Апелляционное определение № 33-9600/2025 от 1 декабря 2025 г.

Судья суда 1-ой инстанции

Дело № 33-9600/2025

ФИО1

УИД 91RS0001-01-2024-006886-36


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

02.12.2025 года г. Симферополь

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе

Председательствующего судьи

Крапко В.В.,

Судей

Гоцкалюка В.Д.,

ФИО2,

при секретаре

ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Крапко В.В. гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО5, ФИО6 С.К.К. и Государственному комитету по государственной регистрации и кадастру Республики Крым (третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора: нотариус ФИО7, нотариус ФИО8 и ФИО9) о признании недействительным договора дарения, исключении из ЕГРН записи о регистрации права, с апелляционной жалобой представителя ФИО5 и ФИО6 С.К.К. на решение Железнодорожного районного суда <адрес> Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ,

у с т а н о в и л а:

в декабре 2024 года ФИО4 обратилась в суд с иском, в котором, с учетом уточнений, просила:

- признать недействительным договор дарения доли домовладения, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО6 С.К.К.;

- погасить в публичном реестре прав (ЕГРН) запись о праве собственности ФИО6 С.К.К., ДД.ММ.ГГГГ г.р., на 32/100 доли домовладения с хозяйственными постройками и сооружениями, расположенными по адресу: <адрес>

- взыскать с ответчиков в равных долях судебные расходы в виде уплаченной госпошлины в размере <данные изъяты>

Требования мотивированы тем, что истец является собственником 36/100 долей жилого дома с надворными постройками по адресу: <адрес>, а также части земельного участка (доля не определена), площадью 490 кв.м., с кадастровым номером №, по тому же адресу, на основании договора бессрочного пользования от ДД.ММ.ГГГГ. Остальные 64/100 доли домовладения принадлежали ответчику ФИО5

В настоящее время в производстве суда первой инстанции находится иное гражданское дело (№) о сохранении домовладения реконструированном виде и его разделе.

Между тем, после подачи соответствующего иска в суд и наложения обеспечительных мер в рамках рассмотрения такового, ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО5 подарил часть принадлежащей ему доли на вышеуказанное домовладение ФИО6 С.К.К. (32/100 доли).

Полагает, что оспариваемая ею сделка нарушает ее права как совладельца общего имущества, поскольку фактически договор дарения имеет характер притворной сделки, в то время как на самом деле ФИО5 продал, а не подарил принадлежащую ему долю, чем лишил истца права преимущественной покупки таковой (доли). Указывает, что о возмездном характере сделки свидетельствует представленная в материалы дела расписка, составленная от имени ФИО6 С.К.К. в пользу ФИО5

Кроме того, в обоснование заявленного иска ФИО4 указывает, что сделка, в нарушение закона, была зарегистрирована после принятия судом в рамках спора о разделе общего дома обеспечительных мер, а нотариусом, при составлении и удостоверении таковой (сделки) не был учтен земельный участок и самовольно возведенные на таковом постройки.

Одновременно истец полагает, что в нарушение действующего законодательства, ФИО5 не было получено согласие его супруги – третьего лица ФИО9, на отчуждение недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес>. Указанное истец мотивирует тем, что брак ответчика ФИО5 с третьим лицом ФИО9 был зарегистрирован в 2022 году, тогда как регистрация права собственности на долю в общем объекте за ФИО5 имела место в 2024 году.

Решением Железнодорожного районного суда г. Симферополя Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ иск ФИО4 был удовлетворен.

Признан недействительным договор дарения 32/100 долей домовладения, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО5 и ФИО6 С.К.К., удостоверенный ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Симферопольского городского округа ФИО7

Указано, что решение суда является основанием для погашения в публичном реестре прав (ЕГРН) записи о праве собственности ФИО6 С.К.К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на 32/100 доли домовладения, расположенного по адресу: <адрес>

Взысканы с ФИО6 С.К.К., ФИО5 и Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым в пользу ФИО4 в равных долях расходы по уплате государственной пошлины за подачу искового заявления в суд в размере <данные изъяты>

Не согласившись с указанным решением суда, представитель ФИО5 и ФИО6 С.К.К. подал апелляционную жалобу, в которой ставится вопрос о его отмене с принятием нового об отказе в удовлетворении иска.

