Апелляционное постановление № 22К-5305/2025 от 21 октября 2025 г. по делу № 3/1-183/2025

Судья Томилина И.А.

Дело № 22К-5305/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 22 октября 2025 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Александровой В.И.,

при секретаре судебного заседания Кузнецовой Д.А. рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе адвоката Хитрина Д.Л. в защиту обвиняемой Ш. на постановление Свердловского районного суда г. Перми от 16 октября 2025 года, которым

Ш., родившейся дата в ****, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 171.2 УК РФ, избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на срок 1 месяц 29 суток, то есть до 15 декабря 2025 года по адресу: ****.

Установлены запреты: общаться с лицами, являющимися по настоящему уголовному делу подозреваемыми, обвиняемыми, их защитниками, потерпевшими, свидетелями и их представителями; использовать средства связи, включая стационарные и мобильные телефоны, сеть «Интернет», за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, со следователем, о каждом таком звонке Ш. должна информировать контролирующий орган; отправлять и получать почтово-телеграфные отправления.

Изложив краткое содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы, выслушав выступления обвиняемой Ш., адвоката Хитрина Д.Л., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Григоренко П.А. об оставлении постановления без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

17 декабря 2024 года во втором отделе по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю возбуждено уголовное дело № 12402570031000140 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 171.2 УК РФ.

25 сентября 2025 года срок предварительного следствия по уголовному делу продлен надлежащим должностным лицом – руководителем следственного управления Следственного комитета РФ по Пермскому краю – до 17 декабря 2025 года.

15 октября 2025 года по подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст. ст. 91-92 УПК РФ была задержана Ш., в тот же день она была допрошена в качестве подозреваемой.

15 октября 2025 года Ш. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 171.2 УК РФ, в тот же день она была допрошена в качестве обвиняемой.

Следователь второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю с согласия руководителя данного следственного органа обратился в суд с ходатайством об избрании Ш. меры пресечения в виде заключения под стражу. По итогам рассмотрения ходатайства суд принял вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе защитник Хитрин Д.Л. считает постановление суда незаконным, просит его изменить, избрать в отношении Ш. более мягкую меру пресечения. Полагает, что решение суда основано на предположениях, не подтвержденных фактическими данными. Представленные следователем материалы не содержат достаточных данных, дающих основание полагать, что обвиняемая Ш. скроется от органа предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства или иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. Не установлено таких данных и в процессе рассмотрения ходатайства следователя в суде. Уголовное дело было возбуждено 17 декабря 2024 года, о чем было известно Ш., за этот период у нее была реальная возможность, находясь на свободе, уничтожить доказательства, активно противодействовать их собиранию, путем оказания психологического либо иного давления на участников уголовного судопроизводства, договориться со свидетелями и соучастниками преступления о мерах по противодействию следствию, а так же иным способом воспрепятствовать производству и объективному расследованию уголовного дела. Однако Ш. таких действий не совершала, а представленные следователем материалы таких сведений не содержат. До задержания органом предварительного следствия Ш. какая-либо мера пресечения не избиралась, обязательства о явке не отбиралось, она добровольно являлась в следственный орган. Ш. постоянно проживает с семьей в собственном доме, никаких попыток скрыться от следствия или иным способом помешать следствию она не предпринимала, и 15 октября 2025 года была задержана по этому же адресу, что свидетельствует о том, что органам предварительного следствия было известно место фактического проживания обвиняемой, по этому же адресу органами предварительного следствия был проведен обыск. В постановлении не содержится убедительных доводов, из которых следовало бы, что избрание иной меры пресечения не обеспечит явку Ш. в органы следствия, в суд. Ш. на иждивении имеет несовершеннолетнего ребенка, совершеннолетнюю дочь, которая учится в учебном заведении по очной форме обучения, кроме того, она помогает материально родителям, которые являются пенсионерами, официально трудоустроена и имеет доход, не судима. Таким образом, отсутствовали достаточные основания для избрания в отношении Ш. столь суровой меры пресечения как домашний арест.

Проверив представленные материалы, доводы апелляционной жалобы, заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. ст. 97, 99 УПК РФ суд вправе избрать меру пресечения в виде заключения под стражу при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый (обвиняемый) скроется от органов дознания, предварительного следствия и суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. При решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого (обвиняемого) в совершении преступления и определения ее вида помимо прочего должны учитываться тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие имеющие значение обстоятельства.

На основании ч. 1 ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями первой.1, первой.2 и второй настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Согласно ст. 107 УПК РФ, домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля. Домашний арест избирается на срок до двух месяцев. В срок домашнего ареста засчитывается время содержания под стражей. Суд с учетом данных о личности подозреваемого или обвиняемого, фактических обстоятельств уголовного дела и представленных сторонами сведений при избрании домашнего ареста в качестве меры пресечения может установить запреты, предусмотренные пунктами 3 - 5 части шестой статьи 105.1 настоящего Кодекса.

При вынесении обжалуемого постановления данные требования закона судом были в полной мере выполнены.

Из представленных материалов усматривается, что ходатайство следователя рассмотрено с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, а также основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в том числе принципов состязательности и равноправия сторон в процессе, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав, при этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было.

