Решение № 2-3077/2020 2-3077/2020~М-2512/2020 М-2512/2020 от 17 ноября 2020 г. по делу № 2-3077/2020

Дело №2-3077/2020

74RS0031-01-2020-005118-37


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Магнитогорск 18 ноября 2020 года

Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Бахмет Н.Н.

при секретаре Чумиковой А.К.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску судебного пристава-исполнителя Орджоникидзевского РОСП г. Магнитогорска ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

Судебный пристав-исполнитель Орджоникидзевского РОСП г. Магнитогорска Челябинской области ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований указала, что на принудительном исполнении у судебного пристава-исполнителя ФИО1 находится исполнительное производство №37579/17/74059-ИП от 21 апреля 2017 года в отношении должника ФИО3 в пользу взыскателя ФИО5 о взыскании задолженности в размере 2 200 000 руб.

В период нахождения в отношении должника ФИО3 исполнительного производства, последняя подарила принадлежащую ей на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: <адрес обезличен>, своей дочери ФИО4, которая впоследствии продала указанное недвижимое имущество ФИО2 на основании договора купли-продажи от 06 сентября 2018 года.

Полагает, что ФИО3, зная о вынесенном решении суда о взыскании с нее задолженности в размере 2 200 000 руб., намеренно произвела отчуждение принадлежащего ей недвижимого имущества, с целью исключения возможности кредитора на возмещение задолженности за счет имущества, что свидетельствует о злоупотреблении правом и является основаниям для признания сделки недействительной.

Просит признать договор дарения от 12 июля 2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО6 недействительным, применить последствия недействительности сделки, признать недействительным договор купли-продажи от 06 сентября 2018 года, заключенный между ФИО4 и ФИО2, внести в ЕГРН запись о прекращении права собственности ФИО2 на спорное недвижимое имущество, восстановить право собственности ФИО3 на указанное имущество (Том 1 л.д. 4-8).

Истец судебный пристав-исполнитель Орджоникидзевского РОСП г. Магнитогорска ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие. Ранее в ходе рассмотрения дела, заявленные исковые требования поддержала в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в иске, ссылается на то, что ФИО3, совершая договор дарения, зная о наличии задолженности по исполнительному производству, злоупотребила своим правом.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель ФИО3 – ФИО7, действующий на основании нотариальной доверенности от 07 сентября 2020 года (Том 1 л.д. 118), в судебном заседании заявленные исковые требования не признал, ссылаясь на то, что в момент заключения оспариваемого договора дарения, никаких запретов в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>, не имелось. Его доверитель исполняет решение суда о взыскании с нее денежных средств в размере 2 200 000 руб., путем удержаний из пенсии. Кроме того, у ФИО3 имеется более ликвидное имущество – дебиторская задолженность, взысканная с ФИО8 в размере 2 200 000 руб.

Также просил применить срок исковой давности, течение которого начинается с момента заключения договора дарения, то есть с 12 июля 2017 года.

Ответчики ФИО4, ФИО2 в судебное заседание не явились, извещались заказными письмами с уведомлением. Корреспонденция возвращается неполученной с отметкой «истек срок хранения». В связи с чем, суд считает, что извещение указанных лиц на судебное заседание соответствует правилам ч.2 ст.117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель третьего лица УФССП России по Челябинской области ФИО9, действующая на основании доверенности ( Том 1 л.д. 120), в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении дела в свое отсутствие. Ранее в ходе рассмотрения дела полагала исковые требования подлежащими удовлетворению.

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Представитель третьего лица АО «ДОМ.РФ», привлеченного к участию в деле на основании определения суда от 08 сентября 2020 года (л.д. 121-122), ФИО10, действующая на основании доверенности от 24 апреля 2018 года (л.д. 134), в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом. Ранее в судебном заседании заявленные требования не признала, ссылаясь на то, что 06 сентября 2018 года между ФИО2 и АО «ДОМ.РФ» заключен договор займа, по условиям которого кредитор предоставил заемщику кредит в размере 1 200 000 руб. на приобретение квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>. Обеспечением возврата денежных средств по кредиту является ипотека в силу закона указанной квартиры с оформлением закладной. Задолженность по состоянию на 17 сентября 2020 года составляет 1 212 985,99 руб. Просит в удовлетворении исковых требований отказать в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

Суд, в силу норм ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, счел возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие неявившихся лиц, использовавших свое право на участие в судебном заседании, предусмотренное ст.35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по своему усмотрению.

