Апелляционное определение № 33-9109/2025 от 15 декабря 2025 г.

Кировский районный суд г. Махачкалы

судья ФИО2

номер дела в суде апелляционной инстанции: 33-9109/2025

номер дела в суде первой инстанции: 2-1902/2025

УИД: 05RS0№-72

Верховный суд Республики Дагестан


Апелляционное ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<дата> г. Махачкала

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего Абдуллаева М.К.,

судей ФИО8, Мамаева Р.И.,

при секретаре судебного заседания ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда,

по апелляционной жалобе Министерства финансов Российской Федерации на решение Кировского районного суда г. Махачкалы от <дата>,

заслушав доклад судьи ФИО8, выслушав мнение истца ФИО1 и его представителя ФИО9,

установила:

ФИО1 (далее – истец) обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации (далее – ответчик), в котором просит взыскать:

за счет казны возмещение морального вреда в размере 4 500 000 руб.,

расходы на оплату услуг представителя при производстве уголовного преследования в размере 330 000 руб.,

расходы на оплату услуг представителя по иску о взыскании морального вреда в размере 30 000 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что постановлением старшего следователя Следственного отдела по <адрес> г. Махачкалы СУ СК РФ по РД от <дата>, возбужденное в отношении истца уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления.

Указывает, что в связи с незаконным уголовным преследованием причинен моральный вред, выраженный в нравственных страданиях, так как истец, являясь сотрудником правоохранительных органов, особо чувствительно относился к этому. Незаконное уголовное преследование длилось четыре года. За это время он испытывал сильные душевные переживания, не мог спать по ночам, постоянно находился под стрессовым состоянием; был уволен из органов внутренних дел; часто возникали мысли о суициде, находясь в депрессивном состоянии; было крайне неприятно, когда к нему обращались на следствии и в суде: обвиняемый, подсудимый; было унижено его человеческое достоинство; была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащего поведения.

Ссылается на то, что степень физических и нравственных страданий увеличивали следующие обстоятельства: длительное нахождение под уголовным преследованием, увольнение из органов внутренних дел, потеря работы, семья осталось длительное время без источника дохода. В ходе уголовного судопроизводства были допущены нарушения прав человека.

Решением Кировского районного суда г. Махачкалы от <дата>г. исковые требования удовлетворены частично.

Судом постановлено взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу истца 3 310 000 руб., из которых 3 280 000 руб. в счет компенсации морального вреда, 30 000 руб. в счет расходов на услуги представителя, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

На указанное судебное постановление поступила апелляционная жалоба Министерства финансов Российской Федерации.

В апелляционной жалобе ставится вопрос об отмене судебного акта, ввиду существенных нарушений норм материального и процессуального права, выражается несогласие с выводами суда.

В обоснование доводов жалобы указано, что суд не учел фактических обстоятельств дела, не дал надлежащую оценку доводам Минфина России, представленным в материалы дела в виде возражений, не учел отсутствие доступа у Минфина России к материалам процессуального характера по уголовному делу, положенному в основу доводов истца о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием, в этой связи суд неправомерно не привлек к участию в деле прокурора, имеющего доступ к материалам уголовного дела и способного по его обстоятельствам сформировать позицию от имени государства по доводам истца о возмещении государством морального вреда, судом в решении не указано мотивов относительно степени морального вреда и нравственных страданий истца, а также не приведено доводов по существенным обстоятельствам о характере и длительности избранной в отношении истца мере пересечения, применении в отношении истца иных мер государственного принуждения (например, арест имущества истца либо счета в кредитном учреждении), без исследования подобных обстоятельств дела суд формально руководствовался положениями статей 150, 151, 1070, 1100 и разъяснениями судебной практики, взыскав компенсацию морального вреда в пользу истца в избыточном размере, что является нарушением части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, поскольку судом нарушен баланс публичного и частного интересов при реализации права гражданином на возмещение вреда, что противоречит правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от <дата> №.

Суд указал, что согласно постановлению старшего следователя следственного отдела по <адрес> г. Махачкалы Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Дагестан о прекращении уголовного дела от <дата> установлено следующее: <дата> в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ. Из материалов уголовного дела усматривается, что ФИО1, будучи инспектором полка ДПС ГИБДД МВД по РД <дата>, в 8 час. 30 мин., во время несения службы по <адрес> I, <адрес>, действуя из корыстных побуждений, получил лично от ФИО4 взятку в виде денег в сумме 4 000 руб., за не привлечение последнего к административной ответственности по ст. 12.7 КоАП РФ.

<дата> уголовное дело с обвинительным заключением направлено в Ленинский районный суд г. Махачкалы для рассмотрения по существу. Согласно постановлению Ленинского районного суда г. Махачкалы от <дата> уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору <адрес> г. Махачкалы в порядке ст. 327 УПК РФ для дополнительного расследования и устранения нарушений, препятствующих рассмотрению дела по существу в суде. <дата> уголовное дело поступило для дальнейшего расследования в СО по <адрес> г. Махачкалы СУ СК РФ по РД.

