Апелляционное постановление № 22-203/2020 22-7075/2019 от 21 января 2020 г. по делу № 1-82/2019

паеСудья Пармон И.В. дело №22-203/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ставрополь 22 января 2020 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Захарова В.А.,

при помощнике судьи Еськове А.А.,

с участием:

осужденного ФИО1,

защитника осужденного – адвоката Чаадаева Е.К.,

потерпевших Д.В. и И.В.,

представителя потерпевшей В.Г. – адвоката Киримовой К.Р.,

прокурора Змиевской А.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Чаадаева Е.К., потерпевшего И.В. на приговор Грачевского районного суда Ставропольского края от 5 ноября 2019 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, родившийся в <адрес>, женатый, работающий водителем маршрутного такси, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, ранее не судимый,

ОСУЖДЕН: ч. 3 ст.264 УК РФ к наказанию в виде 2 лет лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Зачтено ФИО1 в срок отбывания наказания время следования в колонию поселение из расчета один день за один день.

Гражданский иск потерпевшей В.Г. удовлетворен частично.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу В.Г. компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, а во взыскании 200 000 - отказано.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу В.Г. расходы на оплату услуг ее представителя - адвоката Киримовой К.Р., в размере 100 000 рублей.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Захарова В.А. изложившего краткое содержание приговора, существо апелляционных жалоб, выступления адвоката Чаадаева Е.К. и осужденного ФИО1, поддержавших доводы жалобы об отмене приговора и направления дела на новое судебное рассмотрение, выступления потерпевших Д.В., И.В. и представителя потерпевшей В.Г. – адвоката Киримовой К.Р., просивших приговор изменить ужесточить наказание, увеличить сумму взыскания с осужденного по гражданскому иску, выступления прокурора Змиевской А.Ю., просившей приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения, суд апелляционной инстанции,

установил:

ФИО1 осужден за нарушение Правил дорожного движения РФ, при управлении автомобилем, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Так, 24.02.2018 года ФИО1 примерно в 18 часов 30 минут, управляя технически исправным автобусом марки «<данные изъяты>» двигаясь по федеральной автодороге «Астрахань-Элиста-Ставрополь», проходящей по ул. Ставропольской с. Грачевка со стороны г. Светлограда в направлении г. Ставрополь, в районе 545 километра указанной автодороги, на пересечении ул. Ставропольской и ул. Южной с. Грачевка, в нарушение требований п.п. 1.3, 1.5 абз.1, 10.1, 14.1 Правил дорожного движения РФ, при приближении к нерегулируемому пешеходному переходу, обозначенного дорожными знаками 5.19.1, 5.19.2 «Пешеходный переход», Приложения №1 к Правилам, а также дорожной разметкой 1.14.1 «зебра» Приложения №2 к Правилам, заблаговременно не снизил скорость, допустил наезд на пешехода В.В., на пешеходном переходе. В результате чего, последнему причинены телесные повреждения, повлекшие его смерть, при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Чаадаев Е.К., в интересах осужденного ФИО1, просит приговор отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство. Показания судебно-медицинского эксперта В.М. не являются доказательством по уголовному делу. Показания ФИО1 при следственном эксперименте, в ходе которого ФИО1 указал темп движения пешехода его поведение непосредственно перед наездом, не опровергнуты другими доказательствами. Заключение судебно-медицинской экспертизы являются неполными. В удовлетворении ходатайства о назначении дополнительной судебно-медицинской экспертизы отказано. Кроме этого, приговор не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, так как выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. Суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда. Обвинительное заключение составлено с нарушениями и дело подлежало возврату прокурору по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. В обвинительном заключении отсутствуют показания эксперта-автотехника А.А., в списке лиц, подлежащих вызову в суд эксперт-автотехник А.А. также отсутствует, что нарушает право на защиту подсудимого. В обвинительном заключении отсутствуют адреса местожительства (места нахождения) экспертов И.И., В.М. В обвинительном заключении напротив экспертов И.И., В.М. не отражены листы дела с заключениями экспертиз. Заключение эксперта №844/6-1 от 11.04.2019 является недопустимым доказательством, поскольку получено с грубейшими нарушениями законодательства, так как исходные данные основаны на предположениях. Показания допрошенных в ходе следствия свидетелей не могут являться доказательствами вины ФИО1, так как ни один свидетель не являлся непосредственным очевидцем дорожно-транспортного происшествия. Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайств о допросе следователя А.С.; о возврате уголовного дела прокурору; о назначении дополнительной авто-технической экспертизы. Суд неправомерно удовлетворил исковое заявление на оплату услуг представителя В.Г. в размере 100 000 рублей, поскольку в заявлении были ссылки только на нормы ГК РФ и ГПК РФ, а также в суд не представлены документы о перечислении денежных средств.

