Решение № 2-1794/2017 2-1794/2017~М-1484/2017 М-1484/2017 от 16 августа 2017 г. по делу № 2-1794/2017

Дело № 2-1794-17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Кемерово 17 августа 2017 года

Заводский районный суд г. Кемерово Кемеровской области

в составе председательствующего Жигалиной Е.А.,

при секретаре Маслеевой Ю.Е.,

с участием помощника прокурора Заводского района г. Кемерово Жумаевой Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское делу по иску ФИО1 к ГУФСИН России по Кемеровской области, ФСИН России, ФКУЗ МСЧ №42 ФСИН России о признании травмы в качестве военной, обязании внести изменения формулировки диагноза, основания увольнения, взыскании пособия в возмещение вреда здоровью,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГУФСИН России по Кемеровской области, ФСИН России, ФКУЗ МСЧ №42 ФСИН России о признании травмы в качестве военной, обязании внести изменения формулировки диагноза, основания увольнения, взыскании пособия в возмещение вреда здоровью. Свои требования мотивировал тем, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он проходил непрерывно службу в органах внутренних дел и уголовно-исполнительной системы РФ в Кемеровской области, затем с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Общий срок службы – 25 лет 9 месяцев 13 дней. На день увольнения со службы занимал должность заместителя начальника по безопасности и оперативной работе ФБУ ИК-44 ГУФСИН России по Кемеровской области. ДД.ММ.ГГГГ военно-врачебная комиссия ФБЛПУ КБ-1 ГУФСИН России по Кемеровской области по распоряжению кадрового аппарата ФБУ ИК-44 ГУФСИН России по Кемеровской области провела медицинское освидетельствование истца и согласно Свидетельства о болезни № истец был признан не годным к службе в должности заместителя начальника <данные изъяты> по безопасности и оперативной работе по 2-ой группе предназначения, годным к службе в должностях, отнесенных к 4 группе предназначения, в связи с заболеванием, полученным в период военной службы. ДД.ММ.ГГГГ истцом был подан рапорт об увольнении по ограниченному состоянию здоровья на основании заключения военно-врачебной комиссии об ограниченной годности к службе и невозможности по состоянию здоровья исполнять служебные обязанности в соответствии с занимаемой должностью и отсутствии возможности перемещения по службе на должность, в соответствии с которой истец мог бы исполнять служебные обязанности с учетом состояния здоровья. ДД.ММ.ГГГГ года генерал-лейтенант внутренней службы ФИО19 вынес приказ об увольнении истца на основании ст. 58 п. «Б» Постановления ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № в связи с достижением предельного возраста. Данный приказ был вынесен без учета Свидетельства о болезни № и без учета положений Приказа Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах исполнительной системы», поскольку с истцом не проводилась беседа, в ходе которой не были разъяснены возможные льготы, гарантии, компенсации; заключение ВВК о негодности к службе не было учтено, в то время как при увольнении истца имелись основания для применения двух формулировок увольнения: по выслуге лет и по ограниченному состоянию здоровья, в связи с чем, с согласия истца применению подлежала та формулировка, которая давала бы право на получение наибольших гарантий и компенсаций; истцу не было представлено заключение кадрового подразделения о свободных должностях, относящихся к четвертой группе предназначения как не было представлено заключение кадрового подразделения о невозможности перевода истца на другую должность, относящуюся к четвертой группе предназначения. Полагает, что вынесение приказа об увольнении с неверной формулировкой ограничило его законное право на возмещение вреда его здоровью, поскольку он был незаконно лишен права получения компенсации за получение травмы, полученной при исполнении обязанностей военной службы в виде единовременного пособия. ДД.ММ.ГГГГ истец обратился к ГУФСИН России по Кемеровской области с целью защиты нарушенных прав на возмещение вреда здоровью, однако в удовлетворении его требований было отказано. Обосновывая свой отказ в выплате компенсации за получение заболеваний в период военной службы в виде единовременного пособия, ГУФСИН России по Кемеровской области указывает на отсутствие формулировки «военная травма» в свидетельстве о болезни от ДД.ММ.ГГГГ №, в котором установлено, что последствия черепно-мозговой травмы (ДД.ММ.ГГГГ) послужили основанием для признания истца не годным к дальнейшей службе. Последствия этой травмы признаны в качестве заболевания, полученного в период военной службы, что не дает оснований для выплаты указанного единовременного пособия. Полагает, что черепно-мозговая травма, полученная им в ДД.ММ.ГГГГ, должна быть признана в качестве военной травмы, т.е. увечья, полученного при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей), в связи с тем, что данная травма была получена им по пути следования с места службы домой, а значит ее следует квалифицировать как полученную при исполнении служебных обязанностей (при осуществлении служебной деятельности) сотрудника органов внутренних дел и уголовно-исполнительной системы, что соответствует законодательству, действовавшему как в период причинения травмы истцу, так и в последующее время. Причинная связь заболеваний сотрудника органов внутренних дел с исполнением служебных обязанностей в соответствии с действующим правовым регулированием, Положением о военно-врачебной экспертизе устанавливается лишь посредством проведения военно-врачебной экспертизы, для проведения которой создаются военно-врачебные комиссии, выдающие заключение о причинной связи увечья с формулировкой «военная травма», если увечье получено освидетельствуемым при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей). Возникновение же у освидетельствуемого в период прохождения военной службы заболевания, увечья в результате несчастного случая является основанием для заключения о причинной связи с формулировкой «заболевание получено в период военной службы». Указывает, что после получения черепно-мозговой травмы в сентябре 1989 года ответчик служебную проверку необоснованно не проводил, получение данной травмы по пути следования домой подтверждалось медицинской картой, которая в настоящее время в соответствии с Приказом главного врача МБУЗ «<данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № уничтожена путем сжигания. Указывает, что в материалах личного дела истца имеется выписной эпикриз Беловской центральной районной больницы за ДД.ММ.ГГГГ год, а также факт получения травмы могут подтвердить свидетели.