Расследованием установлено, что <дата> с заявлением обратился ФИО4 о привлечении к уголовной ответственности инспектора ДПС, который <дата> незаконно получил от него денежное вознаграждение в сумме 4 000 руб., за не составление на него административного материала.

В соответствии с постановлением старшего следователя следственного отдела по <адрес> г. Махачкала Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Дагестан от <дата> уголовное дело, возбужденное по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления в действиях ФИО1, прекращено.

Доводы суда об избрании какой-либо меры пресечения в отношении ФИО1 на время следствия в решении суда отсутствуют и заявителем в заявлении не приведены, на доказательства таких обстоятельств, в решении суда не имеется.

Кроме того, из выводов суда не усматривается, что ФИО1 на время следствия и рассмотрения уголовного дела в суде был отстранен от исполнения служебных обязанностей, таких доказательств (соответствующего приказа руководителя полка ГИБДД МВД России по РД либо постановления следователя), в материалы дела также не представлено.

Также не представлено в материалы дела каких-либо медицинских документов, которые могли бы свидетельствовать о перенесенных ФИО1 моральных и нравственных страданиях, в период уголовного преследования последнего.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что суд не объективно подошел к рассмотрению данного дела и нормы материального права применил формально, без исследования всех доказательств, имеющих значение для разрешения дела по существу, более того, суд позволил своим решением неосновательно обогатиться заявителю в отсутствие необходимых доказательств перенесенных нравственных страданий, при том, что размер полученной ФИО1 взятки, очевидно, в силу ее малозначительности не позволял привлечь его к уголовной ответственности, поскольку, в силу этого признака не образовался состав, вменяемого ему преступления. Однако, указанный и не опровергнутый заявителем факт получения взятки, свидетельствует о наличии в его действиях дисциплинарного проступка, за который заявитель мог быть подвергнут взысканию в порядке статьи 30.1 Федерального закона от <дата> № З-ФЗ «О полиции».

В судебное заседание явились ФИО1 и его представитель ФИО9

Извещенные надлежащим образом о дате, месте и времени судебного заседания иные лица, участвующие в деле в суд не прибыли, представителей не направили, данных об уважительной причине отсутствия в суде не предоставили.

Информация о дате и времени судебного заседания была заблаговременно размещена на сайте Верхового Суда Республики Дагестан.

При таких обстоятельствах, руководствуясь положениями статьи 167, части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

ФИО1 и его представитель ФИО9 в удовлетворении апелляционной жалобы просили отказать в полном объеме.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом положений части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления, и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

В силу части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Проверив материалы дела, выслушав лиц, явившихся в суд апелляционной инстанции, изучив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно статье 330 ГПК РФ, основаниями для отмены или изменения судебных постановлений апелляционным судом является неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения судом первой инстанции не допущены.

Как следует из материалов дела, обращаясь в суд, заявитель указывал, что постановлением старшего следователя Следственного отдела по <адрес> г. Махачкалы СУ СК РФ по РД от <дата>, возбужденное в отношении него уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ прекращено по основанию предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления. Ссылается на причиненный незаконным уголовным преследованием моральный вред и понесенные судебные расходы.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 2, 53 Конституции Российской Федерации, ст. ст. 151, 1100, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 27, 133, 136 УПК РФ, разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса, регламентирующих реабилитацию в уголовном производстве», Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», оценивая представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, исходя из фактических обстоятельств дела, принимая во внимание степень и характер физических и нравственных страданий истца с учетом его личности, пришел к выводу о том, что взысканию подлежит компенсация морального вреда в размере 3 280 000 руб. из расчета 2 000 руб. за сутки, за период с <дата> по <дата>, а также затраты на услуги представителя в размере 30 000 руб.

Согласно ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, если вред причинен гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде (ст. 1100 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключение под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны РФ в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Из анализа взаимосвязанных положений статей 133, 139, 397, 399 УПК РФ 1100, 1070 ГК РФ, постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> № «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», следует, что лицо, в отношении которого дело полностью прекращено, имеет бесспорное право на возмещение морального вреда.