Доводы жалобы мотивированы тем, что оспариваемая истцом сделка не нарушает права и законные интересы последней как совладельца общего домовладения, поскольку в результате дарения доли в праве на таковое (домовладение) сделка не повлекла уменьшение имущественных прав подателя иска.

Одновременно апеллянт полагает, что истцом не доказаны обстоятельства явной осведомленности сторон сделки о наличии в производстве суда иска о разделе домовладения, а также о принятии обеспечительных мер в период заключения таковой.

Кроме прочего, указывает, что факт последующей регистрации сделки после получения Государственным комитетом по государственной регистрации и кадастру Республики Крым копии определения суда о наложении мер обеспечения иска свидетельствует только лишь о неправомерности действий сотрудников регистрирующего органа, поскольку о наличии ограничений, связанных с запретом отчуждения общего имущества, ответчики ФИО5 и ФИО6 С.К.К. осведомлены не были, соответствующие сведения в публичном реестре прав (ЕГРН) до заключения сделки отражены не были.

В то же время, из апелляционной жалобы следует, что истцом не было предпринято мер по оспариванию действий государственного регистратора при регистрации сделки дарения, поскольку соответствующий административный иск представителя ФИО4 был оставлен без рассмотрения.

При изложенных обстоятельствах, апеллянт полагает, что истцом избран неверный способ защиты права и не приведено мотивов, свидетельствующих о нарушении прав и законных интересов заявителя иска оспариваемой сделкой.

В дополнениях на апелляционную жалобу представитель ФИО6 С.К.К. указал на отсутствие у сторон в момент заключения сделки (ДД.ММ.ГГГГ) сведений о наличии ограничений / обременений в отношении спорного имущества, в том числе и потому, что таковые были внесены в публичный реестр (ЕГРН) после заключения договора. В то же время, сторона апеллянта полагает, что ФИО6 С.К.К. является добросовестным приобретателем спорного имущества по сделке дарения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчиков ФИО5 и ФИО6 С.К.К., а также третье лицо – ФИО9, поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представители истца просили оставить состоявшееся решение суда без изменения.

Иные участники процесса, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, в суд не явились, об уважительности причин своей неявки суду не сообщили, в связи с чем, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав судью-докладчика, исследовав материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы в пределах требований статьи 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу положений статьи 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства на которые она ссылается как на основания своих доводов или возражений, если иное не установлено федеральным законом.

Согласно части 1 статьи 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Из существа разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ №23 от 19.12.2003 года «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или права (часть 2 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Как установлено судом и следует из материалов гражданского дела, ФИО4 является собственником 36/100 долей жилого дома с надворными постройками по адресу: <адрес>, на основании свидетельств о праве на наследство, выданных истцу ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ после смерти ее матери ФИО10

В свою очередь, 64/100 доли вышеуказанного домовладения с надворными постройками принадлежало ФИО5

Согласно сведений, поступивших на запрос суда первой инстанции со стороны нотариуса ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ ею (нотариусом) было направлено в адрес ФИО4 заявление ФИО5 с предложением покупки 32/100 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом с надворными строениями по адресу: <адрес>, за <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ предложение ФИО5 было получено ФИО4

При этом, как сообщила нотариус, соответствующий ответ со стороны ФИО4 (о намерении приобрести либо отказаться от покупки вышеуказанного имущества) не поступал.

В последующем, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 (даритель) и ФИО6 С.К.К. (одаряемая) был заключен договор дарения, удостоверенный в ту же дату нотариусом Симферопольского городского нотариального округа ФИО7

Из указанного договора усматривается, что ФИО5 подарил ФИО6 С.К.К., а последняя приняла в дар:

- 32/100 доли в праве общей долевой собственности на здание, с кадастровым номером №, по адресу: <адрес> площадью 39,3 кв.м., назначение - жилое;

- 32/100 доли в праве общей долевой собственности на здание, с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, площадью 36,6 кв.м., назначение - жилое;

- 32/100 доли в праве общей долевой собственности на здание, с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, площадью 13,8 кв.м., хозяйственная постройка - сарай;

- 32/100 доли в праве общей долевой собственности на здание, с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, площадью 9,4 кв.м., сарай;

- 32/100 долей в праве общей долевой собственности на здание, с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, площадью, 2 кв.м., назначение - нежилое;

- 32/100 долей в праве общей долевой собственности на здание, с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, площадью 21 кв.м. назначение – нежилое, летняя кухня.

Указанный договор послужил основанием для осуществления ДД.ММ.ГГГГ государственной регистрации права собственности ФИО6 С.К.К. в отношении объектов, которые являлись предметом договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ (право ответчика ФИО6 С.К.К. было зарегистрировано в отношении безвозмездно отчужденных в ее пользу 32/100 долей в праве общей долевой собственности на домовладение и хозпостройки, расположенные по адресу: <адрес>).

Из материалов дела также следует, что в производстве Железнодорожного районного суда г. Симферополя Республики Крым находится гражданское дело № (№) по иску ФИО4 о сохранении домовладения, расположенного по адресу: <адрес>, в реконструированном виде, а также о его разделе в натуре.

Указанное исковое заявление поступило в районный суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть уже после осведомленности ФИО4 о намерении её отца ФИО5 произвести отчуждение своей доли в общем домовладении.

Более того, копия искового заявления, направленная стороной истца в адрес ФИО5 не была получена им и возвратилась отправителю за истечением срока хранения лишь ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 91-93), то есть после состоявшейся сделки дарения.

Согласно сведений, поступивших на запрос суда апелляционной инстанции, определением Железнодорожного районного суда г. Симферополя Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № (№ были приняты обеспечительные меры в виде запрета Государственному комитету по государственной регистрации и кадастру Республики Крым совершать действия, направленные на регистрацию перехода права собственности в отношении недвижимого имущества, принадлежащего ответчику ФИО5, расположенного по адресу: <адрес>

Указанные обеспечительные меры не отменены.

Определение Железнодорожною районного суда города Симферополя Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (о принятии обеспечительных мер) поступило в адрес Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым ДД.ММ.ГГГГ.

Копия этого же определения, направленная судом в адрес ФИО5 не была получена последним и возвратилась отправителю за истечением срока хранения ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 97-98), то есть также уже после состоявшейся сделки дарения.

Судебное заседание по гражданскому делу №, состоявшееся ДД.ММ.ГГГГ также было проведено в отсутствие стороны ответчика – ФИО5 (т.2 л.д. 99).

Приведенные обстоятельства с безусловной степенью убедительности свидетельствуют о том, что ФИО5 к моменту заключения им оспариваемого в настоящем гражданском деле договора дарения доли в общем имуществе не знал и не мог знать, как о поданном исковом заявлении к нему (по гражданскому делу №), так и о принятых судом обеспечительных мерах.

Согласно Уведомления о внесении в ЕГРН сведений, поступивших в порядке межведомственного информационного взаимодействия на основании определения Железнодорожною районного суда города Симферополя Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, ДД.ММ.ГГГГ была проведена государственная регистрация принятых судом обеспечительных мер в виде запрета Государственного комитету по государственной регистрации и кадастру Республики Крым совершать действия направленные на регистрацию перехода прав собственности в отношении недвижимого имущества, принадлежащего ответчику ФИО5, расположенного по адресу: <адрес>. (№

В последующем, производство по вышеуказанному гражданскому делу № №) определением Железнодорожного районного суда г. Симферополя Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ было приостановлено до вступления в законную силу решения суда по настоящему гражданскому делу № (33-9600/2025).

В обоснование заявленного иска, стороной истца был представлен ответ Государственного комитета по государственной регистрации от ДД.ММ.ГГГГ, адресованный представителю ФИО4, из которого следует, что сроки привлечения к дисциплинарной ответственности государственного регистратора прав, осуществившего (при наличии запрета регистрационных действий) внесение в Единый государственный реестр недвижимости сведений о праве общей долевой собственности ФИО6 С.К.К. на объекты недвижимого имущества, расположенные по адресу: <адрес>, истекли. В то же время, как сообщил регистрирующий орган, руководством была проведена разъяснительная беседа с государственным регистратором и он предупрежден о необходимости качественного исполнения своих должностных обязанностей, с соблюдением норм действующего законодательства.

Из материалов дела также следует, что ранее истец обращалась в суд с административным иском о признании действий государственного регистратора незаконными (дело №).

При этом, определением Центрального районного суда г.Симферополя Республики Крым административный иск ФИО4 был оставлен без рассмотрения, в связи с подачей иска неуполномоченным лицом (в доверенности представителя ФИО4 отсутствовали соответствующие полномочия).

Указанное определение обжаловано не было и вступило в законную силу.

Также следует заметить, что в рамках рассмотрения гражданского дела № № была проведена судебная строительно-техническая экспертиза, установившая наличие не введенных в гражданский оборот объектов вспомогательного назначения, а также тамбуров к основному жилому дому, которые находятся, как во владении истца, так и во владении ответчика – ФИО5

Указанные сведения также были подтверждены и данными органа инвентаризации путем изготовления технического паспорта, а также справок инвентаризационного учета.

Разрешая спор по существу и удовлетворяя иск ФИО4, суд первой инстанции исходил из того, что распоряжение спорной долей в праве общей долевой собственности на домовладение ответчиком ФИО5, при наличии в производстве суда иного спора о сохранении такового (общего дома) в реконструированном виде и последующем разделе, может считаться недобросовестным поведением стороны гражданского оборота, поскольку сделка нарушает права истца (совладельца) и влияет на результат разрешения спора о возможности признания права собственности совладельцев ФИО4 и ФИО5 на спорное домовладение в реконструированном виде с признанием права собственности на долю земельного участка.

Одновременно суд учел, что реконструкция домовладения на дату осуществления сделки по отчуждению имущества не была легализована.

Исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства, в их совокупности и взаимосвязи, с учетом объема и характера заявленных притязаний, обстоятельств дела, судебная коллегия полагает необходимым указать следующее.

1. В силу пункта 1 статьи 1, пункта 1 статьи 11, статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 3 ГПК РФ предъявление любого требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права, а также установление факта нарушения прав истца ответчиком.

Заинтересованными являются лица, чьи имущественные права и (или) охраняемые законом интересы могут быть восстановлены в результате удовлетворения иска (статья 12 ГК РФ).

В соответствии со статьей 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности.

Судебная защита осуществляется путем применения к правонарушителю материально-правовых и процессуальных мер принудительного характера, и должна приводить к защите и восстановлению нарушенных прав этого лица.

Таким образом, юридическое значение для осуществления судебной защиты имеет установление факта наличия нарушенного права истца, а также того обстоятельства, приведет ли избранный истцом способ защиты своего права к защите и восстановлению прав истца, и не будет ли при этом допущено нарушений прав иных лиц.Фактически, истец, не выступая стороной оспариваемой сделки, свои требования квалифицировала в качестве иска о преобразовании. Названные иски направлены на защиту гражданских прав путем преобразования правоотношения (правообразующий, правоизменяющий или правопрекращающий эффект). Указанное справедливо, поскольку предметом иска является оспаривание состоявшейся сделки дарения с фактическим возвратом имущества во владение собственника путем погашения регистрационной записи.

В настоящем гражданском деле не стоит вопрос относительно разрешения иска о признании (то есть констатации факта наличия ранее возникшего права).

Напротив, истец добивается реализации преобразующего эффекта оспаривания состоявшейся ранее сделки путем возврата дарителю его доли в общем имуществе.

1.1. В силу разъяснений, изложенных в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

В соответствии со статьей 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу прямого на то указания в пункте 2 статьи 166 ГК РФ, требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Кроме того, пунктом 2 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (пункт 3 статьи 166 ГК РФ).

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

Анализ вышеизложенных норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации позволяет прийти к выводу о том, что действующее гражданское законодательство наделяет лицо, не являющееся стороной оспоримой либо ничтожной сделки, заявить о ее недействительности в случае, если таковая нарушает его права и охраняемые законом интересы.

Учитывая, что истец, исходя из установленных судом первой инстанции обстоятельств, в их совокупности и взаимосвязи, стороной оспариваемой сделки не является, последняя, заявляя соответствующий иск, должна доказать нарушение ее прав и законных интересов заключенным между ФИО5 и ФИО6 С.К.К. договором.

Так, в обоснование заявленных требований истец ссылалась на то, что ответчик ФИО5 (являющийся сособственником принадлежащего сторонам общего домовладения), при явной осведомленности о наличии в производстве суда спора о сохранении общего жилого дома в реконструированном виде и его последующем разделе, после наложения судом обеспечительных мер ДД.ММ.ГГГГ, осуществил дарение принадлежащей ему (ответчику) доли по договору, заключенному с ФИО6 С.К.К. ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, обстоятельства, на которые ссылается истец в обоснование заявленного иска, не подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами, в том числе свидетельствующими о том, что ответчики были осведомлены о наличии в производстве суда соответствующего спора.