Просит взыскать с ответчика в свою пользу возмещение вреда здоровью в виде пособия - пятилетнего содержания за получение военной травмы, полученной при исполнении служебных обязанностей за 2014 г., 2015 г., 2016 г. в размере 296892 руб. с учетом индексации; признать черепно-мозговую травму, полученную в 1989 году, в качестве военной травмы; обязать ответчика внести изменения в Свидетельство о болезни № от ДД.ММ.ГГГГ в части изменения формулировки диагноза на <данные изъяты>»; обязать ответчика изменить основание Приказа об увольнении со ст. 58 п. «Б» на ст. 58 п. «З» Постановления ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации и текста Присяги сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации».

Истец ФИО1 в судебном заседании на исковых требованиях настаивал, просил удовлетворить их в полном объеме, суду пояснил, что проходил службу в органах внутренних дел и уголовно-исполнительной системы РФ в <адрес>, в период службы в <данные изъяты> в сентябре ДД.ММ.ГГГГ года неизвестными лицами ему была причинена черепно-мозговая травма по пути следования домой со службы, после чего он находился на стационарном лечении в Беловской центральной районной больнице не менее 21 дня. После выписки на работу в установленном порядке предъявил больничный лист, информацией о том, проводилась ли по месту его службы какая-либо служебная проверка по факту его травмы, не обладает. После полученной травмы его беспокоит шум в ушах, однако при прохождении комиссий в последующее время не жаловался на данное последствие травмы, поскольку его могли уволить со службы по состоянию здоровья. Также пояснил, что в 1995 году им была получена еще одна травма головы, но получена не в период осуществления служебной деятельности, а в период ежегодного отпуска. Заключение военно-врачебной комиссии от 2011 года не оспаривал, подал раппорт об увольнении со службы по собственному желанию как сказали работники кадровой службы. Ранее в суд не обращался с требованиями о возмещении вреда здоровью, об оспаривании заключения военно-врачебной комиссии, а также о признании приказа об увольнении незаконным, поскольку последствия травмы не беспокоили так сильно, однако сейчас в силу возраста шумы усилились, состояние здоровья ухудшилось, что явилось причиной обращения его в суд с данными требованиями.

В судебном заседании представитель истца ФИО6 ФИО13, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал, просил удовлетворить их в полном объеме, полагает, что ответчиком были нарушены права истца при увольнении, поскольку имелись основания для применения двух формулировок увольнения: по выслуге лет и по ограниченному состоянию здоровья, однако с истцом не проводилась беседа, в ходе которой должны были быть разъяснены возможные льготы, гарантии и компенсации. Кроме того, на момент увольнения истцу не было представлено заключение кадрового подразделения о свободных должностях, относящихся к четвертой группе предназначения, как не было представлено заключение кадрового подразделения о невозможности перевода истца на другую должность, относящуюся к четвертой группе предназначения. Полагает, что вынесение приказа об увольнении истца с неверной формулировкой увольнения (неверным основанием увольнения) ограничило законное право истца на возмещение вреда его здоровью, так как он был незаконно лишен права получения компенсации за получение травмы, полученной при исполнении обязанностей военной службы.

