Решение № 2-1477/2018 2-1477/2018~М-3796/2017 М-3796/2017 от 19 сентября 2018 г. по делу № 2-1477/2018

XX.XX.XXXX года Дело № 2-XXX


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Рябко О.А.

с участием прокурора Егоровой А.В.,

при секретаре Захаровой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело, возбужденное по исковому заявлению ФИО1 к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская поликлиника № 3» о возмещении вреда здоровью, взыскании расходов, понесенных на лечение, и компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга с иском о взыскании с Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская поликлиника № 3» (далее – СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3») в счет возмещения вреда здоровью 22 200 рублей, понесенных на расходы на лечение, и 500 000 рублей компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что 15.01.2017 она поскользнулась и упала на улице на правую руку, в результате чего около кисти правой руки образовалась большая гематома, в связи с чем она обратилась в травмпункт Василеостровского района, который является структурным подразделением ответчика. Истец указывает, что врач травмпункта <данные изъяты> осмотрел ее руку и направил на рентген, после, показав снимок, сказал, что у нее перелом и поставил гипс, сказав, чтобы она 05.02.2017 пришла его снять; 05.02.2017 она пришла в травмпункт, доктор <данные изъяты> снял ей гипс и дал направление в поликлинику на ЛФК, физиотерапию и массаж. ФИО1 ссылается на то, что сначала рука не болела, так как она ее держала в гипсе, смазывала руку фастумгелем и принимала болеутоляющие таблетки, которые рекомендовал врач <данные изъяты>.; 09.02.2017 она пришла к врачу ЛФК в Поликлинику № 4 Василеостровского района, которая провела осмотр руки, а вечером у нее в руке появились сильные боли в кисти, от которых она ночами не могла спать; 13.02.2017 и 16.02.2017 она была у врача ЛФК; 16.02.2017 доктор ЛФК привела ее на отделение восстановительного лечения к заведующему отделением, он осмотрел ее и дал направление в травмпункт для взятия заключения, чтобы узнать динамику выздоровления; в травмпункте рентгенолог выдала ей заключение и копию снимка на листе бумаги, в заключении рентгенолога было написано, что травматических изменений не выявлено; 17.02.2017 она пошла к заведующему травмпункта ФИО2 и сказала, что перелома не было и после снятия гипса она испытывает очень сильные боли, из-за которых не может спать ночами; ФИО2 направил ее на снимок и сказал, чтобы она пришла за снимком на следующий день; 18.02.2017 в травмпункт поехал ее сын и вместо снимка получил заключение рентгенолога, где ответ был совсем не такой как 15.01.2017 с формулировкой того же рентгенолога <данные изъяты> «на контрольных цифровых рентгенограммах правого лучезапястного сустава в двух проекциях нельзя исключить консолидированного перелома лучевой кости в нижней трети»; 02.03.2017 ей сделали снимок руки в Поликлинике № 4, где врач рентгенолог не нашёл травматических повреждений, повторяя первоначальный диагноз. Истец указывает, что 14.03.2017 она обратилась с заявлением на имя главного врача ответчика с просьбой разобраться с ее случаем, на которое 18.04.2017 получила ответ о том, что качество оказания ей медицинской помощи соответствует порядкам и стандартам оказания медицинской помощи по профилю «Травматология». Истец ссылается на то, что, не согласившись с таким ответом СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3», она обратилась с заявлением в страховую компанию - СПб филиал ОАО «Росно-МС», от которой получила ответ, что в результате экспертизы выявлены дефекты сбора информации: не было динамического наблюдения за состоянием пациента вплоть до 05.02.2017, обследования: при снятии гипса 05.02.2017 не выполнено контрольное рентгеновское обследование, и ведения первичной медицинской документации. Указывая на то, что в результате ненадлежащего оказания ответчиком медицинских услуг, в течение длительного времени (с 21.02.2017 по 09.05.2017) она проходила лечение в отделении физиотерапии, повторное лечение рекомендовано через полгода; по направлению невропатолога проходила исследования в Институте мозга, а также в амбулаторно-консультативном отделении СПб ГБУЗ ГМПБ № 2, где ей было рекомендовано операционное лечение; 04.03.2017 в частной поликлинике ей сделали УЗИ правой руки и нашли признаки нейропатии локтевого нерва справа, и ссылаясь на то, что она была вырвана из полноценной жизни, так как испытывала физические страдания такие, как сильные боли в кисти руки, из-за чего была вынуждена принимать в большом количестве обезболивающие препараты, в результате приёма которых получила много побочных явлений (потеря сна, нарушение выделительных функций организма, повышение артериального и глазного давления), и в связи с чем понесла затраты на приобретение лекарств и проведение исследований, и до настоящего времени рука полностью не восстановилась, что причиняет ей не только физические, но и нравственные страдания, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала, настаивала на удовлетворении в полном объеме.

