Решение № 2-1311/2019 2-1311/2019~М-860/2019 М-860/2019 от 6 мая 2019 г. по делу № 2-1311/2019

Дело №2-1311/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 мая 2019 года город Севастополь

Ленинский районный суд города Севастополя в составе:

председательствующего – судьи Котешко Л.Л.,

при секретаре судебного заседания – Панове А.А.,

с участием:

истца – ФИО1,

представителя ответчика – ФИО2, ФИО3, действующие на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда в городе Севастополе гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «Мобильные газотурбинные электрические станции» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Акционерному обществу «Мобильные газотурбинные электрические станции» (далее – АО «МГЭС»), в котором просит:

- признать незаконным приказ № от 27 февраля 2019 года о расторжении трудового договора с работником;

- восстановить его на работе в должности <данные изъяты> с 08 марта 2019 года;

- взыскать с ответчика в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула за период с 08 марта 2019 года по дату принятия решения суда, а также компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

Исковые требования обоснованы тем, что истец с 19 октября 2017 года работал в АО «МГЭС» в должности <данные изъяты>. В период нахождения в командировке в <адрес> с 12 января по 03 февраля 2019 года истец сообщил ответчику о необходимости проведения ему оперативного лечения по медицинским показаниям в плановом порядке по месту жительства (<адрес>), однако ответчик отказал истцу в отзыве из командировки и предложил ему написать заявление об увольнении по собственному желанию. 06 марта 2019 года истец вернулся в Севастополь и 07 марта 2019 года был уведомлен о том, что приказом № от 27 февраля 2019 года 07 марта 2019 года он уволен с занимаемой должности на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ. Истец указывает на то, что ответчик вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал доводы и требования искового заявления. Указал на то, что 11 февраля 2019 года ему открыт листок нетрудоспособности, о чем он уведомил своего непосредственного руководителя ФИО6 и передал ему указанный медицинский документ.

Представители ответчика ФИО2, ФИО3. в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований. Указали на то, что оспариваемый приказ об увольнении истца издан в соответствии с законом, истец не уведомлял работодателя о наличии проблем со здоровьем, препятствующих продолжению трудовой деятельности, листы нетрудоспособности в подтверждение таких обстоятельств не предоставлял, в период до увольнения к работодателю с заявлением об отзыве заявления об увольнении не обращался.

Прокурор, участвующий в деле на основании ч. 3 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в целях осуществления возложенных на него полномочий дал заключение, согласно которому исковое заявление ФИО1 удовлетворению не подлежит.

Выслушав объяснения истца и представителя ответчика, заключение прокурора, исследовав представленные лицами, участвующими в деле, доказательства, оценив их по своему внутреннему убеждению на предмет относимости, допустимости, достоверности в отдельности, а также достаточности и взаимной связи в совокупности, суд заключил о следующем.

Судом установлено, что 19 октября 2017 года между АО «МГЭС» и ФИО1 заключен трудовой договор №, согласно которому истец принят на работу на должность <данные изъяты>, места работы определены на территории Республики Крым и города Севастополя.

19 октября 2019 года АО «МГЭС» издан соответствующий приказ № о приеме работника на работу.

Согласно приказам АО «МГЭС» от 28 декабря 2018 года №, от 29 января 2019 года №, от 06 февраля 2019 № истец в период со 02 января 2019 года по 10 февраля 2019 года находился в командировке в городе <данные изъяты>.

Согласно приказу АО «МГЭС» от 12 февраля 2019 года №/к истец в период с 12 февраля 2019 года по 03 марта 20149 года командирован в пгт. <адрес>.

21 февраля 2019 года истцом подано заявление об увольнении по собственному желанию.

Приказом АО «МГЭС» от 27 февраля 2019 года №/л истец уволен с занимаемой должности на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

07 марта 2019 года со ФИО1 произведен окончательный расчет (платежное поручение № от 07 марта 2019 года).

Одним из оснований прекращения трудового договора в силу пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации является расторжение трудового договора по инициативе работника.

Согласно части 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

Частью 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с указанным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается (часть 6 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подпункте «а» пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник вправе в любое время расторгнуть трудовой договор по собственной инициативе, предупредив об этом работодателя заблаговременно в письменной форме. Волеизъявление работника на расторжение трудового договора по собственному желанию должно являться добровольным и должно подтверждаться соответствующим заявлением работника.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как уже было установлено судом и подтверждено истцом в судебном заседании, что им действительно 21 февраля 2019 года подано заявление об увольнении по собственному желанию.

В материалах настоящего дела отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие об оказании ответчиком давления на ФИО1 при подаче заявления об увольнении. Расторжение трудового договора и последующее медицинское лечение истца сами по себе не могут являться подтверждением оказания давления на работника со стороны работодателя.

В материалах дела имеется приказ от 27 февраля 2019 года об увольнении ФИО1 по собственному желанию 07 марта 2019 года, то есть по истечении двухнедельного срока предупреждения, на котором проставлена его подпись об ознакомлении с содержанием приказа. После издания приказа об увольнении истец на работу не выходил.

Сведений о том, что в период до увольнения истцом подавалось заявление об отзыве заявления об увольнении, предоставлялся лист нетрудоспособности (освобождение от работы с 11 февраля 2019 года по 15 февраля 2019 года) и руководство ставилось в известность о наличии проблем со здоровьем материалы дела не содержат.

Медицинская справка от 27 февраля 2019 года, копия которой содержится в материалах дела, не является документом, подтверждающим освобождение от работы, а также не свидетельствует о необходимости экстренной госпитализации истца.

В совокупности указанные обстоятельства свидетельствуют о совершении истцом последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по собственному желанию.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6 показал, что в период работы ФИО1 в АО «МГЭС» являлся его непосредственным руководителем, каких-либо медицинских документов, освобождающих от работы, истец ему в период работы не предоставлял, истец написал заявление об увольнении по собственному желанию, заявлений об отзыве заявления об увольнении не подавал, несмотря на то, что ФИО6 истцу разъяснялась такая возможность.

Принимая во внимание изложенное, у суда отсутствуют достаточные правовые основания для признания увольнения истца незаконным и принятия решения об удовлетворении искового заявления о восстановлении на работе.

Поскольку при увольнении истца ответчиком не допущено нарушений его прав суд не находит предусмотренных законом оснований для удовлетворения производных исковых требований о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Вопрос о распределении судебных расходов разрешается судом с учетом положений ст.ст. 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 393 Трудового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд -

РЕШИЛ:

в удовлетворении искового заявления ФИО1 к Акционерному обществу «Мобильные газотурбинные электрические станции» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда отказать.

Решение суда первой инстанции может быть обжаловано в апелляционном порядке в Севастопольский городской суд через Ленинский районный суд города Севастополя путём подачи апелляционной жалобы сторонами и другими лицами, участвующими в деле, а также лицами, вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, или принесения апелляционного представления прокурором в течение месяца со следующего дня после принятия решения в окончательной форме.

Решение суда принято в окончательной форме 13 мая 2019 года.

Председательствующий –