Апелляционное постановление № 22-3215/2025 от 27 октября 2025 г. по делу № 1-131/2025

Судья Митина М.А. Дело № 22-3215/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

28 октября 2025 года г. Архангельск

Архангельский областной суд в составе

председательствующего Шабарина А.В.,

при секретаре Бешлиу С.Г.

с участием прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Архангельской области и Ненецкого автономного округа Комаря Е.Н.,

осуждённого ФИО1

защитника – адвоката Шевчука С.П.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника Шевчука С.П. на приговор Октябрьского районного суда г. Архангельска от 5 сентября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый

осуждён по ч. 1 ст. 112 УК РФ к 1 году ограничения свободы с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре.

Заслушав доклад судьи Шабарина А.В. по материалам дела, выступления осуждённого ФИО1 и защитника Шевчука С.П. в поддержку изложенных в жалобе доводов, а также мнение прокурора Комаря Е.Н. о законности приговора, суд

у с т а н о в и л :

ФИО1 признан виновным в умышленном причинении ООМ средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья.

Преступление совершено 26 мая 2024 года в г. Архангельске при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

При рассмотрении дела судом первой инстанции Картавый свою вину не признал.

В апелляционной жалобе с дополнениями защитник Шевчук С.П. в интересах осуждённого выражает несогласие с приговором, который считает незаконным и необоснованным.

Полагает, что за основу своих выводов суд неправомерно принял показания потерпевшего, при этом не учёл и не опроверг доводы самого Картавого, сообщившего, что никаких телесных повреждений, тем более умышленно, он ООМ не причинял.

Обращает внимание на отсутствие по делу непосредственных очевидцев, а кроме того, считает, что прямых доказательств совершения Картавым умышленных противоправных действий сторона обвинения не представила.

Ссылаясь на заключение эксперта № 2458 от 3 декабря 2024 года о возможности образования обнаруженной у потерпевшего ООМ тупой закрытой травмы левого голеностопного сустава в результате ударного воздействия, так и о непрямом (конструкционном) механизме её образования, отмечает, что приговор не содержит указания на нанесение Картавым удара именно в область левого голеностопного сустава и, исходя из описания действий, признанных судом доказанными, делает вывод о том, что травма у потерпевшего образовалась не вследствие ударного воздействия, а именно в результате сложного резкого нефизиологического движения левой стопы с преимущественным её отклонением и ротацией кнаружи (движения с превышением физиологических и механических возможностей).

В подтверждение такого вывода ссылается на видеозапись, на которой, как утверждает, зафиксировано, что удары в указанную область ноги Картавый потерпевшему не наносил, сделал тому подсечку под правую ногу, от чего потерпевший развернулся на левой ноге и упал. Именно в этот момент, как полагает, образовался перелом ноги.

Приводит показания потерпевшего ООМ в судебном заседании, согласно которым он не смог уверенно указать, в какой момент ему была причинена травма пальца правой кисти, а лишь подтвердил оглашённые по ходатайству стороны обвинения показания, данные им в ходе расследования, однако суд признал их недопустимым доказательством. В этой связи, приводит мнение, что механизм образования перелома пальца кисти фактически не установлен, такая травма могла образоваться в результате нанесения ударов самим потерпевшим в область головы Картавого либо вследствие неоднократных падений на правую руку или палец мог «застрять» между досок скамейки и «сломался» таким образом.

С учётом изложенного полагает, что выводы суда о причастности его подзащитного к указанному преступлению носят характер предположения и не подтверждаются исследованными в суде доказательствами, которые содержат существенные противоречия, не устранённые в установленном законом порядке и не получившие в приговоре надлежащей оценки. При этом доводы стороны защиты судом не проверены и должной оценки не получили.

Ссылаясь на положения ч. 4 ст. 14, ч. 4 ст. 302 УПК РФ просит приговор отменить, а Картавого оправдать.

В письменных возражениях государственный обвинитель – помощник прокурора г. Архангельска Беляева Т.А. считает приговор законным, обоснованным и справедливым, вследствие чего просит оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, проверив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и письменных возражениях, а также приведённые сторонами в выступлениях в заседании суда апелляционной инстанции, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о доказанности вины Картавого в совершении преступления, за которое он осуждён, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности относимых и допустимых доказательств, подробно изложенных и надлежащим образом оцененных в приговоре в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ.

Несмотря на непризнание своей вины, Картавый не отрицал, что в указанное в обвинении время в результате возникшего в баре «Фабрика» конфликта, продолжившегося на улице и переросшего в драку, он нанёс ООМ несколько ударов по телу. Однако по руке и в область левого голеностопа не бил, умысла на причинение потерпевшему вреда здоровью у него не было, он лишь хотел причинить ООМ физическую боль и, чтобы успокоить, сделал подсечку. Утверждал, что выявленные у того телесные повреждения образовались не от его действий, а случайно, вследствие неосторожности самого потерпевшего.