Суд проверил законность задержания Ш., а также обоснованность подозрения ее в причастности к совершению вменяемого преступления, и пришел к правильному выводу о наличии оснований для избрания в отношении нее меры пресечения, а именно о наличии вероятности уклонения обвиняемой от следствия, оказанию воздействия на свидетелей и иных участников производства по делу, уничтожения доказательств, органом предварительного следствия ей вменяется совершение тяжкого преступления в составе организованной группы.

Однако, самого факта существования оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, недостаточно для заключения подозреваемого или обвиняемого под стражу, поскольку эти основания в равной степени относятся ко всем мерам пресечения. Выбор же ее конкретного вида определяется необходимостью предупреждения указанных в ст. 97 УПК РФ действий. В этой связи более строгая мера пресечения избирается лишь в случае невозможности достичь указанной цели с применением менее строгой меры пресечения.

Оценивая риски уклонения Ш. от следствия, возможности воспрепятствования предварительному расследованию и характер необходимых для предотвращения этого мер процессуального принуждения, суд первой инстанции учел, что тяжесть предъявленного обвинения не может оцениваться изолированно от сведений, характеризующих личность обвиняемой, и иных обстоятельств, предусмотренных ст. 99 УПК РФ. Суд дал надлежащую оценку совокупности обстоятельств, которые вероятность совершения указанных действий снижают. Так, Ш. не судима, имеет постоянное место жительства и работы, имеет на иждивении детей, в том числе малолетнего ребенка, и мать, имеющую инвалидность.

Однако, вопреки доводам жалобы, избирая меру пресечения в виде домашнего ареста, суд учел, что Ш. органом предварительного следствия обвиняется в совершении тяжкого преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет, она знакома со свидетелями и предполагаемыми соучастниками по делу, по месту регистрации не проживает, по месту фактического жительства регистрации не имеет, в связи с чем, вопреки доводам жалобы, правильно пришел к выводу о том, что Ш., находясь на свободе, с 15 октября 2025 года являясь обвиняемой по уголовному делу, может уклониться от явки к следователю для производства следственных и процессуальных действий, скрыться от органа предварительного следствия, оказать воздействие на свидетелей и иных участников производства по делу, уничтожить доказательства, чем может воспрепятствовать производству по уголовному делу. Так, обвиняемая по уголовному делу Б. при допросе указала, что ранее она близко общалась с Ш.

Суд первой инстанции, оценивая приведенные обстоятельства в совокупности, пришел к обоснованному выводу, что надлежащее поведение Ш., в том числе исключение возможности уклонения от органов предварительного расследования, оказания воздействия на свидетелей и иных участников производства по делу, уничтожения доказательств, может быть обеспечено путем изоляции обвиняемой от общества в фактически занимаемом ею жилом помещении и с установлением запретов, то есть с применением к ней меры пресечения в виде домашнего ареста.

В настоящее время органом предварительного следствия осуществляется сбор и закрепление доказательств по уголовному делу. На данном этапе производства по уголовному делу сама лишь возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок может свидетельствовать о том, что лицо может скрыться от органа предварительного расследования.

Вопреки доводам жалобы, в соответствии с действующим законодательством поводом для избрания подозреваемому (обвиняемому) меры пресечения является наличие оснований полагать, что он скроется от органа предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелям, иным участникам судопроизводства, уничтожить доказательства. То есть, действующее законодательство не требует наличие бесспорных доказательств этому, а устанавливает лишь наличие оснований полагать (предполагать) возможность со стороны подозреваемого (обвиняемого) попыток уйти от ответственности хотя бы одним из вышеприведенных способов.

Таким образом, избранная в отношении Ш. мера пресечения в виде домашнего ареста с учетом категории инкриминируемого деяния, данных о ее личности, а также других обстоятельств дела, в наибольшей степени гарантирует обеспечение задач уголовного судопроизводства, охрану прав и законных интересов участников процесса. Запреты судом установлены с учетом положений ч. 7 ст. 107 УПК РФ.

Оснований для избрания обвиняемой Ш. меры пресечения, не связанной с изоляцией об общества, не имеется, поскольку любая другая мера пресечения, не связанная с изоляцией от общества, не обеспечит ее надлежащее поведение и предупреждение совершения ею действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, в том числе не исключит применение обвиняемой средств связи.

Вопреки доводам жалобы, не является безусловной гарантией надлежащего поведения обвиняемой и то обстоятельство, что, находясь ранее в статусе свидетеля по уголовному делу, она добровольно являлась в следственный орган и место фактического жительства не изменяла.

Наличие на иждивении детей, в том числе малолетнего ребенка, матери, имеющей инвалидность, наличие места работы, где обвиняемая осуществляет деятельность на протяжении менее 7 месяцев, в данном конкретном случае не являются основаниями для отмены обжалуемого решения. Кроме того, при разрешении вопросов, связанных с мерой пресечения, суд не входит в обсуждение вопросов о виновности или невиновности лица в совершении преступления, о доказанности вины, квалификации действий и оценки доказательств и иных обстоятельств по делу.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении ходатайства следователя, влекущих отмену либо изменение постановления, судом первой инстанции допущено не было. Постановление суда соответствует положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, оно основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах и исследованных в судебном заседании, является законным, обоснованным и мотивированным.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Свердловского районного суда г. Перми от 16 октября 2025 года в отношении Ш. - оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Хитрина Д.Л. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении материалов дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись