Апелляционное постановление № 22-4483/2025 от 9 июля 2025 г. по делу № 22-4483/2025

Судья Щеблютов Д.М. № 22-4483/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Самара 10 июля 2025 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Самарского областного суда в составе председательствующего судьи Решетниковой Е.П.,

при помощнике судьи Минасян А.Г.,

с участием прокурора Прытковой А.А.,

осужденного ФИО2,

защитника – адвоката Митусова А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Пименова А.М. и апелляционной жалобе (с дополнением) адвоката Митусова А.А. на приговор Октябрьского районного суда г.Самара от 03.04.2025 в отношении ФИО1.

Заслушав выступления прокурора ФИО4, частично поддержавшей доводы апелляционного представления, адвоката ФИО7 и осужденного ФИО1 в поддержание доводов апелляционной жалобы (с дополнением), проверив материалы дела,

УСТАНОВИЛ:

Приговором Октябрьского районного суда <адрес> от 03.04.2025

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец р. <адрес>, гражданин Российской Федерации, невоеннообязанный, со средним специальным образованием, женатый, трудоустроенный в ООО «КПО ЗИМ индустрия» в должности директора по коммерческим вопросам, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 171 УК РФ к наказанию в виде штрафа в доход государства в размере 150.000 рублей, от назначенного наказания освобожден на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Мера пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена до вступления приговора в законную силу.

Приговором определена судьба вещественных доказательств и принято решение об отмене ареста, наложенного на имущество ФИО2

ФИО2 признан виновным в совершении незаконного предпринимательства, то есть осуществления предпринимательской деятельности без лицензии в случаях, когда такая лицензия обязательна.

Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Пименов А.М. выражает несогласие с приговором суда, просит его отменить и направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда. В обоснование своей позиции о незаконности постановленного в отношении ФИО2 приговора указывает, что выводы суда об исключении из объема обвинения квалифицирующего признака «организованной группой» являются необоснованными, сделаны без надлежащей оценки представленных стороной обвинения доказательств. Ввиду несогласия с переквалификацией действий ФИО2 с ч.2 ст.171 УК РФ на ч.1 ст.171 УК РФ, автор представления также указывает на несправедливость и чрезмерную мягкость назначенного судом наказания, которое не способно повлиять на исправление ФИО2

В апелляционной жалобе (с дополнением) адвокат Митусов А.А. также выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным. В обоснование доводов жалобы защитник указывает на то, что вина ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, не нашла своего подтверждения ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного заседания, а уголовное преследование его подзащитного повлекло грубейшие нарушения прав и законных интересов ФИО2, закрепленных в Конституции РФ. Обращает внимание, что согласно установочной части приговора ФИО2 признан виновным, в том числе, в реализации авиационных двигателей ТВ2-117А, Д-30КП2 в нарушение п.34 ч.1 ст.12 ФЗ №99-ФЗ от 04.05.2011 и постановления Правительства РФ от 12.12.2012 №1287, что осужденному не вменялось. Также судом были проигнорированы сведения, содержащиеся в ответе Министерства природных ресурсов и экологии Ульяновской области, согласно которым ООО НПП «СВТ» были получены лицензии в 2011 году на осуществление деятельности по заготовке, переработке и реализации лома черных и цветных металлов, срок действия которых пролонгировался и действовал бессрочно. Защитник указывает, что каких-либо производственных мощностей для переработки двигателей ООО НПП «СВТ» не создавало, их переработку не осуществляло, ввиду чего, каких-либо требований законодательства о лицензировании ФИО2 нарушено не было. Ссылаясь на требования п.3 Приложения к Постановлению Правительства от 21.12.2021 №2386, указывает, что к вооружению, военной технике и боеприпасам не относится продукция, используемая в вооружении, военной технике и боеприпасах, если она имеет гражданское назначение или изготовлена по единым требованиям для применения в вооружении, военной технике, боеприпасах и продукции гражданского назначения. В частности двигатель НК-12МА устанавливается на самолеты АН-22, которые эксплуатировались как в ВВС, так и в «Аэрофлоте», то есть имеет, в том числе, гражданское назначение и лицензия на реализацию указанных двигателей не требуется. В обоснование позиции об отсутствии необходимости в наличии лицензии, защитник также указывает, что авиационные двигатели, реализованные по договору, являлись высвобождаемым движимым военным имуществом, то есть были исключены из состава Вооруженных Сил, что не является военной техникой и не требует лицензии на реализацию. Просит приговор суда отменить и постановить по делу в отношении ФИО2 оправдательный приговор.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы (с дополнениями), заслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Между тем, данные требования закона судом первой инстанции не выполнены.

Согласно ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

На основании ч. 3 ст. 389.22 УПК РФ обвинительный приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с возвращением уголовного дела прокурору, если при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке будут выявлены обстоятельства, указанные в ч.1 и п. 1 ч.1.2 ст. 237 УПК РФ.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

При этом по смыслу закона обвинительное заключение исключает возможность постановления приговора, если в ходе предварительного расследования допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении, наряду с другими данными, обязательно должны быть указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.В соответствии со ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию, в частности, событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; характер и размер вреда, причиненного преступлением.

В нарушение указанных требований закона, изложенное в обвинительном заключении и в постановлении о привлечении ФИО2 в качестве обвиняемого описание инкриминируемого ему преступления, не содержит всех необходимых и имеющих значение сведений, что не позволяет правильно применить уголовный закон.