Представитель ГУФСИН России по Кемеровской области, ФСИН России ФИО2, действующий на основании доверенностей, в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований в полном объеме, полагал, что поскольку оспариваемое заключение ВВК от ДД.ММ.ГГГГ подготовлено самостоятельным юридическим лицом ФБЛПУ КБ-1 ГУФСИН России по Кемеровской области, надлежащим ответчиком по делу является ФКУЗ МСЧ-42 ФСИН России. Кроме того, заявил о пропуске истцом срока обращения в суд с требованием об обжаловании основания увольнения (приказа ГУФСИН России по Кемеровской области), обжалования заключения ВВК ФБЛПУ КБ-1 ГУФСИН России по Кемеровской области от 07.04.2011 года, просил применить последствия пропуска истцом срока обращения в суд, отказав в удовлетворении исковых требований.

Представители ФКУЗ МСЧ-42 ФСИН России ФИО3, ФИО4, действующие на основании доверенностей, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований в полном объеме по основаниям, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление.

Представитель ФКУ ИК-44 ГУФСИН России по Кемеровской области в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки не сообщил, о рассмотрении дела в его отсутствие не ходатайствовал, представил в суд письменное возражение на исковое заявление, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело может быть рассмотрено в отсутствие представителя ФКУ ИК-44 ГУФСИН России по Кемеровской области.

Выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, допросив свидетелей, заключение прокурора, полагавшего исковые требования истца подлежащими оставлению без удовлетворения в полном объеме, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В соответствии с положениями ст. 24 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5474-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» кработникамуголовно-исполнительнойсистемыотносятсясотрудники, имеющие специальные звания рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации. Порядок и условия прохождения службысотрудникамиуголовно-исполнительнойсистемырегламентируются настоящим Законом и другими законами Российской Федерации, Положением о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, нормативно-правовыми актами Министерства внутренних дел Российской Федерации.

Указом Президента Российской Федерации от 28 июля 1998 года № 904 «О передачеуголовно-исполнительнойсистемыМинистерства внутренних дел Российской Федерации в ведение Министерства юстиции Российской Федерации»уголовно-исполнительнаясистема Министерства внутренних дел Российской Федерации с входящими в ее состав по состоянию на 1 августа 1998 года центральным и территориальными органами, учреждениями, предприятиями, организациями и имуществом, используемым ею в своей деятельности передана в ведение Министерства юстиции Российской Федерации с 1 сентября 1998 года (пункт 1).

В соответствии с пунктом 2 названного Указа Президента Российской Федерацииуголовно-исполнительнаясистемаМинистерства юстиции Российской Федерации является правопреемникомуголовно-исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации.

Указом Президента Российской Федерации от 9 марта 2004 года № 314 «Осистемеи структуре федеральных органов исполнительной власти» образована Федеральная служба исполнения наказаний с передачей ей функции Министерства юстиции Российской Федерации по обеспечению исполнения уголовных наказаний, содержания подозреваемых, обвиняемых, подсудимых и осужденных, находящихся под стражей, этапирования, конвоирования, а также контроля за поведением условно осужденных и осужденных, которым судом предоставлена отсрочка отбывания наказания, за исключением функций по принятию нормативных правовых актов.

В соответствии с частью 4 статьи 34.1 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5473-1 (ред. от 3 декабря 2011 г.) «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» в случае причинения сотруднику уголовно-исполнительной системы в связи с выполнением служебных обязанностей увечья или иного повреждения здоровья, исключающих возможность дальнейшего прохождения службы в уголовно-исполнительной системе и повлекших стойкую утрату трудоспособности, ему выплачивается ежемесячная денежная компенсация в размере утраченного денежного довольствия по состоянию на день увольнения со службы в уголовно-исполнительной системе за вычетом размера назначенной пенсии по инвалидности с последующим взысканием выплаченных сумм компенсации с виновных лиц.

Из приведенных нормативных положений и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что одним из основных условий выплаты ежемесячных сумм возмещения вреда здоровью в соответствии с частью 4 статьи 34.1 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5473-1 является не только причинение увечья сотруднику при исполнении служебных обязанностей, исключающего для него возможность дальнейшего прохождения службы, но и назначение ему пенсии по инвалидности.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 октября 2005 г. N 198 утверждена Инструкция о порядке возмещения ущерба в случае гибели (смерти) или причинения увечья сотруднику уголовно-исполнительной системы, а также ущерба, причиненного имуществу сотрудника уголовно-исполнительной системы или его близких. Действовала до 19.06.2013 года.

Инструкция определяет порядок оформления документов, выплаты единовременных пособий и сумм в возмещение ущерба сотрудникам уголовно-исполнительной системы или их близким. Раздел VI Инструкции, в том числе пункты 21 и 22 регулируют порядок возмещения ущерба здоровью при установлении сотруднику группы инвалидности вследствие военной травмы, т.е. определенной категории инвалидов, предусмотренной пунктом "а" статьи 21, пунктом "а" статьи 22 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. N4468-1. Пункт 21 Инструкции разъясняет право сотрудника при назначении пенсии по инвалидности вследствие военной травмы, приведшей к досрочному увольнению со службы по болезни или ограниченному состоянию здоровья, на получение ежемесячных сумм в возмещение вреда в зависимости от степени утраты профессиональной трудоспособности, а пунктом 22 Инструкции справка пенсионного отдела о назначении пенсии по инвалидности включена в перечень документов, являющихся основанием для принятия решения и издания приказа о выплате ежемесячных сумм в возмещение вреда здоровью, что соответствует положениям части 4 статьи 34.1 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N5473-1.

Судом установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 проходил непрерывную службу в органах внутренних дел и уголовно-исполнительной системы РФ в Кемеровской области, затем с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года.

Согласно направлению кадрового аппарата ФБУ ИК-44 ГУФСИН России по Кемеровской области ФИО1 направлен на медицинское освидетельствование в ВВК для определения годности к службе в связи с увольнением.

Заместитель начальника по безопасности и оперативной работе ФБУ ИК-44 ГУФСИН России по Кемеровской области ФИО1 был освидетельствован Военно-врачебной комиссией ФБЛПУ КБ-1 ГУФСИН России по Кемеровской области, о чем выдано заключение ВВК, оформленное свидетельством о болезни, от ДД.ММ.ГГГГ года № с указанием причинной связи заболеваний, полученных в период службы и категории годности к военной службе на момент освидетельствования (л.д. 82-83).

Приказом ГУФСИН России по Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ года № л/с ФИО1 уволен по пункту «Б» ст. 58 Положения о службе в ОВД в связи с достижением предельного возраста (л.д. 51).

Заявляя требование о признании черепно-мозговой травмы, полученной в 1989 году в период прохождения службы в органах ГУФСИН России по Кемеровской области в качестве военной травмы, истец ставит вопрос об изменении формулировки заключения военно-врачебной комиссии на <данные изъяты>

В материалах дела имеется свидетельство о болезни от ДД.ММ.ГГГГ №, выданное ФИО9-врачебной комиссией ФБЛПУ КБ-1 ГУФСИН России по Кемеровской области (л.д. 11).

Судом установлено, что при вынесении решения ВВК руководствовалось Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ года №123 «Об утверждении Положения о военно-врачебной экспертизе», приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ года №206 «Об утверждении инструкции о порядке проведения военно-врачебной экспертизы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации», а также медицинскими документами, представленными ФИО1 на момент освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ года.

Исходя из медицинских документов на момент освидетельствования было установлено, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года находился на лечении в травматологическом отделении <данные изъяты> по поводу «<данные изъяты> направлен неврологом городской больницы №4, получал <данные изъяты> Согласно представленного выписного эпикриза на глазном дне паталогии не выявлено. Выписывается по выздоровлению, по рекомендации невролога. Других результатов исследований (рентген черепа, РЭГ, ЭХО ЭГ, осмотр невролога) в эпикризе нет, подпись лечащего врача, зав. отделением – отсутствуют. В ДД.ММ.ГГГГ году освидетельствован Окружной военно-врачебной комиссией УВД Кемеровской области в связи с поступлением в Академию МВД РФ, заключение № от марта ДД.ММ.ГГГГ года: <данные изъяты> Приказом ГУФСИН России по Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ года № л/с ФИО1 уволен по пункту «В» ст. 58 Положения о службе в ОВД (по выслуге срока службы, дающего право на пенсию). В 2007 году при восстановлении на службу представил в ВВК выписку из амбулаторной карты поликлиники №1 на станции Белово НУЗ Узловая больница на станции Белово ОАО «РЖД» от 27.11.2007 года, что <данные изъяты>. Освидетельствован в ВВК, информации о ранее перенесенной <данные изъяты> (сотрясении <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ года) не предоставлял, изменений <данные изъяты> при медицинском освидетельствовании не выявлено. В последующие годы до ДД.ММ.ГГГГ года обращений за медицинской помощью не было. При увольнении со службы в ДД.ММ.ГГГГ году, согласно представленной выписке из амбулаторной карты поликлиники МУЗ «Беловская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ года обращался на прием ДД.ММ.ГГГГ года по поводу <данные изъяты> и ДД.ММ.ГГГГ года по поводу <данные изъяты>. <данные изъяты> согласно копии врачебной справки из <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ года находился на стационарном лечении в <данные изъяты> отделении с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года: <данные изъяты> (ЗЧМТ ДД.ММ.ГГГГ г.), <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты> Согласно выписке из амбулаторной карты № Клиническая больница №1 ГУФСИН России по Кемеровской области с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года: профилактические осмотры в ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ годах – <данные изъяты>. <данные изъяты> (12.10.2010): МР-картина <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты> На момент освидетельствования ВВК в связи с увольнением отмечал жалобы на постоянное <данные изъяты><данные изъяты>. <данные изъяты><данные изъяты>. По результатам исследований: ЭМГ № (ДД.ММ.ГГГГ) - <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты>.