Заслушав представителя ФИО3, исследовав письменные материалы дела и оценив их в совокупности, суд находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ч.3 ст.17 Конституции Российской Федерации, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основании договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК Российской Федерации).

В судебном заседании установлено, что 05 декабря 2016 года на основании решения Орджоникидзевского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области признан недействительным договор купли – продажи квартиры, расположенной по адресу : <адрес обезличен> от 25 января 2012 года, заключенный ФИО3, действующей по доверенности от имени ФИО11 и ФИО5; применены последствия недействительности сделки и признаны недействительными договоры купли–продажи спорной квартиры от 20 декабря 2012 года между ФИО5 и ГНС, от <дата обезличена> между ГНС и КЕЮ, от <дата обезличена> между КЕЮ и ИЛА, действующей в интересах ИДС; прекращено право собственности ИДС на спорную квартиру, квартира включена в наследственную массу ФИО11, установлен факт принятия наследства ФИО3 после смерти ФИО11 и признано право собственности ФИО3 на спорную квартиру (Том 1 л.д. 162-176).

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 10 марта 2017 года решение Орджоникидзевского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 05 декабря 2016 года изменено, принято новое, которым из мотивировочной части решения исключен вывод о безденежности расписки от 25 января 2012 года; с ФИО3 в пользу ФИО5 взысканы денежные средства в сумме 2 200 000 руб. по договору купли–продажи <адрес обезличен> в <адрес обезличен>, заключенному <дата обезличена> между ФИО3, действующей по доверенности от имени ФИО11 и ФИО5 В остальной части это же решение суда оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО5, ИЛВ, действующей в интересах несовершеннолетнего ИДС без удовлетворения (Том 1 л.д.177-181).

21 апреля 2017 года судебным приставом-исполнителем Орджоникидзевского РОСП г.Магнитогорска УФССП России по Челябинской области ФИО12 в отношении должника ФИО3 в пользу взыскателя ФИО5 возбуждено исполнительное производство № 37579/17/74059-ИП, предмет исполнения – задолженность в размере 2 200 000 руб. (Том 1 л.д.19).

28 апреля 2017 года между ФИО3 (даритель) и ФИО4 (одаряемый) заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен> (Том 1 л.д. 47-48).

Договор прошел государственную регистрацию в Управлении Росреестра 12 июля 2017 года.

06 сентября 2018 года между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>, стоимостью 1 500 000 руб. (Том 1 л.д. 69-73).

06 сентября 2018 года между ФИО2 и АО «ДОМ.РФ» заключен договор займа № 14095-09/18/СТО, по условиям которого кредитор предоставил заемщику кредит в размере 1 200 000 руб. на приобретение квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен> (Том 1 л.д.74-93).

Обеспечением возврата денежных средств по кредиту является ипотека в силу закона указанной квартиры с оформлением закладной (Том 1 л.д. 94-112).

В обоснование заявленной позиции истец ссылалась на то, что, с целью сокрытия имущества от возможного обращения на него взыскания, ответчик ФИО3 совершила дарение спорной квартиры. Полагает, что указанная сделка является мнимой, поскольку совершена ФИО3 при наличии имеющейся задолженности перед ФИО5, с целью вывода имущества, на которое может быть обращено взыскание по погашению долга.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом.

Сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты прав и законных интересов кредиторов, по требованию кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения исполнительного производства сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение имущества должника с целью отказа во взыскании кредитору.

Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла п.1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Бремя доказывания наличия оснований для признания сделки мнимой возложено на истца.

В силу ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно ч. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с ч. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии со ст. 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Статья 223 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом. Недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (п. 1 ст. 302) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных статьей 302 настоящего Кодекса случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя.

Исходя из статей 549, 551 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130). Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

По правилам ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой ее стороны. Мнимая сделка не порождает правовых последствий, при ее совершении стороны не имеют намерения ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Истец, вопреки требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не доказал, что стороны, участвующие в сделке, не имели намерений ее исполнять или требовать исполнения.

