Апелляционное постановление № 22-2329/2024 от 22 октября 2024 г. по делу № 1-390/2024

Дело № 22-2329/2024 судья Крамар Н.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 октября 2024 года г. Благовещенск

Амурский областной суд в составе:

председательствующего судьи Назарова А.В.,

при секретаре судебного заседания Кнут И.В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Амурской области Воропаевой Е.Г.,

защитника - адвоката Сухих В.С., представившей ордер № 1183 от 22 октября 2024 года, и удостоверение № 650,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника осуждённого ФИО1 - адвоката Сухих В.С. на приговор Белогорского городского суда Амурской области от 22 октября 2024 года, которым

ФИО1, родившийся <дата> в <адрес>, не судимый,

осуждён по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 3 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

На осуждённого ФИО1 возложена обязанность самостоятельно проследовать к месту отбывания наказания, в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы. Время следования осуждённого к месту отбывания наказания постановлено зачесть в срок лишения свободы из расчёта один день за один день.

Срок отбытия наказания постановлено исчислять с момента фактического прибытия ФИО1 в колонию-поселение.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до дня прибытия осуждённого ФИО1 в колонию-поселение.

На основании ч. 4 ст. 47 УК РФ срок отбывания дополнительного наказания постановлено распространять на всё время отбывания основного наказания в виде лишения свободы и исчислять с момента отбытия основного наказания.

Взыскана с осуждённого ФИО1 в пользу потерпевшей Потерпевший №1 компенсация морального вреда в размере 1 500 000 рублей.

По делу решён вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Назарова А.В.; выступление защитника осуждённого ФИО1 - адвоката Сухих В.С., поддержавшей доводы апелляционной жалобы; мнение прокурора Воропаевой Е.Г., предлагавшей приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения, суд апелляционной инстанции,

установил:

ФИО1 признан виновным и осуждён за нарушение лицом, управляющим автомобилем Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено ФИО1 30 апреля 2024 года в г. Белогорске Амурской области при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе защитник - адвокат Сухих В.С. выражает несогласие с приговором суда, просит его изменить: - признать в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления; - смягчить наказание осуждённому ФИО1 с применением положений ст. 73 УК РФ либо ст. 53.1 УК РФ; - снизить размер компенсации морального вреда до разумных пределов с учётом соразмерности и справедливости. В обоснование своих доводов указала, что назначенное ФИО1 наказание является чрезмерно суровым, поскольку он не оспаривал квалификацию его действий по ч. 3 ст. 264 УК РФ в связи с нарушением п. 8.3 Правил дорожного движения РФ. Полагает, что осуждённый ФИО1 не нарушал п. 8.1 и п. 8.8 Правил дорожного движения РФ. Считает, что осуждённый ФИО1 активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, так как показания данные им в ходе предварительного следствия при допросе и в ходе следственного эксперимента позволили воспроизвести всю картину произошедшего ДТП; после ДТП он вызвал скорую помощью и полицию; принял меры к заглаживанию вреда потерпевшей стороне, что выразилось в принесении извинений устно в судебном заседании, письменно в виде извинительного письма потерпевшей, а также компенсации материальных затрат в виде расходов на погребение; характеризуется положительно, к уголовной ответственности не привлекался, к административной ответственности не привлекался с 2017 года; имеет на иждивении пожилую мать инвалида 2 группы. Полагает, что с учётом изложенных смягчающих наказание обстоятельств, назначенное наказание в виде реального лишения свободы, является чрезмерно суровым. Считает, что в обжалуемом приговоре отсутствует надлежаще мотивированные выводы суда о невозможности назначения наказания в виде принудительных работ или условного осуждения. Указала, что осуждённый ФИО1 в судебном заседании согласился с исковыми требованиями потерпевшей, но с учётом требований разумности и справедливости просил уменьшить их размер. Полагает, что с учётом нахождения у осуждённого на иждивении пожилой матери, являющейся инвалидом 2 группы, возможно снизить сумму компенсации морального вреда.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника заместитель прокурора г. Белогорска Амурской области Черемисова Ю.С. просит оставить её без удовлетворения, а приговор суда без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы защитника и поданных на неё возражений, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, подтверждаются достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, исследованных в судебном заседании, и приведённых в приговоре, которым судом первой инстанции дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Вопросы допустимости и относимости доказательств были рассмотрены судом согласно требованиям главы 10 УПК РФ. Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, тщательно и всесторонне исследовав в судебном заседании доказательства, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, дал объективную оценку всем исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам в их совокупности, в соответствии с требованиями УПК РФ привёл в приговоре мотивы, по которым признал одни доказательства достоверными и допустимыми, и отверг другие (в частности показания осуждённого ФИО1 в части, противоречащей установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела), правомерно признав их недостоверными и не приняв их в качестве доказательств, и, придя к правильному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, обоснованно постановил в отношении него обвинительный приговор.