Выписок об обращении по факту <данные изъяты> травмы ДД.ММ.ГГГГ года не предоставлял в ВВК. Со слов, служебная проверка по факту травмы ДД.ММ.ГГГГ года (<данные изъяты>) не проводилась.

Согласно ответу и.о. начальника ФБУ <данные изъяты> ГУФСИН России по Кемеровской области майора внутренней службы ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ сообщалось, что в личном деле подполковника внутренней службы ФИО1 отсутствуют материалы служебных проверок по факту травм ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГДД.ММ.ГГГГ год ФИО1 получил травму головы <данные изъяты> Лечился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в травматологическом отделении МУЗ «Беловская центральная районная больница» по диагнозу: «Сотрясение головного мозга. Ушибы, ссадины верхних конечностей». По завершению лечения выписан с выздоровлением ДД.ММ.ГГГГ. Указанная травма не исключила возможности продолжения службы в УИС, что подтверждается дальнейшей службой до момента увольнения из УИС в апреле 2011 года (п. 184 приказа Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №).

На момент освидетельствования ФИО1 представлены документы (незаверенная копия врачебной справки из МУЗ Городской больницы № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, выписка из амбулаторной карты поликлиники МУЗ «Беловская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГГГ) с указанием наличия <данные изъяты><данные изъяты> Консультация областного невролога от ДД.ММ.ГГГГ информации о травме ДД.ММ.ГГГГ года (<данные изъяты> не содержит, но указывается травма ДД.ММ.ГГГГ года (<данные изъяты>) - не подтвержденная медицинскими документами; также отмечаются начальные проявления <данные изъяты> Наличие <данные изъяты> подтверждалось МРТ головного мозга от ДД.ММ.ГГГГ: «...<данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты>

На основании вышеизложенного и по результатам медицинского освидетельствования подполковника внутренней службы заместителя начальника по безопасности и оперативной работе ФБУ <данные изъяты> ГУФСИН по Кемеровской области ФИО1 Военно-врачебной комиссией ФБЛПУ КБ-1 ГУФСИН России по Кемеровской области ДД.ММ.ГГГГ вынесено заключение №: «<данные изъяты> (СГМ ДД.ММ.ГГГГ г.). <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты>

ВВК рассмотрены все представленные медицинские и экспертные документы при вынесении решения. Каких-либо новых медицинских документов при увольнении не предоставлено.

Истец заявляет требования об обязании ответчика внести изменения в свидетельство о болезни № от ДД.ММ.ГГГГ в части, касающейся формулировки диагноза на «<данные изъяты> ссылаясь на абзац первый п.п. «а» п.94 Постановления Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении Положения о военно-врачебной экспертизе», в соответствии с которым Военно-врачебная комиссия выносит заключения о причинной связи увечий, заболеваний со следующими формулировками: а) "<данные изъяты>

если увечье получено освидетельствуемым при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей);

если заболевание получено освидетельствуемым при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей) в результате поражений, обусловленных воздействием радиоактивных веществ, источников ионизирующего излучения, компонентов ракетных топлив и иных высокотоксичных веществ, токсичных химикатов, относящихся к химическому оружию, источников электромагнитного поля и лазерного излучения, микроорганизмов I и II групп патогенности;