Как следует из обвинительного заключения, ФИО2 обвинялся в совершении незаконного предпринимательства, то есть осуществлении предпринимательской деятельности без лицензии в случаях, когда такая лицензия обязательна, совершенном организованной группой.

Вместе с тем, содержащееся в обвинительном заключении обвинение, является не конкретизированным, не содержит всех признаков объективной стороны преступления, предусмотренного ст.171 УК РФ.

Под преступлением, предусмотренным ч.1 ст.171 УК РФ, понимается осуществление предпринимательской деятельности без регистрации или без лицензии либо без аккредитации в национальной системе аккредитации или аккредитации в сфере технического осмотра транспортных средств в случаях, когда такие лицензия, аккредитация в национальной системе аккредитации или аккредитация в сфере технического осмотра транспортных средств обязательны, если это деяние причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству, за исключением случаев, предусмотренных ст.171.3 УК РФ.

Под преступление, предусмотренное ч.2 ст.171 УК РФ подпадает то же деяние, совершенное организованной группой.

Устанавливая уголовную и административную ответственность, федеральный законодатель в пределах доступной ему дискреции может по-разному, в зависимости от существа охраняемых общественных отношений, конструировать составы преступлений и административных правонарушений и их отдельные элементы, в частности определять признаки объективной стороны, учитывая их влияние на оценку общественной опасности деяния и причиняемый вред охраняемому объекту (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 18 мая 2012 года N 12-П, от 14 февраля 2013 года N 4-П, от 8 апреля 2014 года N 10-П, от 10 февраля 2017 года N 2-П и др.).

Осуществление предпринимательской деятельности без регистрации или без обязательной лицензии может выступать признаком как преступления, предусмотренного статьей 171 УК Российской Федерации, так и административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.1 КоАП Российской Федерации.

Разграничение административного правонарушения и преступления проводится в зависимости от наличия или отсутствия указанных в соответствующей статье уголовного закона признаков, которые относятся в том числе к объективной стороне преступления и свидетельствуют о степени общественной опасности деяния и (или) тяжести наступивших последствий (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 12 марта 2019 года N 579-О и от 30 июня 2020 года N 1391-О).

Первоначально законодатель, реализуя свои дискреционные полномочия в определении публично-правовых последствий совершенного деяния, выбрал в качестве критерия отграничения преступлений, предусмотренных частью первой статьи 171 УК Российской Федерации, от административных правонарушений, предусмотренных частью 2 статьи 14.1 КоАП Российской Федерации, размер причиненного содеянным ущерба и размер извлеченного виновным дохода.

Федеральным законом от 6 апреля 2024 года N 79-ФЗ "О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации" изменена редакция статьи 171 УК Российской Федерации с исключением из ее положений уголовной ответственности за незаконное предпринимательство, сопряженное с извлечением дохода как в крупном, так и в особо крупном размере (пункт 4 статьи 1).

Исключение из действующей редакции статьи 171 УК Российской Федерации указания на крупный и особо крупный размер дохода означает, что такой доход впредь не может считаться соответственно криминообразующим или квалифицирующим признаком состава незаконного предпринимательства.

Таким образом, в соответствии с действующим законодательством, свое составообразующее значение сохраняет признак причинения крупного ущерба гражданам, организациям или государству, что по настоящему уголовному делу органом предварительного расследования не устанавливалось.

По смыслу приведенных норм, состав преступления, предусмотренного ст.171 УК РФ, является материальным, то есть его объективная сторона характеризуется тремя признаками, наличие которых является обязательным условием оконченного состава преступления: действие или бездействие, общественно опасные последствия и наличие причинной связи между деянием и последствиями.

Последствия совершенного деяния, являются конструктивном признаком состава преступления, предусмотренного ст.171 УК РФ (независимо от ее части), одним из обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, как и обязательному указанию в обвинительном заключении согласно п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ.

Учитывая, что указанные обстоятельства имеют существенное значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, в том числе виновности лица в совершении преступления, суд апелляционной инстанции указанные нарушения признает существенными, препятствующими для рассмотрения дела судом на основе данного обвинительного заключения.

Учитывая изложенные обстоятельства, которые свидетельствуют о допущенных в ходе предварительного расследования существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, ограничивающих права и законные интересы участников уголовного судопроизводства, в том числе право обвиняемого на защиту от конкретного обвинения, принимая во внимание положения ст.252 УПК РФ, согласно которым судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, а также ч. 3 ст. 15 УПК РФ, в соответствии с которыми суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или на стороне защиты, установив по делу, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований ст. 220 УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что вышеуказанные нарушения уголовно-процессуального закона привели к постановлению незаконного приговора в отношении ФИО2, являются основанием для отмены приговора и возвращения уголовного дела прокурору на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В связи отменой приговора по указанным основаниям и возвращением дела прокурору суд апелляционной инстанции не входит в обсуждение иных доводов апелляционного представления и апелляционной жалобы, т.к. данные доводы могут быть проверены при производстве по делу.

Решая вопрос о мере пресечения в отношении ФИО2, суд апелляционной инстанции, учитывая характер и степень общественной опасности инкриминируемого преступления, его личность, считает необходимым оставить без изменения избранную на этапе предварительного расследования меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.389.13-389.20, 389.22, 389.24, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Октябрьского районного суда г.Самара от 03.04.2025 в отношении ФИО1 – отменить, уголовное дело вернуть прокурору Самарской области по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 оставить без изменения.

Апелляционное представление государственного обвинителя Пименова А.М. и апелляционную жалобу (с дополнением) адвоката Митусова А.А. – удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: /подпись/ Е.П. Решетникова

Копия верна.

Судья