Судом обоснованно положены в основу приговора показания ФИО1 (в той части, в которой они признаны судом достоверными), поскольку данные доказательства были получены в соответствии с требованиями УПК РФ; процессуальные права ФИО1 были разъяснены; он был предупреждён, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу и в случае последующего отказа от этих показаний.

Суд первой инстанции также обоснованно признал изложенные в приговоре показания потерпевшей и свидетелей достоверными и соответствующими действительности, поскольку они в полном объёме согласуются между собой, и с другими исследованными в судебном заседании и приведёнными в приговоре доказательствами. Показания потерпевшей и свидетелей лишены существенных противоречий, которые бы ставили под сомнение достоверность данных показаний в целом, и которые бы касались обстоятельств, существенно влияющих на доказанность вины осуждённого ФИО1 и квалификацию его действий. Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности потерпевшей и свидетелей, чьи показания были положены в основу приговора, поводов для оговора осуждённого, а также оснований для признания показаний указанных лиц недопустимыми доказательствами, по делу не установлено.

Правильность оценки изложенных в приговоре доказательств по делу, данная судом первой инстанции, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Фактов, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины осуждённого ФИО1 недопустимых доказательств, сведений об искусственном создании доказательств по делу либо их фальсификации, недозволенных методах ведения следствия, судом апелляционной инстанции не установлено.

Квалификация действий ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, является правильной и надлежащим образом в приговоре мотивирована. Оснований для иной квалификации действий ФИО1 не имеется.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию согласно ст. 73 УПК РФ, судом первой инстанции установлены верно, и выполнены все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает полное, всестороннее и объективное рассмотрение дела.

Судом верно признано доказанным, что 30 апреля 2024 года, являясь водителем, осуждённый ФИО1, находясь в районе дома № 2 по ул. 2-я Транспортная в г. Белогорске Амурской области, закончив работы по уборке бытовых отходов, сел за руль грузового автомобиля марки «МАЗ», с государственным регистрационным знаком «Р120ЕХ/27RUS», начав движение. В районе дома № 4 по ул. 2-я Транспортная в г. Белогорске Амурской области водитель ФИО1, управляя указанным грузовым автомобилем, включив левый указатель поворота, решил совершить маневр - разворот налево, в нарушение пункта 8.1 Правил дорожного движения РФ, согласно которого «При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения», будучи невнимательным к дорожной обстановке, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий в виде смерти человека, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, выехал на прилегающую территорию, расположенную к дому № 4 по ул. 2-я Транспортная в г. Белогорске Амурской области, в нарушение пункта 8.3. Правил дорожного движения РФ, согласно которого «При выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги - пешеходам, велосипедистам и лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, путь движения которых он пересекает», создав своими действиями опасность для движения, чем нарушил части 1 пункта 1.5 Правил дорожного движения РФ, согласно которого «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда», допустил наезд на двигающегося по прилегающей территории в районе дома № 4 по ул. 2-я Транспортная в г. Белогорске на велосипеде несовершеннолетнего Ф.И.О.7, <дата> г.р., который от полученных травм скончался на месте происшествия.

Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они подтверждаются совокупностью исследованных и признанных судом достоверными доказательств, в том числе: - показаниями самого осуждённого ФИО1 (в той части, в которой они признаны судом достоверными), - свидетелей Свидетель №1, Свидетель №5, Свидетель №11, Свидетель №12

Показания осуждённого и указанных свидетелей полностью подтверждаются исследованными по делу письменными доказательствами: - протоколом осмотра места происшествия от 30 апреля 2024 года с фототаблицей и схемой дорожного транспортного происшествия; - протоколом следственного эксперимента от 06 июня 2024 года; - заключением эксперта № 232 от 20 июня 2024 года; - заключением эксперта № 129 от 24 июня 2024 года.

Суд правомерно использовал в качестве доказательств по делу заключения проведённых по делу судебных экспертиз, проверив их на предмет допустимости, достоверности и относимости; учитывал при этом полноту проведённых исследований и заключений экспертов, логичность и непротиворечивость сделанных выводов, взаимосвязь с другими доказательствами по делу. При этом суд нашёл указанные заключения экспертов обоснованными и достоверными, поскольку исследования проведены компетентными лицами в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а выводы мотивированны, научно аргументированы, подтверждаются совокупностью иных доказательств.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, исходя из совокупности исследованных в суде доказательств, суд пришёл к обоснованному выводу о том, что нарушение водителем ФИО1 пункта 8.1 и пункта 8.3 Правил дорожного движения РФ состоит в прямой причинной связи с совершением дорожно-транспортного происшествия, в результате которого наступила смерть Ф.И.О.7

Выводы суда первой инстанции о том, что пункт 8.1 Правил дорожного движения РФ был обоснованно вменён в вину осуждённому ФИО1, несмотря на то, что перед совершением манёвра - разворота налево, он подал сигнал левым указателем поворота, суд апелляционной инстанции считает убедительными, поскольку указанный пункт Правил дорожного движения РФ также содержит требование о том, что «При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения».