Представители ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности от 19.03.2018, выданной сроком на один год, и ФИО2, действующий на основании доверенности от 17.09.2018, выданной сроком на один год, в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований, представила в суд возражения на исковое заявление, в которых просили отказать истцу в удовлетворении иска, указав на то, что истцом не представлено доказательств ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязанностей по оказанию медицинской помощи, которые могли бы стать причиной наступивших неблагоприятных последствий для здоровья истца (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Суд, выслушав объяснения истца, мнение представителей ответчика, прокурора полагавшего исковые требования неподлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела, оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, приходит к следующим выводам.

В ходе судебного разбирательства установлено, что 15.01.2017 ФИО1 поскользнулась и упала на улице, в результате чего получила травму правой руки.

Как следует из материалов дела, согласно медицинской карте амбулаторного больного № 663 СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» по факту полученной травмы истец 15.01.2017 обратилась в травматологическое отделение СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3», где ей при поступлении был поставлен диагноз: закрытый краевой перелом шиловидного отростка правой лучевой кости без смещения отломков. По результатам осмотра и проведенных рентгенологических исследований истцу проведена гипсовая иммобилизация от головок пястных костей до 1/3 правого предплечья до 4, и даны рекомендации: холод на место травмы, косыночная перевязка, найз по 1 таблетке при болях, диклофинак 3 раза в день, лечено-охранный режим, ЛФК, ФТЛ; дата следующего осмотра 05.02.2017. По результатам осмотра 05.02.2017 гипсовая иммобилизация снята; рекомендовано: ЛФК, ФТЛ, массаж, НПВС, расширение двигательного режима, явка по состоянию.

При рассмотрении дела установлено, что по факту обращения ФИО1 17.02.2017 к заведующему районного травматологического отделения с сомнениями в правильности поставленного диагноза и тактики лечения, истцу была выполнена контрольная рентгенограмма № 2641, в соответствии с описанием которой на цифровых рентгенограммах правого лучезапястного сустава в двух проекциях нельзя исключить консолидированного перелома лучевой кости в нижней трети.

Из карты № 169 отделения медицинской реабилитации СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 4» следует, что истец 16.02.2017 поступила с диагнозом: последствия травмы, состояние после перелома шиловидного отростка правой лучевой кости от 15.01.2017, контрактура правого лучезапястного сустава, и в период с 16.02.2017 по 27.03.2017 проходила лечение в отделении медицинской реабилитации, которое завершено с улучшением.

В медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № 1514148 СПб ГБУЗ «Городская многопрофильная больница № 2» отражено, что карта заведена 13.04.2017 на основании направления от 06.04.2017, выданного ФИО1 СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 4», по результату обследования установлен диагноз: Синдром карпального канала справа; рекомендовано плановое хирургическое лечение.

Из материалов дела также следует, что на основании заявления истца от 14.03.2017, адресованного главному врачу СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3», в котором она сослалась на то, что в результате неправильно установленного диагноза по факту полученной ею 15.01.2017 травмы правой руки и оказанного ответчиком лечения, она вынуждена проходить длительное лечение в отделении восстановительного лечения, так как испытывает нестерпимые боли в руке, не может ничего делать рукой, кисть полностью не сгибается, 12.04.2017 было проведено заседание Врачебной комиссии СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3», на которой проведен разбор качества оказания медицинской помощи ФИО1 в районном травматологическом отделении (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Согласно выводам Врачебной комиссии СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3», отраженным в протоколе от 12.04.2017 (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>),

