Решение № 2-102/2026 2-102/2026(2-2927/2025;)~М-2300/2025 2-2927/2025 М-2300/2025 от 25 января 2026 г. по делу № 2-102/2026

32RS0015-01-2025-003187-48

№2-102/2026


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Клинцы Брянской области 13 января 2026 года

Клинцовский городской суд Брянской области в составе:

председательствующего судьи Постевого И.В.,

при секретаре Тарабанько Г.В.,

с участием представителя истца ФИо9 – адвоката ФИО2,

представителя ответчика ФИО - ФИо10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-102/2026 по исковому заявлению ФИо9 к ФИО о признании недействительной (ничтожной) сделкой договора дарения, исключении доли из наследственной массы имущества оставшегося после смерти,

УСТАНОВИЛ:

ФИо9 обратилась в суд с данным иском, указав, что её матери ФИО3 принадлежала квартира, общей площадью 48,3 кв.м, расположенная по адресу: <адрес>. ФИО3 умерла ДД.ММ.ГГГГ. После смерти матери истец закрыла квартиру и не пользовалась ей, как и иные лица. ДД.ММ.ГГГГ умерла сестра истца, ФИО4. Истцом нотариусу ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ было подано заявление о принятии наследства после смерти сестры ФИО4. В заявлении в рамках наследственного дела ей было указано, что она является иждивенцем умершей, а так сообщено об иных наследниках, а именно об ФИО6, который впоследствии умер. При обращении к нотариусу ей стало известно, что квартира матери включена в состав наследственной массы после смерти сестры, а именно право собственности оформлено на основании договора дарения. ДД.ММ.ГГГГ истцу было сообщено, что наследником первой очереди после ФИО4 является её сын ФИО6

Считает, что сделка по отчуждению принадлежащей ФИО3 квартиры совершена в нарушение норм действующего законодательства. ФИО3 состояла на социальном обслуживании в ГБУ КЦСОН <адрес> и <адрес> и являлась получателем социальных услуг в форме социального обслуживания на дому с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО4 являлась работником ГБУ КЦСОН <адрес> и <адрес> в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, указывает, что ФИО4 являлась работником организации, оказывающей социальные услуги, фактически приняла в дар имущество, что не допустимо. Считает, что вышеуказанная сделка является ничтожной. Поскольку в связи со смертью сторон сделки, невозможно применить последствия недействительности сделки, необходимо разрешить вопрос о принадлежности указанного имущества наследникам первой очереди. Поскольку при отсутствии сделки оформленной договором дарения между ФИО4 и ФИО3, указанная квартира являлась бы предметом наследования и перехода права в пользу ФИО4 и ФИо9 в равных долях как наследникам ФИО3 (без завещания), то в указанном случае ФИО4 и ФИо9 могли бы рассчитывать на получение наследства по ? доли каждой.

Просит признать договор дарения заключенный между ФИО3 и ФИО4 недействительной (ничтожной) сделкой. Исключить ? долю на квартиру по адресу: <адрес> из наследственной массы имущества оставшегося после смерти ФИО4

Истец, надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не прибыл.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковое заявление, просил его удовлетворить.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не прибыло, просило рассмотреть дело в его отсутствие.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п.2 ст.218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения, или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно п.1 ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одариваемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п.3 ст.574 ГК РФ, договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Судом установлено, что ФИО3 на праве собственности принадлежала <адрес>.

Согласно материалам дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (даритель) и ФИО4 (одаряемой) заключен договор дарения, согласно которому, даритель подарила дочери ФИО4 принадлежащую ей на праве собственности, квартиру общей площадью 48,3 кв.м, расположенную по адресу: <адрес>. Договор дарения был зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>.

Согласно п.3 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, право собственности на указанную недвижимость возникает у ФИО4 после государственной регистрации перехода права собственности в межмуниципальном отделе по <адрес>, <адрес>м и <адрес> Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>.

Как следует из Выписки из государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости, ФИО4 является собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, между сторонами договора дарения было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, данный договор подписан сторонами.

Договор сторонами исполнен, переход права собственности по договору дарения зарегистрирован в установленном законом порядке.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла.

Стороны по делу: ФИО4 и ФИо9 приходились умершей ФИО3 дочерями.

Как следует из ответов на запросы суда наследственного дела к имуществу умершей ФИО3 не заводилось.

ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО4

Согласно материалам наследственного дела ФИО4, умершей ДД.ММ.ГГГГ, с заявлением о принятии наследства к нотариусу обратились ФИО6 (сын) и ФИО7 (сестра).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 умер.

С заявление о принятии наследства ФИО6 к нотариусу обратилась в своих интересах и от имени своих несовершеннолетних детей его супруга ФИО

В соответствии со ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п.1 ст.167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке (п.2 ст.167 ГК РФ).

Как следует из п.2 ст.168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В ст.1 ГК РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует п.3 ст.1 ГК РФ, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Из разъяснений, содержащихся в п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст.3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ст.1 ГК РФ.

В силу п.4 ст.1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п.2 ст.10 ГК РФ).

В п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п.5 ст.10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Согласно п.7 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п.1 ст.10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п.п.1, 2 ст.168 ГК РФ).

В соответствии с п.1 ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, изложенным в п.86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п.1 ст.170 ГК РФ.

Таким образом, обязательным условием признания сделки мнимой является отсутствие у ее сторон намерения создать соответствующие правовые последствия этой сделки.

Разрешая заявленные требования ФИО8 о том, что сделка является недействительной (ничтожной) ввиду заключения её между работником ГБУ КЦСОН <адрес> и <адрес> ФИО4 и лицом, состоявшим на социальном обслуживании в данном учреждении ФИО3, суд не может их признать состоятельным, поскольку в суде установлено, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ заключен между матерью ФИО3 и дочерью ФИО4, по форме и содержанию соответствует требованиям закона, исполнен сторонами, с учетом имеющегося у ФИО3 права на распоряжение своим имуществом. Кроме того, ФИО4 реализовала свои права в рамках указанного договора.

Также, материалы дела не содержат доказательств, объективно свидетельствующих в том, что ФИО3, совершая оспариваемую сделку дарения квартиры, и ФИО4 - принимая ее, действовали исключительно в целях причинения вреда имущественным правам других лиц, также нет достоверных данных о том, что договор дарения носит мнимый характер. Само по себе совершение дарения, то есть безвозмездной сделки в отношении близкого родственника, вне зависимости от занимаемой последним должности, не может свидетельствовать о злоупотреблении правом с учетом установленных судом целей совершения этой сделки.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок.

Согласно ст.60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Таким образом, истцом и ее представителем не представлено достоверных доказательств того, что при совершении договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ волеизъявление ФИО3 не соответствовало ее действительной воле, направленной на отчуждение имущества путем дарения ФИО4

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИо9 к ФИО о признании недействительной (ничтожной) сделкой договора дарения, исключении доли из наследственной массы имущества оставшегося после смерти отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Брянского областного суда через Клинцовский городской суд Брянской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья И.В. Постевой

Мотивированное решение изготовлено 26.01.2026