Постановление № 5-18/2020 от 18 мая 2020 г. по делу № 5-18/2020

постановление

19 мая 2020 года город Иркутск

Судья Иркутского гарнизонного военного суда Лукашевич Алексей Тимофеевич, при секретаре судебного заседания Ханхасаевой О.В., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1, помощника военного прокурора Иркутского гарнизона капитана юстиции ФИО2, в помещении Иркутского гарнизонного военного суда, расположенного по адресу: <...>, рассмотрел дело № № об административном правонарушении, предусмотренном ст. 17.7 КоАП РФ в отношении военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, <адрес> ФИО1 **/**/**** лицо подвергнуто административному наказанию,

установил:

звание ФИО1 проходит военную службу в должности начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений, обладает организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями, то есть является должностным лицом.

**/**/**** года заместителем военного прокурора Иркутского гарнизона ФИО в адрес начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений ФИО1 был принесен протест № № на приказ начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений от № «Об организации боевой подготовки, внутренней службы и повседневной деятельности Восточно-Сибирского управления военных сообщений в зимнем периоде обучения 2020 учебного года» об устранении нарушений требований действующего законодательства в области противодействия коррупции, выявленных по результатам проверки соответствия законам приказов, издаваемых начальником военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений.

В данном протесте заместитель военного прокурора Иркутского гарнизона ФИО потребовал от начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений рассмотреть указанный протест и принять конкретные меры по устранению допущенных нарушений закона. О результатах принятых мер следовало сообщить военному прокурору Иркутского гарнизона в десятидневный срок с момента поступления протеста.

Получив указанный протест сначала **/**/**** года по средствам факсимильной связи, а затем **/**/**** по почте, ФИО1 несвоевременно выполнил требования заместителя военного прокурора Иркутского гарнизона ФИО, вытекающие из его полномочий, установленных федеральным законом, а также несвоевременно направил ответ об исполнении данного протеста.

В соответствии с поступившим в Иркутский гарнизонный военный суд постановлением военного прокурора Иркутского гарнизона от **/**/**** в отношении ФИО1 возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ст. 17.7 КоАП РФ, по факту умышленного невыполнения им требований прокурора, вытекающих из его полномочий, установленных федеральным законом.

В обоснование такого решения в постановлении военного прокурора Иркутского гарнизона указаны, изложенные выше обстоятельства.

В судебном заседании ФИО1 свою вину признал и пояснил, что ознакомившись с принесенным протестом заместителя военного прокурора Иркутского гарнизона он, поручил его исполнение заместителю начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений ФИО. Одновременно с принесенным протестом заместителем военного прокурора Иркутского гарнизона в его ФИО адрес **/**/****, так же поступило внесенное этим же должностным лицом военной прокуратуры представление за № № об устранении нарушений законов, допущенных при издании приказа от № «Об организации боевой подготовки, внутренней службы и повседневной деятельности Восточно-Сибирского управления военных сообщений в зимнем периоде обучения 2020 учебного года» при формировании комиссии по противодействию коррупции.

Так в ходе рассмотрения этого представления, на служебном совещании **/**/**** с должностными лицами Восточно-Сибирского управления военных сообщений, при участии помощника военной прокуратуры Иркутского гарнизона ФИО, изложенные в нем требования, которые, по сути, аналогичны требованиям протеста, были выполнены. Несвоевременность направления ответа за № № года на протест заместителя военного прокурора Иркутского гарнизона, но своевременный ответ на представление этого же должностного лица прокуратуры за № №, явились следствием личной недисциплинированности заместителя начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений ФИО, готовившего ответ. Помимо этого на этом же совещании ФИО было строго указано на неукоснительное требование действующего законодательства в области противодействия коррупции и надлежащее исполнение своих должностных обязанностей, с чем был согласен представитель военной прокуратуры Иркутского гарнизона ФИО