если увечье, заболевание получено в период пребывания освидетельствуемого в составе действующей армии в годы гражданской войны, Великой Отечественной войны, на Китайско-Восточной железной дороге в 1929 году, во время советско-финляндской войны 1939 - 1940 годов, в период боевых действий в Западной Белоруссии и на Западной Украине в 1939 году, в боях у озера Хасан в 1938 году и на реке Халхин-Гол в 1939 году, во время войны с Японией 1945 года, а также в боевых операциях по ликвидации националистического подполья (бандитизма) на территориях Украинской ССР, Белорусской ССР, Латвийской ССР, Литовской ССР и Эстонской ССР в период с 1 января 1944 г. по 31 декабря 1951 г. (при наличии удостоверения участника войны), во время пребывания в плену (если пленение не было добровольным и военнослужащий, находясь в плену, не совершил преступления против Родины), либо если имело место прогрессирование (утяжеление течения) заболевания, возникшего до указанных событий, либо если хроническое, медленно прогрессирующее заболевание подтверждается медицинскими документами и особенностями течения заболевания, позволяющими отнести начало заболевания к периоду участия освидетельствуемого в указанных событиях;

если заболевание возникло у освидетельствуемого в период проведения контртеррористических операций, выполнения задач в условиях чрезвычайного положения или при вооруженных конфликтах (при условии льготного исчисления выслуги лет для назначения пенсии из расчета 1 месяц службы за 3 месяца), либо в период прохождения военной службы (приравненной службы) в государстве, где велись боевые действия (при условии льготного исчисления выслуги лет для назначения пенсии из расчета 1 месяц службы за 3 месяца), либо в период его пребывания на разведывательной и контрразведывательной работе за границей, или если имело место прогрессирование (утяжеление течения) заболевания, возникшего до указанных событий, или если хроническое, медленно прогрессирующее заболевание подтверждается медицинскими документами и особенностями течения заболевания, позволяющими отнести начало заболевания к периоду участия освидетельствуемого в указанных событиях (при данных условиях);

если заболевание вирусным гепатитом, синдромом приобретенного иммунодефицита (СПИДом) или ВИЧ-инфицирование возникло у освидетельствуемого в период нахождения на лечении вследствие хирургического вмешательства (медицинской манипуляции), а у освидетельствуемого из числа медицинских работников - вследствие ранения, полученного при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей);

если увечье, заболевание возникло у освидетельствуемого при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей) вследствие укуса насекомого, пресмыкающегося или телесного повреждения, нанесенного животным;

если у военнослужащего, гражданина, проходящего приравненную службу, возникло поствакцинальное осложнение, вызванное профилактическими прививками, включенными в национальный календарь профилактических прививок, и профилактическими прививками по эпидемическим показаниям.

При этом, документов, подтверждающих факт получения травмы ДД.ММ.ГГГГ года при исполнении служебных обязанностей при увольнении истцом представлено не было. Кроме того, данная травма не помешала пройти медицинское освидетельствование при восстановлении на службу в <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ году, а также не исключила возможности продолжения службы в <данные изъяты> что подтверждается дальнейшей службой до момента увольнения из <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п.97 Постановления Правительства РФ № 565 от 04.07.2013 «Об утверждении Положения о военно-врачебной экспертизе» при освидетельствовании граждан, проходящих (проходивших) военную службу (приравненную службу), военные сборы и получивших в период прохождения военной службы (приравненной службы), военных сборов, увечье, заболевание, но не имеющих справки о травме, военно-врачебная комиссия может вынести заключение о причинной связи увечья, заболевания на основании рассмотрения других документов, отражающих обстоятельства получения увечья, заболевания. Свидетельские показания об обстоятельствах получения гражданином ранения, травмы могут быть приняты военно-врачебной комиссией во внимание только при наличии у него явных последствий телесных повреждений, полученных в период боевых действий, и при условии, что показания даны 2 и более свидетелями, проходившими военную службу (приравненную службу), военные сборы вместе с освидетелъствуемым в период получения им телесных повреждений. Факт прохождения свидетелями военной службы (приравненной службы), военных сборов вместе с освидетельствуемым должен быть подтвержден командиром воинской части, в которой освидетельствуемый проходил военную службу (приравненную службу), военные сборы, или военным комиссаром по месту жительства свидетелей. Свидетельские показания не являются основанием для установления факта перенесения гражданином, проходившим военную службу (приравненную службу), военные сборы, заболевания или контузии.

При указанных обстоятельствах, требование истца о признании <данные изъяты>, полученной в ДД.ММ.ГГГГ году в качестве военной травмы не может быть установлено судом, поскольку установление причинной связи заболеваний и полученной травмы сотрудником органов внутренних дел с формулировкой <данные изъяты> то есть при исполнении служебных обязанностей, возложено нормативными актами на военно-врачебные комиссии, к компетенции судебных органов разрешение данных вопросов не отнесено.