Все приведённые осуждённым доводы, аналогичные изложенным в апелляционной жалобе его защитником, судом были тщательно проверены и обоснованно отвергнуты как несостоятельные.

За основу выводов о виновности осуждённого судом правомерно приняты последовательные показания потерпевшего ООМ, который сообщил, что в баре Картавый подсел к нему и его знакомым за столик, стал предъявлять претензии, но агрессии не проявлял. Когда спустя непродолжительное время он вышел из бара на улицу, тот ожидал его около входа в компании своих друзей, нанёс ему несколько ударов, сделал подсечку, отчего он упал, а подняться не смог из-за боли в левой ноге. Его подруга КАА. помогла ему добраться до скамейки. Пока он вызывал и ждал скорую помощь, Картавый требовал, чтобы он ушёл, вновь нанёс несколько ударов, в том числе ногой, стащил со скамейки. С места происшествия его увезли в больницу, где обнаружили переломы лодыжки и пальца на правой руке.

Сообщённые ООМ сведения полностью согласуются с показаниями непосредственных очевидцев событий – свидетеля КАА. и несовершеннолетнего свидетеля ННЕ, которые одинаково показали, что одному из посетителей бара (Картавому) что-то не понравилось в поведении ООМ. Последний постарался избежать конфликта, но на улице Картавый снова стал предъявлять ООМ претензии, после чего нанёс несколько ударов ногой и рукой по лицу и телу, сделал подсечку, тем самым уронил ООМ на асфальт. Когда она помогла потерпевшему подняться и дойти до скамейки, Картавый снова подошёл к ООМ, пнул того по телу, взяв за ногу, стащил со скамейки, на их уговоры прекратить избиение, не реагировал.

О произошедших событиях КАА и ННЕ одинаково рассказали свидетелю НМЛ

Кроме того, показания потерпевшего и названных лиц объективно подтверждаются:

- содержанием осмотренных в судебном заседании видеозаписей камер наружного наблюдения, на которых зафиксированы все обстоятельства применения Картавым насилия к потерпевшему, включая факт нанесения не менее трёх ударов ногой по телу, в том числе по левой ноге и в область правой руки, которой ООМ пытался от них закрываться, а также кулаком по лицу; намеренно сделанная потерпевшему подсечка, после которой он не смог самостоятельно подняться с асфальта; последующее нанесение удара ногой по телу и насильное перемещение последнего за ногу со скамейки на асфальт;

- картой вызова скорой медицинской помощи о причине и обстоятельствах выезда к ООМ, а также его доставления в больницу;

- представленными ГБУЗ АО «Архангельская областная больница» сведениями о диагностировании у ООМ в результате осмотра врачом-травматологом закрытого перелома латеральной лодыжки левой голени со смещением, перелома основной фаланги правой кисти со смещением отломков;

- заключением судебно-медицинской экспертизы, из которого следует, что при поступлении в стационар больницы у потерпевшего имелись телесные повреждения характера:

тупой закрытой травмы левого голеностопного сустава с полным косым оскольчатым переломом дистального метаэпифиза с переходом на лодыжку левой малоберцовой кости со смещением отломков и небольшим подвывихом стопы кнаружи, характер которой может свидетельствовать как о прямом механизме её образования в результате ударного воздействия твердого тупого предмета в область голеностопного сустава, так и о непрямом (конструкционном) механизме её образования вследствие сложного резкого нефизиологического движения левой стопы с преимущественным ее отклонением и ротацией кнаружи (движений с превышением физиологических и механических возможностей);

полного косого перелома диафиза проксимальной (основной) фаланги 5-го пальца правой кисти со смещением отломков, причинённого в результате не менее одного ударного воздействия твердого тупого предмета (предметов);

каждое из указанных повреждений оценивается как вред здоровью средней тяжести.

Выводы эксперта научно обоснованы, содержат ответы на все поставленные вопросы, являются понятными и непротиворечивыми, а составленное по результатам проведённого исследования заключение полностью соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ.

На основании совокупности этих и других приведённых в приговоре доказательств, каждое из которых получено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, суд правильно установил фактические обстоятельства дела и обоснованно признал несостоятельными доводы осуждённого о его невиновности в совершении преступления.

