чем не нашел оснований для признания решения Отделения незаконным, возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию по старости, как следствие, взыскании компенсации за несвоевременное назначение пенсии и судебных расходов.

Вместе с тем, суд пришел к выводу о том, что истец является матерью, родившей двоих детей, поскольку действующее в настоящее время законодательство Российской Федерации не ставит право женщины на назначение пенсии в зависимость от места рождения и воспитания детей.

Решение суда оспаривается лишь стороной истца.

В соответствии с требованиями ч. 1 и ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ и разъяснениями, содержащимися в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года № 13, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно нее.

С учетом указанного, законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверяется только в обжалуемой части исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Порядок исчисления и назначения пенсии с 1 января 2015 года регулируется ФЗ «О страховых пенсиях».

В силу ч. 1 ст. 8 данного Федерального закона право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учётом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону).

Страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (ч. ч. 2 и 3 ст. 8 ФЗ «О страховых пенсиях»).

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях», страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного ст. 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (с учетом положений части 3 статьи 35 данного Закона) женщинам, родившим двух и более детей, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж не менее 20 лет и проработали не менее 12 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 17 календарных лет в приравненных к ним местностях.

В силу ч. 3. ст. 35 указанного закона продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, в 2015 году составляет шесть лет.

С 1 января 2015 года страховая пенсия по старости назначается при наличии величины ИПК не ниже 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения в 2025 году величины 30. Необходимая продолжительность страхового стажа и величина ИПК при назначении страховой пенсии по старости на общих основаниях определяется на день достижения общеустановленного пенсионного возраста.

Таким образом, на 2024 год для назначения досрочной страховой пенсии по старости женщине, родившей двоих детей, необходима совокупность условий: достижение возраста 50 лет, страховой стаж не менее 20 лет, стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, не менее 17 лет и ИПК не менее 28,2.

Обращаясь с настоящим иском в суд, сторона истца полагает, что у истца имеется необходимое количество указанных видов стажей и ИПК.

Однако, из решения пенсионного органа № следует, что у истца на момент обращения 8 июня 2024 года отсутствовало необходимое количество страхового стажа (20 лет). Истец просила назначить пенсию с 1 июля 2024 года (момента достижения возраста 50 лет).

В рамках настоящего спора, какие-либо периоды как необоснованно исключенные пенсионным органом из страхового стажа, правильность расчета стажа, стороной истца не оспаривались, а суд в силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Отсутствие у истца необходимого на 2024 год ИПК (28,2) также подтверждается расчетами ответчика, имеющимися, вопреки доводам стороны истца, в материалах дела.

Действительно, согласно расчету ответчика ИПК истца без учета периода ухода за ребенком, родившегося на территории Украины, как нестрахового периода, составит менее 28,2.

Не учет в расчете периода ухода за ребенком, родившегося на территории Украины, как нестрахового периода, является правильным в силу следующего.

13 марта 1992 года государствами - участниками Содружества Независимых Государств, в том числе Российской Федерацией и Украиной, было подписано Соглашение о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения, в преамбуле которого предусмотрено, что правительства государств - участников данного соглашения признают, что государства - участники Содружества имеют обязательства в отношении нетрудоспособных лиц, которые приобрели право на пенсионное обеспечение на их территории или на территории других республик за период их вхождения в СССР и реализуют это право на территории государств - участников Соглашения.

Статьей 1 названного соглашения предусматривалось, что пенсионное обеспечение граждан государств - участников этого соглашения и членов их семей осуществляется по законодательству государства, на территории которого они проживают.

Пунктом 2 ст. 6 Соглашения было определено, что для установления права на пенсию, в том числе пенсий на льготных основаниях и за выслугу лет, гражданам государств - участников Соглашения учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР за время до вступления в силу Соглашения.

Исходя из изложенного, Соглашение было заключено государствами - участниками Содружества Независимых Государств, в том числе Российской Федерацией и Украиной, в целях обеспечения сохранения пенсионных прав граждан, приобретенных в советское время, и предусматривало осуществление пенсионного обеспечения граждан этих государств по законодательству государства, на территории которого они проживают, учет при установлении права на пенсию трудового стажа, приобретенного на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР за время вступления в силу данного соглашения, и заработка (дохода) за указанные периоды.

Федеральным законом от 11 июня 2022 года № 175-ФЗ «О денонсации Российской Федерацией Соглашения о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения», вступившим в силу с 30 июня 2022 года, Соглашение от 13 марта 1992 года денонсировано.