Документы, имеющиеся в материалах дела, не содержат сведений о том, что <данные изъяты> получена истцом при обстоятельствах, перечисленных в указанном нормативно-правовом акте и дающих основание определить причину заболевания как «<данные изъяты>

Заключение <данные изъяты> комиссии принято компетентным органом, а формулировка причиной связи, указанная в заключении, соответствует формулировке, предусмотренной законом.

При этом, достоверных доказательств того, что истец в период прохождения службы получил <данные изъяты>, не представлено, сам истец пояснил, что проверка по факту получения <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ года не проводилась, действия (бездействие) администрации исправительного учреждения им не обжаловались по данным обстоятельствам.

Показания допрошенных в судебном заседании свидетелей свидетельствуют лишь о получении травмы истцом, однако обстоятельства ее получения (время, место и т.п.) свидетели с достоверностью пояснить не смогли, очевидцами происшествия не являлись.

Сведений о проведении какой-либо служебной проверки по месту службы истца по факту причинения травмы в материалы дела не представлено, в соответствии с ответом начальника Межмуниципального отдела МВД России «<данные изъяты> данные о регистрации в КУСП Межмуниципального отдела МВД России «<данные изъяты>» сообщений за ДД.ММ.ГГГГ год в отношении ФИО1 из МУЗ «<данные изъяты>» представить не возможно, в связи с тем, что на основании сроков хранения документальных материалов КУСП и какие-либо документальные материалы по рассмотрению сообщений о преступлениях за ДД.ММ.ГГГГ год уничтожены.

Истцом в судебном заседании было заявлено ходатайство о назначении по делу судебной военно-врачебной экспертизы с целью проверки доводов истца о том, что у него на момент освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ имелись последствия <данные изъяты>, полученной при служебных обстоятельствах (по дороге со службы домой) в ДД.ММ.ГГГГ году, причинная связь с которой может быть выражена в формулировке «<данные изъяты>». Производство экспертизы просил поручить ООО «Медэксперт», расположенному по адресу: <адрес>, имеющему лицензию на проведение медицинских экспертиз, в том числе военно-врачебной экспертизы. На разрешение экспертов просил поставить вопросы: имелись ли у ФИО1 на момент его освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ последствия <данные изъяты>, полученной им при служебных обстоятельствах (по дороге со службы домой) в ДД.ММ.ГГГГ году, причинная связь с которой может быть выражена в формулировке «<данные изъяты>»? Определить категорию годности ФИО1 к военной службе на момент его освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ.

Каких-либо уважительных причин того, почему истец не представил медицинские документы при прохождении медицинского освидетельствования в период увольнения в <данные изъяты> году и в ближайшие после увольнения годы, истец не назвал.

Поскольку судом не был установлен факт получения истцом травмы <данные изъяты> года непосредственно по пути следования с места службы домой, суд пришел к выводу, что оснований для проведения военно-врачебной экспертизы для признания предполагаемого истцом увечья военной травмой не имеется, отказал в назначении по делу судебной военно-врачебной экспертизы.

Таким образом, истцом не представлено ни одного относимого и допустимого доказательства, подтверждающего факт травмы истца при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей), которая повлекла заболевание вследствие получения им данной травмы.

Поскольку, как установлено в судебном заседании, при освидетельствовании ФИО1 у последнего отсутствовали документы об обстоятельствах получения им травмы, военно-врачебная комиссия законно и обоснованно указала в качестве причиной связи травмы ее получение в период военной службы, а не как военную травму.

При несогласии гражданина с заключением ВВК (ВЛК) он имеет право на обжалование заключения ВВК (ВЛК) в порядке, установленном пунктом 9 Положения о военно-врачебной экспертизе (в настоящее время пунктом 8 Положения о военно-врачебной экспертизе в связи с утверждением постановлением Правительства Российской Федерации от 4 июля 2013 г. № 565 (нового Положения о военно-врачебной экспертизе), в том числе на производство независимой военно-врачебной экспертизы в порядке, установленном Положением о независимой военно-врачебной экспертизе, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 28 июля 2008 г. № 574. В случае несогласия гражданина с заключением, вынесенным военно-врачебной комиссией о годности его к военной службе (приравненной службе), в том числе к службе в органах внутренних дел, такое заключение может быть обжаловано в вышестоящую военно-врачебную комиссию или в суд, а также по заявлению самого гражданина может быть проведена независимая военно-врачебная экспертиза.

Суд полагает, что в настоящем деле имеет место предъявление разных исковых требований (о признании травмы в качестве военной, обязании внести изменения в Свидетельство о болезни в части изменения формулировки диагноза, обязании изменить основание увольнения, а также взыскании единовременного пособия в возмещение вреда здоровью), по которым закон предусматривает различные сроки для обращения в суд и сроки исковой давности.