- у пациентки имелись клинические признаки перелома в момент первичного обращения, пациентка пожилого возраста с явными признаками наличия остеопороза. На основании клинических данных был установлен диагноз: закрытый перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости без смещения отломков;

- лечащим врачом была избрана верная тактика ведения пациентки, основой которой явилась иммобилизация поврежденной конечности;

- рентгенологическое исследование в стандартных проекциях при переломах дистального метаэпифиза, может быть недостаточно информативным, однако повторные рентгенологические исследования подтвердили клинический диагноз лечащего врача, и выявили, что у пациентки имеются признаки консолидированного перелома;

- ввиду того, что дата последнего визита пациентки в районное травматологическое отделение 17.02.2017, т.е. около 2-х месяцев назад, оценить состояние пациентки в данный момент и составить план дальнейшего ведения не представляется возможным;

- в амбулаторной карте пациентки выявлены следующие нарушения: отсутствует одномоментный контроль заведующего районным травматологическим отделением; не проведено контрольное рентгенологическое обследование пациентки с иммобилизирующей повязкой (следует отметить, что у пациентки был перелом без смещения отломков);

- взаимодействие между рентгенологической службой и врачами-травматологами осуществляется не в полном объеме, что в данном случае отчасти могло спровоцировать конфликт между пациенткой и врачами районного травматологического отделения. При расхождении клинического и рентгенологического диагноза, необходимо было решить вопрос о повторном осмотре пациентки. Если клинически врач устанавливает диагноз: перелом, то тактика лечения избирается как при переломе, даже если на рентгенограмме отсутствуют явные признаки перелома;

- качество оказания медицинской помощи пациентке ФИО1 в районном травматологическом отделении соответствует порядкам и стандартам оказания медицинской помощи по профилю «Травматология».

Письмом ответчик в ответ на обращение истца от 14.03.207 сообщил о том, что по данным рентгенологических исследований в динамике имеются признаки консолидированного перелома шиловидного отростка правой лучевой кости; на всех представленных рентгенограммах имеются признаки остеопороза; по результатам имеющихся данных Врачебная комиссия сделала вывод о том, что качество оказания медицинской помощи в районном травматологическом отделении соответствует порядкам и стандартам оказания медицинской помощи по профилю «травматология» (том <данные изъяты> лист дела <данные изъяты>).

Согласно материалам дела истец 19.04.2017 обратилась в Санкт-Петербургский филиал ОАО «РОСНО-МС» с заявлением, в котором просила провести профессиональное заключение о качестве полученной ею у ответчика медицинской помощи (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

На основании заявления истца Санкт-Петербургским филиалом ОАО «РОСНО-МС» произведена целевая экспертиза качества медицинской помощи, по результатам которой составлены акты от 10.05.2017 № 43786/62567 и № 43788/62678 о том, что в ходе экспертизы выявлены дефекты сбора информации (не было динамического наблюдения за состоянием пациента вплоть до 05.02.2017), обследования (при снятии гипса 05.02.2017 не выполнено контрольное рентгеновское обследование) и ведения первичной медицинской документации; диагноз установлен правильно и своевременно (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

В письме от 16.05.2017 Санкт-Петербургский филиал ОАО «РОСНО-МС» уведомил истца о результатах экспертиз качества медицинской помощи, оказанных ей СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3», указав также на то, что на представленных рентгеновских снимках от 15.01.2017 и от 17.02.2017 имеются признаки перелома шиловидного отростка правой лучевой кости; учитывая данные электронейромиографии от 05.04.2017, где описано демииелинизирующее поражение правого и левого срединных нервов, достоверно установить причинно-следственную связь травмы правой лученной кости с изменениями правого срединного нерва врачу-эксперту не представляется возможным (том <данные изъяты> лист дела <данные изъяты>).