Действие Соглашения прекращено с 1 января 2023 года.

При этом данным Соглашением каким-либо образом не были урегулированы аспекты учета детей, родившихся на территории одной из стран - участников Соглашения, при разрешении вопроса о возникновении права на пенсию в другой такой стране. ФЗ «О страховых пенсиях» не предусмотрено в качестве условий для назначения пенсии, в связи с работой в особых климатических условиях, рождение детей именно на территории Российской Федерации. Принцип территориальности в рассматриваемом случае не имеет значения, поскольку он может применяться только к вопросам учета стажа в целях определения размера пенсии и ИПК и не охватывает другие элементы социально-демографического статуса лица, претендующего на назначение пенсии по п. 2 ч. 1 ст. 32 указанного Федерального закона.

С 1 июля 2025 года вступил Федеральный закон от 13 декабря 2024 года № 455-ФЗ «Об особенностях пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации, имеющих периоды работы на территориях Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики, о признании утратившей силу ч. 5 ст. 5.1 Федерального закона «Об особенностях пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации, проживающих на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя» и внесении изменений в ст. 6 и 8 Федерального закона «Об особенностях пенсионного и дополнительного социального обеспечения граждан, проживающих на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской области и Херсонской области», которым установлены особенности пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации, имеющих периоды работы и (или) иной деятельности на территории Украины и (или) территориях Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики, предусмотренные ст. 2 настоящего Федерального закона, за исключением граждан из числа лиц, указанных в ч. 1 ст. 1 Федерального закона от 21 июля 2014 года № 208-ФЗ «Об особенностях пенсионного обеспечения граждан Российской Федерации, проживающих на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя» и ч. 1 ст. 1 Федерального закона от 17 февраля 2023 года № 17-ФЗ «Об особенностях пенсионного и дополнительного социального обеспечения граждан, проживающих на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской области и Херсонской области».

Им установлен порядок реализации права на пенсионное обеспечение граждан Российской Федерации, имеющих периоды работы и (или) иной деятельности на территории Украины и (или) территориях Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики. Им также не урегулированы аспекты учета периодов ухода за детьми, а лишь определены периоды работы, которые выполнялись на территории Украины, на территориях Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики, подлежащие включению в страховой стаж.

Данным законом возможность учета периодов ухода за детьми, родившимися на территории Украины, для расчета ИПК не предусмотрена.

Учитывая изложенное, учет периода ухода за ребенком, родившимся на территории Украины, для расчета ИПК по нормам данного закона не допускается. Иными нормативными актами такая возможность также не предусмотрена. Более того, из материалов дела не следует, что таковой истцу предоставлялся в связи с рождением ребенка 31 августа 2000 года. В трудовой книжке, каких-либо записей о работе истца в данный период не содержится. Отсутствие факта работы истца не дает оснований для учета периода отпуска по уходу для расчета ИПК, учитывая, что таковой период может учитываться для расчета ИПК и включения в страховой стаж в случае, если он предоставлялся женщине в период работы, дающей право на назначение пенсии по старости.

Таким образом, доводы стороны истца о том, что законодательство не ставит начисление «нестраховых» коэффициентов в зависимость от территории осуществления ухода за ребенком, а факт осуществления ухода за ребенком подтверждается свидетельством о рождении, основаны на неправильном толковании норм пенсионного законодательства.

Основания считать, что решением суда ограничиваются права на пенсию по дискриминационному признаку, отсутствуют, учитывая действующее пенсионное законодательство.

Ссылки стороны истца на то, что на 1 июля 2024 года ИПК в размере не менее 28,2 у истца имелся, и, согласно сведениям о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица, он составлял 29,958, безусловным основанием для вывода о наличии у истца необходимого количества ИПК являться не могут. Установление права на пенсию, ее размера, исходя из ИПК по сведениям о состоянии индивидуального лицевого счета, пенсионным законодательством не предусмотрено. При оценке пенсионных прав, определении размера пенсии пенсионный орган должен руководствоваться положениями ФЗ «О страховых пенсиях». В каждом конкретном случае осуществляется подсчет стажа гражданина, ИПК. Нормы ФЗ «О страховых пенсиях» не возлагают на пенсионный орган при назначении пенсий и определении их размеров учитывать в безусловном порядке сведения о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица в части указанного в них ИПК, без проверки и оценки пенсионных прав гражданина применительно к нормам пенсионного законодательства, регламентирующим вопросы назначения пенсии.