В апелляционной жалобе потерпевший И.В. просит приговор изменить; исключить из обстоятельств смягчающих наказание отсутствие судимости, совершение преступления впервые, положительные характеристики по месту жительства и работы, отсутствие постановки на учете у врачей нарколога и психиатра; ужесточить назначенное наказание до 5 лет лишения свободы в колонии строгого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 года; гражданский иск потерпевшего В.Г. удовлетворить в полном объеме, взыскать со ФИО1 в пользу В.Г. денежную сумму в качестве компенсации морального вреда в размере 700 000 рублей. Считает приговор чрезмерно мягким.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, представленных стороной обвинения, а именно:

показаниями потерпевшего Д.В., из которых следует, что 25 февраля 2018 года, примерно в 05 часов ему позвонил его дядя И.В., который сообщил, что его отца В.В. сбила машина, которой управлял ФИО1 В результате дорожно-транспортного происшествия В.В. погиб. Вследствие потери близкого человека – его отца, ему причинен моральный вред, он испытал нравственные страдания, пережил душевную травму и до сих пор не может смириться со смертью отца;

показаниями потерпевших В.Г. и И.В. и свидетеля А.В., которые являются аналогичными показаниями потерпевшего Д.В. в той части, что им стало известно, что ФИО1, на автомобиле сбил В.В. на пешеходном переходе, в результате чего последний скончался;

протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 24.02.2018 года;

протоколом следственного эксперимента от 19.03.2019 года и другими приведенными в приговоре доказательствами, которым суд дал правильную оценку.

Являются необоснованными доводы стороны защиты, что ФИО1 уже проехал пешеходный переход и внезапно появился потерпевший, поэтому произошел удар. Несостоятельными являются доводы защиты, что наезд произошел за пешеходным переходом и осужденный не мог предотвратить наезд.

Эти доводы опровергаются заключением эксперта № 136/4-1 от 22.02.2019, согласно которому место наезда автомобиля ГАЗ 32212 на пешехода располагалось на правой полосе направления движения к городу Ставрополь, ближе к правому ее краю, перед началом осыпи ЛКП (зафиксированной на схеме и фотоснимках с места происшествия), на участке разметки «зебра», обозначающей пешеходный переход. (т. 2 л.д. 27-37);

заключением эксперта № 844/6-1 от 11.04.2019, согласно которому в данной дорожно-транспортной обстановке водитель автомобиля «ГАЗ-332212» ФИО1 должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов: 1.3, 10.1, 10.2 и 14.1 ПДДРФ. Действия водителя автомобиля «ГАЗ-332212» ФИО1 в данной дорожно-транспортной обстановке не соответствовали требованиям пунктов: 1.3, 10.1 и 14.1 ПДДРФ. Действуя в соответствии с требованиями указанных выше пунктов: 1.3, 10.1 и 14.1 ПДД РФ, водитель автомобиля «ГАЗ-332212» ФИО1 объективно располагал возможностью не допустить (предупредить) наезд на пешехода В.В. на обозначенном соответствующими дорожными знаками и разметкой нерегулируемом пешеходном переходе. Оценить действия водителя автомобиля «ГАЗ-332212» ФИО1 в данной дорожно-транспортной обстановке в отношении требования указанного пункта 10.2 ПДД РФ не представляется возможным по причине отсутствия в исходных данных сведений о фактической скорости движения автомобиля (т. 2 л.д. 92-100).