Как видно из материалов дела, ФИО1 04.07.2017 обратилась с заявлением в Территориальный орган Росздравнадзора по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в котором сославшись на то, что по факту обращения в травматологический пункт Василеостровского района врачом ей был поставлен несуществующий диагноз, просила дать заключение о качестве полученной ею медицинской помощи (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

По факту обращения истца в Территориальный орган Росздравнадзора по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области администрацией Василеостровского района Санкт-Петербурга издано распоряжение от 19.09.2017 № 3415-р о проведении внеплановой документарной проверки СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» с целью выявления нарушений порядков и стандартов оказания медицинской помощи по профилю «Травматология и ортопедия» при оказании медицинской помощи ФИО1 (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

По результатам проведения указанной проверки составлен акт от 28.09.2017 № 3415-р, из которого следует, что тактика ведения ФИО1 на амбулаторном этапе в районном травматологическом отделении СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» в период с 15.01.2017 по 17.02.2017 соответствует порядкам и стандартам оказания медицинской помощи по профилю «Травматология»; дефекты оформления медицинской документации, выявленные в ходе проведенной проверки, не повлияли на течение травматологического процесса; на рентгеновских снимках от 15.01.2017 и от 17.02.2017 имеются признаки перелома шиловидного отростка правой лучевой кости (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Письмом от 03.10.2017 администрация Василеостровского района Санкт-Петербурга уведомила истца о результатах проведенной проверки (том <данные изъяты> лист дела <данные изъяты>).

ФИО1, указывая на то, что в результате ненадлежащего оказания ответчиком медицинских услуг, выразившихся в постановке 15.01.2017 несуществующего диагноза и проведенных лечебных мероприятий, она в течение длительного времени (с 21.02.2017 по 09.05.2017) вынуждена была проходить лечение в отделении физиотерапии; по направлению невропатолога проходила исследования в Институте мозга, а также в амбулаторно-консультативном отделении СПб ГБУЗ ГМПБ № 2, где ей было рекомендовано операционное лечение, а 04.03.2017 в частной поликлинике ей сделали УЗИ правой руки и нашли признаки нейропатии локтевого нерва справа, и ссылаясь на то, что она была вырвана из полноценной жизни, так как испытывала физические страдания такие, как сильные боли в кисти руки, из-за чего была вынуждена принимать в большом количестве обезболивающие препараты, в результате приёма которых получила много побочных явлений (потеря сна, нарушение выделительных функций организма, повышение артериального и глазного давления), и в связи с чем понесла затраты на приобретение лекарств и проведение исследований, и до настоящего времени рука полностью не восстановилась, что причиняет ей не только физические, но и нравственные страдания, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском.

В соответствии со статьей 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная XX.XX.XXXX, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании пункта 2 статьи 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в пункте 11 Постановления от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В данном случае истцом заявлены требования о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных в результате ненадлежащего оказания ответчиком медицинских услуг при оказании медицинской помощи по факту обращения 15.01.2017 в связи с полученной травмой.

Таким образом, бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств, подлежит возложению на истца, ответчик, в случае несогласия с заявленными требованиями, обязан доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии его вины.

При рассмотрении дела ответчиком не оспаривался как факт обращения истца за оказанием медицинских помощи в связи с полученной 15.01.2017 травмой, так и факт оказания ответчиком медицинских услуг истцу.

Возражая против удовлетворения исковых требований, и указывая на то, что медицинские услуги истцу были оказаны качественно и в полном объеме, и истцом не представлено доказательств ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по оказанию медицинской помощи, которые могли бы стать причиной наступивших неблагоприятных последствий для здоровья истца, представители ответчика в ходе судебного разбирательства заявили ходатайство о назначении и проведении по делу судебно-медицинской экспертизы, проведение которой просили поручить Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Определением суда от 10 мая 2018 года по делу назначена судебно-медицинская экспертиза, на разрешение экспертной комиссии поставлены следующие вопросы:

1. Был ли у ФИО1 в результате травмы, полученной 15.01.2017, и по факту обращения 15.01.2017 в травматологическое отделение СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости без смещения отломков?

2. Правильно ли СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» было назначено лечение ФИО1 по факту получения ею травмы 15.01.2017?

3. Имеются ли какие-либо недостатки в назначенном и оказанном СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» лечении ФИО1 по факту получения ею травмы 15.01.2017 и в чем они выражаются?

4. Нарушены ли СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» какие-либо стандарты медицинской помощи при оказании медицинских услуг ФИО1 по факту травмы, полученной 15.01.2017?