Оспариваемые договора дарения и купли-продажи составлены в письменной форме, содержат все существенные условия соответствующих сделок, подписаны сторонами сделки. Предметом договора дарения является отчуждение собственником ФИО3 принадлежащего ей имущества по безвозмездной сделке. Предметом договора купли-продажи является отчуждение собственником ФИО4 принадлежащего ей имущества по возмездной сделке. При этом, и даритель, и продавец вправе были распоряжаться принадлежащим им имуществом по своему усмотрению, никаких препятствий для распоряжения у них как собственников не имелось. Условия договоров ясно устанавливают природу сделок и определяют ее предмет, при их заключении стороны действовали лично, предусмотрели правовые последствия совершения указанных сделок, так одаряемая ФИО4 приобрела право собственности на дар в виде квартиры, расположенной по адресу: <адрес обезличен>, в свою очередь покупатель ФИО2 приобрел право собственности на данное недвижимое имущество, уплатив за квартиру оговоренную договором сумму денег, в том числе за счет заемных денежных средств.

Спорные договоры в установленном законом порядке были зарегистрированы в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области.

Как установлено в ходе рассмотрения дела и не оспаривается истцом, на момент заключения как договора дарения от 12 июля 2017 года, так и договора купли-продажи от 06 сентября 2018 года, и совершения регистрационных действий в отношении передаваемого в дар, а в последующем продаваемого недвижимого имущества, запрета на совершение регистрационных действий не имелось, спорная квартира под арестом или запрещением не состояла, была свободна от прав третьих лиц.

С учетом положений ст. ст. 131, 223, 549, 551, 558 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 2 ч. 1 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», действовавшей на момент заключения спорных договоров, предусматривающей, что государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права.

Государственная регистрация права собственности на квартиру за ФИО4, а впоследствии за ФИО2 в полном объеме подтверждает намерение и желание ответчиков создать соответствующие данным сделкам правовые последствия, то есть передать право собственности на квартиру путем дарения, затем купли-продажи, и что в результате сделок наступили правовые последствия соответствующие данным сделкам и закону.

ФИО2, после регистрации права собственности на спорную квартиру, оплачивает ипотечное обязательство. Так, по сведениям АО «ДОМ.РФ», задолженность по договору займа №14095-09/18/СТО от 06 сентября 2018 года по состоянию на 17 сентября 220 года составляет 1 212 985,99 руб. (Том 1 л.д. 189-190).

Проанализировав представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, руководствуясь приведенными выше правовыми нормами, суд приходит к выводу, что истцом, в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено в материалы дела доказательств, из которых бы следовало, что договор дарения спорной квартиры от 12 июля 2017 года был совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, а также, что данная сделка совершена между ответчиками с целью сокрыть имущество от ареста и взыскания, в связи с чем, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Требование о применении последствий недействительности сделки является производным от первоначальных требований и удовлетворению не подлежит.

Кроме того, ответчиком ФИО3 заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В силу ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Статьей ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен общий срок исковой давности в три года.

Согласно ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В исковом заявлении истец ссылается на то, что об оспариваемом договоре дарения ей стало известно 20 ноября 2019 года.

Как следует из материалов дела, 21 апреля 2017 года судебным приставом-исполнителем Орджоникидзевского РОСП г.Магнитогорска УФССП России по Челябинской области ФИО12 в отношении должника ФИО3 в пользу взыскателя ФИО5 возбуждено исполнительное производство № 37579/17/74059-ИП, предмет исполнения – задолженность в размере 2 200 000 руб.

При таких обстоятельствах, на момент совершения оспариваемого договора дарения от 12 июля 2017 года, исполнительное производство в отношении должника ФИО3 было возбуждено, в связи с чем, судебный пристав-исполнитель имел возможность выявить имущество последней, в том числе, узнать об оспариваемой сделке.

В соответствии со ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований судебного пристава-исполнителя Орджоникидзевского РОСП г. Магнитогорска ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований судебного пристава-исполнителя Орджоникидзевского РОСП г. Магнитогорска ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца в Челябинский областной суд через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: подпись.

Мотивированное решение суда составлено 25.11.2020 года.