Апелляционное определение № 33-10316/2025 от 22 декабря 2025 г.

Судья Баканова О.А. Судья-докладчик Кулакова С.А.

УИД 38RS0032-01-2024-006320-58 №33-10316/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23 декабря 2025 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Шабалиной В.О.,

судей Кулаковой С.А., Скубиевой И.В.,

при секретаре Папиной Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело Номер изъят по иску ФИО1, действующей в интересах недееспособной ФИО2, к ФИО3 о признании недействительным договора дарения, прекращении права собственности, исключении из ЕГРН записи о праве собственности

по апелляционной жалобе представителя ФИО1 - ФИО6,

на решение Кировского районного суда <адрес изъят> от Дата изъята

года,

УСТАНОВИЛА:

в обоснование требований указано, что решением Октябрьского районного суда <адрес изъят> от Дата изъята ФИО2 признана недееспособной, распоряжением Межрайонного управления министерства социального развития, опеки и попечительства <адрес изъят> от Дата изъята Номер изъят ее опекуном назначена ФИО1 Недееспособная ФИО2 зарегистрирована по адресу: <адрес изъят>. Указанная квартира с Дата изъята по 03,08.2021 принадлежала матери ФИО2 - ФИО4 на основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан от Дата изъята , предоставлена в связи с инвалидностью ФИО2 с целью улучшения жилищных условий. В настоящее время квартира принадлежит ФИО3 на основании договора дарения от Дата изъята . По мнению истца, ФИО4 фактически лишила права собственности свою дочь ФИО2 С февраля 2022 года по Дата изъята ФИО2 находилась в Усть-Илимском доме- интернате для престарелых. Дата изъята опекун ФИО1 забрала ФИО2 к себе в <адрес изъят> по месту своего жительства, осуществляет опеку над недееспособной ФИО2 О том, что спорная квартира принадлежит ФИО3 опекун узнала только в августе 2024 года. Полагая права ФИО2 нарушенными, ссылаясь на п. 1 ст. 177 ГК РФ, просила суд признать недействительным договор дарения от Дата изъята . ФИО4 долгое время лечилась в неврологическом отделении ОГАУЗ Иркутская

2
городская клиническая больница Номер изъят, имела рак желудка 3 степени, принимала тяжелые препараты. Указанное подтверждается сведениями медицинских карт. По мнению истца, при заключении договора дарения от Дата изъята имел место порок воли дарителя, договор дарения заключен ФИО4 в состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.

С учетом уточнений, просила суд признать недействительным договор дарения от Дата изъята , заключенный между ФИО4 и ФИО3; прекратить право собственности ФИО3 на квартиру по адресу: <адрес изъят>; исключить из ЕГРН записи о праве собственности ФИО3 на указанную квартиру.

Решением Кировского районного суда <адрес изъят> от Дата изъята отказано в удовлетворении исковых требований.

В апелляционной жалобе представитель ФИО1 - ФИО6, просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований, назначить по делу повторную посмертную комплексную судебную психолого-психиатрическую экспертизу. Мотивирует тем, что суд фактически придал заключению судебнопсихиатрической экспертизы исключительное доказательственное значение, не оценив в совокупности с иными доказательствами по делу. Судом не дана надлежащая оценка медицинским документам, свидетельствующим о наличии у ФИО4 в период, предшествующий совершению сделки, тяжелых соматических и психоневрологических заболеваний (органическое расстройство личности сосудистого генеза, дисциркуляторная энцефалопатия, онкологическое заболевание III стадии, тяжелая анемия), которые объективно могли повлиять на ее способность осознавать значение своих действий и руководить ими. Проигнорированы показания свидетелей о признаках дезориентации, спутанности сознания и нарушении речи у ФИО4 в 2021 году, а также обстоятельства приема ею сильнодействующих и наркотических анальгетиков, способных существенно влиять на психическое состояние.

При этом суд сослался на установленные им же факты, подтверждающие тяжелое состояние здоровья ФИО4 и выраженные когнитивные нарушения в период, близкий к совершению сделки, однако данные обстоятельства не получили правовой оценки с точки зрения ст. 177 ГК РФ. Суд не устранил противоречия между выводами экспертов о сохранности критических способностей и фактическим поведением ФИО4, выразившиеся в отчуждении жилого помещения, предоставленного для обеспечения жилищных прав дочери-инвалида, в пользу третьего лица, не состоящего с дарителем в родственных отношениях.