Вопреки доводам жалобы правильность оценки показаний потерпевшего, как и вышеназванных свидетелей сомнений не вызывает. До рассматриваемых событий никто из них с осуждённым знаком не был, неприязни к нему не испытывает, что указывает на отсутствие у них какой-либо личной заинтересованности в исходе дела, и, как следствие, оснований для его оговора. Сообщённые ими сведения в деталях согласуются между собой, объективно подтверждаются видеозаписями произошедшего, а также заключением судебно-медицинского эксперта о характере, механизме, давности образования и степени тяжести причинённых ООМ телесных повреждений.

Более того, ООМ последовательно и достаточно подробно изложил события в судебном заседании в присутствии самого Картавого и его защитника.

При этом все приведённые в приговоре показания получены в установленном законом порядке, с обязательным предупреждением потерпевшего и свидетеля КАА об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний и разъяснением несовершеннолетнему свидетелю ННЕ необходимости правдиво изложить события; достоверность сообщённых КАА и ННЕ сведений удостоверена их подписями в соответствующих протоколах следственных действий, исследованных в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ.

Вопреки доводам стороны защиты, ООМ в суде подтвердил, что действительно закрывался от ударов рукой, а тот факт, что он не сразу обратил внимание на повреждение пальца и не смог точно указать, в результате каких именно действий осуждённого ему были причинены травмы руки и ноги, достоверность его показаний под сомнение не ставят и на обоснованность выводов суда о виновности Картавого никак не влияет.

В судебном заседании ООМ убедительно объяснил, что не помнит всех деталей ввиду давности событий. Кроме того, на восприятие им случившегося несомненно повлияли обстановка во время конфликта и состояние, в котором он находился, в результате проявленной к нему агрессии, интенсивного применения физического насилия.

При таких обстоятельствах каких-либо оснований не доверять показаниям как потерпевшего, так и названных свидетелей, у суда не имелось, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Выдвинутая стороной защиты версия о получении ООМ телесных повреждений, оцениваемых как вред здоровью, при иных обстоятельствах, а именно в результате неосторожного падения ввиду нахождения в состоянии опьянения, а также об отсутствии у Картавого умысла на их причинение, опровергается не только выводами судебно-медицинской экспертизы о механизме образования переломов ноги и пальца кисти, но и видеозаписями, на которых запечатлено, как Картавый целенаправленно со значительной силой многократно пинал ООМ по телу, в том числе по левой ноге и по руке, которой тот закрывался от ударов, ударил кулаком по лицу, намеренно сбил с ног, сделав подсечку, схватил за ногу и сбросил со скамейки на асфальт, а прекратил свои действия лишь после того, как его отвели в сторону знакомые.

Допущенная экспертом возможность образования травмы ноги у потерпевшего как в результате ударного воздействия в область голеностопного сустава, так и вследствие сложного резкого нефизиологического движения левой стопы (движений с превышением физиологических и механических возможностей) на правильность выводов суда и правовую оценку содеянного Картавым не влияет, поскольку, независимо от механизма образования, данная травма явилась следствием намеренного применения к потерпевшему физического насилия.

При таких обстоятельствах суд пришёл к обоснованному выводу о том, что средней тяжести вред здоровью ООМ причинён в результате умышленных противоправных действий именно Картавого, о чём свидетельствуют характер и последовательность их совершения.

Как верно указано в приговоре, мотивом совершения преступления явилась неприязнь, возникшая у Картавого в результате имевшего место с потерпевшим словесного конфликта.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив собранные доказательства, сопоставив их друг с другом и оценив в совокупности, суд пришел к мотивированному выводу об их достаточности для разрешения дела, обоснованно признав Картавого виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья.

Уголовное дело рассмотрено судом в пределах предъявленного осуждённому обвинения с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей. Данных, указывающих на ограничение права сторон предоставлять доказательства либо участвовать в их исследовании, не установлено.

Все обстоятельства, подлежащие в соответствии со ст. 73 УПК РФ доказыванию, установлены верно и согласно положениям ст. 307 УПК РФ приведены в приговоре при описании преступного деяния, признанного доказанным.

Наказание осуждённому назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ с учётом характера и степени общественной опасности совершённого преступления, конкретных обстоятельств содеянного, данных о личности виновного, в том числе возраста, состояния здоровья его и родственников, влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи, смягчающих обстоятельств, которыми обоснованно признаны наличие у виновного на иждивении одного малолетнего ребенка и одного несовершеннолетнего ребенка, принесение потерпевшему извинений, участие в боевых действиях и в специальной военной операции, осуществление волонтерской деятельности.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено, что также учтено при определении его вида и размера.

Назначенное Картавому наказание в виде ограничения свободы отвечает требованиям ст. 53 УК РФ, не превышает пределов, установленных законом, соразмерно содеянному, а потому справедливо.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л :

приговор Октябрьского районного суда г. Архангельска от 5 сентября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника Шевчука С.П. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.В. Шабарин