Как усматривается из приобщенных судом первой инстанции светокопий из материалов гражданского дела № копия искового заявления ФИО4 о сохранении общего жилого дома в реконструированном виде и его разделе была направлена в адрес ответчика ФИО5 по адресу спорного дома (<адрес>) ДД.ММ.ГГГГ и возвращена за истечением сроков хранения ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, копия определения Железнодорожною районного суда города Симферополя Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (которым были приняты указанные обеспечительные меры) также была возвращена в суд с конвертом, в связи с истечением сроков хранения (поступило в приемную суда согласно отметке на конверте ДД.ММ.ГГГГ).

В то же время, оспариваемый договор от ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован в регистрирующем органе ДД.ММ.ГГГГ, то есть, через один день после внесения соответствующих сведений о принятых судом обеспечительных мерах (ДД.ММ.ГГГГ).

При таких обстоятельствах, со стороны истца не доказан факт нарушения прав истца именно действиями ответчиков, в отсутствие достоверных сведений об осведомленности последних относительно наличич в производстве суда спора, в рамках которого в отношении ранее отчужденного имущества имели место ограничительные меры.

Обратное (в том числе, предполагаемая осведомленность ответчиков о наличии ограничительных мер в отношении отчуждаемого имущества либо о наличии спора как такового) относимыми и допустимыми доказательствами, в условиях диспозитивности и состязательности гражданского процесса, опровергнуто не было.

Более того, из существа представленных в материалы дела сведений усматривается, что фактически регистрация права на основании оспариваемой сделки была осуществлена после внесения в публичный реестр (ЕГРН) сведений о принятых в рамках гражданского дела № обеспечительных мерах, в непродолжительный период времени (с разницей в 1 день), что свидетельствует о том, что спорные правоотношения фактически вытекают из установления обстоятельств наличия правомерности (или отсутствия таковой) действий государственного регистратора, которые стороной истца либо иными лицами в должном порядке не оспаривались.

Так, административный иск, поданный в Центральный районный суд г.Симферополя Республики Крым, об оспаривании действий государственного регистратора, был оставлен без рассмотрения, в связи с отсутствием у подателя иска (представителя ФИО4) соответствующих полномочий.

Указанное определение суда не обжаловалось и вступило в законную силу.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о недоказанности со стороны истца факта нарушения прав оспариваемой сделкой именно в результате действий ответчиков, осведомленность которых о принятых судом обеспечительных мерах не нашла своего подтверждения в материалах дела.

Более того, следует заметить, что истец в рамках гражданского дела № не выступала в отношении ответчика ФИО5 кредитором по обеспеченным требованиям, а потому и сама по себе смена собственника общего домовладения на стадии судебного рассмотрения иска о разделе общего имущества с легализацией хозяйственных строений и двух тамбуров, могла привести лишь к материальному правопреемству ответной стороны спора.

1.2. Одновременно судебная коллегия не усматривает наличие обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав истца ФИО4 оспариваемой сделкой по мотивам ее притворности.

В обоснование иска заявитель ссылалась на то, что оспариваемая сделка является притворной, с целью прикрыть иное соглашение (купли-продажи доли домовладения), что в последующем повлекло умаление преимущественного права истца на покупку принадлежащей ответчику доли.

В соответствии с пунктом 2 статьи 246 ГК РФ, участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 данного Кодекса.

Согласно статье 250 ГК РФ при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов, а также случаев продажи доли в праве общей собственности на земельный участок собственником части расположенного на таком земельном участке здания или сооружения либо собственником помещения в указанных здании или сооружении (пункт 1).

По смыслу действующего законодательства, при определении того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, суду необходимо применить правила толкования договора, установленные статьей 431 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», при толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование).

Как усматривается из буквального толкования оспариваемого соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, между ответчиками ФИО5 и ФИО6 С.К.К. был заключен договор дарения доли в праве общей долевой собственности на домовладение с надворными постройками и сооружениями по адресу: <адрес>.

В силу статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пункте 78 постановления от 23.06.2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

На основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из пункта 87 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Учитывая вышеприведенные положения действующего законодательства, судебная коллегия, на основании исследования и оценки доказательств по делу в их взаимной связи и совокупности в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ, приходит к выводу о том, что совершенная между ответчиками сделка дарения доли домовладения соответствует требованиям закона и волеизъявлению сторон, оспариваемый договор заключен сторонами осознанно, добровольно и в отсутствие заблуждения относительно природы и последствий его заключения.