Суд необоснованно отклонил ходатайство истца о назначении повторной судебной экспертизы, не мотивировав отказ надлежащим образом, несмотря на наличие сомнений в полноте и обоснованности экспертного заключения. Экспертами не исследовано влияние принимаемых

медикаментов, динамика психического состояния ФИО4 за

3
длительный период, а также связь совершенной сделки с ее жизненными интересами и интересами недееспособной дочери, что свидетельствует о неполноте экспертного исследования и наличии оснований для назначения повторной экспертизы в порядке ст. 87 ГПК РФ.

Кроме того, суд не учел специальное целевое назначение спорного жилого помещения, предоставленного ФИО4 муниципальным образованием в связи с инвалидностью дочери, и допустил его отчуждение без оценки последствий для жилищных прав недееспособной ФИО2, чем нарушил баланс интересов сторон. Формальное сохранение права пользования жилым помещением не обеспечивает реальной защиты прав недееспособного лица, тем более с учетом фактического вселения в квартиру арендаторов, что исключает возможность безопасного проживания ФИО2

В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель ФИО3 — ФИО9 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судебной коллегией в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда ФИО20, выслушав посредством видеоконференц-связи с <адрес изъят>вым судом объяснения истца ФИО1 K.EL, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, настаивавшей на ее удовлетворении, выслушав объяснения присутствовавших в зале судебного заседания в Иркутском областном суде объяснения представителя истца - ФИО6, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, настаивавшей на ее удовлетворении, объяснения ответчика ФИО3, ее представителя ФИО9, возражавших против доводов апелляционной жалобы, просивших решение суда оставить без изменения, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с ч. 1 ст. 327,1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия оснований к отмене обжалуемого решения не находит, исходя из следующего.

В ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия, В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в

4
предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п, 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Как разъяснено в п.п. 78, 84 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от Дата изъята Номер изъят «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно абз. 1 п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 ст. 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

5
В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

В связи с тем, что ничтожная сделка не порождает юридических последствий, она может быть признана недействительной лишь с момента ее совершения.

В силу п. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Как следует из материалов дела, решением Октябрьского районного суда <адрес изъят> от Дата изъята ФИО2 признана недееспособной.

Распоряжением межрайонного управления министерства социального развития, опеки и попечительства <адрес изъят> Номер изъят от Дата изъята Номер изъят-МУ7(У-И)/10 опекуном недееспособной ФИО2 назначена ФИО1,И.

Недееспособная ФИО2 зарегистрирована по адресу: <адрес изъят>.

Право собственности на указанную квартиру приобрела ФИО4, мать недееспособной ФИО2, на основании договора передачи помещений в собственность граждан от Дата изъята ФИО2 сохранила право пользования данным жилым помещением.

По данным ЕГРП, переход права на указанную квартиру от ФИО4, матери ФИО2, на ответчика ФИО3 зарегистрирован Дата изъята , основанием перехода права является договор дарения.

Так, Дата изъята между ФИО4 (даритель) и ФИО3 (одаряемая) заключен договор дарения, по условиям которого даритель передает безвозмездно (в качестве дара) одаряемому квартиру в целом, расположенную по адресу: <адрес изъят>, - общей площадью 35,9 кв. м, принадлежащую на праве собственности, а одаряемый принимает вышеуказанную квартиру.

В силу п. 2 договора дарения от 03,08.2021 право проживания в вышеуказанной квартире сохраняется за следующими гражданами: ФИО4, ФИО2

Право собственности у одаряемого возникает с момента государственной регистрации перехода права собственности в ЕЕРН (п. 6 договора).

В соответствии с п. 9 договор сторонами внимательно прочитан, изучен и подписан в полном согласии со всеми пунктами при их доброй воле, без принуждения.