Согласно заключения эксперта № 232 от 20 июня 2024 года, с технической точки зрения в действиях водителя ФИО1 усматривается несоответствие требованиям пункта 8.1 и пункта 8.3 Правил дорожного движения РФ, выразившееся в том, что при съезде на прилегающую территорию для разворота, он не уступил дорогу велосипедисту, путь движения которого пересекал, при выполнении маневра - разворота налево, создал опасность для движения другому участнику дорожного движения, в связи с чем, совершил наезд на велосипедиста.

С учётом исследованных доказательств, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу, что дорожно-транспортное происшествие произошло вследствие того, что ФИО1 допустил нарушение пункта 8.1 и пункта 8.3 Правил дорожного движения РФ, при этом не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде смерти человека, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не установил каких-либо неопределённостей, которые бы поставили под сомнение законность и обоснованность выводов суда первой инстанции, изложенных в приговоре, относительно наличия прямой причинно-следственной связи между нарушением осуждённым ФИО1 Правил дорожного движения РФ при управлении автомобилем и смертью потерпевшего Ф.И.О.7

Иные доводы стороны защиты также не свидетельствуют о существенных нарушениях уголовного и уголовно-процессуального закона, а сводятся к просьбе дать иную оценку доказательствам, исследованным в судебном заседании, истолковать их в пользу осуждённого, что не является основанием для отмены или изменения приговора, поскольку тот факт, что данная судом первой инстанции оценка доказательств не совпадает с позицией кого-либо из участников процесса, на правильность выводов суда о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении не влияет.

Содержание доводов апелляционной жалобы защитника по существу повторяет процессуальную позицию стороны защиты в судебном заседании первой инстанции, которая была в полном объёме проверена при рассмотрении дела судом и отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств с приведением выводов, её опровергающих.

Нарушений составления обвинительного заключения, а также иных нарушений уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих за собой возможность возвращения дела прокурору по основаниям, предусмотренным ст. 237 УПК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Положенные судом в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, приведены судом в полном объёме и обоснованно признаны судом допустимыми и достоверными. Каких-либо неустранимых противоречий в доказательствах, требующих их истолкования в пользу осуждённого, по делу не имеется. Оснований для иной оценки доказательств суд апелляционной инстанции не находит.

Суд первой инстанции, сохраняя беспристрастность, обеспечил всестороннее исследование обстоятельств дела на основе принципов состязательности сторон, их равноправия перед судом, создав необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Из протокола судебного заседания видно, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273-291 УПК РФ. Стороне защиты предоставлялось право предоставления доказательств, в соответствии со ст. 274 УПК РФ все ходатайства, заявленные в ходе судебного заседания, были рассмотрены надлежащим образом, по ним приняты мотивированные решения в установленном законом порядке, с учётом представленных по делу доказательств, наличия либо отсутствия реальной необходимости в производстве заявленных процессуальных действий с целью правильного разрешения дела и с учётом положений ст. 252 УПК РФ.

При назначении ФИО1 наказания судом учтены положения ст. 6, ст. 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершённого преступления, данные о личности виновного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств, а также влияние наказания на исправление осуждённого и условия жизни его семьи.

Судом первой инстанции в полном объёме учтены смягчающие наказание ФИО1 обстоятельства: - добровольное возмещение материального вреда, причинённого в результате преступления; - иные действия, направленные на заглаживание вреда, причинённого потерпевшей; - оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления; - частичное признание вины и раскаяние в содеянном; - совершение им преступления по неосторожности впервые; - наличие на иждивении матери пожилого возраста.

Каких-либо иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих (ч. 1 ст. 61 УК РФ), но не учтённых при назначении наказания ФИО1, судом апелляционной инстанции не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, оснований для признания в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1 - активного способствования раскрытию и расследованию преступления, суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку по смыслу закона активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, если лицо о совершённом с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органу следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления, ране ему неизвестную.

Между тем, из материалов уголовного дела следует, что до первоначального допроса в качестве подозреваемого от 01 мая 2024 года, факт совершения ФИО1 инкриминируемого ему преступления установлен сотрудниками правоохранительных органов исходя из имевшихся доказательств - протокола осмотра места происшествия от 30 апреля 2024 года с фототаблицей и схемой дорожно-транспортного происшествия.