Представленные в материалы дела доказательства (в том числе и расписка, на которую ссылается истец о наличии у ФИО6 С.К.К. и ФИО5 долговых обязательств) не позволяют прийти к однозначному выводу о совершении между ответчиками возмездной сделки по отчуждению недвижимого имущества, прикрываемой договором дарения, в том числе с учетом пояснений ответчиков, которые категорически возражали, что сделка имела возмездных характер.

Одновременно судебная коллегия учитывает, что истец, являясь долевым совладельцем и ссылаясь на возмездный характер отчуждения доли в общем имуществе, имеет лишь один способ защиты предполагаемого к нарушению его права – устранение препятствий в реализации преимущественного права приобретения доли (ст. 250 ГК РФ).

Аналогичный правовой подход изложен в пункте 20 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.04.1997 года №13 «Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав».

Вместе с тем, подобного рода требований со стороны истца заявлено не было. Истец, ошибочно полагала, что сам по себе предполагаемый факт возмездного отчуждения доли другим совладельцем в общем имуществе иному нежели она лицу является достаточным основанием к оспариванию сделки с применением реституционных механизмов. Также нельзя не учитывать и факт имевшего место ранее уведомления истца через нотариуса о намерении произвести отчуждение доли.

Таким образом, судебная коллегия полагает, что признание сделки недействительной по мотивам нарушения преимущественного права покупки доли (как на то ссылалась истец) является ненадлежащим способом защиты права.

Само по себе предшествующее направление одним из ответчиков в пользу ФИО4 предложения о приобретении принадлежащей ему доли о возмездном характере состоявшейся в последующем сделки не свидетельствует.

2. Что касается доводов иска относительно отчуждения не введенного в гражданский оборот имущества вследствие его реконструкции (путем возведения хозяйственно-бытовых строений и пристройки-тамбура), судебная коллегия учитывает следующее.

Право долевой собственности сторон спора было зарегистрировано в публичном реестре прав (ЕГРН), в том числе уже после предполагаемых строительных работ по возведению хозяйственно-бытовых строений и пристройки-тамбура – в 2024 году, что усматривается из сведений ЕГРН.

Указанное было обусловлено наличием у сторон спора право подтверждающих документов, оформленных задолго до указанных событий.

Это, в свою очередь, предполагало при регистрации (подтверждении ранее возникших прав), необходимость проверки действительного положения дел, а также публичное декларирование и согласие совладельцев с наличием в натуре того объекта, запись о котором была отражена в публичном реестре прав.

Наличие неучтенных, как указывает истец, пристроек (двух тамбуров) и отдельных хозяйственно-бытовых строений, при отчуждении по договору дарения от одного ответчика к другому, с учетом принципа равенства и беспрепятственной реализации своих прав, должна иметь такой же правовой эффект, как и регистрация за истцом права общей долевой собственности (36/200 долей, запись №) в ЕГРН на жилой дом с кадастровым номером № в 2024 году.

Более того, указанное обстоятельство (состоявшийся переход права на долю в общем имуществе по договору дарения) лишь приведет к материальной замене ответной стороны по иску о разделе общего домовладения с его легализацией (гражданское дело № №

В этой связи, судебная коллегия полагает отсутствующими основания полагать нарушенными вследствие совершения оспариваемой сделки законного интереса либо прав именно истца.

Доводы иска, направленные на необходимость проверки согласия супруги ФИО5 - ФИО9, на отчуждение доли в общем имуществе, не учитываются судебной коллегией, поскольку они приведены без учета проверки оснований возникновения права собственности истца задолго до регистрации брака, а также в отсутствие у заявителя иска полномочий действовать в её интересах.

Более того, сама ФИО9 в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержала процессуальную позицию апеллянтов – соответчиков.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что заявленные в иске притязания в полном объеме не могут быть удовлетворены по изложенным выше обстоятельствам.

Поскольку вышеуказанного суд первой инстанции не учел, состоявшееся по делу решение суда подлежит отмене с принятием нового об отказе в удовлетворении иска.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам

о п р е д е л и л а:

решение Железнодорожного районного суда г. Симферополя Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ отменить и принять новое, которым в иске отказать.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня его вступления в законную силу.

Председательствующий судья: Крапко В.В.

Судьи: Гоцкалюк В.Д.

ФИО2

апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 03.12.2025 года