В связи с чем, суд полагает, что истцом пропущен срок для обжалования заключения Военно-врачебной комиссии ФБЛПУ КБ-1 ГУФСИН России по Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ года, предусмотренный главой 25 ГПК РФ (в редакции, действующей по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ год).

В порядке публичных правоотношений заключение также не обжаловалось.

При этом, с заявлением о восстановлении пропущенного срока по данным требованиям истец в суд не обращался, каких-либо доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, препятствующих обжалованию указанного заключения в суд в установленный законом срок, истец не представил.

При указанных обстоятельствах, имеются основания для применения последствий пропуска срока и отказа в удовлетворении иска в части требований об обязании ответчика внести изменения в Свидетельство о болезни № от ДД.ММ.ГГГГ формулировки диагноза на <данные изъяты> в том числе и в связи с пропуском срока обращения в суд.

Как следует из вышеизложенных положений закона, для получения названного единовременного пособия должны быть соблюдены два условия – это увольнение военнослужащего по состоянию здоровья (признание его негодным к военной службе) и наличие военной травмы.

Из материалов дела следует, что истцом был подан рапорт в апреле ДД.ММ.ГГГГ года об увольнении из органов УИС, приказом об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ был уволен по п. Б ст. 58 - достижение предельного возраста.

Специфика государственной службы РФ как профессиональной деятельности по обеспечению исполнения полномочий государственных органов предопределяет особый правовой статус государственных служащих, включая сотрудников УИС. Регламентируя правовое положение государственных служащих, порядок поступления на государственную службу и ее прохождение, государство вправе устанавливать в этой сфере и особые правила, в частности требование о соблюдении возрастных критериев при замещении должностей государственной службы. Таким образом, увольнение сотрудника органов внутренних дел по достижении предельного возраста, предусмотренного ст. 58 Положения не может быть признано увольнением по инициативе работодателя, так как оно является следствием наступления юридического события - наступление определенного возраста. Оставление на службе сверх установленного возраста в персональном порядке возможно в интересах службы, и является правом, а не обязанностью руководителя органа внутренних дел.

Порядок увольнения из органов внутренних дел и сроки его обжалования на момент увольнения истца регулировались Положением о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года N 4202-1, согласно статье 62 которого сотрудник органов внутренних дел имеет право в месячный срок со дня вручения приказа об увольнении обжаловать его в суд.

Как установлено судом и видно из материалов дела, увольнение ФИО1 по достижению предельного возраста произведено на основании его личного рапорта от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 76), возражений относительно основания увольнения истец не выражал, кадровой службой с ним была проведена беседа, о чем составлен лист собеседования (л.д. 79), с представлением об увольнении он был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 78), тогда как с исковым заявлением он обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении шести лет с момента увольнения.

Таким образом, истец не обжаловал приказ об увольнении в судебном порядке длительное время и, обращаясь в суд с иском по данному делу, не представил доказательства невозможности обращения с иском в срок, установленный законом.

При таких обстоятельствах ответчик правомерно сослался на пропуск истцом установленного законом срока на обращение в суд для обжалования приказа об увольнении со службы, что является основанием для применения последствий пропуска срока и отказа в удовлетворении исковых требований об обязании изменить основание увольнения истца.

Истцом фактически заявлены требования об оспаривании приказа об увольнении в части основания увольнения со службы, об оспаривании заключения Военно-врачебной комиссии в части изменения формулировки диагноза на <данные изъяты> и связанные с этими требованиями требования о возмещении вреда здоровью. При этом, право на возмещение вреда здоровью могло возникнуть у истца лишь после рассмотрения судом в установленном порядке и удовлетворения его требований о признании увольнения и заключения ВВК от ДД.ММ.ГГГГ незаконными в указанной части.

Поскольку не имеется оснований к признанию травмы в качестве военной, изменению формулировки диагноза в Свидетельстве о болезни № от ДД.ММ.ГГГГ, а также изменению основания увольнения истца, производные от них требования о взыскании с ответчика в пользу истца возмещение вреда здоровью в виде пособия – пятилетнего содержания за получение <данные изъяты>, также не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 193-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ГУФСИН России по Кемеровской области, ФСИН России, ФКУЗ МСЧ №42 ФСИН России о признании травмы в качестве военной, обязании внести изменения формулировки диагноза, основания увольнения, взыскании пособия в возмещение вреда здоровью оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: Е.А. Жигалина

Мотивированное решение суда составлено 22.08.2017 года.