Каких-либо сведений об обстоятельствах уголовного дела, которые бы не были известны правоохранительным органам, ФИО1 в ходе допросов не сообщил. При этом участие в следственном эксперименте и дача признательных показаний в ходе предварительного расследования не свидетельствует об активном способствования раскрытию и расследованию преступления.

Таким образом, с учётом того, что ФИО1 совершил преступление в условиях очевидности (в том числе в присутствии свидетелей Свидетель №12, Свидетель №1, Ф.И.О.8), был изобличён совокупностью имевшихся в деле доказательств непосредственно после совершения преступления, оснований считать, что ФИО1 активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, суд первой инстанции учёл в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства - наличие на иждивении матери пожилого возраста.

Тот факт, что мать осуждённого также является инвалидом 2 группы, о чём в апелляционной жалобе указала защитник, основанием для повторного учёта в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, не является, поскольку уголовный закон не относит данные обстоятельства к числу обстоятельств, смягчающих наказание, прямо предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, и признание данных обстоятельств таковыми, является правом суда, а не его обязанностью.

С учётом характера, степени общественной опасности и обстоятельств совершённого ФИО1 преступления, оснований для признания в качестве обстоятельства, смягчающего наказание - состояние здоровья матери осуждённого, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Установленные по делу смягчающие наказание обстоятельства, а также данные о личности осуждённого ФИО1, положительно его характеризующие, на которые ссылается его защитник в апелляционной жалобе, были в полном объёме учтены и оценены судом первой инстанции при назначении наказания ФИО1, в связи с чем, оснований для их повторного учёта или переоценки не имеется.

С учётом конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершённого преступления, данных о личности осуждённого ФИО1, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осуждённого и предупреждения совершения им новых преступлений, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о необходимости назначения ФИО1 основного наказания, с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ, в виде лишения свободы на определённый срок, а также дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершённого деяния, что в свою очередь могло бы свидетельствовать о необходимости назначения осуждённому ФИО1 наказания с учётом положений ст. 64 УК РФ, по делу не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, с учётом конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершённого преступления, данных о личности осуждённого ФИО1, суд апелляционной инстанции признаёт обоснованными выводы суда первой инстанции о невозможности применения к осуждённому ФИО1 положений ст. 73 УК РФ, так как приходит к выводу о невозможности исправления осуждённого без реального отбывания наказания.

В силу прямого указания закона замена назначенного наказания в виде лишения свободы принудительными работами допускается лишь в случаях, если суд придёт к выводу о возможности исправления осуждённого без реального отбывания наказания. По данному делу суд первой инстанции пришёл к мотивированному выводу о невозможности исправления осуждённого ФИО1 без изоляции от общества и не применил в таком случае положения ч. 2 ст. 53.1 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции также не находит оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 53.1 УК РФ, для замены лишения свободы на принудительные работы, полагая, что цель назначенного наказания и исправление осуждённого будут достигнуты лишь при отбывании им реального лишения свободы.

Назначенное осуждённому ФИО1 наказание (как основное, так и дополнительное) за совершённое преступление соответствует требованиям уголовного закона, данным о его личности, его нельзя признать чрезмерно суровым, оно является справедливым и соразмерным содеянному, а потому оснований для его смягчения не имеется.

Вид исправительного учреждения осуждённому ФИО1 в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ определён судом правильно.

Гражданский иск потерпевшей Ф.И.О.27 о компенсации морального вреда, рассмотрен судом в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ, с учётом принципов разумности и справедливости.

Исходя из обстоятельств совершения преступления, характера причинённых потерпевшей нравственных страданий, а также материального положения осуждённого, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о том, что исковые требования потерпевшей Потерпевший №1 о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению в сумме 1 500 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции находит эту сумму соответствующей степени пережитых потерпевшей Потерпевший №1 нравственных страданий. Оснований считать, что определённый судом размер компенсации морального вреда является завышенным, не имеется. Оснований для снижения размера компенсации морального вреда, в том числе по доводам апелляционной жалобы защитника о нахождении на иждивении осуждённого его пожилой матери, являющейся инвалидом 2 группы, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений закона, влекущих изменение приговора или его отмену, не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

постановил:

Приговор Белогорского городского суда Амурской области от 20 августа 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника – адвоката Сухих В.С. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в шестимесячный срок в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции через Белогорский городской суд Амурской области, в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ; в случае пропуска срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы, представление на приговор подаётся непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В соответствии с ч. 5 ст. 389.28 УПК РФ осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья А.В. Назаров