показаниями эксперта И.И., что наличие вывиха протеза тазобедренного сустава погибшего, также наличие наиболее сильного загрязнения подошвы левого ботинка, дало возможность сделать вывод, что он находился в вертикальном положении с опорой на левую ногу, в момент наезда. Также при изучении одежды было отмечено наличие повреждений правой полы куртки. Вся совокупность повреждений на одежде, на обуви, дала возможность сделать категоричный вывод. Ему, следователем был представлен протокол проведенного следственного эксперимента, в котором было указано, со слов подозреваемого ФИО1 о том, что потерпевший переходил дорогу справа от автомобиля по ходу движения транспорта. Это исключается в связи с тем, что у потерпевшего имелись повреждения характерные для наезда на правую задне – боковую часть туловища. Если пострадавший переходит справа - налево, соответственно возникают повреждения левой части туловища и головы. Комплекс повреждений, отмеченный у В.В. на его одежде дали возможность сделать категоричный вывод о том, что он пересекал дорогу справа налево и был обращен левой боковой или левой задней частью тела к движущемуся транспорту. Все телесные повреждения были причинены одномоментно;

заключением эксперта № 304 от 02.03.2018 г.;

заключением комиссионной экспертизы №814 от 04.12.2018 года, согласно которому смерть В.В. наступила от тяжелой сочетанной травмы правой половины головы, правой половины туловища, грудной клетки, сопровождавшейся открытой проникающей черепно-мозговой травмы с тяжелой контузией вещества и оболочек головного мозга с прорывом крови в желудочки, обширного субарахноидального кровоизлияния, и от других телесных повреждений. Вышеуказанный комплекс повреждений характерен для контакта пешехода с движущимся транспортным средством, что имело место в условиях конкретного дорожно-транспортного происшествия 24.02.2018 г. В момент наезда гр. В.В. находился в вертикальном положении и был обращен правой задне-боковой поверхностью головы и туловища к движущемуся автомобилю, при этом находился в движении с опорой на левую ногу, что привело к вывиху головки эндопротеза левого тазобедренного сустава. Члены комиссии отмечают, что гр. В.В. пересекал проезжую часть дороги слева направо по ходу движения транспортного средства, и в момент столкновения имел опору на левую ногу, о чем свидетельствует наличие наибольшего загрязнения подошвы левого ботинка, отмеченного в ходе проведения настоящей комиссионной судебно-медицинской экспертизы. Кроме того, повреждение правой полы куртки, в которой гр. В.В. находился в момент дорожно-транспортного происшествия также указывает на его положение по отношению к движущемуся автомобилю, Члены комиссии отмечают, что лица, после перенесенной операции - эндопротезирования тазобедренного сустава, бегать не могут, но ходить в быстром темпе способны. (т. 1 л.д. 180-217);

Судом верно указано, что вина ФИО1 подтверждается вещественными доказательствами, автомобилем марки «Газ 32212» и одеждой В.В., которые осмотрены и описаны по протоколам осмотра вещественных доказательств. Указанные протоколы осмотра вещественных доказательств были исследованы в суде первой инстанции (т.2 л.д.8,9). (т.1 л.д.151,152).

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Чаадаева Е.К., выводы эксперта А.А. о нарушении правил дорожного движения ФИО1 сделаны на данных, полученных при исследовании материалов уголовного дела, а также полученных в результате производства необходимых следственных действий. Выводы эксперта надлежаще мотивированы, логичны, он обладает достаточным опытом работы и соответствующим образованием.