6
Разрешая исковые требования, суд первой инстанции руководствовался положениями п. 2 ст. 1, ст. 8, ст. 12, п. 1 ст. 131, п. п. 1, 2, 3 ст. 166, п.п. 1, 2 ст. 167, п. 2 ст. 168, ч. 1 ст. 177, п. 1 ст. 179, п. 2 ст. 181, ч. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации; ч. 2 ст. 14 Федерального закона от Дата изъята № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»; учел разъяснения п.п. 78, 84 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от Дата изъята Номер изъят «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам гл. 6 ГПК РФ, в том числе заключение комиссии экспертов ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. ФИО10» ФИО5 Т.Г., ФИО11, ФИО12, ФИО13 от Дата изъята Номер изъят/з, из выводов которого следует, что на момент подписания договора дарения от Дата изъята у ФИО4 имелось органическое непсихотическое расстройство, связанное с сосудистыми заболеваниями головного мозга, подтвержденное данными о многолетнем течении гипертонической болезни, ИБС, церебрального атеросклероза, сахарного диабета 2 типа, ожирения, хронической ишемии мозга, перенесенном микроинсульте и сформировавшейся дисциркуляторной энцефалопатии с церебрастени вескими проявлениями, легким когнитивным снижением, эмоциональной лабильностью и нарушениями сна, а также наличием онкологического заболевания желудка и проведенных вмешательств, однако в представленных материалах отсутствуют сведения о выраженных интеллектуально-мнестических, эмоционально-волевых или психотических расстройствах, нарушениях мышления, сознания, критики и прогноза, которые могли бы существенно ограничить ее способность осознавать фактический характер своих действий и руководить ими; назначенные опиоидные анальгетики (сибазон, трамадол) применялись в терапевтических дозах, при этом данных о побочных эффектах, способных существенно повлиять на ее волевую и когнитивную сферу, не представлено; ретроспективный анализ свидетельствует о наличии у нее повышенной тревожности и эмоциональной нестабильности, которые, однако, не исключали способности к пониманию ситуации, оценке последствий и формированию собственной воли, ФИО4 осознавала свое заболевание, рационально искала способы решения жилищного вопроса, обращалась за лечением, самостоятельно приняла решение о заключении договора дарения, что подтверждается ее письменным заявлением, отражающим понимание объективных обстоятельств и личных приоритетов, имеющееся когнитивное снижение не лишало ее способности к осмыслению происходящего и прогнозированию последствий принимаемых решений; оценив показания свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16,

ФИО17, из которых следует, что ФИО4 в период оформления договора дарения и вплоть до своей смерти сохраняла ясность сознания, способность понимать значение своих действий и руководить ими, проявляла последовательность в рассуждениях, ориентировалась в обстоятельствах

7
своей жизни и выражала осознанное волеизъявление относительно судьбы принадлежащего ей имущества и дальнейшего устройства дочери; принимая во внимание, что истцом в силу ст. 177 ГК РФ не доказаны обстоятельства для признания оспариваемой сделки недействительной, учитывая, что материалами дела подтверждается способность дарителя ориентироваться в ситуации, выражать волю и последовательно совершать юридические действия, в том числе после совершения оспариваемой сделки, что подтверждается документально, суд первой инстанции оснований для удовлетворения исковых требований о признании договора дарения недействительным не установил.

Учитывая, что в удовлетворении первоначальных исковых требований отказано, суд отказал в удовлетворении производных требований о прекращении права собственности ФИО3 на указанную квартиру; об исключении из ЕГРН записи о праве собственности ФИО3 на квартиру.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на совокупном исследовании имеющихся в деле доказательств, не противоречат законодательству, подробно аргументированы в оспариваемом судебном акте и не опровергнуты доводами апелляционной жалобы.