Из разъяснений, данных в п. 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что нормами статей 1069 и 1070, абз. 3 и 5 ст. 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со ст. 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.). Факт причинения морального вреда в результате незаконного уголовного преследования предполагается. Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного денежного выражения и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции установил, что согласно постановлению старшего следователя следственного отдела по <адрес> г. Махачкала Следственного управления СК РФ по Республике Дагестан о прекращении уголовного дела от <дата>: <дата> в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело №, по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ. ФИО5, назначенный приказом МВД по РД № л/с от <дата> инспектором полка ДПС ГИБДД МВД по РД, <дата> в 8 час.30 мин. во время несения службы по <адрес>, действуя из корыстных побуждений, получил лично от ФИО4 взятку в виде денег в сумме 4 000 руб., за не привлечение последнего к административной ответственности по ст. 12.7 КоАП РФ. <дата> уголовное дело с обвинительным заключением направлено в Ленинский районный суд г. Махачкалы для рассмотрения по существу. Согласно постановлению Ленинского районного суда г. Махачкала от <дата> уголовное дело в отношении ФИО1, возвращено прокурору <адрес> г. Махачкалы в порядке ст. 237 УПК РФ для дополнительного расследования и устранения нарушений, препятствующих рассмотрению дела по существу в суде. <дата> уголовное дело поступило для дальнейшего расследования в СО по <адрес> г. Махачкалы СУ СК РФ по РД. Постановлением от <дата>, возбужденное по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, уголовное дело прекращено, в связи с отсутствием состава преступления в действиях ФИО1

Оценив представленные доказательства, суд пришел к правильному выводу о том, что в результате незаконного уголовного преследования истца, безусловно причинены моральные страдания, что в силу вышеуказанных правовых норм и разъяснений Верховного Суда РФ, является основанием для взыскания в его пользу компенсации морального вреда.

Вместе с тем судебная коллегия полагает заслуживающими внимания доводы жалобы о том, что определенный судом ко взысканию размер компенсации морального вреда в пользу истца, не соответствует принципу разумности и справедливости.

Согласно статьям 151, 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от <дата> № разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (п. 25). Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на, принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26). Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом, с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий (п. 27). Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28). При определении размера компенсации морального вреда, судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). В связи с этим, сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации, относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30). Таким образом, судам надлежит приводить в своих решениях достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели требования заявителя надлежащим образом и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Таким образом, по смыслу приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется исходя, из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел, не предусматриваются. В каждом конкретном случае, суд вправе определить такие пределы, с учетом конкретных же обстоятельств дела. При определении размера компенсации морального вреда действует принцип свободного усмотрения суда, основанного на индивидуальных обстоятельствах каждого дела и характере спорных правоотношений.

При этом, соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении, во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

В настоящем деле судом первой инстанции неверно применено приведенное правовое регулирование при определении размера компенсации морального вреда. В обжалуемом судебном акте отсутствуют суждения суда относительно конкретных физических и нравственных страданий, которые истец претерпел в связи с незаконным уголовным преследованием.

Определяя размер компенсации, суд первой инстанции принял во внимание длительность срока уголовного преследования, а также надлежащее поведение последнего.

Однако, судом не в полной мере были учтены все фактические обстоятельства дела, которые могли повлиять на определение размера компенсации морального вреда.

Как следует из документов, представленных в гражданское дело, истец в порядке ст. 91 УПК РФ не задерживался, под стражей не содержался.

Какие-либо объективные сведения о том, что возбуждение в отношении истца уголовного дела повлекли для него нравственные страдания по мотивам утраты либо иного нарушения семейных связей, в материалах дела отсутствуют.

Сведений об ухудшении состояния здоровья, в связи с незаконным уголовным преследованием, не представлено.

Доказательства того, что избранная в отношении истца мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая в силу ст. 102 УК РФ состоит в письменном обязательстве подозреваемого или обвиняемого не покидать постоянное или временное место жительства без разрешения дознавателя, следователя или суда, иным путем не препятствовать производству по уголовному делу, ограничивала его свободу передвижения в обычной жизни, в материалах дела отсутствуют. Доказательства обращения к следователю либо суду о выезде за пределы места его постоянного жительства и об отказе в удовлетворении такого ходатайства, истцом не представлено.

При указанных обстоятельствах, по убеждению судебной коллегии, сумма компенсации морального вреда в размере 3 280 000 руб. является явно неразумной, в связи с чем, исходя из объема нарушенных прав истца, характера и степени его нравственных страданий, перенесенных в связи с незаконным уголовным преследованием, личности истца, судебная коллегия полагает необходимым решение суда изменить, уменьшив размер компенсации морального вреда до 50 000 руб., поскольку такой размер компенсации будет способствовать восстановлению нарушенных прав истца и отвечает требованиям разумности и справедливости.

В остальной части решение суда не обжалуется, предусмотренных ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ оснований для проверки в интересах законности судебного акта за пределами доводов жалобы ответчика, судебной коллегией не установлено.

Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Кировского районного суда г. Махачкалы от <дата> в части взыскания с Министерства финансов Российской Федерации в пользу ФИО1 суммы морального вреда в размере 3 280 000 руб. изменить, снизив размер взыскиваемой компенсации морального вреда до 50 000 руб.

В остальной части решение Кировского районного суда г. Махачкалы от <дата> оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу судебного постановления в порядке, предусмотренном главой 41 ГПК РФ, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий: М.К. Абдуллаев

Судьи: ФИО8

Р.И. Мамаев

Апелляционное определение в мотивированной форме составлено <дата>