Суд апелляционной инстанции согласен с вводами суда первой инстанции в том, что водитель ФИО1 имел возможность своевременно обнаружить пешехода и предотвратить столкновение. Однако никаких мер постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД он не принял. Осуществлял движение с максимально разрешенной скоростью перед пешеходным переходом, в условиях темного времени суток, зная об опасности зоны расположения пешеходного перехода.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Чаадаева Е.К. о том, что в момент столкновения пешеход В.В. не пересекал проезжую часть слева на право по ходу движения транспортного средства, опровергается заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 814 от 04.12.2018 года и показаниями эксперта И.И., данными в судебном заседании. Сомнений у суда апелляционной инстанции указанные доказательства не вызывают, поскольку выводы экспертов логичны и научно обоснованны, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и остальным доказательствам, исследованными в суде. Оснований для назначения и проведения дополнительных судебно-медицинских и автотехнических экспертиз, не имеется.

Доводы о том, что результаты следственного эксперимента были предъявлены эксперту после проведения экспертизы, являются необоснованным, поскольку в следственном эксперименте изложены данные, которые не опровергают выводов комиссионной экспертизы № 814.

Вопреки доводам жалобы, оснований для возращения уголовного дела прокурору не имеется.

Те обстоятельства, что не включено в обвинительное заключение (приложение) список лиц, подлежащих вызову в суд, в частности эксперта-автотехника А.А., а также в обвинительном заключении отсутствуют адреса местожительства (места нахождения) экспертов И.И., В.М., что напротив экспертов И.И., В.М. не отражены листы дела с заключениями экспертиз, не могут повлиять на правильность постановленного обвинительного приговора, поскольку все доказательства, предоставляемые сторонами суду, исследуются им непосредственно.

Доказательства судом оценены в соответствии со ст. 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, исходя из которых, суд обоснованно пришел к выводу о виновности осужденного ФИО1 и правильно квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Несостоятельными являются доводы стороны защиты, что суд неправомерно удовлетворил исковое заявление на оплату услуг представителя В.Г. в размере 100 000 рублей, так как не подтверждена оплата адвокату.

Согласно соглашению на оказание юридических услуг от 1 июня 2018 года (т.3 л.д.106), указывается об оплате услуг представителя в размере 100000 рублей наличными. Подписали соглашение адвокат Киримова и потерпевшая З..

Вопреки доводам потерпевшего И.В., при назначении наказания ФИО1 суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, личность осужденного, а также влияния назначенного наказания на его исправление и условия его жизни и его семьи.

При назначении наказания, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд правильно признал в качестве обстоятельств смягчающих наказание - совершение преступления впервые, по месту жительства и работы характеризуется положительно, ранее не судим.

Оснований для исключения из числа смягчающих наказание обстоятельств ФИО1, что он ранее не судим, по месту жительства и работы характеризуется положительно, судебная коллегия, не усматривает.

Обстоятельств отягчающих наказание не установлено.

Не имеется оснований для ужесточения наказания ФИО1, как основного, так и дополнительного, по доводам потерпевшего И.В.

Кроме того, суд, мотивировал свое решение и правильно не нашел оснований для применения положений ст. 15, ст. 64, ст. 73 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, при разрешении гражданских исков суд руководствовался положениями ст. 151, ст.ст. 1099-1101 ГК РФ, ч. 3 ст. 42 УПК РФ и правильно частично удовлетворил исковые требования В.Г. в качестве компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей и правильно удовлетворил исковые требования В.Г. в качестве расходов на оплату услуг представителя в размере 100 000 рублей.

В остальной части приговор соответствует нормам закона и изменению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

постановил:

Приговор Грачевского районного суда Ставропольского края от 5 ноября 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу потерпевшего И.В., апелляционную жалобу адвоката Чаадаева Е.К. - без удовлетворения.

Постановление суда может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Мотивированное решение вынесено 22 января 2020 года.

Председательствующий