Доводы апелляционной жалобы о придании судом исключительного доказательственного значения заключению экспертов не могут быть приняты во внимание, поскольку из текста решения следует, что суд оценивал заключение экспертизы в совокупности с иными доказательствами по правилам ст. 67 ГПК РФ, исследовал медицинскую документацию, показания свидетелей, обстоятельства поведения ФИО4 до и после совершения сделки и только на основании комплексной оценки доказательств пришел к выводу об отсутствии доказанности юридически значимого психического расстройства по состоянию на дату совершения сделки, суд указал мотивы согласия с экспертными выводами и обосновал, почему представленная медицинская информация не опровергает выводы экспертов.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованном игнорировании медицинских документов и наличии у ФИО4 тяжелых заболеваний носят общий характер и не свидетельствуют о том, что данные заболевания повлекли утрату способности понимать значение своих действий именно в момент заключения договора дарения. Наличие соматической патологии и онкологического заболевания, а также диагнозов, фиксируемых амбулаторными наблюдениями, само по себе не является основанием для вывода об отсутствии дееспособности или о пороке воли, что следует из содержания ст. 177 ГК РФ. Из материалов дела следует, что ФИО4 продолжала вести бытовую деятельность, самостоятельно обращаться за медицинской помощью, оформлять документы и последовательно принимать решения, включая выдачу доверенности в марте 2022 года. Ссылка на тяжесть заболеваний носит предположительный характер и не подтверждает наличие юридически значимого расстройства сознания в момент совершения сделки.

8
Доводы апелляционной жалобы о том, что суд проигнорировал показания свидетелей о спутанности сознания и нарушении речи, также не могут быть приняты. Суд первой инстанции подробно проанализировал свидетельские показания, установил их противоречивость и несоответствие объективным данным и оценил их критически, сопоставив с результатами экспертизы, медицинскими документами и обстоятельствами реального поведения ФИО4 Суд мотивированно указал, что признаки дезориентации и ухудшения состояния здоровья, отмеченные позднее, не свидетельствуют о наличии таких нарушений в момент сделки, а показания свидетелей основаны главным образом на субъективных восприятиях, не подтвержденных объективными данными.

Доводы апелляционной жалобы о приеме ФИО4 наркотических или сильнодействующих анальгетиков и их влиянии на сознание также не подтверждаются доказательствами; ни в одном медицинском документе не указано на наличие состояния, исключающего способность к волевому поведению, а сами назначения не свидетельствуют об утрате когнитивных функций. Экспертиза оценивала использовавшиеся лекарственные препараты и не выявила оснований полагать, что их влияние могло лишить ФИО4 способности контролировать свои действия.

Утверждение о противоречиях между выводами экспертов и поведением ФИО4 при отчуждении жилого помещения не подтверждено, поскольку оценка целесообразности или мотивов совершения сделки не входит в предмет исследования экспертизы. Сама по себе передача жилья третьему лицу не свидетельствует о психическом расстройстве; напротив, суд установил, что такие действия были мотивированы желанием обеспечить уход за дочерью-инвалидом и предусматривали сохранение ее права проживания, что объективно подтверждено договором и последующим поведением сторон.

Необоснованным является и довод апелляционной жалобы о незаконном отклонении ходатайства о назначении повторной экспертизы. Суд мотивированно указал, что экспертное заключение является полным, обоснованным, основанным на исследовании достаточного объема медицинских данных и не содержит внутренних противоречий. Апеллянт не привел конкретных фактов, свидетельствующих о неполноте или недостоверности исследования, а выраженные сомнения носят субъективный характер и не образуют оснований, предусмотренных ст. 87 ГПК РФ, для назначения повторной экспертизы.

Ссылка на целевое назначение жилого помещения и необходимость защиты жилищных прав недееспособной ФИО2 также не влияет на выводы суда об отсутствии оснований для признания договора недействительным по ст. 177 ГК РФ. Суд установил, что право пользования дочери сохранено, а фактические затруднения, связанные с проживанием, не являются юридическим последствием сделки, а относятся к сфере обеспечения опекуном условий проживания подопечной, что не является предметом рассматриваемого спора. Из материалов дела не следует, что отчуждение жилья лишило ФИО2, каких-либо предусмотренных законом прав или

9
поставило ее в опасные условия.

Апелляционная жалоба не. содержит иных доводов, влекущих отмену судебного постановления, в связи с чем решение суда, проверенное в силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, является законным и обоснованным и отмене не подлежит, а апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

решение Кировского районного суда <адрес изъят> от Дата изъята по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16.01.2026

ОПРЕДЕЛИЛА:

Судья-председательствующий

Судьи

В.О. Шабалина

И.В. Скубиева

С.А. Кулакова