5. Имеется ли причинно-следственная связь между качеством оказанной СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» медицинской услуги по лечению травмы, полученной ФИО1 15.01.2017, и наступившим у пациентки ФИО1 ухудшением здоровья, на которое она ссылается в иске, а также понесенными ею расходами на приобретение лекарственных средств, медицинских препаратов и услуг (обследований), указанных в томе <данные изъяты> на листах дела <данные изъяты>?

6. Какие в настоящее время имеются нарушения функций травмированной конечности (руки) у пациентки ФИО1 и связаны ли они только с травмой, полученной 15.01.2017, или с проведенным лечением?

Из заключения Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «XX.XX.XXXX» № XXX следует (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>), что

Согласно представленным медицинским документам (в том числе, оригиналу Медицинской карты амбулаторного больного № 663 из СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3», визиограмм правого лучезапястного сустава от 15.01.2017 в стандартных укладках - прямой и боковой проекциях) у ФИО1 в результате травмы, полученной в быту 15.01.2017, и по факту обращения 15.01.2017 в травматологическое отделение СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3», с учетом данных анамнеза о травме (поскользнулась, упала), определялись клинические данные («отек, болезненность при пальпации и движениях в правом лучезапястном суставе, в пальцах правой кисти, острая боль в проекции шиловидного отростка правой лучевой кости») и рентгенологические признаки («косо-поперечное линейное просветление, выходящее на суставную поверхность кости, без её деформации») травмы правой верхней конечности: внутрисуставной косо-поперечный перелом дистального метаэпифиза (нижней трети) правой лучевой кости в области основания шиловидного отростка без смещения отломков.

При этом в заключении врача рентгенолога отражено, что на основании рентгенологического исследования визиограмм правого лучезапястного сустава и правой кисти с захватом лучезапястного сустава ФИО1, он пришел к выводу о том, что

- на 15.01.2017 определяются рентгенологические признаки внутрисуставного косо-поперечного перелома дистального метаэпифиза правой лучевой кости в области основания шиловидного отростка без смещения отломков (в области основания шиловидного отростка дистального метаэпифиза лучевой кости определяется косо-поперечное нечеткое линейное просветление, выходящее на суставную поверхность кости – перелом);

- на 02.03.2017 определяются рентгенологические признаки консолидирующего перелома дистального метаэпифиза правой лучевой кости в области основания шиловидного отростка без смещения отломков (на визиограммах от 17.02.2017 определяется динамика рентгенологической картины в сравнении с данными от 15.01.2017 в виде появления косо-поперечной полосы уплотнения костной структуры в области основания шиловидного отростка дистального метаэпифиза лучевой кости; на визиограммах от 02.03.2017 сохраняется тонкое полосовидное уплотнение костной структуры в области основания шиловидного отростка дистального метаэпифиза лучевой кости);

- на 19.07.2017 определяется полное восстановление костной структуры дистального метаэпифиза правой лучевой кости.

ФИО1 по факту получения ею травмы 15.01.2017 правого лучезапястного сустава при обращении в СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» врачами было назначено правильное лечение: обездвиживание правой верхней конечности - наложение гипсовой иммобилизации правой верхней конечности с момента травмы 15.01.2017 по 05.02.2017. После снятия гипса ФИО1 врачом-травматологом рекомендовалось проведение восстановительного лечения, и она была направлена (направление вклеено в карту) в поликлинику по месту жительства, где с 21.02.2017 по 30.03.2017 получила 18 сеансов ФТЛ, ЛФК, кроме того ей был рекомендован приём НПВС (нестероидных противовоспалительных средств) - при болях артрозилен по 1 капсуле в день (не более 4-х месяцев), диклофенак и/или найз в таблетках по 1 таблетке 3 раза в день, местно 2 раза в день - диклофенак гель 5% (14 дней) и Лиотон 1000 мг гель (30 дней), кроме того - динамическое наблюдение врача-травматолога, на период лечения - ограничение физической нагрузки, затем - расширение двигательного режима.

Таким образом, тактика и объем консервативного лечения ФИО1 на амбулаторном этапе в СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» соответствовали установленному врачом-травматологом диагнозу 15.01.2017, общепринятым правилам лечения данной травмы, изложенным в специальной медицинской литературе (руководствах, методических пособиях и рекомендациях), стандартам и порядкам оказания медицинской помощи по профилю «Травматология и ортопедия».

При изучении оригинала Медицинской карты амбулаторного больного № 663 СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» установлены следующие дефекты ведения медицинской документации:

- редкие записи врача травматолога (15.01.2017, следующая 05.02.2017).

- описание рентгенологического исследования от 15.01.2017 № 742 не информативно.

- не отмечены данные о выполненном рентген-контроле перед снятием гипсовой повязки 05.02.2017 (описаны рентгенограммы только за 15.01.2017 и 17.02.2017).

Вместе с тем, судебно-медицинская экспертная комиссия отмечает, что вышеуказанные дефекты ведения медицинской документации не повлияли на качество и результат лечения ФИО1, поскольку по данным представленных рентгенограмм в настоящее время у нее полностью восстановилась костная структура в области перелома и клинически при проведении настоящего судебно - медицинского обследования 30.07.2018 у неё не отмечается функциональных нарушений в правом лучезапястном суставе и суставах правой кисти, функция правой верхней конечности не нарушена.

При проведении настоящего судебно-медицинского обследования 30.07.2018 нарушений функций травмированной конечности (правой руки) у пациентки ФИО1 врачами-экспертами не установлено.

По данным представленных визиограммах правой кисти с захватом лучезапястного сустава в прямой и косой проекциях от 19.07.2017 в динамике в сравнении с данными от 02.03.2017 у ФИО1 определяется полное восстановление костной структуры дистального метаэпифиза правой лучевой кости.

Таким образом, у ФИО1 в настоящее время определяются последствия травмы правой верхней конечности, полученной в быту 15.01.2017 (внутрисуставного косо-поперечного перелома дистального метаэпифиза (нижней трети) правой лучевой кости в области основания шиловидного отростка без смещения отломков), в виде консолидированного (сросшегося) перелома с полным восстановлением костной структуры правой лучевой кости (рентгенологически) и отсутствием нарушений функции в правом лучезапястном суставе и правой кисти (клинически).

Медицинская помощь в СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» была оказана ФИО1 в соответствие с действующими нормативными документами, общепринятыми правилам лечения вышеуказанной травмы правой верхней конечности, изложенным в специальной медицинской литературе (руководствах, методических пособиях и рекомендациях), в соответствие с утверждёнными стандартами оказания медицинской помощи.

Таким образом, дефектов оказания медицинской помощи (дефектов диагностики и лечения) врачами СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» при оказании медицинской помощи ФИО1 не установлено.

Препараты, указанные на листе дела № 40: артрозилен, диклонат гель, лиотон гель 1000, найз, фастум гель применяются при лечении травмы («косо-поперечный перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости в области основания шиловидного отростка без смещения отломков») и были показаны ФИО1 для лечения последствий вышеуказанной травмы правой верхней конечности, полученной 15.01.2017.

Остальные лекарственные препараты и отмеченные обследования с составлением договоров на оказание платных медицинских услуг, не связаны с бытовой травмой, полученной 15.01.2017, а назначались в связи наличием у ФИО1 сопутствующих заболеваний.

Поскольку дефектов оказания медицинской помощи (дефектов диагностики и лечения) не установлено, то между качеством оказанной СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» медицинской помощи по лечению травмы, полученной ФИО1 в быту 15.01.2017, и наступившим у неё ухудшением здоровья (на которое она ссылается в иске), а также понесенными расходами на приобретение лекарственных средств, медицинских препаратов и услуг (обследований), указанных в томе <данные изъяты> на листах дела <данные изъяты> причинно-следственная связь отсутствует.

Изучив приведенное выше заключение экспертов, суд отмечает, что эксперты <данные изъяты>., <данные изъяты>., <данные изъяты>., <данные изъяты>., обладают специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов, имеют стаж экспертной работы, экспертному исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал. Методы, использованные при экспертном исследовании, и сделанные на его основе выводы научно обоснованны, непротиворечивы, в связи с чем, у суда не возникло сомнений в их правильности. Судебная экспертиза назначена и проведена с соблюдением установленного процессуального порядка.