То обстоятельство, что суд не учел, что ИПК истца по данным пенсионного органа на 12 февраля 2025 года составлял 24,814, а также не учел, что согласно решению ответчика от 12 февраля 2025 года, ее страховой стаж в календарном исчислении составил 20 лет 1 месяц 8 дней, при том, что истцом заявлены требования о назначении пенсии с 1 июля 2024 года, а не с даты повторного обращения (12 февраля 2025 года), на правильность постановленного судом решения не влияет. Учитывая, что сторона истца просила о назначении пенсии с 1 июля 2024 года, учитывалось количество стажа на дату обращения истца за назначением пенсии (8 июня 2024 года), как и ИПК, поскольку оценка пенсионных прав гражданина осуществляется на дату обращения за назначением пенсии.

Страховой стаж действительно на момент повторного обращения (12 февраля 2025 года) составил более 20 лет с учетом доработанного истцом стажа в 2024 году. Вместе с тем, ИПК и на 12 февраля 2025 года составлял менее требуемых на 2025 год - 30.

Ссылки истца на то, что в решениях пенсионного органа не указывалось на отсутствие ИПК, а в решении № – на отсутствие для назначения пенсии страхового стажа, о незаконности решения пенсионного органа и решения суда не свидетельствуют. При решении вопроса о назначении пенсии суд руководствовался положениями ст. 8 и ч. 2 п. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях», которыми, как указано выше, предусмотрено, что для назначения женщине, родившей двоих детей, досрочной страховой пенсии по старости в 2024 году, необходима совокупность условий: достижение возраста 50 лет, страховой стаж не менее 20 лет, стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, не менее 17 лет и ИПК на 2024 год не менее 28,2. Установление юридически значимых для дела обстоятельств является обязанностью суда, а потому неуказание пенсионным органом в решении на отсутствие у истца страхового стажа и ИПК не означает, что суд не должен устанавливать наличие всех условий для ее назначения, которые предусмотрены законом.

Ссылки в апелляционной жалобе истца на то, что суд обязан был проверить все возможные варианты расчета стажа и ИПК, включая наиболее выгодный для нее, несостоятельны. Суд не является органом, контролирующим и проверяющим деятельность Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации и его территориальные органы. К полномочиям суда не относится проверка всех возможных вариантов расчета стажа и ИПК. Задачами судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. Из чего следует, что обращаясь с иском в суд, сторона истца должна четко указать, в чем заключается нарушение или угроза нарушения ее права. В данном случае сторона истца ссылалась на необоснованный отказ в назначении пенсии, необоснованный не учет для права на ее назначение ребенка, родившегося на территории Украины. Суд первой инстанции, исходя из предмета и основания иска, с учетом стажа, учтенного пенсионным органом, проверил наличие/отсутствие у истца права на назначение пенсии, расчет ИПК, его достаточность для назначения. Установив его недостаточность, признал решение пенсионного органа об отказе в назначении пенсии законным. Иных оснований иска стороной истца не заявлялось.

Как указано выше, вопреки доводам стороны истца, в материалах дела имеются расчеты ИПК, которые стороной истца не опровергнуты.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции об отсутствии законных оснований для назначения истцу досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях», оснований для признания решения Отделения незаконным, как следствие, взыскании компенсации за несвоевременное назначение пенсии и судебных расходов, является правильным.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не могут являться основанием к отмене или изменению судебного постановления, поскольку не опровергают выводов суда.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что правоотношения сторон в рамках заявленных требований и материальный закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие правовое значение, установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана судом с учетом требований гражданского процессуального законодательства, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы, оспаривающие выводы суда по существу рассмотренного спора, не основанные на нормах пенсионного законодательства, не могут повлиять на содержание постановленного судом решения, не свидетельствуют о наличии предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований к отмене или изменению судебного решения.

Учитывая, что апелляционная жалоба истца оставлена без удовлетворения, в силу ст. 98 ГПК РФ отсутствуют основания для взыскания в ее пользу государственной пошлины, уплаченной при ее подаче.

Руководствуясь ст. ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Ломоносовского районного суда города Архангельска от 23 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19 февраля 2026 года.

Председательствующий Е.М. Бланару

Судьи Е.А. Горишевская

Т.В. Попова