Свидетель ФИО заместитель начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений в суде показал, что № года начальником военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений ФИО1 ему для исполнения были отписаны представление и протест заместителя военного прокурора Иркутского гарнизона, связанные с устранением недостатков выявленных по результатам проверки соответствия законам приказов, издаваемых начальником военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений. При этом он, признав эти два акта прокурорского реагирования, по сути, с одинаковыми требованиями, не обратил внимание на разные сроки их исполнения, поэтому без какого-либо умысла своевременно провел необходимую работу по устранению недостатков в приказе от **/**/**** года № № «Об организации боевой подготовки, внутренней службы и повседневной деятельности Восточно-Сибирского управления военных сообщений в зимнем периоде обучения 2020 учебного года», связанных с устранением нарушений требований действующего законодательства в области противодействия коррупции. После чего **/**/**** был подготовлен и представлен для утверждения начальнику военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений ответ на данное представление, для направления военному прокурору Иркутского гарнизона. Поскольку на служебном совещании **/**/**** по вопросам устранения вышеизложенных нарушений требований действующего законодательства, присутствовал помощник военного прокуратура Иркутского гарнизона ФИО, то он посчитал об отсутствии необходимости подготавливать отдельный ответ на протест военного прокурора Иркутского гарнизона по тем же основаниям.

Участвующий в рассмотрении дела об административном правонарушении помощник военного прокурора Иркутского гарнизона ФИО в своем заключении полагал, что начальник военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений ФИО1, получив протест заместителя военного прокурора Иркутского гарнизона, своевременно не выполнил изложенные в нем требования, вытекающие из его (прокурора) полномочий, установленных Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации», а поэтому его действия содержат признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 17.7 КоАП РФ.

Выслушав помощника военного прокурора Иркутского гарнизона, лица привлекаемого к административной ответственности, свидетеля, исследовав представленные документы, прихожу к следующим выводам.

В соответствии со ст. 17.7 КоАП РФ умышленное невыполнение требований прокурора, вытекающих из его полномочий, установленных федеральным законом, влечет административную ответственность в виде административного штрафа.

В силу положений ст. 6 Федерального закона от 17 января 1992 года №2002-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации») требования прокурора, вытекающие из его полномочий, перечисленных в ст.ст. 9.1, 22, 23, 27, 30 и 33 данного Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», подлежат безусловному исполнению в установленный срок.

Указанным Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации» в качестве одной из мер реагирования прокурора на нарушение закона назван протест на противоречащий закону правовой акт.

Частями 1, 2 ст. 23 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» предусмотрено, что прокурор или его заместитель приносит протест на противоречащий закону правовой акт в орган или должностному лицу, которые издали этот акт, либо в вышестоящий орган или вышестоящему должностному лицу, либо обращается в суд в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством Российской Федерации. Протест подлежит обязательному рассмотрению не позднее чем в десятидневный срок с момента его поступления, а в случае принесения протеста на решение представительного (законодательного) органа субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления - на ближайшем заседании. При исключительных обстоятельствах, требующих немедленного устранения нарушения закона, прокурор вправе установить сокращенный срок рассмотрения протеста. О результатах рассмотрения протеста незамедлительно сообщается прокурору в письменной форме.

Фактические обстоятельства совершения административного правонарушения подтверждаются следующими, собранными и представленными военным прокурором в суд доказательствами.

Как следует из постановления военного прокурора Иркутского гарнизона от **/**/**** года о возбуждении административного правонарушения, начальнику военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений ФИО1 был принесен протест заместителя военного прокурора Иркутского гарнизона от **/**/**** на приказ начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений от **/**/**** «Об организации боевой подготовки, внутренней службы и повседневной деятельности Восточно-Сибирского управления военных сообщений в зимнем периоде обучения **/**/**** учебного года» об устранении нарушений требований действующего законодательства в области противодействия коррупции. О результатах принятых мер следовало сообщить военному прокурору Иркутского гарнизона в десятидневный срок с момента поступления протеста.

Согласно копии протеста заместителя военного прокурора Иркутского гарнизона от **/**/**** по результатам выявленных в ходе проверки соответствия законам приказов, издаваемых начальником военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений, от начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений ФИО1 требовалось:

- пункт 18.18. приказа начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений от **/**/**** «Об организации боевой подготовки, внутренней службы и повседневной деятельности Восточно-Сибирского управления военных сообщений в зимнем периоде обучения **/**/**** учебного года», как противоречащий закону изменить и привести в соответствие с требованиями законодательства;

- о результатах рассмотрения протеста и принятых конкретных мерах необходимо в письменной форме сообщить военному прокурору Иркутского гарнизона не позднее чем в десятидневный срок с момента поступления протеста.

Кроме того, согласно копии представления внесенного этим же должностным лицом военной прокуратуры Иркутского гарнизона от **/**/****, по результатам выявленных в ходе проверки исполнения должностными лицами начальником военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений требований законодательства о противодействии коррупции от начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений ФИО1 требовалось:

- рассмотреть настоящее представление с участием представителя военной прокуратуры Иркутского гарнизона на служебном совещании;

- организовать формирование комиссии (с обязательным участием представителя научных организаций и образовательных учреждений) по служебному поведению, соблюдению ограничений и запретов, урегулированию конфликта интересов, противодействию коррупции в соответствии с указанным в представлении законодательством в рамках приказа от **/**/**** «Об организации боевой подготовки, внутренней службы и повседневной деятельности Восточно-Сибирского управления военных сообщений в зимнем периоде обучения **/**/**** учебного года»;

- рассмотреть вопрос о привлечении к дисциплинарной ответственности подполковника ФИО. за допущенные нарушения закона в установленном порядке. О принятых мерах, как указано в представлении, в течение месяца со дня представления должны быть приняты конкретные меры по устранению допущенных нарушений закона, их причин и условий, им способствующих. О результатах принятых мер сообщить военному прокурору Иркутского гарнизона в письменной форме.

Сведениями из журнала учета входящей корреспонденции Восточно-Сибирского управления военных сообщений подтверждается, что протест и представление заместителя военного прокурора Иркутского гарнизона поступили по средствам факсимильной связи **/**/****, а подлинник этого же протеста №

Журналом учета исходящей корреспонденции Восточно-Сибирского управления военных сообщений подтверждается, что ответы на представление и протест заместителя военного прокурора Иркутского гарнизона были даны №, соответственно.

Из ответа, направленного в адрес военного прокурора Иркутского гарнизона, начальником военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений ФИО1 от **/**/**** следует, что на служебном совещании с должностными лицами Восточно-Сибирского управления военных сообщений, при участии представителя военной прокуратуры Иркутского гарнизона, изложенные в представлении требования, выполнены. Выявленные нарушения при формировании комиссии (с обязательным участием представителя научных организаций и образовательных учреждений) по служебному поведению, соблюдению ограничений и запретов, урегулированию конфликта интересов, противодействию коррупции в приказе от **/**/**** «Об организации боевой подготовки, внутренней службы и повседневной деятельности Восточно-Сибирского управления военных сообщений в зимнем периоде обучения 2020 учебного года» устранены. По результатам служебного разбирательства ФИО было строго указано на неукоснительное требование действующего законодательства в области противодействия коррупции и надлежащее исполнение своих должностных обязанностей.

По сообщению начальника военного учебного центра при ФГБОУ ВО «Иркутский государственный университет» от № следует, что кандидатура ФИО. положительно рассмотрена для участия в составе комиссии Восточно-Сибирского управления военных сообщений.

Согласно выписки из приказа начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений от **/**/**** этого же должностного лица внесены изменения, в состав комиссии по служебному поведению, соблюдению ограничений и запретов, урегулированию конфликта интересов, противодействию коррупции, включен представитель научных организаций и образовательных учреждений – от военно-учебного центра ФГБОУ ВО «Иркутский государственный университет» - ФИО

Из сообщения, направленного в адрес военного прокурора Иркутского гарнизона, начальником военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений ФИО1 от **/**/**** следует, что в приказ от **/**/**** этого же должностного лица внесены изменения, в состав комиссии по служебному поведению, соблюдению ограничений и запретов, урегулированию конфликта интересов, противодействию коррупции, включен представитель научных организаций и образовательных учреждений.

Из протокола служебного совещания от **/**/**** года следует, что должностными лицами Восточно-Сибирского управления военных сообщений, при участии помощника военной прокуратуры Иркутского гарнизона ФИО3, изложенные в представлении требования, выполнены. Выявленные нарушения при формировании комиссии (с обязательным участием представителя научных организаций и образовательных учреждений) по служебному поведению, соблюдению ограничений и запретов, урегулированию конфликта интересов, противодействию коррупции в приказе от **/**/**** «Об организации боевой подготовки, внутренней службы и повседневной деятельности Восточно-Сибирского управления военных сообщений в зимнем периоде обучения **/**/**** учебного года» устранены. По результатам служебного разбирательства заместителю начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений Кузьмицкому, строго указано на неукоснительное требование действующего законодательства в области противодействия коррупции и надлежащее исполнение своих должностных обязанностей.

В ч. 3 ст. 7 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» предусмотрено, что прокурор, его заместитель, а также по их поручению другие прокуроры вправе учувствовать в рассмотрении внесенных ими представлений и протестов федеральными органами исполнительной власти, представительными (законодательными) и исполнительными органами субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, коммерческими и некоммерческими организациями.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что вынесенное военным прокурором Иркутского гарнизона постановление о возбуждении производства об административном правонарушении в отношении ФИО1 является обоснованным, поскольку имело целью принудить указанное должностное лицо к безусловному исполнению протеста заместителя военного прокурора указанного гарнизона, меры по которому, как установлено в ходе судебного рассмотрения дела об административном правонарушении были приняты, результаты которых военному прокурору Иркутского гарнизона были представлены с нарушением установленного Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации» сроков.

Согласно правовой позиции, выраженной в п. 13.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», срок давности привлечения к административной ответственности за правонарушение, в отношении которого предусмотренная правовым актом обязанность не была выполнена к определенному сроку, начинает течь с момента наступления указанного срока.

Вместе с тем согласно п. 5.12.7 Инструкции по делопроизводству в органах и учреждениях прокуратуры Российской Федерации, утвержденной приказом Генерального прокурора Российской Федерации от № передаваемая и принимаемая факсимильной связью информация не считается документом, имеющим юридическую силу. В связи с этим при передаче документа факсимильной связью досылка оригинала является обязательной.

Поскольку протест заместителя военного прокурора Иркутского гарнизона от **/**/**** поступил по почте в Восточно-Сибирское управление военных сообщений **/**/**** года, то срок окончания его исполнения исчисляется с **/**/**** года.

Таким образом, прихожу к выводу, что ФИО1, являясь начальником военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений и выполняющим организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями, то есть должностным лицом, при указанных обстоятельствах, не выполнил законного требования прокурора – заместителя военного прокурора Иркутского гарнизона и в установленный срок не представил письменное сообщение об исполнении принесенного протеста прокурора, тем самым совершил административное правонарушение, предусмотренное ст. 17.7 КоАП РФ, а срок давности привлечения к административной ответственности, предусмотренный ст. 4.5 того же Кодекса, в течение которого не может быть вынесено постановление по делу об административном правонарушении – по истечении одного года – в отношении должностного лица со дня совершения административного правонарушения, который подлежит исчислению с **/**/**** года, когда истек срок для выполнению законных требований прокурора, не пропущен.

Оценив приведенные обстоятельства в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ в их совокупности на предмет допустимости, достоверности и достаточности, следует прийти к выводу, что заместителем военного прокурора Иркутского гарнизона доказан не только факт нарушения закона ФИО1, которому был принесен протест в период исполнения им обязанностей начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений, но и правомерность своих действий.

Из этого следует, что вина ФИО1 в том, что он в десятидневный срок с момента поступления протеста заместителя военного прокурора Иркутского гарнизона не принял конкретные меры по устранению допущенных нарушений закона, их причин и условий, им способствующих, установлена и доказана, а поэтому его действия следует квалифицировать по ст. 17.7 КоАП РФ, то есть как умышленное невыполнение требований прокурора, вытекающих из его полномочий, установленных федеральным законом.

Вместе с тем, разрешая вопрос об административной ответственности ФИО1, принимаю во внимание, что проверкой, проведенной военной прокуратурой Иркутского гарнизона, по результатам которой сначала внесено представление, была установлена вина конкретного должностного лица Восточно-Сибирского управления военных сообщений - подполковника ФИО Из резолютивной части представления заместитель военного прокурора Иркутского гарнизона поставил вопросы: рассмотреть настоящее представление с участием представителя военной прокуратуры Иркутского гарнизона на служебном совещании; организовать формирование комиссии по служебному поведению, соблюдению ограничений и запретов, урегулированию конфликта интересов, противодействию коррупции, предусмотренной приказом начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений от **/**/****, в соответствии с указанным в представлении законодательством; за допущенные нарушения закона в установленном порядке привлечь подполковника ФИО дисциплинарной ответственности; в течение месяца со дня вынесения представления принять меры по устранению допущенных нарушений закона, о которых сообщить военному прокурору Иркутского гарнизона в письменной форме.

При этом в принесенном протесте заместитель военного прокурора Иркутского гарнизона, перед должностными лицами Восточно-Сибирского управления военных сообщений, так же поставил аналогичный вопрос о формировании комиссии по служебному поведению, соблюдению ограничений и запретов, урегулированию конфликта интересов, противодействию коррупции, предусмотренной приказом начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений от **/**/****, в соответствии с требованиями действующего законодательства в области противодействия коррупции, с последующим в десятидневный срок исполнения данного протеста обязательным сообщением военному прокурору Иркутского гарнизона.

Как пояснили в суде: свидетель ФИО, требования военного прокурора в редакциях, изложенных в представлении и протесте, им как исполнителем, этих актов прокурорского реагирования, были восприняты аналогичными и исполнены **/**/****; а ФИО1 фактически **/**/**** года по устранению допущенных нарушений закона направил ответ военному прокурору Иркутского гарнизона.

При этом из материалов дела об административном правонарушении, а также из материалов проверки, проведенной военной прокуратурой Иркутского гарнизона усматривается, что **/**/**** года в приказ начальника военных сообщений Восточно-Сибирского управления военных сообщений от **/**/**** были внесены соответствующие изменения, а **/**/**** года присутствующий на служебном совещании, проведенного в рамках исполнения требований изложенных в представлении и протесте, представитель этой военной прокуратуры ФИО, то есть фактически по истечении 14 дней, с момента поступления представления и протеста, знал о результатах исполнения требований военного прокурора изложенных в этих актах прокурорского реагирования.

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что малозначительным административным правонарушением является действия или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.

Согласно ст. 2.9 КоАП РФ при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Применение ст. 2.9 КоАП РФ является правом, а не обязанностью суда.

При этом малозначительность правонарушения является оценочной категорией, требующей установления фактических обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения спора по существу.

Наряду с этим квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях.

В действительности состав административного правонарушения, предусмотренного ст. 17.7 КоАП РФ, является формальным и не предусматривает в качестве обязательного условия наступления последствий, в связи с чем, отсутствие вреда и не наступление в результате допущенных нарушений последствий само по себе не свидетельствует о малозначительности деяния.

При этом правоотношение в данном случае возникает в сфере надзорных функций, совершенное правонарушение посягает на институт государственной власти в виде реализации органом, действующим от имени государства и представляющим его интересы, полномочий, представленных ему федеральным законом.

Вместе с тем, непредоставление ФИО1 до **/**/**** года ответа на принесенный протест заместителя военного прокурора Иркутского гарнизона, о результатах которого представителю этого надзорного органа фактически было известно **/**/**** года, хотя и ставило под угрозу исполнение военной прокуратурой возложенных на нее функций, но в силу, того что, правонарушение такого рода было совершено впервые, ответ был представлен в военную прокуратуру с незначительным нарушением срока, при таких обстоятельствах с учетом правовой позиции изложенной в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», позволяет сделать вывод, что признаки объективной стороны административного правонарушения, предусмотренного ст. 17.7 КоАП РФ не являются теми признаками, которые ни при каких обстоятельствах не могут быть признаны малозначительными.

При этом смягчающими ФИО1 административную ответственность обстоятельствами признаю, признание им вины и раскаяние в содеянном.

Учитывая изложенное выше и данные о личности ФИО1, его отношение к содеянному, прихожу к выводу о том, что в данном случае действия ФИО1, хотя формально и содержат признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 17.7 КоАП РФ, но поскольку каких-либо серьезных последствий от его несвоевременных действий не наступило, то его нарушение, на основании ст. 2.9 КоАП РФ, признается малозначительным, а ФИО1 следует освободить от административной ответственности и ограничиться устным замечанием, а производство по делу прекратить.

Руководствуясь ст.ст. 2.9, 24.5, 29.9, 29.10 КоАП РФ,

постановил:

производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 по ст. 17.7 КоАП РФ – прекратить, на основании п. 9 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ – в связи с малозначительностью и объявить ему устное замечание.

Постановление может быть обжаловано путём подачи жалобы судье Иркутского гарнизонного военного суда, вынесшему постановление, либо непосредственно во 2-й Восточный окружной военный суд, в течение десяти суток со дня вручения или получения копии постановления.

Судья А.Т. Лукашевич