В судебном заседании истец, не согласившись с заключением судебной экспертизы и настаивая на том, что по факту полученной ею 15.01.2017 травмы у нее отсутствовал перелом, диагностированный ответчиком, вместе с тем не указала на противоречивость выводов судебной экспертизы и не представила доказательств в подтверждение таких доводов. Ссылка истца на то, что вводы судебной экспертизы противоречат имеющимся в материалах дела документам, опровергается заключением экспертизы, из исследовательской части которого следует, что экспертами при проведении экспертизы были подробно изучены и проанализированы все представленные на экспертизу документы; экспертиза проведена с осмотром истца. Ходатайство о назначении дополнительной либо повторной экспертизы с изложением соответствующих мотивов для их проведения истцом заявлено не было.

С учетом изложенного, суд полагает, что заключение судебной экспертизы Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «XX.XX.XXXX» № XXX может быть положено в основу решения суда.

Суд, проверив и оценив представленные истцом в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 67 ГПК РФ на относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, принимая во внимание выводы заключения судебной медицинской экспертизы, считает установленным факт оказания ответчиком истцу медицинской услуги надлежащего качества, в том числе как постановку диагноза по факту полученной ею 15.01.2017 травмы, так и примененных тактики лечения и медицинских мероприятий (манипуляций).

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что в ходе рассмотрения дела обстоятельства, на которые истица ссылается как на обоснование заявленных требований о возмещении вреда здоровью, подтверждения не нашли.

Установленные при рассмотрении настоящего спора обстоятельства и представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи, по мнению суда, полностью исключают вину ответчика в ухудшении здоровья истца, на которое она ссылается в иске, и необходимости несения расходов на приобретение лекарственных средств, медицинских препаратов, услуг, обследований.

Таким образом, суд не усматривает оснований для удовлетворения требования истца о взыскании с ответчика уплаченных денежных средств в размере 22 200 рублей, понесенных на расходы на лечение.

Рассматривая требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере по 500 000 рублей, суд приходит к следующим выводам.

Положениями статьи 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.

Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной XX.XX.XXXX, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (пункт 2 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Согласно статье 1099 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу статьи 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд должен учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости.

В пункте 32 Постановления от 26.01.2010 № 1 Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Поскольку в ходе судебного разбирательства истцом не представлено, а судом не добыто доказательств причинения действиями ответчика вреда здоровью ФИО1, равно как и того, что ответчик является причинителем вреда, по вине которого истец испытала физические и нравственные страдания, в связи оказанием ей некачественной медицинской помощи, требование ФИО1 о взыскании с СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» компенсации морального вреда, в связи с причинением ей вреда здоровью удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца) на основании договора с ним, прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно пункту 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

В данном случае, из заключения судебной медицинской экспертизы следует, что в ходе проведения экспертного исследования при изучении оригинала Медицинской карты амбулаторного больного № 663 СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» установлены дефекты ведения медицинской документации такие как:

- редкие записи врача травматолога (15.01.2017, следующая 05.02.2017);

- описание рентгенологического исследования от 15.01.2017 № 742 не информативно;

- не отмечены данные о выполненном рентген-контроле перед снятием гипсовой повязки 05.02.2017 (описаны рентгенограммы только за 15.01.2017 и 17.02.2017).

Вместе с тем, судебно-медицинская экспертная комиссия в заключении отметила, что вышеуказанные дефекты ведения медицинской документации не повлияли на качество и результат лечения ФИО1 ФИО4 оказания медицинской помощи (дефектов диагностики и лечения) врачами СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 3» при оказании медицинской помощи ФИО1 не установлено.

Принимая во внимание, что доказательств, отвечающих требованиям статьи 67 ГПК РФ, опровергающих указанные выводы судебной экспертизы, не представлено, и в ходе судебного разбирательства не нашел подтверждения факт нарушения ответчиком прав истца, как потребителей, то оснований для удовлетворения требования ФИО1, о взыскании с ответчика компенсации морального вреда также не имеется.

При таких обстоятельствах, оценив все представленные в материалы дела доказательств в совокупности и взаимосвязи с установленными при рассмотрении дела обстоятельствами, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-197 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковое заявление ФИО1 к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская поликлиника № 3» о возмещении вреда здоровью, взыскании расходов, понесенных на лечение, и компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья